Глава 5

После пробуждения и завтрака, который Сиенна предпочла провести в одиночестве, стоило продолжить путь. И девушка уже придумала, как облегчить себе дорогу. Она максимально посвятит время жениху. Всё внимание — только ему. Это позволит отвлечься и от ночных приключений, и от присутствия Мэтта рядом.

Сразу, как сели в карету, Сиенна начала разговор с Эндрю. Она вспоминала их детские моменты, то, о чём знали только они двое. Так, чтобы Мэтт не мог вмешаться в диалог. Впрочем, он будто и не стремился. А Эндрю охотно поддержал тему. Да так, что Сиенна и в самом деле увлеклась обсуждением.

Тактика сработала, хотя полностью абстрагироваться от присутствия Мэтта не удалось. Девушка постоянно чувствовала его, пусть и пыталась концентрироваться на Эндрю. И даже несмотря на то, что предмет разговора в самом деле увлекал.

Периодически сбивали смущающие своей пронзительностью взгляды Мэтта на неё. Мимолётные и не слишком долгие, они словно оставляли отпечаток. Сиенна не смотрела в ответ, но пару раз чуть не потеряла нить разговора.

Несмотря на это, в целом путь не вызвал затруднений. К счастью, Мэтт был задумчив и молчалив. Вскоре он даже перестал на неё смотреть.

****

Стоило только Сиенне сказать матери, что Мэтт взялся за это дело; как та заметно пошла на поправку. Она даже встала на ноги, самостоятельно пошла на кухню и впервые за долгое время полноценно поела.

А потом принялась счастливо рассказывать Сиенне, сколько хорошего слышала про Мэтта. Элизабет Кристи была и уверена, что он поможет их семье. Она с таким воодушевлением делилась этим с дочерью, что той ничего не осталось, кроме как подыграть.

Так, за разговорами, наступил вечер.

А потом Мэтт нанёс им визит. И, поскольку мать ещё нетвёрдо стояла на ногах и неважно себя чувствовала, Сиенне пришлось выступать хозяйкой дома.

Встретив как можно равнодушнее, девушка повела адвоката к матери. Она сослалась на то, что Элизабет известно намного больше, чем дочери. Мэтту в первую очередь стоит поговорить с ней.

Сиенна могла бы, конечно, остаться в комнате во время их разговора; но не стала. Она и так с трудом справлялась с тем напряжением, которое возникало от каждой лишней минуты в обществе адвоката. Не хотелось ни быть в его поле зрения, ни видеть его.

Но в то же время Сиенна не могла пропустить их разговор. Не после того, как застала Мэтта за убийством. Он был слишком непредсказуемый и странный.

Выход нашёлся быстро — девушка закрыла дверь, оставив их в комнате. А сама осталась на месте. Прислонилась, прислушалась. В случае чего, она вмешается.

Слуги, к счастью, не стали реагировать на такую выходку хозяйки дома. Они вообще были воплощением такта.

Как ни странно, сквозь дверь было довольно хорошо слышно. Так, словно Сиенна была там, с ними, в комнате.

Элизабет и Мэтт поздоровались. Он справился о её самочувствии, она тепло ответила, что ей намного лучше. Не преминула также сказать, что во многом из-за него.

Сиенна поморщилась. Почему, ну почему все вокруг так восхищались этим Мэттом? Причём даже близкие ей люди. Знали бы они правду…

Эта мысль вдруг спровоцировала яркое воспоминание произошедшего между ними ночью. Жар прилил к коже. Сиенна с трудом отогнала от себя это воображение. Не стоило об этом думать. Просто забыть. Опустить, будто ничего и не было.

Она снова погрузилась в их разговор, и сразу уловила нить.

Сегодня днём, практически сразу, как приехал; Мэтт навестил её отчима в тюрьме. Адвоката, кончено, впустили — не могли иначе. А потому он уже поговорил с Ричардом и дал ему понять, что будет защищать его интересы.

Он рассказал Мэтту всё, что произошло. Адвокат не сомневался в его искренности и уже знал, как действовать. К тому же, успел провести своё расследование. Но на всякий случай хотел получить ответы и от Элизабет.

Она, как ни странно, не задала никаких уточняющих вопросов. То ли устала от всего этого и даже не хотела прикасаться к этому делу, то ли слишком доверяла Мэтту. А может, и то, и другое? В любом случае, Сиенна не разделяла её чувства. Она уже решилась поговорить с ним после матери. Хоть кто-то в этом доме должен знать всё.

А вообще, удивляло, как Мэтт столько всего успел. Он взялся за дело с хваткой профессионала. Со стороны всё выглядело так. Но Сиенны не могла избавиться от чувства какого-то подвоха.

Элизабет не сказала ничего из того, что дочь не знала. Мать вспомнила, как отчим вернулся после случившегося. Бледный, как смерть. Он успел только сказать, что на него напали и он оборонялся. И всё — потом в дверь вломились жандармы. Его забрали.

Слушая разговор, Сиенна резкими вспышками вспоминала события, свидетельницей которых стала. Отчима увели при ней — тогда она вернулась с прогулки.

Девушка остро ощутила те же эмоции — непонимание, растерянность, неприятие… Отчаяние. Особенно, когда мама слегла. Элизабет даже почти не разговаривала. Сиенне пришлось искать поддержки у Эндрю — больше не с кем было посоветоваться о возникшей проблеме.

Так она получила наводку на Мэтта.

За мыслями и воспоминаниями Сиенна почти упустила, что разговор закончился. Но, к счастью, до неё всё-таки донеслось прощание Элизабет с адвокатом, а потому девушка успела сориентироваться.

Сиенна сидела в коридоре, задумчиво листая книгу, когда подошёл Мэтт.

— Вы закончили? — тут же спросила она, не оставляя ему шанса начать диалог.

— Да. Интересная книга?

Ей показалось, в его вопросе мелькнула усмешка.

— Я пока не читала, так, пролистывала, — нашлась девушка.

Теперь он не сможет испытать её каким-нибудь вопросом о содержании, даже если знал. И почему вообще вздумал насмехаться? Неужели решил, что Сиенна не умела читать?

Впрочем, ей могло показаться. Проклятые нервы.

— Проводишь меня до крыльца? — не стал развивать тему Мэтт.

Она с трудом сдержала вздох облегчения — как раз этого сейчас хотелось больше всего. Всё равно, что он о ней думает. Пусть безграмотная, пусть распутная, пусть лицемерка, да хоть наивная… Лишь бы его здесь не было.

Как и полагалось хозяйке, Сиенна могла попросить дворецкого проводить гостя. Но он спросил именно её, и она не решилась отказать. В конце концов, им, возможно, стоило обсудить вчерашнее. Мэтт ведь так и не ответил, согласен ли держать всё в секрете.

Они молча шли к выходу, и Сиенна не знала, как лучше начать разговор. Сегодня адвокат выглядел вежливо отстранённым, словно ему не было до неё дела. И здесь он только ради своих обязанностей.

Девушка вдруг интуитивно поняла — необходимости в обсуждении постыдной ночи не было. Эта тема исчерпана сама собой. Как и почему — непонятно. Мэтт уже пришёл к каким-то выводам, и больше не собирался её трогать. Словно потерял интерес.

Сиенна должна этому радоваться. Но в душе было странным образом беспокойно. Может, потому что адвокат всё же оставался непредсказуемым убийцей?

Приняв решение просто молча проводить его и в дальнейшем действовать по ситуации, Сиенна облегчённо вздохнула: вот и дверь. Они уже вышли.

Девушка собралась распрощаться с Мэттом, не вникая, почему он вообще просил её проводить его. Но на крыльце адвокат вдруг задержался.

Сиенна оглянулась: тут никого не было. Она с трудом удержалась, чтобы не отступить под его пронзительным взглядом. В ответ девушка не смотрела: опасалась увидеть, какое выражение играло в его глазах.

— Думаю, ты всё слышала, но всё же скажу: заседание состоится через неделю, — вдруг разрезал тишину спокойный голос Мэтта. — Я уже почти всё подготовил. Мы выиграем дело.

Странно, но стоило только ему обратиться к ней, как Сиенна почувствовала себя намного увереннее. Перестала бояться. Даже посмотрела ему в глаза. И лишь приободрилась, увидев, что в них почти ничего не было. Равнодушие.

И ей тоже стало всё равно, что он догадался: она подслушивала. Девушка не стала отрицать.

— Спасибо, — сказала Сиенна. И вдруг, неожиданно для себя, добавила: — Я могу ознакомиться с вашими материалами?

Непонятно, что на неё нашло. Сказать такое — открыто признаться ему в недоверии. Что, если он оскорбится и решит не помогать ей больше? Или, чего доброго, раскроет её вчерашний позор. А может, вообще свернёт шею, как тому мужчине. Тем более, она — ненужный свидетель. Да мало ли что могло взбрести ему в голову.

Ужасающие картинки возможной расправы Мэтта над ней предстали перед глазами. Да уж, ей стоило действовать осторожнее.

Но адвокат сохранял спокойствие, словно ничего не случилось.

— Если ты действительно этого хочешь, — сказал он и сделал шаг в её сторону, не сводя глаз с лица Сиенны. — Приезжай завтра в шесть вечера.

Он продиктовал адрес, и она автоматически беззвучно повторила его, шевеля только губами.

— Сопровождение будет излишне, это секретно и должно остаться только между нами, — добавил вдруг Мэтт.

Затем, не дождавшись ответа, развернулся и ушёл.

Сиенна нахмурилась, осмысливая происходящее. Почему-то, несмотря на яркие воспоминания об убийстве, она не сомневалась — это безопасно. Он не причинит ей вреда. У него были какие-то другие мотивы…

Хотя, остались ли вообще?

С одной стороны, не совсем пристойно молодой леди вроде неё ехать куда бы ни было одной. Но с другой… Сиенна сможет найти способ сделать это. А Мэтт говорил и смотрел так равнодушно, что вряд ли в чём-то был заинтересован. Не похоже, что его предложение — намёк на произошедшее между ними ночью.

Глядя вслед Мэтту, Сиенна невольно вспомнила, как пылко и отчаянно он целовал её. Щёки зарделись, а сердце ускорило биение. Она до сих пор не могла понять, что на неё тогда нашло. Но самое странное — Сиенна ведь чувствовала тогда, даже знала — он нуждался в ней. И открыто давал это понять, пусть и не словами.

А сейчас вёл себя так спокойно и безразлично, что это сбивало с толку.

Было бы проще точно знать, что ему нужно.

Впрочем… Зачем об этом думать? Мэтт, скорее всего, просто искушён в том, что касается женщин. Сиенна не раз слышала о таких мужчинах. Говорили, они так искусно изображали любовь, что сложно было винить их жертв в распутном поведении.

Видимо, адвокат из таких. И всё это стремление к ней было не больше, чем притворство — чтобы воспользоваться наивной и неопытной дурочкой, которая сама залезла к нему в постель.

Конечно, это говорило о его ужасной беспринципности, никак не сочетающейся с тем образом, который складывался от разговоров людей. Но Сиенна не верила им. Отныне она будет прислушиваться только к себе. В конце концов, она единственная, кто знал о ночном убийстве.

Что со всем этим делать, Сиенна разберётся потом. Сейчас главное — всеми силами добиться освобождения отчима из тюрьмы.