Глава 6

Саид

– Милана, принеси мне кофе, – прошу я через селектор.

Пытаюсь размять затекшую шею, думая о том, что неплохо было бы принять предложение Аслана взять отпуск до их отъезда в конце августа. Правда, отдыхать мне не с кем. Лучший друг Али, с которым я обычно проводил свой досуг, оказался мерзким предателем, а сближаться с кем-то новым нет никакого желания. Конечно, у меня есть и другие друзья, но все семейные люди. Мы с Али были последними холостяками из нашей компании, а теперь и он женился, причем на моей же бывшей невестке, свинтив с ней в Европу. Ну и скатертью дорога! Все равно мерзко видеть его рожу после всего, что вышло наружу.

– Держите свой кофе, Саид Асхабович, – отвлекает меня секретарша. – И, так уж и быть, угощайтесь, – щедро ставит она передо мной блюдечко с конфетами. – Тут правда только с миндалем, их я не особо люблю.

– Ты сама щедрость, – язвлю я, пододвигая к себе кофе, и делаю глоток, наслаждаясь горьким бодрящим вкусом.

– А то! Видите, как вам со мной повезло? – словно не слыша нотки сарказма в моем голосе, расплывается в улыбке Милана, и, к счастью, уходит, тихонько прикрыв за собой дверь.

Я же мыслями опять возвращаюсь к отпуску. Через пару дней у тестя Аслана день рождения, на который приглашена вся наша семья. Отличный повод поговорить с братом в спокойной обстановке, на природе, где все вокруг будут довольны и расслаблены. История с Миланой дала мне понять, что я действительно устал и стресс после случившегося с моей свадьбой не прошел бесследно. Я стал нервным и нетерпимым к окружающим меня людям, а это ведь никогда не было мне свойственно.

* * *

– Слушай, а как же дядин юбилей? – спрашивает меня Милана, когда я говорю ей о предстоящей встрече с новыми инвесторами. – Я думала у нас выходной!

– Поедем позже, я тебя отвезу, – проигнорировав ее переход на «ты», говорю я. – Только попроси еще свою маму остаться и поехать с нами в машине.

– Что, боишься, что поймаю тебя в ловушку? – закатывает она глаза, собирая свою сумочку и выключая компьютер.

– Не говори глупостей! Нам ехать несколько часов, мне не нужны разговоры, – иду я на выход.

– Ладно не злитесь Саид Асхабович, с мамой так с мамой. Можно подумать, мне бы разрешили ехать с вами в такую даль наедине!

На том мы и договариваемся.

Милана

– Мам, мне завтра на работу, – вздыхаю я после ужина.

– Как это на работу? – ахает ожидаемо мама.

– Срочная встреча. Саид сказал, что потом сам отвезет меня, но не могла бы ты остаться и поехать со мной?

– Конечно, раз надо. Папа все равно не позволит тебе ехать одной с посторонним мужчиной, – говорит она, подавая мне посуду.

– Может папа одобрит покупку посудомоечной машины? – смотря на свой испорченный маникюр, спрашиваю я. – Ты говорила с ним об этом?

– Ну зачем она нам? – как всегда не понимает мама.

– Затем, что я не хочу после работы стоять у мойки два часа! Я, между прочим, устаю, – дуюсь я, не лукавя. Работа действительно оказалась довольно-таки утомительной, когда делаешь ее сама.

– Так не стой! Сама же встала, несносная девчонка!

– А что, лучше, чтобы ты стояла? И так ужин готовила! – хмурюсь я. – Раз не хочешь говорить с папой, я сама с ним поговорю, если что, куплю за свои деньги.

– Да разве дело в деньгах? – охает в очередной раз мама. – Папа просто считает, что из-за этих машин лень…

– Да-да, нынешняя молодежь и так не хочет ничего делать! Я тысячу раз слышала это! – ворчу я, орудуя губкой. – Вы просто не понимаете, что сейчас другое время. Почему бы не упростить себе труд? Зачем пытаться сделать все самой? Вот Саид такой же!

– А при чем тут Саид? – подозрительно хмурится она.

– Да притом, что он зануда, который требует, чтобы я сама все делала! Нет, не хочу это обсуждать, зря только заведусь. Я просто устала от его занудства и педантства, мама. Ты завтра только ничего ему не говори о том, что я жалуюсь, ладно?

– Да ты всегда жалуешься, Милаша, что я ему скажу? – смеется надо мной мама.

* * *

Мой отец и отец Лилы, на юбилей которого мы едем, родные братья. Родовое гнездо нашей семьи располагается в горном селе, в очень живописном и красивом месте, к сожалению, слишком далеком от города. Именно поэтому, папа в свое время так же купил нам дом в городе, так как его бизнес по разведению лошадей – не единственный предмет его интересов. Несмотря на отсутствие сына-наследника, папа не довольствуется тем, что у нас есть, а развивается во многих сферах, в отличие от своих братьев. В этом смысле я считаю, что мне повезло, ведь жить в городе мне нравится гораздо больше, чем в родном селе, хоть мы и проводим тут обычно меньшую часть года.

Дорога в одной машине с хмурым, уставшим Кеном и моей дремлющей мамочкой скучная донельзя. Мы поздно выехали, а до нашего дома доехали и вовсе уже ближе к ночи. А у меня, как назло, сна ни в одном глазу, да и телефон сел на середине пути.

– Саид, заходи, поужинай хоть, – предлагает моему начальнику встречающий нас папа, но тот, к счастью, отказывается.

– Поздновато для ужина, дядя, в другой раз, – сдерживая зевок, отвечает ему Саид и попрощавшись, уезжает в дом моего дяди, где остановились Аслан с Лилой.

И я бы рада не видеть его до конца наших длинных выходных, но судьба играет со мной злую шутку, ведь даже в доме, полном гостей, я умудряюсь столкнуться со своим вечно хмурым начальником один на один в кухне своей тети. Вот какого черта он только забыл в этом женском царстве?

Саид

– Отличная идея, Аслан, – хвалит тесть моего брата, и так как я прослушал половину разговора, я понятия не имею за что.

Вроде бы все хорошо, гости все веселятся, еда вкусная, но я с трудом сдерживаю непонятное раздражение. Мне откровенно скучно и, ко всему прочему, дико раздражают взгляды родственников Лилы, которые до сих пор смотрят косо из-за того, что я сбежал с нашей с ней свадьбы.

– Мне нужно позвонить, – безбожно вру я, покидая компанию мужчин во дворе.

Решаю просто подняться к себе на десять минут, так как нет никакого желания слушать бессмысленный для себя треп. Я бы вообще не стал приезжать, если бы не брат, настаивающий на моем присутствии, чтобы наладить не лучшие отношения с родней его жены.

– Я просто устал, – говорю сам себе, поднимаясь в выделенную мне комнату. – Вот отдохну две недели где-нибудь на берегу моря и эта хандра пройдет.

Какое-то время просто сижу в кресле, пялясь в телефон и выбирая куда бы податься. Потом понимаю, что жутко хочу пить, но графин с водой пуст и я со вздохом иду вместе с ним на кухню. Да и к компании возвращаться уже пора, я что-то увлекся и пропал на полчаса.

– О, большой начальник! – приветствует меня, стоит только открыть дверь на кухню, Милана. Ну конечно, кого еще я мог встретить? – Какими судьбами?

– Пить хочу, можно? – язвлю я, ставя пустой графин на стол и беря стакан с полки.

– Конечно-конечно, – машет она рукой, продолжая возиться с какой-то штукой. На полу установлена одна из переносных печек, на плите все конфорки заняты, а судя по отсутствию на кухне других людей, эту бедовую оставили за главную. – Вот ведь зараза! – бурчит она, нажимая и так, и эдак на клапан, венчающий какой-то баллончик.

– Что ты… – не успеваю задать вопрос, как из баллончика вспыхивает пламя и Милана с испуганным криком его роняет, из-за чего огонь перекидывается на подол ее длинного платья.

– Ой! А-а-а…

– Вот черт! – кидаюсь я навстречу идиотке, которая подожгла саму себя.

В полнейшем шоке выливаю на нее так и не тронутый стакан воды, что само по себе глупо, так как пламя уже разгорелось и потушить его таким объемом просто нереально.

– Помогите! – орет, как резанная, тем временем, девушка.

– Сейчас-сейчас! – стягиваю с себя куртку и начинаю сбивать ею пламя, но чертов огонь и не думает затухать.

Крик и паника Миланы совершенно не дает мне сосредоточиться и сообразить. Внезапно в поле моего зрения попадает нож, и я, схватив его, просто срезаю горящий подол ее платья, обжигая свои руки, но я не обращаю на это внимания, отбрасываю горящую ткань, и топчу ее ногами, пока полностью не гашу огонь.

– Какого черта это было?! – рычу я, делая шаг к своей глупой секретарше. – У тебя что, вместо мозгов опилки?! Ты могла сгореть!

– Боже! – начинает плакать она, смотря на остатки своего подола и вцепившись ногтями в мое предплечье.

Черт, ей же больно! Вот я осел, надо срочно искать аптечку и лед! Точно, нам нужен лед!

– Так, Милана, успокойся, сейчас мы быстро приведем тебя в порядок, – ободряюще сжимая ее руку, говорю я, пытаясь отцепить от себя плачущую девушку. – Я позову твою маму…

– Боже мой, какое бесстыдство! – оглашает кухню чей-то поросячий визг и мы оба оборачиваемся в сторону входа с улицы. – Вы что творите, бесстыдники?! Совсем совесть потеряли? – визжит тучная женщина, которую я видел среди гостей.

– Послушайте, вы все не так… – пытаюсь я объяснить ситуацию, но женщина выбегает, не слушая меня.

– Какой ужас, какой стыд! – слышится ее верещание во дворе. – Позор этому дому! В полном гостей доме, ну что за бесстыдство!

Милана поражена не меньше меня, да так, что даже плакать перестает, в шоке уставившись на дверной проем. А я только понимаю, что переусердствовал с ее платьем и быстро подхватив с пола, накидываю на ее плечи свою куртку.

– Надо быстро всем все объяснить! – в панике кричит она на меня и мы, не сговариваясь, вместе выбегаем на улицу, понимая весь ужас сложившейся ситуации.

– Иди и посмотри сам, Муса, – слышу, как мерзкая женщина говорит с отцом Лилы. – Посмотри, что происходит в твоем доме. Чем занимается твоя собственная племянница на кухне!

– Ничего не происходит, вы все не так поняли, тетя! – кричит Милана, с отчаянием глядя на собравшуюся толпу гостей. – Мое платье з-загорелось и Саид пытался потушить огонь, – сбивчиво рассказывает она, пока все кругом пялятся на нее, перешептываясь. – Он случайно порвал платье, вот и все! А тетя неправильно…

– То есть я вру? – возмущенно открывает рот коварная «тетя». – Я не видела никакого огня, Милана, как тебе не стыдно? Ты только что придумала это, чтобы оправдать себя!

– Нет, неправда! – рыдая, кричит Милана, беспомощно озираясь кругом.

– Она действительно обожглась, и я тоже, пока пытался потушить огонь, – показывая руку с ожогом, мрачно констатирую я. – Эта женщина подняла шум, вместо того, чтобы помочь. Нам нужна аптечка, вы разве не видите, что она плачет от боли?

Хозяйка дома сразу же уводит рыдающую Милану в дом, а ко мне подходит Аслан и не давая вдаваться в подробные объяснения, тянет в дом. Глядя на суровые лица отца и дяди Миланы, идущих следом, я понимаю, что дело дрянь.

* * *

– Тебе придется жениться, Саид! – заявляет мне старший брат.

– Я ничего не делал! – беснуюсь я. – Эта сумасшедшая чуть не сгорела из-за собственной неосторожности! Я всего лишь хотел спасти ее от огня! Ради Бога, не думаешь же ты, что я стал бы рвать на ней одежду прямо на кухне, когда в трех метрах от нас ходит толпа людей?! – взываю я к его рассудку.

Это просто какой-то бред. Не делай добра, не получишь зла, как говорится. Увидев, как моя горе-секретарша и кузина жены моего брата в одном лице умудрилась поджечь свое платье, я тут же кинулся на выручку, пытаясь сбить огонь, потому что стакан воды, которую я собирался выпить, для чего и зашел на кухню, ничуть в этом не помог. Когда и собственной курткой мне не удалось его сбить, а истерические крики Миланы переросли в ультразвук, я в панике не придумал ничего лучше, чем попытаться обрезать кухонным ножом пылающий подол ее платья, после чего нас и застала в этой компрометирующей ситуации одна из гостий, собравшихся сегодня на юбилей ее дяди.

– Причины не важны, Саид, пойми ты это! – говорит Аслан, нервно расхаживая вперед-назад по комнате. – Все гости слышали то, что говорила о вас эта истеричная женщина. Сплетницы уже к завтрашнему утру разнесут новость о том, что дочь Махмудовых была поймана с мужчиной до свадьбы!

– Но я ведь не виноват, черт возьми! Я просто зашел попить воды, будь она неладна! Мне что же теперь, жениться из-за того, что вошел в комнату в неподходящий момент?! Мало мне этой дурочки на работе, так еще всю жизнь ее терпеть? – ужасаюсь я подобной перспективе.

Будь проклят тот день, когда я вообще познакомился с этой глупой девицей, вечно попадающей в переделки!

– Замолчи, Саид! – багровеет Аслан, и я могу понять его, ведь речь идет о близких родственниках его жены. Аслану и так пришлось разгребать за меня и краснеть перед ними в прошлом. Я в неоплатном долгу перед ним и перед семьей его жены, но отплатить им собственной жизнью и будущим, женившись на их дурочке? Боже упаси!

А ведь если бы не мои глупые поступки в прошлом, уже сейчас я был бы женатым человеком и вел бы тихую, спокойную семейную жизнь. А теперь мне светит лишь эта истеричка, которую, как пить дать, навяжут мне в жены из-за дурацкого недоразумения!

– Ты ведь взрослый, разумный мужчина, ты сам знаешь, что у тебя нет выхода, – пытается зайти с другой стороны брат. – Подумай о ее бедных родителях, как они переживут позор своей дочери?

– Да не было никакого позора! Почему эти люди не понимают этого?! – гну я свою линию, хоть и понимаю, что это все. Мне придется жениться. Наверное, я понял это еще в тот момент, когда на кухне раздался громкий вопль той толстухи-соседки, что увидела нас.

– Все собрались в кабинете Мусы и ждут нас, – безапелляционно говорит брат. – Ее отец никогда не попросит тебя сам, не после того, как ты уже бросил одну их дочь в день свадьбы. Иди и веди себя, как зрелый мужчина, Саид. Прояви благородство. Не всегда все происходит по нашему желанию. Ты должен взять на себя ответственность, даже если в этом нет твоей вины. Попроси руки Миланы и будь готов жениться на ней. В конце концов, не мне тебе говорить, что если брак не сложится, всегда можно развестись в будущем.

Уж я-то разведусь, я точно не смогу прожить жизнь с этой… Миланой, будь она неладна! Но ведь до этого надо терпеть ее присутствие не только в офисе, но теперь еще и дома. И терпеть не меньше года, потому что быстрый развод тоже не пойдет на пользу нашим репутациям.

– Хорошо, Аслан, – говорю, едва сдерживая свой гнев и досаду. – Я женюсь на ней.