ГЛАВА 22
Нас провели в просторный зал, где у небольшой, грубо сколоченной сцены, уже стояли удобные мягкие кресла. Те, что повыше, с бархатными зелеными подушками с золотистыми кистями на углах явно предназначались нам с Рейганом.
Само представление было довольно занятным. Дети в смешных, самостоятельно сшитых костюмах страшно волновались, из-за чего иногда путали слова, стеснялись, запинались и спотыкались. Выглядело довольно мило.
Истории разыграли самые обычные. Первая сказка о том, как боги создали наш мир, одарив дарами и силой использовать магию, но ничего хорошего из этого не вышло. Боги ругались между собой, выясняли, кто сильнее, умнее и мудрее. Глядя на богов, начали ссориться и люди. А потом пришла Судьба и взяла все в свои руки.
Именно она плетет нити нашего будущего, то соединяя их между собой, то разводя в стороны. И этот таинственный узор не постичь простым смертным. Нельзя распутать эти нити и разрубить ее крепкие узлы.
Я внимательно наблюдала за детьми, пытаясь найти ту девочку с челкой и пустым взглядом, но она так и не появилась на сцене.
После представления пришла пора раздавать подарки. Дети подходили по одному, и мы вчетвером – я, Рейган, Никандра и Беатрис – вручали им подарки, которые нам подавали помощницы. Это были большие, довольно тяжелые красные коробки, украшенные разноцветными бантами. К своему стыду, я понятия не имела, что внутри. Пришла мысль, что в следующий раз надо обязательно все проконтролировать и самой все подготовить. Только потом я с раздражением поняла, что начинаю задумываться о будущем, которого нет и не будет. Это не моя жизнь! А Алфея и без меня разберется, что и кому дарить. Из нее получится княгиня намного лучше.
Та девочка так и не появилась.
– Спасибо вам большое, что нашли время посетить нас, – с улыбкой произнесла директриса, перед тем как попрощаться.
– Это все дети? – спросила я, вновь привлекая к себе внимание.
– Я вас не понимаю, – пробормотала она, бросая беспомощный взгляд в сторону Рейгана.
– Когда мы приехали, я видела в окне девочку. Маленькую девочку с косой челкой и старым зайцем в руках. Но ее здесь нет. И я хотела бы знать почему. Для нее что, не подготовили подарки?
– Ах, вы про Аннабель, – наигранно рассмеялась директриса. – Девочка в приюте всего пару дней. Она… она еще не совсем адаптировалась и пришла в себя после потери родных. Кроме того, она… простудилась, поэтому и осталась в своей комнате.
У меня не имелось причин сомневаться в словах госпожи Дамиры, но я все равно не могла отделаться от мысли, что здесь что-то не так.
– Спасибо за приглашение, но нам пора. Еще так много надо сделать, – произнес Рейган и, взяв меня под руку, решительно повел прочь.
Мы почти вышли на улицу, когда он наклонился ближе и быстро прошептал мне на ухо:
– Ты забыла, что любопытство в некоторых случаях бывает наказуемо.
Никакой угрозы в голосе не прозвучало. Он вообще был лишен каких-то эмоций. И от этого стало еще более неловко. По спине прошла дрожь, и я едва не споткнулась на ровном месте.
– Не забыла, – прошептала одними губами, отлично зная, что Рейган услышит.
Супруг весьма деликатно напоминал мне о нашем соглашении. Я никуда не лезу, не задаю лишних вопросов и остаюсь со своей памятью.
Перед тем, как забраться назад в карету, я не удержалась и вновь посмотрела на здание детского приюта. Дальнее окно на третьем этаже оставалось темным и безжизненным, девочки там больше не было, но я успела заметить, как дернулась занавеска.
Что за тайны хранили жители Запределья? И готова ли я рисковать, чтобы узнать их? Ответа на эти вопросы я не находила.
Дальше мы направились в лечебницу. Нас торжественно встретил главный лекарь, проводил по бесконечным коридорам, рассказал обо всех нововведениях, о ремонте в палатах, о новых настойках и лекарствах, которые изобрели благодаря щедрым пожертвованиям княжеского дома.
Здесь было светло, просторно, тихо и очень чисто. Пахло лекарствами, травами и всевозможными настойками. Но даже этот аромат оставался легким и ненавязчивым.
Мы даже вошли в несколько палат, чтобы пообщаться с довольными пациентами, которые широко улыбались, приветствуя нас. Все выглядело настолько идеально, что казалось каким-то неправильным и ненастоящим. Нет, я не умаляла заслуги лекарей и всего медицинского персонала. Очевидно, все они работали и много работали, готовые помогать всем и каждому. Но я не могла отделаться от мысли, что это все представление, которое рассчитано именно на меня.
«Любопытство бывает наказуемо…»
Я не собиралась переступать грань и лезть не в свое дело. Но и смотреть на все это тоже не было сил.
– Не возражаете, если я где-нибудь вас подожду? – поинтересовалась я после официальной части. – А то что-то голова закружилась.
Рейган бросил на меня внимательный взгляд, словно хотел прочесть мысли. Моему заявлению он точно не верил и явно старался придумать, как повежливее отказать.
– Наверное, парами надышалась в подвале. Я просто посижу и никуда не буду лезть, честное слово, – поспешно заверила я, коснувшись руками лба.
Рейган смотрел на меня несколько долгих секунд, а потом нехотя кивнул:
– Хорошо. Мы быстро.
«И не давай мне повода лишить тебя памяти, Франческа», – читалось в его глазах.
«Я постараюсь».
– Проводите княгиню в мой кабинет, – тут же распорядился главный лекарь, кивнув молоденькой целительнице в белом переднике и светло-сером форменном платье.
Та быстро кивнула и смущенно мне улыбнулась. Сейчас она очень сильно походила на Бекки, мою личную горничную. Тот же цвет глаз, только у целительницы вокруг радужки был золотистый ободок, тот же нос, та же улыбка и золотистый цвет волос.
– Прошу за мной, – произнесла она и повела меня назад к кабинету, который располагался на третьем этаже лечебницы.
Мы почти дошли до лестницы, когда откуда-то сбоку раздался жуткий вопль.
Целительница застыла на мгновение. Потом резко дернулась, словно хотела прямо сейчас броситься бежать. Правда, она почти сразу остановилась, балансируя на каблучках, и бросила на меня настороженный взгляд.
– Кому-то явно плохо, – вздохнула я.
Вопль повторился. В нем было столько боли, что даже меня проняло.
– Там… там есть, кому оказать помощь, – не очень уверенно проговорила целительница, не делая попыток продолжить путь. – А мне надо проводить вас в кабинет главного лекаря.
– Хорошо, – кивнула я.
Навязываться и предлагать свою помощь я точно не собиралась. Тем более что навыками целительства особо не владела. Кое-что я, конечно, умела и при необходимости могла оказать первую помощь, остановить кровь и даже залечить небольшие раны. Но на этом мои умения заканчивались.
А тому, кто сейчас надрывался от боли, требовалась помощь посерьезнее.
Снова послышался крик, от которого кровь стыла в жилах, а сердце начинало биться быстрее. Целительница вздрогнула и беспомощно сжала кулаки, кусая губы. Она явно хотела броситься на помощь, но не могла оставить меня.
– Я могу подождать в коридоре, – предложила я, заметив ее сомнения. – А вы быстро сбегаете и вернетесь.
– Но мне приказано… – неуверенно протянула она.
– А мы никому не скажем.
Я видела, как она боролась с долгом и приказом, как мысленно взвешивала все за и против. В конце концов, долг целительницы победил.
– Подождите меня здесь, пожалуйста. Я быстро! – воскликнула она.
И подхватив юбку форменного светло-серого платья, рванула на звук. Каблучки ее туфель громко стучали по полу. Целительница довольно быстро свернула за угол и скрылась из вида.
А я осталась одна в коридоре. Действительно одна! Где вы видели, чтобы в коридоре огромной лечебницы, где работало полным-полно врачей, где в палатах лежали пациенты, было так пусто и тихо? Я вот никогда такого не видела.
И пусть даже этот этаж предназначался лишь для врачей… куда они все подевались? Почему… стояла такая тишина? Неужели все, что нам показывали, было лишь ширмой, которая скрывала… что?
Снова раздался полный боли крик. Потом еще один и еще.
В следующее мгновение я покачнулась и едва устояла на ногах. Потому что откуда-то со всех сторон на меня обрушилась магия. Темная магия!
А я ее всегда узнаю. Она же как родная. Немного колючая, немного ершистая, совсем чуть-чуть опасная. Но такая родная!
– Темный маг? – прошептала я, устремляя взор туда, где скрылась целительница.
Кстати, светлая целительница. И вообще здесь все были либо светлые, либо нейтральные. А для нас, темных, их лечение – это чистый яд.
– Я об этом пожалею, – прошептала я, поднимая глаза к потолку. – Очень сильно пожалею.
А затем решительно направилась в ту сторону. Мне не требовалось останавливаться и искать путь. Меня вела сама темная магия. И чем дальше я шла, тем отчетливее ее чувствовала.
Сначала я шагала медленно, потом быстрее, потом еще быстрее. В конце я почти бежала. Застыла, лишь оказавшись у входа в новое крыло, которое скрывалось за массивными тяжелыми дверьми.
«А вот сюда нас не водили…».
Еще оставался шанс вернуться и забыть обо всем.
– Кого я обманываю, нет никакого шанса, – фыркнула я себе под нос.
Сбоку на вешалке висели несколько светлых халатов. Там же нашлась и косынка. Я надела халат, на голову повязала косынку. Конечно, это не скроет меня полностью, но хоть немного отвлечет внимание.
Открыв дверь, шагнула вперед.
Вот тут находилась самая настоящая лечебница. Туда-сюда сновали целительницы и лекари. Носили пузырьки, лекарства, чистые бинты и полотенца.
И концентрация темной магии здесь была такой, что у меня невольно сбилось дыхание.
«И куда теперь?»
Удача благоволила мне, пока я осторожно продвигалась вперед. Занятые своими делами маги не обращали на меня никакого внимания. А я же узрела уже знакомую целительницу, которая, держа в руках пару пузырьков с лекарствами, поспешила в одну из отдельных палат.
Я шагнула следом за ней.
– Вы что тут делаете? – громким шепотом воскликнула она после того, как я плотно закрыла за собой дверь.
– Не даю тебе убить его, – отозвалась я, подходя ближе.
– Вам нельзя. Если узнают…
– Тихо ты! – прикрикнула я. – Потом решим, что делать. Сейчас не до этого.
Совсем молодой парнишка лежал на кровати, крепко к ней привязанный с помощью толстых жгутов. Но даже это не мешало ему дрожать, рычать и стонать. Заметные ранения, повреждения или даже синяки на нем отсутствовали, но он все равно корчился от мук. И я понимала почему. Светлая магия действовала на него как яд.
Неужели их здесь в Запределье этому не учили? Темные – отдельно, светлые – отдельно.
– Тебе нельзя его лечить, – заявила я, присаживаясь на край кровати.
– Вы с ума сошли! – прошептала она. – О чем вообще речь? Я целительница! У меня дар! Образование! Годы практики! Я могу и должна его лечить!
– Как тебя зовут? – терпеливо спросила я.
– Селения.
– Так вот, Селения. Нисколько не сомневаюсь в твоих навыках и способностях. Но ты светлая. А светлая магия его убьет. Он же темный.
– Что за глупости? Это светлый чародей.
Словно подтверждая ее слова, раненый на хриплом стоне выгнулся и на мгновение поднял веки, и я увидела яркий золотистый ободок вокруг его почти черных глаз.
– Светлый, – прошептала я потрясенно.
– Именно! И вам стоит отсюда уйти.
– Но от него веет темной магией. Я чувствую ее. Это не может быть ошибкой.
– Уходите! Если узнают, что вы здесь…
– Но я уже здесь! – резко ответила я. – И раз у тебя ничего не получается, Селения, то позволь мне попробовать. Всего лишь попробовать. Если я права, ты можешь забрать себе всю славу от этого открытия.
– Но…
Селения беспомощно застыла, продолжая сжимать в руках пузырьки.
– Три минуты. Всего три минуты. Если что-то пойдет не так, то я сразу остановлюсь.
– Если что-то пойдет не так, то меня выгонят.
– Так позволь мне не допустить этого, – попросила я.
Она сомневалась, растерянно переводила взгляд с меня на раненого. Я уже думала, что ничего не получится, что Селения выгонит меня и сдаст мужу. Вот он обрадуется возможности стереть мне память или посадить в темницу.
Но потом она все-таки сдалась.
– Хорошо. Только осторожнее, пожалуйста.
– По-другому не получится. Я ведьма, а не темная целительница. Так что обойдемся минимальным лечением. Даже не лечением, а диагностикой.
В стремлении согреть я потерла ладони друг о друга, а когда положила их на грудь парня, даже через больничную рубашку почувствовала исходящий от него жар.
Темная магия черным облаком задымилась на пальцах и начала медленно проникать в тело парня. Тот вздрогнул всем телом и болезненно вскрикнул. Его глаза открылись, и золотой ободок исчез, полностью погрязнув в густой черной тьме, которая заполнила всю радужку.
– Вы что делаете? – ахнула Селения и попробовала оттолкнуть меня от пациента.
– Не мешай, – огрызнулась я, продолжая осторожно, очень аккуратно, мелкими порциями напитывать его тьмой.
Вспышка и перед моими глазами все потемнело, а потом… потом я увидела то, чего видеть явно не должна была.
Парень снова застонал, а затем его худощавое тело скрутило судорогой, лицо исказилось в жуткой гримасе боли. Он дернулся еще раз и неожиданно обмяк.
– Боги, – потрясенно прошептала целительница, – вы… вы его убили!
– Ничего подобного, – уверенно произнесла я, убирая руки.
Ладони горели, а пальцы мелко дрожали. За короткое мгновение я увидела достаточно для того, чтобы еще сильнее занервничать и захотеть обратно в империю.
Что бы ни случилось с этим парнем… я не хотела оказаться на его месте!
Это была не просто темная магия – источник силы всех темных магов. Это настоящая черная мгла, настолько черная, склизкая и опасная, что даже у меня екнуло сердце. Зло в первозданном виде. Алчное, кровожадное и беспощадное.
Никогда, даже в самых страшных кошмарах я не сталкивалась с подобным. Некроманты и оборотни, ведьмы и ведьмаки – все мы являлись темными магами, но в нас не было зла. Никто и никогда не источал столько ненависти разом.
Я не понимала природы этого воздействия, но точно знала, что должна держаться от этого подальше. Хотя бы потому, что та тварь, которая сидела внутри парня, мечтала меня сожрать. В прямом смысле этого слова.
– Он жив, просто… – я запнулась, пытаясь подобрать слова, которые никак не хотели подбираться.
Как сказать, что эта крохотная тварь, получив от меня импульс, наелась и временно уснула.
– Сейчас самое время для того, чтобы начать максимальное лечение, – сообщила я, поднимаясь и вытирая вспотевшие ладони о ткань халата. Пальцы все еще дрожали и болезненно покалывали. – У вас же есть какое-то максимально эффективное лечение?
– Да, но… еще рано, – с сомнением протянула Селения.
– Потом будет поздно.
Я все никак не могла избавиться от ощущения, что на руках осталась часть этого темного нечто. Ладони хотелось не просто вытереть, их хотелось помыть с мылом несколько раз. И потом еще пару сверху!
– Поверь, на меня лучше не ссылаться. И вообще, будет лучше, если ты прямо сейчас выведешь меня отсюда и проводишь в кабинет вашего главного. А потом вернешься и займешься своим пациентом. Только помни, что тянуть нельзя.
– Хорошо, – не очень уверенно кивнула целительница.
У нее все-таки получилось вывести меня из больничного крыла так, чтобы никто не догадался о том, кто я. Хотя я до последнего сомневалась, что у нас получится. И пусть наш пациент и успокоился, но другие нет. Из соседних палат то и дело доносились сдавленные стоны, короткие болезненные крики и хриплый шепот.
– У вас здесь нет темных магов? – снимая халат, спросила я, прежде чем сдернуть косынку с головы.
– Нет. Только светлые и нейтральные.
Я кивнула.
– Предложи нейтральным использовать часть своего темного навыка… та штука, которая сидит внутри раненого… она напитается отголосками темной магии и уснет. А вы в этот момент начнете лечить их с помощью светлых заклинаний. Так эффективность будет выше и раненным будет не так… мучительно больно.
Селения кивнула и, когда мы быстро шагали по коридору, осторожно поинтересовалась:
– А вы знаете, что это такое?
– Нет. И знать не хочу… Это просто зло. Древнее и очень опасное зло, – отрывисто ответила я, сама не замечая, как продолжаю тереть ладони друг от друга. – Не знаю, как и почему вы его разбудили, но оно очень опасно.
Целительница проводила меня до дверей кабинета и поспешила назад к больному. Честно говоря, у меня имелись опасения, что внутри уже ждет недовольный Рейган с заклинанием забвения. Но мне снова повезло. Кабинет был пуст.
Только я села, закинув ногу на ногу и закрыв глаза, чтобы успокоиться и прогнать навязчивые воспоминания о той твари внутри юного мага, как дверь с шумом распахнулась. Вздрогнув, я открыла глаза и недоуменно посмотрела на супруга, который быстро вошел в кабинет. Один.
– Ты здесь. – Рейган подозрительно сощурился.
– Я-то здесь. А где твоя свита?
– Обойдемся без нее. – Он подошел ближе. – Ничего не хочешь мне сказать?
Он узнал? Или решил проверить на всякий случай? В любом случае просто так сдаваться я не собиралась.
– Голова болит, – пожаловалась я. – Устала и хочу в замок в свою лабораторию. На сегодня я добрых дел наделала на целый месяц вперед. Надеюсь, все традиции соблюдены, и вы оставите меня в покое?
– Не надейся. Завтра в замке праздник по случаю наступления нового года.
– И все? – уточнила я. – На этом требования закончатся?
– Пока да.
От его пристального взгляда я немного занервничала. Кроме того, ладони вновь зачесались и появилось уже знакомое ощущение грязи, а следом нестерпимое желание ее смыть.
– Все? – натянуто улыбнулась я. – Мы можем ехать?
– Если тебе нечего сказать, – туманно отозвался Рейган.
– Кроме того, что я устала от всего этого балагана? – Я поднялась. – Совершенно нечего.
Не рассказывать же ему о том, что по ночам ко мне приходит снежный фей, которого я подкармливаю своей кровью, чтобы получить нужную информацию. А еще я нашла тайник темной ведьмы, бывшей княгини замка, которая много лет тому назад скончалась совсем молодой. И есть подозрение, что умерла она не своей смертью. Кроме того, любопытство вновь сгубило меня, и я узнала о пациентах, которых они так тщательно от меня скрывали. И прикоснулась к тому, к чему прикасаться совсем нельзя.
Да любого из этих пунктов было достаточно, чтобы лишить меня памяти или вообще казнить!
– Тогда давай отправляться в замок, – кивнул князь.
– Замечательная идея, – улыбнулась я и взяла мужа под руку. – Кстати, от синклита нет новостей?
– Нет. Я же сказал, что они будут очень долго думать, прежде чем что-то ответить.
– Жаль, – пробормотала я, когда мы вышли из кабинета.
Нас ждала дорога домой. И я очень хотела верить, что на этом тайны и испытания закончились.