Глава 35

- Марат?! - отскакиваю я назад, впечатываюсь в дверь шкафа и во все глаза таращусь на мужчину, стоящего у окна за моей кроватью. - Ты тут откуда?

Моргаю несколько раз, пугаясь, что у меня что-то с головой. Или… это сон?!

Нет, не сон - ладони, в которые я вонзаю свои ногти, отзываются вполне реальной болью.

- Привет, Юль, - он улыбается, огибает кровать и…

Я быстро выметаюсь из узкого прохода между кроватью и шкафом. Ощущение, что я запросто могу оказаться в ловушке, просто зашкаливает.

- Прости, что напугал. Ты одна? - уточняет Марат, и его лицо на миг теряет приветливое выражение. Глаза пристально сканируют пространство за моей спиной.

- Да, - подтверждаю я и судорожно соображаю, с чего же начать объяснение.

- Хорошо. Потому что в нашу последнюю встречу вокруг было слишком много народа.

- Да и встреча была, мягко скажем, жёсткая, - нервно усмехаюсь я, инстинктивно отступая назад к выходу из квартиры.

- И за это тоже меня прости. Но ситуация была критической.

- Правда? - останавливаюсь в коридоре перед входом в зал. - Это поэтому на Пако со Стёпой решили повесить шестнадцать трупов? - предъявляю ему я.

- Ну, во-первых, - Марат делает сразу несколько шагов ко мне, вмиг оказываясь рядом, - не повесить, а выяснить подробности, которые повлекли за собой подобное. А, во-вторых, ваш побег здорово затормозил дело, которое могло решиться намного быстрее, - он поднимает руку, касается моих волос, скользит по ним пальцами, а следом дотрагивается до щеки.

Резко отступаю.

- Марат… - и опять буксую…

Чёрт! Мне просто нужно сказать ему, что между нами ничего не может быть.

- Юль, ну что ты? Это же я, - в отличие от меня он не тормозит, моментально обхватывает руками талию, притискивает к себе и пытается поцеловать.

- Бля! Марат, стой! - с визгом пытаюсь вырваться из его захвата, затем шумно выдыхаю и, уже взяв себя в руки, прикрываю глаза и спокойно произношу: - Наши отношения… Это была ошибка. Прости!

- Не понял. Какая ошибка? - замирает он. - Юля, что случилось?! Ты же вернулась ко мне даже с того хренова рейса! Нам же было так хорошо, детка!

- Марат! - выставляю вперёд руки, потому что он опять сдавливает меня в объятьях, словно пытаясь выдавить бред, который я несу. - Давай, мы присядем, и я все тебе объясню.

- Что? Что не хочешь быть со мной? - его глаза вмиг темнеют. - Что хотела развести меня на чувства? Просто развлечься?

- Что?.. меня корежит от его предположения. - Конечно нет!

- Хорошо. Извини, - успокаивается он, так же быстро, как только что предъявил мне обвинения. Убирает руки, отпуская меня. - Я не был готов к такому повороту.

- Марат, это все моя вина, - нервно прикрываю ладонями лицо. - Я собиралась тебе позвонить и все объяснить. Но раз ты приехал сам, так даже лучше, - проскальзываю мимо него вдоль по коридору, направляясь в кухню.

Чай! Ромашковый чай сейчас как нельзя кстати! И для меня, и для него.

Блин, тут бы не помешала влажная уборка. Осматриваюсь я по сторонам, отвлекаясь вихря мыслей в голове.

Включаю воду в кране, собираясь наполнить чайник, и только тут до меня доходит.

- Марат, а как ты сюда вошёл? - оборачиваюсь и не застаю его на кухне.

Он за мной не пошёл?

- Марат, - зову его ещё раз. - Я завариваю чай, идём сюда.

Бля… У меня же такси! Спохватываюсь я. Ой, просто отменю поездку. С этим делом точно нужно разобраться как можно скорее и больше к нему не возвращаться.

Включаю чайник. Достаю чашки, банку с чаем и выхожу из кухни за своим временным телефоном, который оставила в кармане куртки и Маратом, который не пожелал пройти со мной на кухню. Нет, я могу понять его состояние, но…

- Что… случилось?..

Я упираюсь взглядом в выпотрошенный прямо на пол прихожей мой рюкзак. Но это не всё… Марат сидит перед ним и держит в руках разбитый пополам сувенир. Тот самый продолговатый цилиндр с древними письменами на удачу.

Блядь, ну что за детский сад?.. Это что месть? Типа разбитого зеркала? Ну так у меня вон уже есть Чернушка. Я с тревогой бросаю взгляд на столик с переноской позади Марата. Но мозг вопит, что я пропустила что-то важное!

Что?.. Возвращаю взгляд назад.

Вещи. Расколотый сувенир. И руки Марата в… перчатках… В сраных медицинских перчатках…

Он поднимает на меня глаза и теперь в них нет ни раздражения, ни досады.

Только… ненависть…

При этом его губы растягиваются в злой усмешке.

- Вострикова, - он медленно поднимается, - ты не представляешь, куда ты влезла. Я дал тебе шанс просто свалить. Но ты умудрилась похерить всё, что можно. Но даже после этого у тебя оставалась возможность уйти тихо и мирно. Но не теперь.

- Марат, что за хероту ты несёшь?.. - бью в ему лоб тупым вопросом и с ужасом понимаю, что мне, кажется, пиздец…

- Где оригинал?! - с рыком бросается он на меня.

Я уворачиваюсь, дергаюсь в сторону ванной, распахиваю дверь, проскальзываю внутрь, тяну её на себя и не успеваю совсем чуть-чуть, чтобы защелкнуть замок.

Мощный рывок и моя рука просто не удерживает ручку.

- Ты реально думаешь, что можешь от меня сбежать? Дура!

Марат заполняет собой сразу половину ванной, тянет ко мне руку и успевает блокировать мой удар увесистой стеклянной свечой. Но секундная заминка даёт мне фору! Я вмиг ныряю ему под руку, по ходу ударяя его ногой в голень и отпихивая на раковину. Изо всех сил захлопываю дверь ванной, слыша громкий удар позади и кидаюсь на выход.

Блядь! На хрена я закрыла входную дверь!

Я на скорости врезаюсь в нее и с ужасом обнаруживаю, что в замке нет ключа.

- А-а-а!!! Помоги-и-и… - во весь голос верещу я, пока гадские руки не сминают меня и не затыкают рот.

- Ты идиотка! Это тебе не поможет.

С силой дёргаю головой и впиваюсь зубами ему в пальцы.

- Сука! - в бешенстве выкрикивает он, бьёт меня в скулу так, что свет меркнет.

Бля-я-ядь, вот же тва…

- Вострикова! - резкий окрик.

С трудом разлепляю глаза и понимаю, что это ни черта не кошмарный сон. Это блядская реальность! И хренов Марат, сидящий передо мной.

Сама я сижу на полу на кухне с вытянутыми вперёд ногами и рукой, прикованной к батарее наручниками…

Ну прекрасно, блядь, чо…

При этом я ощущаю, как в мой затылок дует холодный уличный ветер.

- Начнёшь орать, и я выкину тебя в окно, - предупреждает меня этот маньяк.

- Ты бы хоть предупреждал заранее, что такой ранимый. Я б ещё сто раз подумала связываться с тобой или нет.

- Раз язвишь, Вострикова, значит соображаешь. Это хорошо. У меня мало времени и от тебя мне нужен один единственный ответ - где мой сувенир?

У меня перед носом опять оказывается разбитый цилиндр.

- Ты больной? Это он и есть!

В следующее мгновение меня пронзает острая боль, потому что Марат хватает меня за волосы и от души прикладывает об батарею.

Сука…

- Это, Вострикова, НЕ ОН.

- Я не знаю, что за ОН тебе нужен, - огрызаюсь, стараясь не расплакаться. - Но это то, что ты засунул мне в чемодан.

- Хорошо. Тогда почему он оказался у тебя в рюкзаке?

- Потому что я, как дура, поверила в его силу! Захотела вернуться и подстраховаться, чтобы все прошло гладко!

- Дальше, - Марат, грубо меня встряхнув, требует продолжения рассказа.

- Что дальше? Он валялся у меня в рюкзаке все это время. Ты сам видел его, когда просил показать содержимое на допросе.

- Кто после этого имел доступ к твоему рюкзаку?

- Никто.

- А Михеев?

- На хрена ему мой рюкзак? - как можно более безразлично выдаю я, потому совсем не хочу, чтобы этот урод лез и к Стёпке.

- Где он? Вы же вернулись вместе?!

- Он не трогал мой рюкзак! - зло огрызаюсь я.

- А вот сейчас мы это проверим, а заодно то, что он испытывает к тебе на самом деле.

Марат выпускает мои волосы из своей руки, на которой все так же надета перчатка и достает из кармана своей куртки мой телефон…

МОЙ телефон!

- Тех, кому ты меня оставил, убили вы? Шестнадцать трупов? - холодная волна липкого страха стекает по моей спине.

- Нет, только тринадцать, - совершенно обыденно отвечает он мне, параллельно листая список номеров в телефоне. - Троих пристрелил Пако. Твой Михеев не замарался, а жаль. Судя по тому, что решил присвоить чужое, он та ещё крыса.

- Да о чем ты говоришь?! Что чужое?

- Если ты не прикидываешься и реально ничего не знаешь, так даже лучше. Умрёшь, как святая. И твоя смерть останется на его совести.

- Что, блядь? Ты собираешься меня убить?

- Я же сказал. Провезла бы мой груз с первого раза в багаже, и жила бы себе дальше. Я же не знал, что ты обычная шлюха, которая идёт с тем, кто поманит. Через два месяца ты бы обо мне и не вспомнила. Но… тебе оказалось мало приключений на похудевшую задницу. Мало того, что ты запорола мне доставку! Ты ещё, сука, и спиздила товар!

- Ты не собирался меня выкупать, да? Если бы эта хрень прилетела с моим багажом. Я была бы тебе больше не нужна. Но она не прибыла. Эти люди в деревне, они работали на тебя? Они знали, что нужно искать! Вот почему тот козел, который меня охранял спрашивал про рюкзак.

- Они стали свидетелями срыва поставки. Ты причиной, а вот твой Михеев, похоже настоящей занозой в заднице. Но я умею доставать тех, кто мне мешает.

- Твои женщины, которые погибли три месяца назад. Им нужна была замена? И ты выбрал меня?

- Одноразовая, Вострикова! Но ты умудрилась запороть и её! Не просто запороть, но и подставить меня. А я не прощаю таких выходок.

Он нажимает на вызов в телефоне. Затем внезапно отстегивает меня от батареи и, схватив за воротник, вздергивает вверх и заваливает спиной на подоконник…

Вся верхняя часть моего тела оказывается за окном.

Но это ещё не всё! Второй рукой Марат направляет на меня камеру телефона и начинает снимать.

- Слушай внимательно! Если через полчаса у меня не будет того, что ты украл. То мозги твоей подружки освежат снежок под ее окном. Понял? Полчаса!

- А зачем так долго? - звучит голос сбоку с внешней стороны окна.

И через мгновение нога Стёпы врезается Марату в грудь, а его рука ловит меня в тот самый момент, когда верхняя часть моего тела перевешивает нижнюю.

Рывок и Стёпа заталкивает меня в кухню, отшвыривая сразу в угол. Отстегивает крепление альпинистского снаряжения и прыгает на Марата сверху, не позволяя тому подняться.

- Стёпа! У него пистолет! - ору я, замечая мелькнувший ствол, кидаюсь вслед за ним и успеваю вцепиться в запястье так, чтобы отвести ствол в сторону.

Выстрел.

Ещё один.

Все пули уходят вбок, пока Стёпа пытается вырубить Марата, а я лежу на его чёртовой руке, не позволяя ей сдвинуться с места.

Ну вот за что нам эта зрения?!

Внезапный порыв ветра бьёт прямо в лицо. Не из окна, со стороны прихожей, а в следующее мгновение резкое движение перед глазами, глухой удар и прекращение сопротивления подо мной.

Глубоко вдыхаю, но помимо облегчения чувствую смутно знакомый аромат тяжелого дорогого парфюма.

- Белобрысая, блядь! Кто б мне раньше сказал, что ты такая проблемная.

Хочу выматериться.

Громко. Зло.

А ещё разрыдаться.

Но хрен!

Точно не сейчас, когда в мою маленькую, уютную квартиру набился не пойми кто!

Пока мужик, огревший Марата тяжёлой резиновой дубинкой, переворачивает его на живот и застёгивает наручники за спиной, Стёпа подхватывает меня под руки, помогает подняться, но сразу же выступает вперёд, блокируя ко мне доступ.

Что совсем не мешает нашему главному самозванному гостю пялиться на меня в упор и продолжать хамить.

- Что, Вострикова, поняла, что с щеками тебе было лучше и решила вернуть их нетрадиционным способом? - глаза Егора Андреевича скользят по моему лицу, брезгливо оценивая отек от удара Марата.

- Да, - преодолевая боль, растягиваю губы в фальшивой улыбке. - Хотите помочь со второй щекой для симметрии?

- Воздержусь, - с раздражением цедит он и переводит взгляд на Стёпу. - Какого хера ты влез в операцию моих людей?! - на этот раз в его голосе звучит неприкрытая угроза.

- Вы хотите поговорить о некомпетентности ваших людей? - ничуть не тушуясь, в тон ему отвечает Стёпа. - Марат уже был в квартире, когда ты пришла, так? - оборачивается он ко мне.

- Да, - вздрагиваю я, вспоминая момент, когда обнаружила того в спальне.

- Он не оставил бы её в живых. Ему на хрен не сдался такой свидетель! - на глазах свирепеет Стёпа.

- Чушь! - рявкает Рудов. - Он должен был забрать свой товар! И его бы взяли с поличным на выходе.

- На каком выходе, если по сводкам ваших же людей он не входил?!

- Михеев, блядь! То что ты по пути ко мне вырубил охрану и влез в их систему, не делает тебя всезнающим. А кроме того, ты не твой дед, поэтому поумерь гонор!

- Дед бы не стал с вами даже говорить, - с презрением отшивает его Стёпа.

- Егор Андреевич, - влезает в их перепалку мужик, который возился с Маратом, а я с удивлением узнаю Андрея! - Марат ждал их обоих, - он протягивает Рудову две странные ампулы.

- Сука… - едва различимо произносит Стёпка, зато я не молчу и в полный голос задаю свой вопрос, потому что ни разу не встречала ничего подобного среди лекарственных препаратов.

- Что это?

Взгляд Рудова воспламеняется.

- Вострикова, хочешь, чтобы я довел до конца его план?

Он молниеносно убирает ампулы во внутренний карман пальто.

- Заберите его, - отдает приказ он, и из моей прихожей на его зов появляются ещё двое. - Свяжись с Натальей, - Рудов переключается на Андрея. - Она была права насчёт недостающего звена. Это оно, - Егор Андреевич с ненавистью отвешивает удар ботинком Марату.

Андрей кивает, а потом мельком смотрит на меня и... подмигивает.

Ну да, ну да... Вот он уж точно делал всё, чтобы в отряде я ни с кем не сближалась... Но гребаное похищение всё испортило.

Спустя полминуты мы остаёмся на кухне одни. Ну в смысле как одни. Егор Андреевич все с той же брезгливостью осматривает мою кухню.

Ой, вот только не надо! Не больно то твой золотой унитаз на каждом этаже сделал Женьку счастливым. Зато я знаю, кто сделал!

Я достойно выдерживаю очередной его оценочный взгляд.

- Михеев, закрой окно, - продолжает командовать Рудов, явно попутав нас со своими людьми.

- Егор Андреевич, вы не у себя дома. Будьте, пожалуйста, повежливее! - одергиваю его я.

Испепеляющий взгляд мне в ответ, и он с кривой усмешкой обращается к Степе:

- Хочешь сказать, что полез в мои дела только ради неё?

А ради чего ещё? Я непонимающе перевожу взгляд с одного на другого.

- Именно, - подтверждает Стёпа. - И я хочу, чтобы о Юле не упоминалось ни в одном вашем отчёте.

- А не жирно, Михеев? Что ты, что Рыжая слишком много о себе думаете.

- Мы не только думаем, но и немало на себя берём, - уверено заявляет Степан, засовывает руку в карман своей куртки, достает оттуда мой совершенно целый сувенир и с размаха швыряет его Егору Андреевичу.

Тот ловит, молча подходит к кухонному шкафу, выдвигает ящик со столовыми приборами, удовлетворено находит требуемое - молоток для отбивных, тут же оборачивает злополучный цилиндр кухонным полотенцем и от души по нему бьёт.

Затем Рудов откладывает молоток. Разворачивает полотенце, и я теряю челюсть от удивления.

Из полой капсулы внутри цилиндра высыпается целая россыпь сверкающих камней.

- Ненавижу тварей, проворачивающих дела за мой счёт! - зло цедит Егор Андреевич.

- Я тоже, - так же зло выдает Стёпа. - Но я забуду, про то, как вы использовали Юлю. А вы… про неё.

- Ха… А дед тебе не говорил, что такая категоричность не на пользу делам?

- Делам с вами? Нет, спасибо.

- Ну как знаешь, Степан. Но послушай мой совет, брось Вострикову на хрен. Нервы целей будут.

- Что?! - взрываюсь я от его очередного хамства.

- Меня не интересуют ваши нервы, Егор Андреевич, - усмехается Стёпа, обхватывает меня за плечи, обнимает и очень осторожно касается губами подбитой щеки. - Люблю тебя, Юлька.

- И я тебя, Стёп, - поворачиваюсь к нему, прижимаюсь, растворяясь в таком долгожданном счастье. - Насчёт нервов не беспокойся, - тут же обещаю ему. - Я же супер-доктор. Все подпорченные нервы обязательно вылечу, но только тебе. Моему. Любимому.

В спину летит ещё какая-то гадость, но нам уже всё равно.

Мы друг друга нашли...