Глава 9

- Вы Марат? - я решаю зайти с козырей, потому что ясно вижу, что это не командир.

Неуверенность, болтливость, нарочитое превосходство. И это не те черты, которые помогут завоевать авторитет в подобных условиях.

- Для тебя, крошка, я буду кем угодно, - со смешком выдает стоящий напротив меня мужик.

- Кем угодно не надо. Я предпочитаю определившихся мужчин.

- Ещё лучше. С тобой я уже определился, - он наступает на меня и дуло его автомата упирается мне прямо в подбородок.

Приехали...

Не, ну а почему я вдруг решила, что эти особи будут чем-то отличаться от тех, что были в самолёте.

Общий типаж мужчины готового переться хрен знает куда и рисковать своей жизнью за бабки сомнительного происхождения - вырисовывается довольно четкий. Это Семеныч уже наверху и всем все доказал, а эти только на пути туда и не факт, что доберутся.

- Я за тебя рада. Но мне, чтобы определиться, предстоит ещё провести твой полный медосмотр. Я привыкла опираться на достоверные факты, а не на чувства и первое впечатление, - я аккуратно поднимаю руку и отодвигаю от себя ствол автомата. - Надеюсь, ты меня не разочаруешь? Люблю здоровых мужчин. С ними остаётся шанс не только работать, но и отдыхать.

Мужик, к моему удивлению, не бычится. Одним движением стягивает балаклаву, вполне дружелюбно ухмыляется и выдает:

- Тогда, Вострикова, считай, что приехала на курорт. Придем в лагерь, бросим жребий и посмотрим, у кого из нас сегодня начнется курортный роман.

Бля… Ну нормально же общались!

И следом я теперь уже в сопровождении своего личного конвоя поднимаюсь в гору ещё минут пятнадцать.

Дыхание сбивается на хрен. Маршрут повышенной сложности даёт себя знать. Память подкидывает наставления всех членов семьи Алексея Семёновича о тренировке внимания и координации движений. А ведь это даже не дикая тропа! Коробка с Чернушкой начинает здорово напрягать, потому что все чаще и чаще хочется удерживать баланс при помощи рук.

- Вострикова, хорош, пыхтеть! Возбуждаешь так, что до лагеря не дотерплю, - бросает мне через плечо любитель курортных романов.

- Я могу предложить расслабляющий массаж спины, - громко выдохнув поддерживаю беседу я.

- Прям здесь? - удивлённо приостанавливается он.

- Ну да, поможем друг другу.

- Как?

- Ну как-как? Ты посадишь меня себе на спину и понесешь. Я перестану пыхтеть. Ты расслабишься. Спина при деле.

- Вот все вы бабы такие! - возмущается он. - При первой возможности готовы на шею сесть.

- Эй, попрошу не обобщать! Я как медик точно знаю разницу между спиной и шеей.

- Между остальными частями тела тоже знаешь? - мой собеседник оборачивается с внезапным вызовом и в глазах вспыхивает недобрый огонёк.

- Кончай базар, Сэм. Если она выдохнется раньше, ты реально сам ее попрешь. А в ней точно килограмм семьдесят.

- Что весовой сканер в глазах? - огрызаюсь я на конвоира позади.

- Да, определяю по обхвату задницы перед моими глазами.

- М-м-м… Вечный замыкающий? Сочувствую.

И тут же я получаю шлепок по пятой точке.

- Какого хрена? - резко оборачиваюсь к любителю распускать руки и теряю равновесие.

Мгновение, нога соскальзывает с камня, одной рукой я пытаюсь удержать коробку, второй впечатываюсь в грудь конвоира, и он, чтобы не покатиться вниз по тропе, моментально склоняется вперёд, позволяя мне частично свалиться на себя.

Подъем вверх, и я оказываюсь перекинутой через плечо этого ловкача.

- Отпусти! - визжу я, больше из-за того, что рюкзак на моей спине угрожающе сползает, а в таком подвешенном состоянии я ничего могу с ним сделать, так как держу в руках коробку с Чернушкой.

- Если не хочешь, чтобы мы покатились вниз и переломали себе шеи, перестань дёргаться, - рявкает удерживающий меня умник.

- Отпусти меня, и я прекращу.

- С рюкзаком я ее не допру, - игнорирует он моё требование. - В нем не меньше двадцати килограмм, а на центнер в гору я не подписывался.

- Слабак! - не оставляю я его слова без комментария.

И слышу заливистый смех Сэма.

Но вместо того, чтобы ожидаемо оказаться на земле, этот придурок делает шаг со мной, рюкзаком и Чернушкой на своем плече.

- А-а-а! - уже дурниной начинаю орать я и наконец обретаю, хоть и ненадежную, но почву под ногами.

- Марат, был точно в своем уме, когда на это согласился? - достается мне ещё один презрительный взгляд.

- Я-то откуда знаю? - возвращаю я ему такой же.

Ещё один смешок Сэма, и он делится своим бесценным соображением:

- У меня в лагере есть скотч. Думаю, проблему с её длинным язычком мы без проблем решим.

- Угу, только не забывайте, что у меня-то есть официальное разрешение на доступ к вашим телам. И то, что я решу с ними сделать в какой-то конкретный момент, будет полностью зависеть от моего к вам отношения.

- А как же ваше "не навреди"? - тут же возмущённо реагирует Сэм.

- В экстремальных условиях не считается, - нагло вру я.

- Семеныч что решил отомстить нам за вечеринку у Ви?

- Не исключено. Но решать будет все равно Марат. Отдышалась? Вперед! И выкинь уже на хрен свою коробку! - наезжает на меня замыкающий.

- Не могу.

- Почему?

- В ней все мои проблемы. Вы же не хотите, чтобы они перешли на вас.

- Ты была у шамана? - внезапно обеспокоенно спрашивает Сэм.

- Да.

- Твою ж мать! - он одним прыжком отскакивает вверх по тропе. - Они решили подсунуть нам проклятую! - на полном серьёзе шугается этот взрослый мужик.

Мда… Им бы сюда лучше психиатра. Точно было бы больше пользы...

- И вовсе я не проклятая! - не теряя времени опровергаю голословное обвинение. - Наоборот, защищённая от порчи и неприятностей.

- Я знаю эти коробки, - уверенно продолжает Сэм. - Колдуны закапывают в них нечистые вещи, на которые перекидывают все плохое. Какого хрена ты тащишь ее с собой?

- Мой выбор. Хочу и тащу.

- Но тащишь ты её к нам! - продолжает высказывать свое недовольство он.

- Не переживай. Она компенсируется моей защитой, - я вздергиваю руку вверх и показываю ему свой браслет. - Можешь считать, что я всё такая же, какой сошла с самолёта.

- Хватит. Вы бы своими булками так двигали, как языками, - затыкает нас замыкающий. - Смотри под ноги, Вострикова. Я уже на себе ощутил вес твоих проблем и что-то как-то не хочется повторять.

- Так не провоцируй, - не поворачиваясь, бросаю я ему и возобновляю подъём.

Сумерки только начинают сгущаться, но из-за обилия растительности приходится внимательно всматриваться в землю под ногами. Глазеть по сторонам - это точно не наш случай.

А когда мы наконец выходим на относительно ровную поляну, будто вырубленную мачете в непролазном кустарнике, до меня доходит эпичность грядущего п*здеца.

- Вы живёте здесь постоянно? - я с выпученными глазами осматриваю пространство вокруг.

- О, Рудов расщедрился и теперь в каждом отряде по поварешке? - прилетает вопрос из подвешенного чуть поодаль гамака, и через секунду из него поднимается парень примерно моего возраста.

- Угу, будет следить за твоим питанием, Костян. Что ешь, что пьешь. Все вредное изымать и... съедать за тебя.

Дружный гогот остряков выманивает из высокого камуфляжного тента ещё двух членов отряда: мужчину лет сорока с хмурым, тяжёлым взглядом и бородача неопределенного возраста, на глаза которого, несмотря на отсутствие солнца, натянута черная бейсболка.

- Семеныч еб*нулся, - коротко комментирует мое прибытие первый.

- Будешь спать со мной, - припечатывает второй.

Удерживая коробку одной рукой, я скидываю одну лямку рюкзака, затем перекладываю коробку во вторую руку и аккуратно спускаю рюкзак на землю.

- Я - Юлия Вострикова. Врач вашего отряда на следующие два месяца. Я прочитала контракт и знаю все свои права. Ваши тоже. Вы в праве иметь свои фантазии и мечты, но если они не совпадают с моими, увы, ничем не могу помочь. Хотя… Разрешенные антидепрессанты у меня всегда под рукой, - с ухмылкой добавляю я.

- Они тебе больше не понадобятся, - подкалывает меня бородач. - Я позабочусь, чтобы ты, Юля, была всегда довольна.

- Эй, Насим, самый нуждающийся что ли? - встревает Сэм. - Я обещал Востриковой, что мы все решим по справедливости. Поэтому - жребий!

- Жребий! - подхватывает Костян.

- Какой тебе на хрен жребий, Сэм? - прерываю я этого любителя справедливости. - Мне ведь нужно будет просто снять браслет и все мои проблемы, станут твоими.

Я присаживаюсь, ставлю коробку, которую все это время держала в руках, снимаю с нее крышку под сдавленный ох Сэма и поднимаюсь с уже прижатой Чернушкой к своей груди.

- Это ритуальная свинка? - внезапно осипшим голосом уточняет бородач.

- Вострикова, ты рехнулась... - похоже, окончательно охренев, шепчет Сэм.

- Задолбали! - раздается у меня над ухом злое от замыкающего, и его ручища тянется через моё плечо за бедным животным.

Ну, конечно, так я вам ее и отдам!

Закидываю Чернушку себе за пазуху, совершаю обманный маневр, ухожу в сторону, оцениваю обстановку на предмет хоть какой-то безопасной зоны и под свист и возмущенные вопли позади в одно мгновение оказываюсь на дереве. Одном из двух, к которому привязан гамак.

- Как она туда залезла? - звучит удивлённое с земли.

- Не, ну в экстремальных условиях она не тупит.

- Да тупит она. Залезла, а что дальше? Подумать на несколько шагов вперёд слабо.

- Да она ж как фейковая медсестра из элитной стоматологии, чего с нее взять? Удивительно, что с такой жопой, она вообще туда залезла.

- Небезнадежна.

- Свинку надо закопать в любом случае. Мама Па́ча должна получить свою жертву. Нам гнев богов ни к чему!

- Юля, зачем бегать от судьбы, когда она сама привела тебя ко мне. Сейчас я тебя оттуда сниму и…

Упертый бородач прет напролом.

Вот им, сука, тут реально нечего делать, точно бесятся от безделья.

Я переступаю ногами на ветку, чтобы не дать возможность непрошенному спасателю до меня добраться.

И в этот момент Чернушка предательски цапает меня за бок. От неожиданности я вскрикиваю, ветка подо мной хрустит, я перехватываю руками тонкую ветвь повыше, чтобы удержаться, но это меня не спасает.

Я сваливаюсь вниз, на секунду зависаю, а потом как дикая обезьянка лечу, ухватившись обеими руками за импровизированную лиану.

Точку приземления выбираю не я.

Ага, судьба.

И посадка получается на удивление мягкой.

- Извини, - на автомате бормочу я мужику, которого сбила с ног и оседала почти как жеребца. - Видел же, что ситуация критическая, - я судорожно вытягиваю футболку из-за пояса и вытаскиваю бедную Чернушку. - Не волнуйся, милая, я никому не позволю тебе навредить, - обещаю я свинке и только после этого фокусирую взгляд на своем "жеребце".

- Ой…

- Вижу, вы уже полностью освоились, Юлия Николаевна…

- Ну полностью, не полностью, а общее впечатление уже имею, - пытаясь сползти с незнакомца, я прижимаю к себе морскую свинку и делаю несколько волнообразных движений бедрами.

Безрезультатно...

- Давайте помогу, - сдержанно предлагает мне помощь моя жертва и, не дождавшись согласия, слегка толкает своей рукой мое плечо, заваливает меня на бок, придерживает за вторую руку, на одной силе своего бедра, поднимается на колени, затем на ноги и следом поднимает меня.

Бли-и-ин, вот это тренированность! Я в восхищении оцениваю моторику тела парня.

Ну и его самого. Высокий, загорелый, спортивный, с охеренно красивыми загорелыми плечами и руками. Густые черные волосы, аккуратная щетина, ровные брови и темные, почти черные глаза. Интересный тип.

Если бы я не слышала, что русский его родной язык, могла бы принять за местного. А так…

- Спасибо, - благодарю за впечатляющий подъем. - Вы скорее всего Марат, - выдвигаю я предположение.

- Это у вас интуиция или логика? - едва заметно улыбается он, цепляя меня взглядом и не позволяя отвести глаза.

- Логика. Алексей Семёнович говорил, что при полной комплектации отряд состоит из семи человек. Вы - седьмой.

- Вы уже со всеми познакомились? Отлично. Значит, проверку на коммуникабельность прошли.

- Ну… Я была бы не против официального представления.

Я пробегаю взглядом по внезапно притихшим членам отряда.

Идиллия, мать их!

И что это значит? Что меня просто проверяли или без командира всё опять сведётся к контурам настоящей жопы?

- Да, конечно, - покладисто соглашается Марат. - Вы готовы приступить к исполнению своих обязанностей прямо сейчас?

- А у меня есть выбор? - ставит в тупик меня его вопрос.

- Я о том, что, возможно, у вас появились сомнения.

- И? - продолжаю тупить я.

- Вы можете закатить истерику и попросить о переводе, - Марат внезапно предлагает мне прелюбопытную альтернативу.

- Куда?

- Здесь главное не "куда", а "перевод".

- Нет, - чуя подвох, отказываюсь я.

- Тогда план действий следующий, - непривычно жёстким, громким голосом произносит Марат, обращаясь уже ко всем. - Осмотр, поездка за грузом, возвращение в лагерь, ужин, отбой и завтра в пять первая доставка. Всё понятно?

Безмолвные кивки в ответ.

- Юлия Николаевна, идёмте, - приглашает он меня в тент, и я все ещё прижимая Чернушку к себе, следую за ним.

Огромная палатка, оказывается разделенной на три зоны - бытовая, техническая и спальная. Всё очень аккуратно и структурировано.

Я почему-то больше ожидала увидеть свинарник.

- Давайте договоримся с вами сразу. Ситуация у нас нестандартная и довольно провокационная. Я не привык обсуждать приказы начальства, поэтому вы здесь. Но ради вас никто не будет менять привычный порядок. И именно вам, Юлия Николаевна, придется подстраиваться.

- Можно просто Юля, - ловко вворачиваю в его паузу я.

- Нельзя, - взгляд командира четко сигнализирует, что зря он во все это ввязался, но, глубоко вздохнув, он все же поясняет: - Как раз потому, что вам многим придется поступиться, у вас должно остаться то, что будет отличать вас от них. Поэтому по имени-отчеству и на "вы".

- А вы не думаете, что это усилит неприязнь и отчуждение.

- Вполне. Но это лучше, чем если мне придется объяснять им каждый раз, что вы здесь не для их развлечения. И кстати, если вздумаете скакать по койкам, я сам вышвырну вас из отряда, где-нибудь посреди джунглей. С вашей подготовкой - это смерть.

- Благодарю за предупреждение, - стиснув зубы цежу я, вспоминая прием его подчинённых.

- Не за что, - он словно не улавливает моего ехидства и продолжает. - Вот ваш рабочий планшет. Тут уже введена информация на каждого бойца.

- Бойца? - подозрительно переспрашиваю я.

- Привычка, - внезапно широко улыбается Марат. - На каждого члена отряда. Заполняете. И фиксируете ежедневно. Отнеситесь к заполнению журнала здоровья со всей ответственностью. Если что-то случится из-за вашего недосмотра, вы не расплатитесь с Рудовым до конца своих дней.

- Отнесусь, - эхом повторяю я наставление командира.

- Ну и ваше спальное место, - указывает он на лёгкую сборную двухъярусную кровать, и его рука ложится на верхнюю полку.

- Э-э-э… А можно я буду спать внизу? - прошу я, потому что в ярких красках представляю себе сцену покорения этой вершины.

- Нет.

- Но если кровать сложится, человек внизу будет сильно травмирован. Я, знаете ли, не пушинка.

- Не переживайте, я выживу, а заодно проконтролирую подходы к вашей башне, - любезно обещает мне мой сосед и защитник по койке.

Да чтоб вас всех!

Меньше, чем за минуту командир организует мне приемную - стул, стол и условная перегородка, отделяющая спальную зону.

- Насим, первый! - громко зовёт Марат и в палатку заходит бородач.

Я готовлюсь к очередному прямолинейному подкату, но ничего подобного не происходит. Насим подходит к нам, снимает бейсболку, слегка склоняет голову вновь меня приветствуя и произносит:

- Юлия Николаевна, рад, что наш отряд получил достойного специалиста в вашем лице. Всегда приятно знать, что твою жизнь в случае чего подстрахуют.

- Очень приятно, Насим, - я сдерживаю свое удивление. - Сделаю всё, что от меня зависит.

- Отлично, Юлия Николаевна, приступайте, - ощутимо хлопает меня по плечу Марат. - Четыре минуты на каждого. Я не в счёт.

- Почему? - на автомате интересуюсь я.

- Уже прошел проверку, - сообщает мне он, а я успеваю заметить лёгкую ухмылку, проскользнувшую у Насима.

- Хорошо. Приступаем, - принимаю ответ командира, который уже покидает палатку, сажусь на стул, открываю файл в планшете и быстро его просматриваю.

Ага, Насим. Тридцать два года. Не женат. По анализам абсолютно здоров. Десятый контракт.

Ну все понятно. Новичок в этом отряде только я, поэтому на все мои вопросы по состоянию здоровья я получаю стандартные, ожидаемые ответы.

- Какие-то специфические жалобы? - я вбиваю в файл показания давления, частоты пульса и встаю со стула, чтобы произвести визуальный осмотр, на который у меня осталось две минуты.

- Жалобы? - задумчиво повторяет мой вопрос Насим. - Да, пожалуй. Стресс.

- Какова причина?

- Страх, - коротко отвечает он, стягивает с себя футболку, снимает ботинки, штаны и остаётся передо мной в одних трусах.

Черт, вот это тело… Красотища! И пропадает же в этой дыре. А должно служить на благо женщин!

- Страх чего? - обхожу я Насима сзади и конкретно зависаю, рассматривая его спину и задницу.

- Сна в одиночестве. Я же сразу, как вы приехали, обозначил проблему и вариант ее решения, - фыркает он, не оглядываясь, и напрягает мышцы, чтобы произвести дополнительное впечатление.

- Вон оно что... - тяну я, продолжая глазеть на дармовую красоту. - Так ваша проблема решается намного проще. Видите ли, Насим, последние исследования в этой области доказали, что даже имитация присутствия кого-то рядом действует абсолютно так же, как и живой человек. Поэтому, думаю, сегодня вы уже нормально выспитесь.

- Обещаете? - резко оборачивается он ко мне.

- Гарантирую. Поднимите ступни, у нас осталось тридцать секунд.

- Или вся жизнь, Юля. Моя с тобой, - тембром профессионального бабника шепчет мне Насим, склоняется ниже и заглядывает мне в глаза.

- Осмотр завершен! - отворачиваюсь я от него и выкрикиваю: - Следующий!

- Быстрая? Нравишься, - прилетает мне в затылок, а в палатку заходит мой первый знакомец Сэм.

По данным информационного файла двадцати семилетний Александр. Женат. Четверо детей.

Какой тебе на хрен жребий?!

Анализы в норме, но здорово проигрывают насимовским. Да, семья здорово выматывает. Угу, особенно, когда контракты идут друг за другом. Надеюсь, неизвестная жена Сэма, он оставляет тебя каждый раз не только с новым ребенком, но и с львиной долей своего заработка.

Большого впечатления сам коллега на меня не производит, но производит его зуб мудрости, о котором надо было позаботиться намного раньше.

В файл отправляется пометка об этом, а её причина вон из палатки.

Знакомство с двадцати четырех летним Костей и "замыкающим" тридцатилетним Андреем проходит официально, потому что командир решает полюбопытствовать, как я провожу осмотр.

По всем анализам оба парня оказываются близки к идеалу и не женаты.

Ну и последним я осматриваю сорока четырехлетнего Михаила. Разведен. Двое детей. Тридцать восьмой контракт. Удовлетворительные показатели. И ни одного лишнего слова во время осмотра.

- Вы даёте добро всем членам группы? - уточняет Марат, когда я заканчиваю с Михаилом.

- Да, но у меня есть рекомендации.

- Хорошо, Юлия Николаевна, сообщите их мне после того, как мы сюда вернёмся. Вы и Михаил остаётесь здесь. Он введёт вас в курс дела - покажет лагерь и объяснит, как все здесь работает. Слушайте его очень внимательно.

- Хорошо, - не вижу причин возражать я.

И как только основная часть отряда уходит, Михаил заявляет о том, что не прочь пообщаться:

- Ну что, блондинка, рассказывай какого хрена ты здесь делаешь? И не вздумай врать!

- Меня послали к вам боги, - уверенно отвечаю я, зловеще улыбаясь.