Глава 28

— Картошку всю посадили?

— Да, и семенами тоже, — ответила Буан, рыхля клубнику, — ростки местами уже вылезли, тоненькие очень, не то что от клубней.

— Ну да, ничего разведём, — проговорила, наблюдая за слаженной работой девушек.

Буан взяла себе помощниц, оккупировав замковый сад и восстановленную теплицу, занялась выведением овощей. Пока практически всё шло на будущие запасы, но и в замок мне удавалась в прошлом году выклянчить несколько помидоров, с огурцами было проще. Сладкий перец уродился только в количестве двух штук, поэтому над ними Буан особо тряслась.

Кабачки, патиссоны здесь росли прекрасно, свёклу тоже удалось развести, пока немного, но уже не должна исчезнуть. А вот с разведением кукурузы мы ещё боремся, в прошлом году взошли не все, вызрело и того меньше, початки были крохотные и не такие сладкие, но Буан девушка настойчивая, уверена справится с этой работой.

Клубнику тоже прошлым летом очистили от сорняков, прорыхлили и дали вырасти усам. Теперь их Буан пересадила на другую грядку и трясётся над каждым цветочком.

А ещё Буан и Лула, организовали по примеру пустоши — сад, в стороне от посёлка, огородив невысоким забором, посадили саженцы: вишни, сливы, яблок, малины и смородины.

Ранее плоды собирали в основном на лугах, в лесах, возможно, причина была в том, что не было смысла сажать у дома деревья и размещать большие огороды, нападения и грабежи были частыми и людям, скорее всего, было жаль своего труда.

— А здесь, ты что посадила? — спросила, ткнув пальцем на ровные бороздки

— С пустоши привели семена, не знаю ещё что, — пожала плечами Буан, — обменяли на ткань, говорят, норманны доставили

— Любопытно, что вылезет, — заинтересованно ещё раз взглянув на три рядка, — они плавают далеко, может, и привезли что-то новенькое.

— Я тоже так подумала, — согласилась со мной девушка, — жаль, торговец не запомнил название.

— Ничего, вылезет, может и узнаём.

— Тебя Энис искала, забыла сказать, — отвлеклась от своего занятия Буан, — и Кахир тоже.

— Спасибо, пойду сначала к Энис, — поблагодарила девушку, увлечённо кромсающую усы у клубники.

Энис была, как всегда, у себя в мастерской, женщина расцвела, улыбка не покидает её лицо, а поклонники ходят толпами. Но как бы они ни ухаживали, она пока не могла забыть своего погибшего мужа.

— Ты меня искала?

— Да, Куинн. Твой заказ сделала, как представлю это, так в краску бросает, — прижав ладони к щекам, прошептала женщина.

— Зато красиво и мужу понравится, — хмыкнула я, — и где моя прелесть?

— Вот, — быстро сунув мне в руки свёрток, женщина огляделась, удостоверится не заметил ли кто. Как будто контрабанду — ей-Богу.

— Энис, это называется нижнее бельё, — повторила женщине, которая опять разволновалась.

Из шерсти козы нам удалось сделать тонкую и нежную пряжу, окрасив её в красный цвет, Синид соткала красивую и тонкую ткань. Из неё, пока муж занимался делами, я выкроила чашечки для бюстгальтера и симпатичные трусики. Пока резала ткань, с меня семь потов сошло, так было жалко — если испорчу, но и поручить кому-то не могла.

Когда все детали были сшиты, отдала Энис, чтобы та обвязала края чашечек и трусиков кружевом. И вот он, результат — потрясающе нежное ажурное, красного цвета бельё и смущённая женщина.

А мужа, для которого я это и задумала — нет. Он всё ещё не вернулся с ежегодных сборищ с риагами. О том, как всё это пройдёт я старалась не думать и очень надеялась, что сопровождающие его в этой поездке воины, смогут обиться. Всё же это не наёмники, которых можно перекупить, а мужчины, что горой стоят за риага и за безопасную жизнь в долине.

— Спасибо, потрясающе красиво получилось, — с восторгом воскликнула я, рассматривала каждую деталь этой части гардероба, — теперь надо сделать таких больше. Я сейчас ещё раз у себя примерю, если всё впору, значит, сделаем ещё — нужен чёрный.

— Ой, Куиннн… Красота конечно, но ты уверена? — с сомнением в голосе уточнила Энис.

— Конечно, вот эту вещь для себя сделай, — кивнула на бюстгальтер, — наденешь и поймёшь, что очень удобно.

— Ну не знаю, — махнула рукой женщина, — подумаю…

— Подумай, но чёрненький мне, пожалуйста, изготовь или учениц попроси.

— Нет, такое... Сама сделаю, — тут же возразила Энис, и я поняла, что пока в массы кружевное нижнее бельё нести не стоит. Хотя и странно, откуда такое отношение в обычной детали одежды.

Прихватив с собой прелесть, уволокла к себе в комнату, там заперев дверь — примерила.

— Да, красота страшная сила, — довольно прошептала, крутясь в ванной у зеркала, — теперь дождаться мужа и поразить! Нет ошарашить, да… так мне больше нравится.

Хихикая, представив ошеломлённое лицо мужа, я отправилась на поиск Кахира. Разыскивать не пришлось, он изловил меня в холле замка.

— Куинн, вот ты где, — воскликнул наш танист, — я везде тебя обыскался.

— Хм… неужели меня сложно найти?

— Конечно, то ты в теплице, то школе, то в травницкой, то на ткацкой, то Силана изводишь, — принялся перечислять Кахир

— Наговоришь сейчас, — буркнула я, — извожу, скажи ещё пытаю.

— Конола и Берана, — согласно кивнул мужчина, — у них уже глаз дёргается, когда видят тебя.

— Жалуются? — нахмурив брови спросила у Кахира

— Как это не странно нет, — хмыкнул он, — довольно улыбаются.

— Тогда что бурчишь?

— Положено, — рассмеялся Кахир, — ты в стекольную, когда хотела съездить?

— Сегодня, как пообедаю, а что?

— Туда Мейв с девочками ушли, скажешь, чтобы домой шли.

— Хорошо, к Раяну убежали?

— Да, то у Лиама секреты выведывали, сейчас к Раяну пошли, хотят сами попробовать сделать стеклянные фигурки. Как утром убежали, так не возвращаются, матери мне уже плешь проели.

— Ладно, отправлю домой, иначе ходить тебе плешивым, — рассмеялась я, — обедать идёшь?

— Нет, сегодня, как ты говоришь, воспитательная беседа в казарме, — хмыкнул мужчина, — там и отобедаю.

— А я пошла, тётушка Орса такую вкуснятину приготовила: мясо тушёное с капустой, оладьи из кабачков, супчик с рыбой и пироги с прошлогодними яблоками.

— Вот же, Куинн, — взвыл Кахир, — идём уже к Орсе.

После вкусного обеда разбежались в разные стороны, я отправилась в стекольную мастерскую, давненько там не была, необходимо посмотреть, как там у них, да и отстойник соли надо проверить. А Кахир отправился воспитывать новобранцев, с его слов: «совсем желторотые и ещё не знают куда попали».

До берега Ибернийского океана добралась быстро. Прогулка верхом получилась отличной, солнце по-весеннему припекало, по ясному голубому небу плыли пышные белые облака. Лесистая местность расцвечена всеми оттенками весенней зелени, отовсюду доносилось пение птиц, запах цветов, свежий аромат молодой травы.

Ехала, не спеша, наслаждаясь тишиной и спокойствием, выкинув из головы все мысли. Иногда можно… даже полезно — ни о чём не думать. Любовалась голубым небом, ощущала, как по коже ползли тёплые солнечные лучики – прекрасно...

— Куинн, ты никак добралась до нас? — воскликнул Беран радостно меня встречая, — идём скорее, Раяну удалось такое тонкое и ровное стекло выдуть, бокал вышел отменный.

— Привет, идём, конечно, — спешилась, быстро привязала лошадь и устремилась в стекольную мастерскую, следом за Бераном.

— А я слышу шум, вышел проверить, — произнёс Беран, придерживая дверь, чтобы я могла пройти, — думал, дети воротились.

— Так они ушли?

— Домой отправил, работать мешали, — буркнул мужчина, — везде носы свои засунули, чуть чан не опрокинули и лист стекла не разбили.

— Хм… по дороге я их не встретила

— Может, лесом пошли, вроде говорили, молодой зелени нарвать хотели, — пожал плечами Беран, — гляди, как вышло

— Потрясающая работа, — воскликнула я, с удивлением рассматривая, бокал на тонкой ножке, которую скрутили спиралью. Само стекло было чуть зеленоватым, с небольшой примесью золотых вкраплений.

— А Раян где? И чем окрасили?

— Придёт сейчас, в соседнее здание ушёл, там у него все заготовки хранятся, — ответил Беран, тоже разглядывая вместе со мной это произведение искусства, подозреваю не в первый раз, — а добавляет, что, даже и не знаю, у него целая полка с этими порошками, ходит, ищет разное и твои красители добавлял.

— Молодец, надо экспериментировать, — похвалила парнишку, здесь же находящиеся помощники Раяна, примерно такого же возраста, довольно улыбнулись.

— Куинн? Ты видела, как вышло? — заметив меня, Раян тут же не утерпел и поспешил — похвастаться.

— Видела, невероятная красота, — восхищённо произнесла я, — ты молодец! Потрясающая работа, а какое тонкое стекло получилось и ровное, пузырька ни одного нет. И цвет такой… богатый.

— Песок нашёл в горе, где для Конола руду добывают, — пояснил молодой и талантливый стеклодув, — а вот твои красители, растворяются.

— Видимо, процесс плавления не выдерживают, — пожала плечами, всё равно я совершенно ничего в этом не понимаю.

— А здесь изготовил цветок, но он корявый вышел, — продолжил делиться, показывая свои творения, — смотри какой красный вышел цвет.

— Яркий, попробуй сложить стёклышки разных цветов и расплавь, должно получиться плоское разноцветное стекло.

— Хм… а плавить как? Если всё в чан сложить перемешается, — задумчиво протянул Беран, почёсывая свой подбородок.

— Ну этого я не знаю, это так, мысли вслух.

— Вот ты всегда так, придёшь — скажешь, а мы думай, — пробурчал Беран, Раян же довольно хмыкнул.

— А ты не думай

— Так не выходит, — всплеснув руками, воскликнул он и рассмеялся.

— Ладно, пойду к отстойникам, гляну, что там.

— Сборщики уже ушли, сегодня всё, что было собрали. А Лейв повёз соль, которая успела высохнуть.

— Знаю, видела его у замка, просто посмотрю, как перезимовали

Выйдя на улицу невольно поёжилась, ещё несколько минут назад было безветренно, солнышко припекало. Но вот небо заволокло тучами, поднялся промозглый и довольно сильный ветер.

— Как всегда в Эйре, погода меняется быстро, — заворчал Раян, кутаясь в куртку, — может, переждёшь у нас?

— Нет, мигом до отстойников дойду и обратно в замок.

— Хорошо, — кивнул Раян, Беран, махнув рукой, скрылся в мастерской.

К берегу подходила словно заворожённая, океан взбунтовался, судя по барашкам на воде, начинал разыгрываться шторм. Ветер усилился и вот седые волны, словно титаны стали накатывать на берег, разбиваясь на брызги, возвращались...

Проходя мимо строящейся защитной стены, мимо небольшого каменного дома, где жили наши воины, что охраняли долину от нападения со стороны океана. Я остановилась на самом краю обрыва и замерев, смотрела вдаль на бушующую воду, на летающий над ней крикливых птиц, на серое небо. Шум разбивающих о камни волн, завывание ветра и детский крик…

— Крик? — с недоумением пробормотала, опустив взгляд вниз, заметила, три тёмных пятна, мечущиеся по берегу и одну в океане, — Господи!