Глава 33

Сознание возвращалось медленно, лениво. Голова болела так, словно огромный великан сдавил её между своих мощных рук, и она вот-вот лопнет. Где-то в глубине пульсировала острая, как игла боль и мешала сосредоточиться. Попытка открыть глаза ни к чему не привела — я снова отключилась.

Второй раз было легче, голова была более-менее ясная, боль чуть притупилась. Я попыталась пошевелиться, но мой затылок прострелила дикая боль, горлу подступила тошнота и я оставила попытки подняться. Не знаю, сколько пролежала не двигаясь, силясь услышать хоть что, сквозь шум океана… в итоге незаметно для себя погрузилась в сон.

Сон оказался, лечебным… Осторожно шевельнув рукой, следом ногой, поменяла положение головы — острой боли не было. С облегчением выдохнула…

Приоткрыв один глаз, увидела над собой серое предрассветное небо, расчерченное полосами тёмных облаков.

Где-то рядом горел костёр, отбрасывая пляшущие тени на стволах деревьев. Щебет птиц, треск поленьев, тихие мужские голоса, громким набатом звучали у меня в голове. А ещё одна попытка пошевелится, привела к очередному приступу тошноты.

— Очнулась болезная, — хриплый мужской голос удовлетворённо цокнул, — выпей, а то не доедешь живой.

— Не надо я сама, — промычала, отталкивая руку с чашкой, которой сейчас меня пытались напоить, — сама…

— Ну раз сама, держи, — усмехнулся мужчина, впихнув чашку мне в руку, от расползающегося тепла от неё, я поняла, что продрогла.

Поставив чашку рядом, с трудом приподнялась и только спустя минуту, отдышавшись, после нового приступа тошноты, устроилась удобнее, откинувшись на какой-то мешок — прикрыла глаза.

— Кто вы и что вам от меня нужно? — спросила, еле ворочая языком, после того, как сделала пару глотков тёплого отвара, отравиться не боялась, хотели бы, давно убили.

— Говорливая какая, — хмыкнул один из похитителей. От меня не укрылось, как мужчины быстро переглянулись, в их взглядах читалось удовлетворение.

— Вы не ответили, — напомнила я, выждав какое-то время.

— Отвезём кому надо, монеты получим. А уж у него спрашивай, зачем ты ему, — ответил, тот что бородатый.

— Тебе до ветру надо? А то скажи, тебя проводят, — глумливо хихикнул лысый.

— Ты что ли? — уточнила, мысленно содрогаясь.

— Могу и я, но трогать тебя запретили, — ответил всё тот же плешивый, подтвердив мои догадки, какой-то твари я нужна живой и кажется невредимой, — есть тут одна, подсобит.

— Одна? — удивлённо прохрипела, — тогда пусть проводит.

— Не думай, что поможет сбежать, — предупредил бородатый, — она тебя и привела. Десять минут даю и двигаемся дальше, итак задержались, слишком твоя голова слабая.

— Угу, а у тебя пустая, — тихо буркнула сама себе под нос, не стоить злить похитителей, всё же я была не уверена, точно ли нужна заказчику невредимой.

— Десять минут, — напомнил бородатый, видно, он был здесь главным, — Синид проводи до ветру.

— Синид? — сиплым голосом повторила я, повернув голову туда, куда смотрел бородатый.

И тут же воспоминания хлынули на меня. Возвращение Анрэя, временная жена Ита, обида, злость, поездка в пустошь, экскурсия. Встреча с выжившей… тёмное помещение, крик, звон оружия, удар.

— Лиам, — прохрипела, прикрыв рот ладонью, — братик…

— Куинн, идём.

— Ты? — воскликнула я, тихий голос Синид, прервал поток бессвязных воспоминаний, — за что? Синид зачем?

— Куинн, так будет лучше, он тебя любит и всегда любил…, — промямлила женщина, но вскинув голову, зло сощурив глаза, жёстко процедила сквозь зубы, — Анрэй недостоин тебя и не любит. И Боги не даровали вам детей.

— А кто любит?! Кто?! — закричала, пытаясь подняться, но не вышло, — уйди! Мне не нужна твоя помощь!

— Куинн…

— Уберите её, сейчас! — рявкнула, надрывая горло, — мне не нужна помощь от предателя.

— Синид, уйди, — тихо произнёс бородатый, — не видишь у неё истерика.

— У тебя истерика! — снова рявкнула я, сейчас мне было плевать на всё, — отвару подай, не ты!

— Синид! Исчезни с глаз! — крикнул бородатый, — а ты успокойся! Держи.

Залпом выпив всё, что было в чашке, зло откинув её от себя, с трудом поднялась. Постояла пару секунд, шатаясь от слабости и чувствуя себя так, словно меня прокрутили в стиральной машинке. Стояла долго, пока перед глазами не перестали прыгать чёрные точки, и медленными шаркающими шажками, спотыкаясь, двинулась к ближайшему дереву.

— Нет! — крикнула, заметив подбегающую Синид, чтобы подхватить падающую меня, когда меня повело в сторону, — уйди.

— Куинн, мой племянник любит тебя, он хороший мальчик! — воскликнула предательница, — а Анрэй не смог сделать тебя счастливой! Ты развестись хотела, но никогда его не выгонишь из туата! А Грэди… ты будешь с ним счастлива! Он хороший риаг!

— Дура! — проронила, пытаясь отдышаться, от вновь нахлынувшей тошноты, похоже, у меня сотрясение мозга, — кто меня ударил по голове?

— Ойнис, — с горечью в голосе, пробормотала Синид, — он не хотел сильно, но ты стала поворачиваться.

— Лиам?

— Не знаю, — понуро опустив голову, ответила женщина.

— Уйди… убью, — слова вырвались с хрипом, но были правдой.

— Уйди Синид, — грозно рыкнул бородатый, а я продолжила свой неблизкий путь к дереву. Выделенные десять минут давно прошли, но ни бородатый, ни плешивый, не окликали меня. Я же, обняв дерево, уткнувшись лбом в его шершавый ствол, тяжело дыша, шептала:

— Одна… Я одна и должна выжить.

Интерлюдия

*Каменная пустошь*

— И Синид значит с ними заодно! — рыкнул я, от бессилия стукнув по столу, — а вы, куда смотрели! Вам приказано было сопровождать её везде!

— Риаг, — склонив головы, проговорили двое охранников, оставшихся в живых, — готовы понести наказание.

— Кахир, как среди охраны Куинн оказались предатели?

— Анрэй, они же с самого начала с нами, — потрясенно пробормотал танист, не переставая корить себя в случившимся.

— Нам необходимо выяснить, кто отдал приказ… Тащите Ойниса, — через мгновение предатель стоял передо мной, в его глазах застыло презрение и страх, но головы он не склонил, — кому везут Куинн?

— Ты скоро сдохнешь, — сплюнул Ойнис и тут же закашлялся, получив под дых от Кахира.

— Куда везут Куинн? — чеканя каждое слово, вновь спросил я.

— Грэди…

— Кто ещё в туате остался? — приступил к допросу Кахир.

После моего приезда в долину я ни одной ночи и дня не спал, как только объявил Иту своей временной женой, шпионы риагов повылазили. Их ловили у дверей комнаты Куинн, вылавливали по дороге в стекольную мастерскую. У всех одна цель, вывезти Куинн из долины. И только на Синид я не подумал, а предатель был слишком близко к жене.

— Кто такая Ита? — прохрипел Лиам, молча наблюдая со стороны за допросом. Парнишка храбро сражался, но наемников было слишком много, а мы не успели… Очень своевременно бросился под ноги мальчишка.

— Дочь Тирса, — с горькой усмешкой ответил я, и, чуть помолчав, продолжил, — с тех пор, как Куинн нашла долину, желающих похитить её и убить меня прибавилось. Никому не нужна Куинн, только её земли… Убить меня не удалось, но можно выкрасть Куинн, вынудить развестись и по наследству забрать земли. Силой напасть на защищенную долину сложно, но и это собирались сделать, часть жадных до чужого, риаги. В последнюю мою поездку в туат Дуйбне, я и несколько риагов решили, что пора объединить наши туаты, обезопасить себя и остальных жителей острова. Прекратить эту бойню. В добавок поступили сведения, что норманны собираются напасть и захватить наш остров.

— Всё равно не понимаю, зачем ты сделал Иту своей женой? — рявкнул Лиам, пнув стул, на котором я сидел. Кахир давно увёл Ойниса в соседнюю комнату и оттуда изредка доносились стоны.

— Грядёт война, а нам нужны союзники! Этим Тирс и занимался от моего имени. Но не всем это нравилось, укрепление туатов, некоторым риагам пришлось не по вкусу. Вот один из них и потребовал Иту, единственную и любимую дочь себе женой, в обмен на свою поддержку. Лишаться его помощи нельзя, он слишком большое имеет влияние, выход был один, взять её себе временной. Девушка знала, что как только закончится всё, она станет свободна.

— Почему не предупредил! Куинн… она плакала!

— Не успел! Я не успел! Нас преследовали и Иту оставить в пустоши нельзя! Хотел устроить девушку в замке и предупредить Куинн, а потом объявить для всех, чтобы зашевелились шпионы, пора зачистить туат от крыс. Кахир сообщил — Куинн нет в замке, но кто-то ей быстро донёс, что я вернулся… и я не успел!

— Ты дурак! Ты знаешь, что она дитя потеряла, когда Мейв тонула? — рыдая, прокричал Лиам, а я потрясённо уставился на парнишку, на зашедшего Кахира, который услышал наш крик, чувствуя, что внутри меня всё умирало, я понял, что это конец…

— Я кретин… да? Лиам? Кахир? — сипло простонал, зарывшись в волосы руками, — Она не простит меня… Не простит… Я столько раз ей говорил, что мне не важен наследник, только Куинн моя жизнь! А сам… в тот момент мне только это пришло в голову, слишком часто на встрече меня этим попрекали риаги, недовольные моим решением.

— Не знаю, Анрэй, — честно ответил Кахир и отвёл глаза.

— Найди её! — прошептал Лиам.

*Дорога в неизвестность*

В течение долгих унылых часов пути и нескончаемой тряски по ухабистой дороге, я, закрыв глаза, боролась с тошнотой и одновременно старалась ни о чём не думать.

— Ты опять есть отказываешься? — недовольно заворчал бородатый, подавая миску с похлёбкой, от запаха которой меня снова замутило.

— Угу, — кивнула отворачиваясь. Нет, есть, я буду, мне понадобятся силы, но не сейчас, сейчас мне необходимо восстановится, а тряска этому мешала, сделать пару дней отдыха мои похитители опасались, торопливо заметая следы, они спешили уйти подальше от моего туата Миде.

Спустя несколько дней в дороге, я, поразмыслив, успокоилась, и всё же надеялась, что Лиам и охрана остались живы, а Кахир и Силан, обязательно отправятся на мои поиски. О муже я старалась не думать, горькая обида продолжала меня грызть изнутри.

— Ты ослабнешь, — вновь принялся взывать к моему разуму бородатый, — не заставляй меня силком тебя кормить.

— Если бы не удар по голове, я бы ела, сейчас меня тошнит от одного запаха еды, — процедила я, — хлеб дай и хватит.

— На, сейчас отвар принесу, — буркнул недовольно мужчина, — и в чём душа держится.

На самом деле мне ещё повезло, наёмников оказалось гораздо больше, чем два, добравшись до опушки леса, где около ста суровых мужчин, ожидали нашего появления, они быстро свернули лагерь, постарались разместить меня максимально удобно в повозке и тут же двинулись.

Главным среди них был бородатый, он-то и приносил мне еду, отвар и спрашивал о моём самочувствие. Синид пару раз прорывалась ко мне, но была послана мной, и та с видом побитой собаки возвращалась к себе.

Она, конечно, пыталась поговорить и ни один раз, но я услышала для себя достаточно. Грэди — её племянник, всем сердцем любимый и воспитанный обеими сестрицами в завистливого, ленивого, трусливого человека, который привык ни в чём себе не отказывать.

Свою тётку Синид, Ойнса и Каэлу, он отправил с Анрэем, чтобы те сначала указали путь, куда ушёл обоз. А потом оставил их следить за Анрэем и мной, каждому поручил особое задание: Каеле стать временной женой и отвадить меня от Анрэя. Синид присматривать за мной, ну а Ойнис всё докладывал.

Попытки убить Анрэя ни к чему не привели и на какой-то период Греди затаился и даже наёмников отправил за мной, но я вовремя укрылась в долине. Предателям ничего не оставалось, как разделиться, Каела решила дожидаться Анрэя и указаний Грэди, ну а Синид и Ойнис отправились за мной — присматривать.

Новое задание — выкрасть меня из долины пришло за неделю до возвращения Анрэя, бедная Синид и Ойнис голову сломали, как это сделать. А тут такой подарок, сама, можно сказать, пришла. Бить сильно не хотели, увидели Анрэя в пустоши, испугались, поспешили… И что самое интересное, Синид считает, что сделала это из любви ко мне и к племяннику, уверена, что только вместе мы можем быть счастливы.

Анрэй для неё само зло воплоти, именно он виновен во всех бедах Грэди. А ещё его мать, которой все богатства доставались от риага Лорканна. От матери Анрэя две сестрицы избавились, медленно травили. А потом и от Анрэя, отправив того на воспитание, но мальчишка посмел выжить, забрать себе людей, временную жену (то есть меня), ещё и разбогатеть. А должно всё принадлежать племяннику: туат, ткани, бумага, стекло, золото…

Узнав обо всём, из причитаний явно невменяемой женщины (как могла я не заметила этого), я послала её далеко и предупредила бородатого, что ещё хоть один шаг в мою сторону, хоть одно слово и я её точно убью.

Мужик оказался понятливым и на удивление спокойным, хотя, может, получил чёткие указания и на меня, на протяжении всей дороги, даже не взглянул никто.

Да и я не наглела, указания, указаниями, но можно и выпросить. Поэтому я готовилась к встрече, репетировала речь, взгляд… и составляла план побега на случай неудачных переговоров, если что Дара поможет.

По дороге сбежать не вышло бы, я даже не пыталась этого сделать, была ещё слишком слаба, а от резких движений голова до сих пор кружилась и тошнило.

— Прибудем скоро, — оповестил бородатый, подавая мне миску с кашей, — и это… будь с ним осторожна.

— Спасибо, — хмыкнула, умиляясь, заботливость похитителя, за время трёхнедельного пути мы даже подружились, я вечерами рассказывала сказки, научила их делать горячие бутерброды. А наёмники для меня рвали по дороге ягоды и передавали их через бородатого, кстати, его имя Ламонт — чтущий законы. Поэтому мне не удалось его подкупить, необычный наёмник, со странным понятием чести.

— Куинн, мы как прибудем и передадим тебя риагу, наш договор закончится, — проронил мужчина, спешно покидая меня.

— Ламонт, а ты точно меня везёшь к риагу Грэди? Я не узнаю эту дорогу, — сделала вид, что не расслышала брошенной фразы, но запомнила.

— Мы ехали не в туат Грэди, — с усмешкой ответил, развернувшись ко мне лицом, — он нас встретит раньше.

— Ясно и далее ты не последуешь?

— Нет, если не будет других договоров, — сощурив глаза, прошептал Ламонт.

— Слову поверишь?

— Твоему? Да…