Глава 16

Дарья

Догадалась, что мое присутствие девиц совершенно не смущает, и они продолжат начатое прямо на моих глазах, я отмерла, проигнорировала крутящуюся на пилоне красотку и наклонилась к мастерице "мужских" пилонов.

— Встала и быстро вымелась отсюда, — четко проговорила ей прямо в ухо. — Без разговоров. И подружку захвати с собой.

Размалеванное личико девушки с недоумением повернулось в сторону звука, кукольные глазки затрепетали ресничками-опахалами и уставились на меня. — Ты кто такая?! И не подумаю. Мне заплатили! — возмущенно зашипела она, пытаясь хмурить бровки.

— Жена, — не нашла сказать ничего лучше. Объяснять еще, кто я и зачем тут — только время терять. А емкое "жена" понималось и принималось всеми и безоговорочно. — Считай, что уже отработала, — успокоила я ее. — Подругу прихвати.

Девушка окинула меня недовольным взглядом, мысленно согласившись, что жена должна выглядеть именно так. Резво поднялась, прихватив блестящие лоскутки, которые когда-то прикрывали ее тело, потопала к выходу. Вторая "мисс шеста", выглядящая лет на шестнадцать-семнадцать, несмотря на броский макияж, секунду размышляла, переводя взгляд с мужчины на меня и обратно. Что-то смекнула пустой головушкой, поправила блестящие треугольники на идеально сделанной хирургом груди и спрыгнула с подиума. Фыркнула, глядя на меня. Я уловила насмешку в глазах.

Ну, конечно, в ее глазах я рогатая жена.

Повиливая тощеватым задиком, быстренько скрылась за дверью. Я же еще раз поблагодарила мысленно бога, что послал мне сына.

Мы с боссом остались одни. Не сменив позы, даже не заметив, что жрицы любви исчезли, он все так же лежал в полной отключке. Одежда в полном беспорядке. Рубашка на груди распахнута. Между прочим, та самая, что я ему выбирала.

Глаза спустились ниже, и я скривилась. Ширинка нараспашку. "Повелительница мужских жезлов" таки успела расстегнуть и ее, пока я тормозила, соображая, что делать. Сдержала ругательства, понимая, что приводить его в порядок мне.

Тащить домой эти восемьдесят с гаком килограммов тоже мне. А там еще приводить в чувства. Шалый должен воскреснуть и даже поработать над документами. Завтра с утра собрание, он же, мягко сказать, не в форме. А отдуваться буду я.

М-да, не так я надеялась провести сегодняшний вечер. Но что плохо началось, в принципе не может закончиться хорошо.

Я окинула взглядом поле работы, еще раз набрала Романа. Выругала его про себя и наклонилась к спящему боссу.

— Сергей Алексеевич, подъем. Вставайте, вам домой пора.

От него ноль эмоций. Почувствовала себя героиней одной старой комедии. Как все смеялась когда-то над Брыльской, а теперь сама как она. Кажется, она поливала героя из чайника. Я оглянулась на стол, где стояла почти не тронутая бутылка виски. Маловато, чтобы вот так отключиться. Или пустую, что выхлебал в одно горло Шалый, уже унес официант?

Нет поливать босса я бы не стала, но очень захотелось хлебнуть самой. Кошмарный день заканчивался кошмарно. Закономерно. С такой работой я точно сойду в гроб раньше времени. Надо как-то подтолкнуть события. Сейчас привести босса в чувства и сегодня же придумать что-то, чтобы увидеть второго мальчика. Хотелось уже действовать, а не выжидать. Я давно собрала рыжие волоски Вадима с его одежды, когда еще он работал со мной. Руки чесались провести тест на ДНК. Но Шалые, скорее всего, все еще отслеживают меня и проверяют. Если они виноваты в краже ребенка, экспертиза меня выдаст. Мальчишек я больше не увижу. А не виноваты, мои действия заинтересуют, как минимум. Дотошные оба, они нароют все. Пока привлекать к себе их внимание, я точно не хочу.

Мысленно посетовав о своей тяжелой доле, я наклонилась ниже, вдохнув легкий запах алкоголя, туалетной воды, разглядывая босса. При всем его внешнем великолепии вызывал он во мне сейчас сострадание со смесью брезгливости. Развод на мужиках сказывается сильнее, особенно когда бросают их.

Странно, что Юля подала на развод сама. Должна быть веская причина уйти. Женщины обычно держаться за таких мужчин руками и зубами, прощая измены и невнимание. Прям чувствую, что об этом тоже стоит поразмыслить.

Странное чувство, когда умом понимаешь значимость такого мужчины, его возможности и влиятельность, а видишь перед собой обычного по сути человека. Простого смертного.

Сама не зная зачем, осторожно погладила по щеке, на которой уже пробивалась щетина. Шалый, почувствовав мое прикосновение, перехватил пальцы и прижался губами к ладони.

— Сергей Алексеевич, вы как? Встать можете?

Он нечленораздельно замычал, тело красиво напряглось мышцами, силясь поднять себя. Я даже залюбовалась. Но не выполнив непосильную задачу, тут же бессильно опало.

Все хуже, чем я думала. Придется мне надрываться. Но он за это мне будет должен.

Достав телефон, написала СМС Роману, сообщая подробности нашего приключения. Стараясь не касаться тела, застегнула рубашку и остановилась, разглядывая его "Кляйна".

Ладно бы молния была, но на брюках были пуговицы. Послала мысленное проклятие тому, кто пришил сюда пуговицы, усложняя мне работу.

Я не ханжа, фобий у меня нет, но касаться чужих мужчин, даже красивых, в причинных местах — не мой фетиш.

Вспомнилось далекое детство и рынки, где на картоночках мерили джинсы мужики, и женщины-продавщицы, с легкостью помогающие им застегивать ширинки. Меня, девочку, коробило этот факт и тогда и сейчас. Теперь я понимаю, что это часть работы, завязанная на мужских заскоках. Так больше шансов, что он купит эти джинсы, не торгуясь.

Меня, конечно, никто не заставляет, я могу развернуться и уйти прямо сейчас. Но вряд ли Шалый простит мне позор, если в прессу попадут его фото в таком виде. После я могу забыть не только о сыне, но и о приличной работе в столице. Он постарается стереть меня в пыль.

Представив, что это мужской манекен, а я работник торговли, отвернулась в сторону и несмело коснулась пальцами пуговиц. Стараясь думать о биржевом отчете, который должна была подготовить вечером, но, спасибо Шалому, руки так и не дошли, торопливо делала дело, чувствуя, как вспотела спина. В отместку затянула потуже ремень. Вот прям чтоб больно было. И уже не так нежно тряхнула босса за плечо.

— Сергей Алексеевич, вставайте! Работать пора! Вы уже не в десятке богатейших людей Росссии! — выдала его личный кошмар прямо в ухо.

Жесткость возымела действие, боссов полутруп зашевелился.

— Дашенька Александровна, ну что вы в самом деле… — он скривился и простонал, потирая висок. — Плохо-то как. Я заболел. Отмените на завтра все.

Мужчина с моей помощью тяжело поднялся, едва не завалив меня на себя. Встал на неверные ноги, пошатываясь и оглядываясь по сторонам.

— Что за место? Куда вы меня завезли?

— Вы сами себя завезли. А теперь на выход, — я натянула на него пальто, подхватила свой кейс. — Прошу, Сергей Алексеевич! Ножками поработайте!

Шалый сделал шаг и опасно пошатнулся. С надеждой, что найду сообщение, где Роман уже мчится на выручку, проверила телефон. Увы, Супермен сегодня я. Подхватив мужчину за талию, сделала пару шагов. Его лапища сжала мои худенькие плечики, Восемьдесят килограмм навалившегося веса сплющили мой позвоночник.

— Постарайтесь идти ровно, — зашипела на него, кое-как двигаясь на выход. — Почему вы без охраны? Дюжий мужик справился бы куда лучше меня.

— Зачем мне мужик? Мне приятнее обнимать вас, — произнес Шалый.

Так хотелось разжать руку и проследить, как он, падая, поцелуется с затоптанным полом. Но, вопреки желанию, я еще крепче ухватилась за босса. И мы, как два загулявших матроса, покачиваясь, спасибо, что без песен, побрели к служебному выходу. Охрана провожала меня сочувствующими взглядами, но вопросов ни у кого не возникло. Как и желания помочь.

На свежем воздухе боссу стало лучше, и он ступал увереннее. Порадовалась я только единожды, что не зима, и шпильки сапог не скользят по льду. А то протирали бы мы дорогими пальто асфальт, и пришлось бы Шалому, как честному человеку, жениться.

От мысли, что Шалый станет моим мужем, мороз прошел по сплющенному буквой "зю" позвоночнику.

Главное испытание ждало меня впереди. Сначала Шалый, уснувший у меня в машине, не хотел и не мог выйти. Выковыряв босса из салона, объявила "перекур", надеясь, что свежий воздух его отрезвит. Только сама замерзла и протрезвела, до того надышавшись от него. Последний этап — красиво войти… не мою грешную жизнь. Боже упаси от такого сокровища! Войти в подъезд и добраться до лифта.

Пока мы в обнимку, словно влюбленные малолетки, прошли мимо изумленного консьержа, я сделала для себя несколько выводов: о каблуках, пока работаю на Шалого, лучше забыть; нагрешила я знатно, если вот так огребаю; если мужчина в моей жизни появится на таких условиях, то не нужно мне такого счастья.

Пока раздумывала о превратностях судьбы, доехали до нужного этажа. Из лифта Сергей вышел, пошатываясь, но самостоятельно. Добрел до квартиры и повернулся ко мне:

— Ключи где?

— У вас в кармане, Сергей Алексеевич, — подсказала ему, гадая примет ли еще когда-нибудь мой позвоночник прежнюю форму.

Он похлопал ладонями и развел руки в стороны, опасно пошатнувшись так, что мне пришлось снова его ловить. Прикрыла глаза, прокляла свою жестокую судьбу, что подкидывает мне такие сюрпризы. Понимала, что отпустить его нельзя, сейчас в руках держу миллионы и даже не в рублях. По глупой привычке попыталась найти позитив во всем. Мозг, еще затуманенный алкогольными "выхлопами" босса, выдал совсем несуразное.

Зато я натрогалась красивого и богатого мужика на жизнь вперед.

Такой себе, конечно, плюсик, но уж чем богаты. Во всем нужно видеть положительную сторону, иначе свихнуться недолго. Особенно с моей работой.

— Мы еще долго будем загорать на площадке? Мне нужно отли… кхм… подумать за закрытой дверью, — подал голос босс. — Найдите уже ключ, Дашенька Александровна.

Час от часу не легче! Да когда же этот день закончится!