Глава 10. Стыд

Почему я голая? Господи, какой позор, почему я не помню, как раздевалась? Прячу лицо в подушку.

– Ты ностальгируешь?

От неожиданности я подскакиваю, путаюсь ногами в одеяле и падаю на пол на мою злосчастную задницу.

– Чёрт, Арина, аккуратнее, – пока я барахтаюсь, пытаясь подняться, при этом не потеряв одеяло, Тимур успевает встать и подойти. Я зажмуриваюсь, чтобы не пялится на его утреннее состояние, плохо скрываемое трусами. Тим с глухим смехом берёт меня на руки и кладёт обратно на постель. Приоткрываю один глаз и стараюсь смотреть только на лицо. Видимо сжалившись надо мной, он всё же одевает джинсы и футболку.

– Ты почему здесь? И почему я голая? Господи, мы переспали, да?

– А ты не помнишь? И почему ты об этом говоришь так, будто это что-то плохое?

Сердце бухает в желудок. Я переспала по пьяни с Тимом и не помню этого. Что дальше, Пожарская? Пойдёшь вразнос? Это хорошо ещё, что именно он.

– Это не плохое…Но…Это…Господи…

Закрываю лицо руками. От стыда горят щёки. Слышу как он уходит на кухню, звенит посуда, и мужчина возвращается. Тимур убирает мои руки и протягивает стакан воды.

– Арин, я поехал, работа не ждёт, к сожалению. Выпей аспирин, – он кивает на стакан воды и таблетку, – я поехал.

– Спасибо, –голос еле пищит.

Тим целомудренно целует меня в лоб и уходит. Мне хочется провалится сквозь землю от стыда. Такой подставы от своего малопьющего организма я не ожидала.

Когда хлопает входная дверь я наконец выпутываюсь из своего кокона и иду к зеркалу. Лицо раскрашено как у клоуна, я даже пугаюсь в первую секунду от поплывшего макияжа. Красная помада размазалась в буквальном смысле в улыбку джокера. И он меня такой видел?! Вот это выдержка! Поворачиваюсь спиной и красные следы на ягодицах подкидывают воспоминания. О боже ж ты мой! Да после того интерактива в подсобке у меня не было шансов не заняться с ним сексом. Ну что ж. Честь и достоинства я пропила, похоже. Ладно бы в трезвом уме, но вот так …

Всю субботу я болею. После ухода Тимура единственное, на что мне хватило сил это сходить в душ и заварить чай. Совесть неприятно скребётся и нашёптывает «сделай уборку и напиши наконец новую главу диплома». Но только часам к шести вечера я смогла себя поднять и нормально поесть. Честно пыталась даже что-то сделать по дому, но каждый наклон головы напоминал тревожным звоном в ушах, что вчера я повеселилась на славу.

Как на зло именно сегодня мама решила справиться о моих делах. Родители живут в трёх часах езды от Москвы, и я стараюсь регулярно им звонить и приезжать. Но сегодня мне впервые хотелось сбросить звонок.

– Привет, мамуль, как дела?

– Привет, доченька, хорошо всё. Давление нормальное, отец как обычно ходит ворчит.

– Хах, – первый же смешок заставляет убавить собственный звук и схватиться за вискИ, – ну папа как обычно. Я соскучилась.

– И мы. Может приедешь?

– Мамуль, у меня сейчас нагрузка большая. Может после диплома?

– Как скажешь, Ариш. Мы всегда тебе рады. А чего голос такой грустный? Обидел кто? Ты только скажи, папа приедет всем там популярно объяснит как с нашей девочкой общаться надо.

О мама, знала бы ты, что это вашу девочку уже пора уму разуму учить.

– Нет-нет, всё хорошо, просто устала.

– А на личном что? Я думала, ты как в Москву приедешь, тебя такую красивую сразу окольцуют.

А что говорить-то?

– Тааак, и что это за паузы? Появился кто?

– Нет, да, нет, наверное, возможно.

– Понятно, дочка. Ты как определишься, приезжайте знакомиться.

– Спасибо, мамуль. Поцелуй папу от меня.

После разговора с мамой на душе стало спокойнее. Я позволила себе не думать сегодня ни о чём. Вернусь в реальность в понедельник. Выспавшись, в воскресенье я вышла утром на пробежку и взбодрившись, отключила телефон, чтобы заняться делами. Прибралась в квартире и честно села за дипломную работу. Ложилась я спать очень гордая собой, что всё-таки успела к понедельнику закончить главу и отправить научному руководителю.

Но понедельник день тяжёлый. А для меня теперь вдвойне. В обед я пошла в отдел маркетинга, чтобы взять материалы для ознакомления. И после 18 часов, когда офис опустел, я сидела в одиночестве изучая как продвигали бизнес Медведев и Радов. Выписывала себе интересные ходы и те, что сработали хуже. Искала закономерности, почему одна стратегия выстрелила, а другая нет. Несколько часов спустя меня выгнал из офиса охранник. Так я проживаю теперь каждый свой будний день. Тимур писал и звонил, но мне так стыдно за выходные, что я отвечала дежурными и простыми сообщениями. А звонки и вовсе игнорировала. И честно говоря, мне было бы легче, если бы со мной не случались всякие нелепицы и казусы. В среду Дима попросил сделать ему кофе. Совершенно обычная просьба и такое же простое исполнение. Но что-то пошло не по плану. В общем, кофе я ему заварила как обычно, иду к его кабинету. В одной руке держу блюдце и чашку с кофе, другой открываю дверь. Простейшее действие. Но Дмитрий Юрьевич видимо решил мне помочь и тоже открыл дверь, прямо в меня. Обжигающий кофе выплёскивается на мою белую рубашку и бежевую юбку, капли попадают на замшевые лодочки. Я словно в немом фильме смотрю на чистейшего начальника и на себя…

– Арина, быстро в туалет, протри кожу холодным полотенцем, ожог же будет!

– А, да.

Кожа действительно болезненно горит. Убегаю в туалет, расстёгиваю рубашку и провожу по следам разлитого кофе мокрым полотенцем.

– И лифчик испорчен.

За бельё и туфли я всегда расстраиваюсь сильнее. Потому что найти и одно, и другое чтобы идеально село и нигде не натирало невероятно трудно. И как мне так работать весь оставшийся день?

На рабочее место я вернулась в смятении. Ассоль сразу поняла, что к чему.

– Арин, поезжай в магазин, купи новую одежду. Я подстрахую.

– Да? О ты моя спасительница.

Только сидя в такси я поняла, что мне предстоят значительные непредвиденные траты. Что расстроило ещё больше. Мелькнула мысль съездить домой переодеться. Но мне всё равно пришлось бы покупать замену. В торговом центре иду сразу же в отдел белья. Прошу найти такую же модель как на мне. И мне невероятно везёт. Есть мой размер. Покупаю и иду за рубашкой и юбкой. Набрав несколько вешалок, ухожу в примерочную. Начинается приключение «застегнись на груди». Почему если рубашка хорошо садится в области бюста, то обязательно огромные плечи? Отбраковываю одну за другой. Вот наконец что-то приемлемое. Выхожу из примерочной, чтобы посмотреть на себя в полный рост. В зеркале за мной появляется высокая мужская фигура.

– Привет, огонёчек.

Пару секунд я как рыбка открываю рот, но не издаю ни звука.

– Привет, Тимур. Ты меня преследуешь?

– Да, разве не заметно? – улыбается очень довольно.

– Серьёзно, Тим, что ты здесь делаешь?

– Дима не смог до тебя дозвониться и написал мне. Ну а дальше дело техники. И ещё вот, – он достаёт из кармана тюбик Пантенола, – заходи обратно в примерочную, я обработаю ожоги.

– Ну уж нет, – я забираю мазь, – Спасибо большое за помощь, но думаю хватит мне публичных оголений.

Ухожу в примерочную и закрываю шторку прямо перед лицом Тимура.

– Ты уже выбрала себе одежду?

– Да.

– А бельё?

– Да.

– Жаль.

Я закатываю глаза, кто бы сомневался, что он не упустит момент.

Я выхожу одетая в своё. Тимур в недоумении осматривает мой облиты наряд.

– Почему ты не переоделась?

– Ты вообще в курсе как работают магазины? Сначала надо оплатить, а потом только носить.

Мужчина забирает из моих рук рубашку и юбку.

– Это всё?

– Да, мне нужно только переодеться в чистое.

Тимур молча идёт к кассе, оплачивает мою одежду.

– Снимите бирки, пожалуйста. Девушка сразу наденет.

– Артемьев, я в силах сама себе оплатить рубашку.

– Прекрасно.

– И зачем ты это сделал? – понижаю голос, чтобы кассир не услышала, – мне, итак, неловко из-за той ночи, зачем ты меня добиваешь?

– Ся.

– Что?

– Добиваешься.

– Не смешно.

– Да мне уже тоже не всегда.

Вежливость всё же перевешивает желание поспорить.

– Спасибо за рубашку и юбку.

Забираю одежду и возвращаюсь в примерочную. Мажу грудь пантенолом и, стараясь не измазаться, переодеваюсь.

Как себя вести с ним? Мне жутко неловко и стыдно. За то, как я себя повела, за то, как выглядела. А ещё, ладно я была пьяной и плохо себя контролировала, но он-то почему воспользовался моментом? Ладно, выдыхаем и просто уходим из магазина.

– Я всё.

– Отлично. Я отвезу тебя.

– Не надо, я на такси доеду.

– Я не спрашивал.

Мы выходим на улицу, и я в растерянности останавливаюсь у входа. Готова ли я провести с ним наедине минут пятнадцать в замкнутом пространстве, пропитанном его запахом? Нет. Столько самообладания у меня нет.

– Хватит, Арин, что за детский сад? Поехали.

Ты взрослая, ты сможешь вести себя достойно, Арина. Всё хорошо. Так я себя уговариваю, садясь на пассажирское сиденье. Но как только Тим садится за руль, у меня вырывается:

– Держи руки при себе!

Настала очередь Тимура закатывать глаза и недовольно цокать. Ладно придраться не к чему. Ведёт себя как джентльмен. А я вообще не знаю почему ляпнула это. Всё, вот-вот и я потеряю голову.

– Когда ты перестанешь бегать от меня?

Отвечаю мгновенно.

– Не знаю.

– О, это уже прогресс.

Чтобы не мучать себя догадками, спрашиваю вопрос, которым задавалась с самого утра субботы.

– А почему ты меня не притормозил, когда я выпила лишнего?

– Это в какой момент? Когда я написал тебе «Притормози попей водички» и заказал её тебе?

– Нет, ты знаешь, о чём я говорю. О сексе.

Щёки и уши пылают.

– О наш первый раз был незабываем. Но это думаю и так понятно, раз я до сих пор готов искать и находить тебя. Удивительно, что тогда ты была намного более смелой.

Собираюсь с духом. Ещё минута позора, и мы у офиса.

– А второй раз?

– Тоже будет потрясающим.

Я смотрю в упор на его безмятежное лицо.

– Не поняла. Будет?

– Ты в чём-то сомневаешься?

– Мы что не переспали?

Тимур отвечает, давясь смехом.

– Нет. Я тебе ещё в клубе сказал, что предпочитаю затрахать тебя в полном сознании.

Бросает беглый взгляд на меня и вновь сосредотачивается на дороге, а у меня возмущение готово дымом из ноздрей выходить.

– Ты! Ты позволил мне думать, что я настолько перепила, что забыла наш секс!

– А ты оставила мне деньги на тумбе после первой ночи. Тоже, знаешь ли, так себе.

– Я тебе уже говорила, что это не было оплатой секса.

– А я не утверждал, что мы занимались сексом в пятницу. Так решила ты.

– Ты невозможен!

– Арин, успокойся, ничего же не случилось. В буквальном: смысле ни в пятницу, ни сейчас.

– Я сгорала от стыда четыре дня!

– Может теперь ты будешь меня слушать, когда я говорю «хватит»?

Как только машина тормозит на парковке, я вылетаю, громко хлопнув дверью. Да, и правда хватит. Хватит с меня, Тимур, я уже не вывожу.

Все его звонки и смс я игнорирую. Мне нужна пауза. Моя нервная система явно не готова была к эмоциональным всплескам, переработке и горячему мужчине.