Глава 16

Татьяна (Анна)

Мы только успели накрыть на стол, когда услышали стук в дверь.

— Семья! — услышала я голос Аллесио. — Как же вы далеко забрались! Если бы не женщина с молочной лавки, не знаю, на сколько продлились бы мои поиски.

— Дядя! — из комнаты выскочила моя егоза и прыгнула на шею братца.

— Красавица моя, как же я по тебе соскучился.

Алессио несколько раз подбросил визжащую от восторга девочку и расцеловал пухленькие щечки.

— Мальчик мой, ты, наверняка, голодный. Присаживайся.

— Нас кормят неплохо, но каждый день одно и то же… — пожаловался братец.

Мы уселись за богато сервированный стол и завели беседу, при этом, не забывая уделять внимание блюдам, приготовленным заботливыми руками Тихона. Манила вспоминала детские шалости, мои и братца, рассказывала много о родителях, особенно об отце и не забывала самые вкусные кусочки подкладывать в тарелку Аллесио. Я заметила, с какой нежностью и материнской любовью она смотрела на юношу. Кому как, но мне отчего-то показалось это странным. После обильной еды мы переместились в гостиную.

Разговор плавно перетек на обучение.

— Аллесио, а ведь наставник так и не сказал относительно сокращения срока наказания, — начала я разговор, который не давал покоя который день.

— Сестрёнка, что ты опять надумала? — брат нахмурил свои густые брови.

— У меня есть возможность заработать деньги, чтобы уменьшить срок… — начала я, но Аллесио не дал мне договорить.

— Роднулька моя, я виноват в том, что вы сейчас в таком положении и находитесь здесь. Когда пошёл убивать эту тварь, то не подумал, как это может отразиться на всех вас. Теперь ругаю себя за это. Поэтому прошу тебя — не надо ничего делать! Это небольшой срок. Не заметишь, как быстро пролетят пять лет.

— Я хочу тебе помочь! — произнесла с обидой, еле сдерживая слезы. — Это я считаю себя виноватой, не надо было жаловаться, а самой дать сдачу проходимцу.

— Знаю я тебя, жалостливая душа. Все время защищала этого тирана и вряд ли бы мстила, — хмыкнул он.

Я задумалась. А ведь прав брат, Анна была слишком мягкая, чтобы дать отпор насильнику, поэтому и молчала. Держала боль в сердце, обвиняя себя в поведении мужа.

— Ты не представляешь, как помогла мне, когда сделала сканирование побоев, нанесённых графом. На королевском суде мнения разделились, и только благодаря этому документу я попал именно сюда, а не на каторгу.

Все же пришли к единому мнению, что вопрос о сокращении срока наказания оставим открытым. Это брат так подумал, а я осталась при своём — завтра задам вопрос наставнику. Аллесио ушел, когда солнце стало клониться к горизонту. Ему до бараков добираться около двадцати минут. С заходом солнца для всех ссыльных был отбой.

Манила забрала с собой Лиззи, а я осталась на улице. Присела на ступеньку крыльца и уставилась на кроваво-красный Сирус. Жаркий день перешел в ночную прохладу, и с гор подул холодный ветерок. Поежившись, я плотнее укуталась в плед. Да, осень уже не за горами и дает знать, что скоро, очень скоро, посетит наши места.

— Дорик, — окликнула нечисть.

— Слушаю, хозяйка!

— Как у нас там? — кивком головы указала на огород позади дома.

— Все тихо! Поползновений больше не было, но сегодня заметил тень лешего. Он наблюдал за домом, а как только приметил меня — исчез.

— Как думаешь, что ему нужно?

— Пока, думаю, это просто любопытство, все же не каждый день встречаешь такой дар у человека, как у нечисти. Вы для него загадка. А дальше только смотреть.

Я поднялась и, отряхнувшись, вошла в дом. Няня и дочь уже легли спать, и мне хотелось последовать их примеру. Уже собралась закрыть дверь комнаты, когда передо мной появился Тихон.

— Добрый вечер, созерцающая! Хотел предупредить, что теперь каждый вечер будем тренироваться и познавать магию.

Заметив, каким сосредоточенным было его лицо, я спросила:

— Что случилось, Тихон?

— Сам пока не разобрался, но чувствую, что время пришло обучать вас.

— Хорошо, утро вечера мудренее, поэтому спать, а завтра разберемся.

* * *

День начался как обычно с лекции, затем практика, и вот настало время отправляться к кладовщику для сдачи материала.

Я дождалась, когда наши ребята покинут базу и подошла к наставнику.

— Тир Прадин, вы в первую нашу встречу говорили о сокращении срока наказания, если ссыльный заплатит определенную сумму. Я задала вопрос о том, могут ли родственники помочь в этом? Сейчас хотела бы услышать ответ.

— Отчего-то я не сомневался, что вы подойдёте с этим вопросом, но, к сожалению, ответа у меня нет. Такое разрешение дается индивидуально. Документы по ссыльным находятся в здании администрации посёлка и, чтобы знать точно, вы должны, ле Анна, обратиться непосредственно к коменданту. Господин комендант слишком падок на женщин, поэтому может попросить любую услугу.

— Вы боитесь за мою честь? — я удивленно смотрела на наставника.

— Нет, но, как честный мужчина, обязан вас предупредить.

— Спасибо, я это учту.

Попрощавшись, направилась в сторону кузницы, затем должна была заглянуть к Джесси в лавку за тканью, похожую на сетку, но более плотную. Я приметила нечто подобное на прилавке.

Дошла до кузницы быстро, но, наученная горьким опытом, не стала ломиться в дверь, а постучала. За дверью стоял шум и грохот. Думала, кузнец не услышит, но оказалось все не так. Дверь распахнулась, и на пороге показался мужчина.

— А, это вы, ле Анна.

— Добрый день! Хотела узнать по поводу своего заказа?

Он подошёл чуть ближе и, вынув из кармана фартука ковровую иглу, протянул мне. Взвизгнув от восторга, я выхватила инструмент, который поможет мне стать богатой.

Хмурое лицо мужчины изменилось, и в глазах показались огненные искорки веселья. Он довольно хмыкнул.

— Спасибо, тир Антур, — я протянула руку для пожатия.

Он вновь странно посмотрел на мою ладонь, но все же пожал. Уже чуть позже я поняла по его взгляду, что совершила нечто такое, что не соответствует этому миру. И до меня дошло, в мире Локдус рукопожатия — это символ договорённости только между компаньонами в торговых делах. Вот же, как я себя подставила!

— Сколько я должна, тир?

— Ни сколько, ле Анна. Вместо оплаты вы подарите то, что сделаете этой иглой, и мы будем в расчёте, — улыбнулся великан, а ведь улыбка его очень красила.

— Договорились. Через две недели принесу.

Осталось последнее дело на сегодня — забежать к Джесси и купить материал, основу для коврика. Лавка женщины была по дороге, и я через десять минут стояла перед ней вся красная и запыхавшаяся.

— Ле Анна, это очень интересная вещь, — задумчиво произнесла Джесси, рассматривая мою иголку. — На следующий неделе жду первый экземпляр.

— Не успею, у меня ещё учеба. И за работу я обещала кузнецу коврик. Должницей быть не хочу!

— Хорошо. Сделаешь вначале ему, но покажешь мне, чтобы я представляла, сколько заказать, — переходя на деловой лад, произнесла женщина.

Да, торговля у неё в крови.

Я взяла приглянувшийся материал и, наконец, отправилась домой.

Уставшая, открыла калитку и одной ногой ступила на крыльцо, как непонятно откуда возникшее сильное желание заставило пройти к забору, разделяющему лес от огорода.

Я вцепилась обеими руками в доски забора, даже не почувствовав, как щепки впились в кожу ладоней, и уставилась на лес. Было ощущение, что сейчас произойдет нечто страшное и надо бы уносить подальше ноги, но я все стояла и смотрела, как растения сдвигаются в сторону, оставляя для меня тропинку, словно приглашая в гости.