Глава 42

Эмма Когда мы утром просыпаемся, Назара нигде нет. Он оставил записку, что будет вечером. Я с облегчением выдыхаю. Мне нужно время побыть наедине с собой. – Доброе утро, мои хорошие, – целую детей в щечки. Они улыбаются мне и тянут ручки, чтобы пообниматься. Обожаю утро. Мои малыши такие ласковые и сладкие в это время. Я наслаждаюсь каждой секундой, потому что знаю, что скоро это время прекратится. Мне становится немного грустно. Иногда я эгоистично хочу, чтобы они оставались такими малышами всегда. Но я сразу же отгоняю эти мысли. Мне радостно наблюдать за каждым этапом их жизни. – Ну что, пойдем завтракать? У нас сегодня столько дел, – говорю я. А сама думаю, как лучше поступить: сейчас идти завтракать и потом в душ, или наоборот, сначала душ, а потом завтрак. Я вспоминаю огромную кучу игрушек и понимаю, что потом я в ванную их не затащу. – Сначала в душ, – сообщаю Миру и Рори. Они моргают своими огромными глазищами, безмолвно говоря, что, женщина, мы уже готовы к завтраку. Но мамочка сменила планы. Я ловлю их по комнате и быстро раздеваю, несу голожопиков в ванную. Там я быстро мою их визжащие попки и закутываю в полотенца. – Ну вот и все. И чего возмущались? – смеюсь. Днем я стараюсь не надевать им памперсы, поэтому просто надеваю трусики и сверху одинаковые комбинезоны. Аврору я расчесываю и делаю два маленьких хвостика, Мир несет мне резинку, чтобы я тоже сделала ему прическу. Как это – у сестры есть резинка, а у него нет. Я смеюсь и тоже цепляю ему резинку на чубчик. – Мои ж вы красавчики. Мои самые любимые люди в мире. А теперь нужно подождать мамочку, мне тоже надо в душ. Дети, естественно, начинают возмущаться, а я так быстро, что позавидовали бы солдаты, принимаю душ и чищу зубы. Волосы собираю в небрежный пучок и надеваю на себя шорты и футболку. Все равно после завтрака придется переодеваться, зная своих детей. – Пойдем. Я беру каждого малыша за ручки и мы начинаем спускаться вниз. Это тот еще квест, честно скажу. Они вертят головами по сторонам, рассматривают новое место. А по лестнице их спустить… Спасибо, магний, иначе бы я схватила их и просто сама спустила с лестнице. Но они хотят сами, я не мешаю. Весь путь до кухни у нас занял минут двадцать. Мы заходим в кухню, и я с удивлением вижу их стулья. Наверное, уже некоторые вещи разобрали. Я сажаю и пристегиваю их, а то пару раз эти хвостики, чуть не упали у меня. У меня тогда вся жизнь пролетела перед глазами, больше такого стресса мне не надо. – Итак, что мы хотим на завтрак? Сейчас посмотрим и я сама решу. Потому что я взрослая, – малые ржут, а я показываю им язык. – Смеются они, да, я взрослая женщина и сама буду решать все за вас, пока вам не исполнится восемнадцать. Я достаю готовое детское пюре – индейка с овощами, это очень хорошая фирма, не страшно давать детям. Перекладываю все в тарелки, а плюсом нарезаю огурцы и яблоки. Завариваю травяной чай. – Приятного аппетита, мои сладкие. Аврора и Мирон сначала смотрят в тарелки друг друга, а когда понимают, что у них все одинаковое, начинают кушать. Я делаю себе кофе и пару бутербродов. Я не сажусь, ем стоя, чтобы в любой момент успеть словить все, что они надумают швырнуть. – Мирон, яблоки нужно кушать, ам-ам, да, вот так мой хороший. Нет, не надо кидать ложку. Не… – но, сын меня не слушает. Он кидает ложку, смотрит, как она падает, а потом начинает орать, чтобы я срочно подала ее ему. – А я говорила, что не надо кидать ло… Аврора, тебе тоже не надо кидать ложку! А вот и началась моя утренняя зарядка. На площадке многие мамочки спрашивали, на какой я диете. Я всегда говорила, что моя диета называется “Двойня”. Все у меня проходит по несколько подходов. Они еще несколько раз кидают приборы, а потом я просто машу на них рукой, пусть едят руками. Когда завтрак подошел к концу, сначала отмыла все вокруг, а потом по очереди привела детей в порядок в раковине. – Не человеческие дети, а свинки, – ворчу я. – А я, получается, мама-Свинья, а папа-Свин уехал, – сама смеюсь своей шутке. Да, декрет влияет на чувство юмора сильно. Мир и Рори начинают хрюкать, имитируя свиней, а я ржу еще больше. – Да, семья хрю-хрю. Ну что, пойдем? Я поворачиваюсь и замираю, как и мои дети. Аврора сразу идет ко мне, прячется, а Мирон с любопытством рассматривает новое действующее лицо. Сердце пропускает удар, а губы сами по себе раздвигаются в улыбке. – Привет, Яр, – здороваюсь с молодым мужчиной. Два года назад мы были самые настоящие друзья-враги. Я подставила его очень сильно своим побегом. Я пытаюсь отыскать в его глазах злость или обиду, но их нет. Он не злится, с удивлением смотрит то на меня, то на детей. – Блть, я не поверил, когда узнал про детей, – говорит он, взъерошивая волосы на затылке. – Не матерись. – Да, бл… Блин. Как? – Как делают детей? Ну, для этого нужны фертильного возраста мужчина и женщина… – Я знаю, откуда берутся дети. – Точно? Их приносит не аист и их не находят в капусте. Он прикладывает руку к груди. – В смысле их не приносит аист? Их, наверное, заказывают у Деда Мороза. – Насчет Деда Мороза… – тяну я. Мы смотрим друг другу в глаза и смеемся. Между нами нет напряжения, чему я безмерно счастлива. – Рад тебя видеть, Эмма. – И я, Яр. Знакомься, это Мирон, – представляю сына, – а это Аврора. Дети, а это ваш дядюшка Яр. Он садится на корточки и одним пальцем трогает Мира. Тот сразу же хватает его за палец и куда-то тянет. – Ох*… Охренеть они похожи на Назара, даже жутко. Еще раз повтори: точно двое родителей нужны, чтобы сделать детей? Ты тогда где была? – Дурак! – говорю обиженно. – Они похожи на меня. – Если ты сама будешь с ними гулять, то могут подумать, что ты их украла! – Да как ты смеешь! Дети, мы уходим. Он нам больше не дядя. Мы идем в комнату с подарками и там продолжаем ругаться с Данияром. Я скучала по этому засранцу. Яр проводит с нами все время до самого вечера. А вечером приходит наш папа…