= 20 =

РУСЛАН

Мы с Козырем выходим на парковку. Пацаны поехали традиционно в пиццерию. Потом планируют в клуб. Кого волнует, что завтра универ?

Ден сказал, что девчонки ждут у Ксюшиной машины. Маленькая хрупкая блондинка неизвестная мне что-то восторженно щебечет Вике. Та ее слушает с почти мрачным лицом.

- Все, все, - прерывает ее Артемьева, встречаясь со мной взглядом, перекидывает хвост на одно плечо. Красивая до умопомрачения. Не могу оторвать взгляд.

- Денис, Руслан это Майя, - поспешно представляет Ксюша.

- Очень приятно, - улыбается Козырь, я только успеваю растянуть губы, как фурия хватает меня за руку.

- Мы отойдем, - говорит и оттаскивает в сторону. На приличное расстояние. Оглядывается и убедившись, что нас не видят и не слышат наставляет на меня палец.

- Ты! – говорит и касается моей грудной клетки, - ты, кажется, забыл правила! Ты просто перешел все границы! Это недопустимо! Ты…ты…

Чуть наклоняю голову на один бок и оглядываю мою Ведьмочку. Забавная с горящими глазами, румянцем и возмущёнными губами в поисках оскорбительного слова достойного описать всю глубину ее возмущения. Поцелуй. Черт. Ее рот — это отдельная комната в раю для меня. И как ей сказать, что мне плевать на все правила, а я всегда делаю, что хочу. ( Бабочки kM9ik9Y2 )

- Поехали? – предлагаю.

Она смыкает губы и теперь смотрит на меня.

- К-куда?

- С нами.

- Я не… куда это, Рудников? - досадно морщит носик. – В пиццерию вашу? Посмотри на меня, я сильно похожа на ту, кто ест пиццу?

Специально медленно оглядываю ее и она распрямляет плечи стараясь посмотреть на меня свысока. Но что-то изменилось. Там. На поле. Между нами. Я чувствую. Знаю она тоже чувствует и не узнав, что это, не готов упускать. Не сейчас.

Делаю к ней шаг и касаюсь ее нежного лица большим пальцем. Веду по контору. Такая нежная гладкая кожа, словно шелк. Она же смотрит мне в глаза. Смело, открыто, прямо. Никто так не смотрел. И ее золото поглощает меня.

- Я поеду, - неожиданно решает с придыханием.

- Тогда, пошли, - улыбаюсь. Беру ее за руку и веду к своему транспорту, по дороге скидывая смс Козырю, о том, что мы сами доберемся.

- Мы поедем на этом? – с сомнением показывает на мой мотик.

- Боишься? – протягиваю ей шлем.

- Я ничего не боюсь, - выдергивает шлем с раздражением из моих рук, - просто хочу еще прожить на этой Земле свою длинную счастливую жизнь…

- Уверен, так и будет, - усмехаюсь, - не переживай, я буду вести очень аккуратно.

- Да, будь так добр, – ворчит, но шлем надевает и перекидывает ногу. – И, Рудников, если я умру, я тебя убью!

И почему-то в ее обещание верится с легкостью. Не говорю ей про ручки, за которые можно держатся, а она уже обхватывает меня за талию. Еду не как обычно. Медленнее. Но все равно прижимается к спине. И мне нравится чувствовать ее так близко. Слишком хорошо.

- Посмотри в стороны! – кричу.

- Что?

- Посмотри по сторонам!

- Сам смотри! – жмется сильнее. Уверен, что зажмуривается.

Усмехаюсь. Ничего она привыкнет и поймет, насколько это круто. Ощущение себя, дороги и свободы.

До пиццерии доезжаем за десять минут. Жду, когда девушка встанет, чтобы поставить подножку. Пацаны уже здесь. На деле кафе недалеко от универа.

Когда мы заходим нас встречают радостными криками и непередаваемыми звуками восторга. Вика оглядывает стены. Уверен, что девушки класса люкс не привыкли к обычным заведениям. Но вон Ксюша вполне себе счастливая жмется к Козырю. Да и вторая девочка вполне комфортно чувствует в сетях Артура, которые те умело распустил.

- Эй, Русик, мы уж думали ты не придешь – протягивает длинноногая блондинка с широкой улыбкой. Это капитан команды болельщиц Зарина. Девчонки из группы поддержки часто с нами зависают после игры. – Совсем про нас забыл…

- Как такое возможно? – дружелюбно улыбаюсь и плюхаюсь на стул. Вика вместо того, чтобы сесть рядом, садится мне на колени. Прижимается ко мне и смотрит прямо в глаза Зарине. Наклоняюсь к ее уху, - тише, тигрица, - шепчу.

- Черта с два, - шепчет мне в ответ, напрягаясь всем телом, когда чувствует мою руку на своей талии. А я на деле кайфую от ее близости. И буду пользоваться любой возможностью ее коснуться.

Все девочки между собой переглядываются.

- А я и не знала, что вы вместе, - протягивает Лера. – Вот и все, захомутали последнего холостяка!

- Э-эй, - возмущаются парни. А я посмеиваюсь. Ни с кем из этих девчонок никогда не имел дел. А если кто и строил глазки всегда отшучивался. Понимал, что мне с ними еще некоторое время делить одно пространство. А этой драмы лучше всего всегда избегать.

- Да, тяжело было догадаться, когда Русик ее обнял и поцеловал после игры, - закатывает глаза Зарина.

- Ну, если этот занят, где-то освободился другой, верно? – подмигивает третья девчонка, не помню, как ее зовут. Вика ерзает на мне, заставляя рвано выдохнуть. Чуть отклоняется встречается со мной взглядом и как-то нежно убирает челку с моего лба назад. Кажется, останавливая мое сердце этим простым движением.

Еба-ать. Хочу еще её касаний.

- Верно. Спешите забрать, - неожиданно любезно выдает, улыбнувшись девушкам.

Те вполне дружелюбно смеются.

- Ну че ребят берем еще три пока? – уточняет Фролов по заказу.

- Давайте уже похаваем, да в клубак завалим, подвигаться кайф…

- Мы же в сарай? – предполагает Артур.

- Что за сарай? – тихо спрашивает меня Артемьева. От ее легких движений на моих коленях, чувствую напряжение.

- «Бешенный сарай», клуб на окраине у трамвайного депо. Знаешь?

- Конечно, это Рамиля, - понимающе кивает. А потом Вика чуть наклоняется в сторону болельщиц и у них возникает беседа по поводу команды, я не слушаю. Как и не уточняю почему она вообще Рамиля знает. Вряд ли она поклонница боев без правил. Хотя он пацан популярный. Вместо этого мы с ребятами обсуждаем жаркие момент, возникшие во время игры.

И в общем, в пиццерии мы прекрасно проводим время. На Вику все поглядывают с насторожённостью, но она не выдает свою сучку. Просто большую часть времени слушает что происходит за столом. И на какое-то мгновение мне приходит бредовая мысль, что вполне себе так уютно мне с этой стервочкой. Будто она рождена сидеть на моих коленях. С моими друзьями. Со мной. В моем мире. И целовать рождена только меня. Всегда.

- Ну уже не так и страшно второй раз? – спрашиваю, ожидая, когда она первая встанет с мотика. В клуб мы не едем. Я на стипендии, и мне нужно учиться, чтобы продержаться в универе. А клуб — это до утра. А Вика, на мое счастье, также не изъявила ни малейшего желания. Останавливаю у высокого забора, так как ее элитная многоэтажка находится на закрытой территории. Кто бы сомневался.

- Мне и в первый не было страшно, - фыркает, отдавая шлем. Смешная. Волосы слегка спутались, но менее прекрасной она от этого не становится

- Ага, настолько, что передавила мне все ребра. Прям Вика Храброе Сердце.

Она неожиданно поднимает ладонь и легко касается моей скулы, там, где красуется синяк. Настолько нежной кожи я еще не ощущал. Прикосновение легкое, как перышко. Ее глаза с некоторой насторожённостью смотрят на меня.

- Мне жаль, что тебе достается из-за нашего соглашения, - как-то честно и открыто признается, что ей не свойственно. И мне так хорошо, что чувствует это. Что ей не все равно. Она даже не представляет, какие эмоции вызывает внутри мне.

- Я не верю тебе.

- Что? – округляет глаза в недоумении отдернув руку.

- Кто ты, вежливый инопланетянин, и куда ты дел мою невоспитанную Ведьмочку? – ответно касаюсь ее нежной щеки. Чувствую привычное покалывание в пальцах. Ее глаза, словно жидкое золото, мне хочется в них утонуть. Одуреть можно, как хочу вновь ощутить вкус ее губ, только теперь нас никто не прервет…

- О, ну очень смешно, - протягивает, улыбнувшись и опередив мой порыв, останавливает, уперев ладонь в грудную клетку. - Нетушки, Рудников, - мотает головой и затем ее янтаря блестят озорством, - хочешь целоваться… Зови девушку на свидание!

Отходит на два шага к воротам, заставляя её проводить жадным взглядом.

- Эй, Ведьмочка-а!

Открывает дверь магнитным ключом и оборачивается. Чуть наклоняю голову в бок.

- Пойдешь со мной на свидание?

- Возможно, - улыбнувшись, скрывается за дверью. А мое сердце от радости ходуном заходит.

Черт ни от одной такого не было. Касаюсь того места, где орган с ума сходит и тоже улыбаюсь. Себе. Не хочу даже анализировать, что это. Почему и как. Мне чертовски нравится.