= 31 =

РУСЛАН

Мы успеваем только доплыть до берега. Как дождь не просто ливанул, а пошел такой, сплошной стеной. Мы буквально сразу промокает до последней нитки, но все равно, делать нечего, бежим до мото. Со смотрителем, дядей Юрой в одной будке сидеть то еще удовольствие, учитывая, что он скорее всего уже насинячился. По дороге мокнем еще больше. Так как мы на окраине, не нахожу ничего лучше, чем привезти ее к себе, так как до центра мало того, что дольше ехать, так еще и опасно по такой видимости, а дождь так зарядил, будто и останавливаться не собирается.

Мы забегаем под козырек подъезда.

- Какой кошмар! Мои волосы, лицо… - стучит зубами Вика и оглядывается, - а где мы?

- Дома, - говорю и прикладываю магнитик, - ты не против? Сюда было ближе. Плюс еще никого нет. Боюсь до твоего дома нас бы уже смыло.

- Я, Руслан, тебя не боюсь, - смело смотрит мне в глаза, и первая заходит в подъезд в мокрой, обтягивающей каждый изгиб одежде.

- А надо было бы, - бормочу, откровенно любуясь ее длинными ногами и четкой задницей.

Когда проворачиваю ключ, не переживаю, о том, что она увидит обычную квартиру. Я никогда не стеснялся быть тем, кто я есть. И никогда не буду. Пропускаю ее вперед. Останавливается и медленно оглядывается.

- Мамы в ближайшие часа два не будет… - говорю между прочим.

- А где она? – снимает кроссовки, и поворачивается. Ее голубая маечка просвечивает и видно такого же цвете кружева. И я с трудом отрываю взгляд.

- В магазине, она часто там зависает.

- Покажешь, где ванна?

- Идем, - веду ее по коридору. У нас небольшая ванная комната, совмещённая с санузлом. Вика оглядывает пространство.

- Вот это полотенце, - указываю, - сейчас принесу вещи, твои нужно будет подсушить…

- А ты? – спрашивает.

- М?

- А ты, - указывает на меня пальцем, не отведя своих глаз, блеск, которых заставляет меня застыть, - ты будешь в мокром?

Делает два шага разделяющих нас и касается края моей футболки.