Глава 33

–Лично мне глубоко наплевать на уважение этой своры макак, которую обычно называют человечеством. – Уважать кого-то за то, что у него есть те качества, которых нет у тебя – такое может не каждый. Для этого нужна огромная сила. Кристофер Майнфорд Я никогда не ставил людей… во что-то. Или точнее не ставил их ни во что. И уж тем более никогда они не вызывали у меня уважение. А сейчас впервые в жизни испытал это чувство по отношению и не к одному из них, а сразу к нескольким. Семья Стрельниковых отличалась ото всех кого знал. Будь то люди, маги или кто-то иной. И у меня было время подумать, почему это так. Всю ночь и утро не мог сомкнуть глаз. Многое взвесил и проанализировал. И пришёл к выводу, что далеко не так они просты, как мне показалось с самого начала. И дело не в том, что сильны физически (это достигается упорством и тренировками, при наличии хоть каких-то данных). У них в крови что-то было, а вернее есть. И как не понял этого сразу? Наверное, надо было осознать ещё с Кирой, когда она так легко и почти без последствий пережила переход (не считая обморока). Но мои глаза были зашорены жалостью к себе и несправедливостью судьбы. Дурак. Нет, чтобы заняться невестой вплотную. Но впредь такой ошибки не допущу. Хватит уже ребячества и выходок не достойных мужчины и звания Верховного. Вместо того чтобы убегать от проблемы, надо принять её и разгребать последствия собственной самоуверенности и недальновидности, которые проявил месяц назад. Ещё и упорно продолжал это делать вплоть до побега Киры. Но в любом случае теорию про Стрельниковых я проверю уже дома. А если моя догадка верна, то Слава при переходе не только выживет, но и после него удивит ещё не раз. Как и его сестра в своё время. Перед приходом того, кого мне предстоит перекинуть на Комору вместе с собой, я нервничал. Потому как придётся выпотрошить себя и накопители. И вряд ли буду способен на многое после перехода. Пару дней, скорее всего, придётся отлёживаться. Если смогу держать ложку или ручку, будет счастье. Без Славы – дела бы обстояли получше, но клятва есть клятва. Братья же Киры выглядели спокойными как танки. Они явно из тех, кто, взвешивая и принимая решение, следуют ему до конца несмотря ни на что. Ещё один повод для уважения. И одновременно для раздражения. Слава зашёл в комнату с напряжённым и решительным лицом, скидывая с плеч огромную сумку. – Я готов, – произнёс и с наглостью посмотрел в мои глаза, явно не испытывая и толики симпатии. Это уж не говоря про благоговение или про уважение. Там скорее висело нескрываемое раздражение. И даже заикаться не стоит – почему. Для них я тот, кто похитил их сестру. Удерживал силой и многое, многое другое, что озвучил или скрыл, но что без сомнения всплывает в их памяти и фантазии. Понятно, что мы все поставлены в тупик. Мне нужны они, а они нужны мне. Точнее их знания (если ещё не поздно и Эээ жива, а не убита моими врагами). И только это мирит нас с вынужденным общением и сотрудничеством. – Накопители, – повернулся к Костику, который тут за главного. Тот кивнул и быстро достал из куртки украденное у меня, вместе с мешочком монет. Пока забирал своё, братья без лишних слов стали подходить к Славе и обнимать его на прощание. Внимательно за ними наблюдал и завидовал. Я единственный ребёнок и никогда не испытывал подобных чувств. Даже к друзьям. Особенно к друзьям. Тот же Лютер и его Роза. Братья бы, наверное, договорились полюбовно, а не стали бы соперничать, не разговаривая друг с другом годами. Или может я не прав? Без понятия. Но в этой семье такое казалось невозможным. Да и мне всё ещё не верилось до конца, что они родственники. Нет, привязанность между ними почти осязаема, но вот внешность. Кира была обладательницей синих волос поначалу, когда мы встретились, но мать говорила, что потом они стали чёрными, да и глаза у неё синие, как грозовое небо. А вот Слава обладал русыми волосами и тёмными зелёными глазами. Так сильно отличаются и в то же время абсолютно одинаковый огонь внутри. – Пойдём, – Ярослав поднял огромную сумку, закинул её на плечи и подошёл ко мне, полоснув меня неприязненным взглядом. Не успел кивнуть и напрячься, создавая плетение портала вокруг нас прямо отсюда, как прежде чем мы исчезли, Дамир произнёс: – Передай ей, что мы любим и помним. Эти слова вызвали во мне горькие чувства. Словно я последний подонок. Но для них ведь так и есть? У каждого своя правда. Спустя несколько секунд мы оказались в пустом зале перемещений. Голова закружилась. Так плохо мне не было никогда. Полное магическое истощение. Даже в плену у братьев мои возможности были больше, чем сейчас. С трудом повернулся к прищуренным зелёным глазам и уже хотел ему сказать, чтобы позвал Лютера или кого-то из магов, чтобы помогли. Так как они вполне могли помочь и поделиться силой, но произошло то, чего не ожидал. Слава быстро достал из куртки что-то очень похожее на то, чем меня били в квартире. Как они говорили? Электрошокер? Но это был всё же не он. Это стало понятно, потому как мужчина сделал шаг в мою сторону и быстро поднёс его к моей шее. Щелчок и тело задеревенело. Я свалился вниз. – Не бойся, – усмехнулся Слава. – Я всего лишь обездвижил тебя. Доза как для слона, чтобы наверняка. Кто вас вампиров знает. Но жить будешь. Просто для начала мне надо кое-что сделать. Он достал какой-то аппарат и защёлкал на нём, рассматривая его с напряжением и время от времени хмурясь. Потом покивал сам себе, подхватил меня с тихим кряхтением и понёс в сторону двери для слуг. У меня слов нет. Ненавижу Стрельниковых. Но это, пожалуй, не мешает мне уважать их. И я думал, что в моём-то мире покажу им кто хозяин?