Глава 59

–Вам, должно быть, нелегко живётся, если вы всё ещё верите в справедливость. – Что бы ни думали, делай то, что считаешь справедливым. Вот моё кредо. Так и живу. Ярослав Стрельников На счастье овра я уже понял, что вред он мне точно не причинит, но знала ли Кира, на что способен её милый питомец? Не знаю как она, но я ничего и не видел. И само собой поверить до конца не мог. Но всё же. Всё время пока я связывал разбойников рядом с местом, где лежал мой спальник, косился на невероятно довольного собой овра с опаской и… потехой. Подросток, которого к слову звали Фадей, явно боялся его до дрожжи. Почти не обращая внимания на меня. Было ли мне обидно? Нет! Скорее весело! Несмотря на странную ситуацию и моего спутника, которого «надо избегать при любой возможности», из меня лилось веселье. Дожил! Меня! Вояку со стажем и не хилым боевым опытом сочли «безобидным». Даже не так. Нашли более безобидным чем существо, похожее то ли на мимишного кабанчика, то ли на морскую свинку с невероятно проникновенными глазами. Наши нерадивые разбойнички стали приходить в себя уже через полчаса. К тому времени успел надёжно их связать, засунуть кляпы, умыться и наскоро позавтракать. Так что их ждала картина как я с преспокойным видом глажу пузико разомлевшему овру в ожидании, когда все очнутся. И хоть меня неумолимо тянуло к сестрёнке, от своего мнения не отступлюсь. Надо разобраться в ситуации, прежде чем идти дальше. К счастью Васька в этом был со мной солидарен, хоть и немного поартачился, предлагая их всех убить и сожрать. Но думаю, это больше было сказано для Фадея, который всё слышал и начал трястись как последний кролик. Когда, наконец, все несостоявшиеся грабители открыли глаза и сосредоточили своё внимание на нас с Василием, я соизволил заговорить. – Вот, Васенька, – проговорил с улыбкой, большей похожей на зловещий оскал. – Сейчас будем тянуть жребий. – Жлебий? – лениво переспросил овр. – Ну да, – покивал с серьёзным выражением лица. – Жребий! Кого сейчас сожрёшь, мой страшный овр. А кого оставим на потом. – А-а-а, – протянул понятливый зверёк и перевёл взгляд на трясущихся в ужасе мужиков. Вот опять! Опять на меня ноль внимания! Хотя стоит отметить, что только у двоих из них реакция была и до этого такая же. Остальные же вкурили ситуацию только после озвучивания названия Василия по «расе». Что овру очень понравилось. Он просто светился довольством. Даже наигранно облизнулся, рассматривая свой будущий рацион. Вот актёр! Или на самом деле думает, что я дам ему их съесть? – Ну так что? – резко поднялся на ноги и вынул кляп у каждого по очереди. – Что-что? – сглотнул один из этих великовозрастных детин, судорожно сглотнув. Тот самый… гнусавый. – Говорите, – милостиво разрешил им, выхаживая из стороны в сторону. Наконец-то! Всё внимание на меня! – Что говорить? – переспросил тот же. – Зачем сюда пожаловали, – остановился и уставился на него. – Где ваше логово? Давно разбоем промышляете? Как до такой жизни дошли? Тот, который сидел слева от говорившего, смачно сплюнул мне под ноги. Как невежливо! – Этого съешь первым, – усмехнулся, поворачиваясь к овру. Тот как по команде подскочил из своей ленной позы и… Подойти не успел, нет. Некультурный завизжал как баба, а овр, по-моему, захихикал. Хотя скорее злорадно захрюкал. Мне признаться и самому стало смешно. – Я всё расскажу, дяденька, – внезапно подал голос Фадей. – Только не надо меня… скармливать. – Всё-всё расскажешь? – перевёл на него тяжёлый взгляд, успокаиваясь. – Всё-всё, как духу, – подтвердил подросток, до этого только представившийся и потом игравший в молчанку. – Ну и чудненько, – улыбнулся. Быстро запихнул остальным обратно кляпы в рты и повернулся к ребёнку. – Я сейчас вещи соберу, а ты пока говори. Потом в ваше логово сходим, – потёр руки и, дождавшись его отрывистого кивка, стал собираться, складывая вещи в рюкзак. – Дак это, – неуверенно заговорил Фадей. – Меня самого, поди, как третий месяц к ним прибило. Я из дома убёг. – Убежал, – поправил его, скорее по старой привычке, чем специально. Какая мне вообще разница как он говорит? – Но ты продолжай, продолжай. – Ну дак это, – продолжил Фадей. – Логово наше минутах в двадцати отсюда. Главаря кличут Хриплым… – Это, которого Васька сожрал? – на всякий случай уточнил у него, прерываясь. – Его самого, – покивал ребёнок, покосившись на овра. – Кличили получается. Хмыкнув, махнул ему продолжать. – Ну дак вот, – застеснялся ребёнок. – У меня мамка пьющая, папки нет. Трое братьев. А про банду эту говорят, что всегда при добыче и никогда не голодают. Вот я и… – И ты к ним подался, – без особого сочувствия закончил его проникновенную речь. – Ты про них больше говори. Сколько их? Большой лагерь? Женщины и ещё дети есть? – Я не ребёнок! – возмутился Фадей. – Ну раз пришёл на дело, чтобы убивать и грабить, то да, – покивал с насмешкой. – Я это, – смутился паренёк. – Первый раз это. До этого больше на посылках был. За лагерем следил, дрова собирал. Тебя тут заприметил, ну к Хриплому пошёл. – Чтобы с собой взял. Выслужиться же надо, – ухмыльнулся, заканчивая сборы. – А то тебе ж так обидно без дела сидеть. Говори по делу уже. – В лагере ещё человек десять мужиков и три бабы в окопе, – чуть не плача закончил Фадей, пряча глаза. До слёз я его, что ли, довёл? Вздохнул. Не было печали, да черти накричали. Оттащив троих подальше в кусты, убедился, что они хорошо связаны. Не вырвутся. А коли тут подохнут? Не жалко. Собакам, собачья смерть. Вернувшись в лагерь, отвязал ноги Фадею и поставил на ноги. Руки оставил связанными. И взвалив на себя рюкзак, кивком показал ему идти. – Показывай дорогу, недоразбойник. И без шуточек. А то в момент лишишься части тела. Ноги там или руки, – и погладил овра, крутившегося рядом. – Пойдём, посмотрим, что у вас там за сброд. Подросток понуро двинулся на запад. Прости Кира, но по-другому не могу. Слова «бабы в окопе» решили, как проведу этот день.