Глава 56

Секс в машине, как езда по бездорожью — круто, больно и никогда не знаешь, протянет ли мотор до финала.

Секс на заднем сиденье да еще и с моей жрицей — отдельный вид ралли. С ней тормоза отказывают на хрен! А педаль газа прикипает от жары к полу.

— Ты меня трахаешь или душу выколачиваешь? — царапая на спине британский флаг, хрипит Аленка.

— Мне притормозить?

— А ты сможешь? — так и провоцирует.

— Для тебя любой каприз.

Вынимаю из нее член и мажу головкой о нежные складки. Пытка для обоих. Отлично это понимаю. Но ничего не могу с собой поделать. С этой женщиной даже мазохизм в кайф.

— Я тебя не отпускала! А-ну верни, что вынул!

Ловлю жадный взгляд. Жрица требовательно смотрит на пах и так тяжело сглатывает, словно у нее без меня внутри все пересохло.

— Плохо просишь, — бесстрашно дразню свою тигрицу.

— Нарываешься, майор.

Никогда не думал, что можно трахать глазами, но кажется, у Аленки получается. Я не в ней, а по ощущениям толкаюсь по самые помидоры. Позволяю стискивать себя тугими мышцами. И размазывать по стволу густую ароматную смазку.

— Хочешь мой член? — Издевательски веду головкой по гладкому лобку и снова трусь о подпухший клитор.

— Я тебя всего хочу!

Не дав мне опомниться, Аленка сама подмахивает навстречу. Зажмурившись от удовольствия, насаживается на меня до упора и сжимает крепче, чем в любых моих фантазиях.

— Будешь так играться, по жопе получишь!

Пока не опозорился, я прихватываю нахалку зубами за ухо. Посасываю сладкую мочку и отчаянно пытаюсь вспомнить хоть какую-нибудь херню из математики или физики.

В теории это вроде должно как-то помощь. Однако с моей охуенной жрицей не спасают никакие тангенсы, корни квадратные или логарифмы.

Вживую, без латекса, она действует на меня сильнее любого наркотика. Яйца крутит, как травмированное колено на смену погоды. Все мышцы в теле огнем горят, как после марш-броска по пересеченной местности.

Не женщина, а испытание.

— Ты припарковался посреди поля, чтобы трахать меня вприглядку? — От новой остановки Аленка окончательно теряет терпение.

— Налюбоваться не могу.

— Любуйся, пожалуйста, на ощупь. — Мечет глазами молнии.

— На ощупь кончу. Сразу. — Делаю плавный толчок.

Чувствую членом каждый миллиметр ее роскошной плоти. Смотрю, как в такт моим толчкам покачивается полная грудь. И внезапно ловлю себя на совершенно безумной мысли. Что загнусь, если не буду трахать ее каждую ночь. Научусь выть по-волчьи, если Алена уйдет к другому или лишит мой член своих влажных объятий.

Хреновая перспектива!

Абзац, мать его.

Только вдохнул полной грудью холостяцкую свободу, и вот он — призрак каблука на горизонте.

— Ты будто не сексом занимаешься, а теорему разгадываешься, — нахалка все понимает!

Читает меня как записную книжку! Старую. С одеревеневшей закладкой.

— Замуж за меня пойдешь. — Сам не верю, что произношу эти слова. Как только язык поворачивается?

— Куда мне пойти?..

С Алены в одно мгновение слетает вся эротическая шелуха.

Нет больше ни тигрицы, ни амазонки. Подо мной снова моя растерянная робкая женщина. Та самая, правильная интеллигентная мамочка, которая покраснела как рак, когда я впервые попросил пососать член, и спрятала слезы после самого первого оргазма.

— В загс сходим. — Для убедительности членом вколачиваю в нее каждое свое слово.

— Я… не могу.

— Можешь!

— Я пока замужем. — Алена медленно моргает.

— Вот скоро освободишься. И потом сразу сходим.

— Егор, я не знаю…

Она все же нереальная. Единственная женщина на свете, способная думать с членом между ног.

— Понял. Недорабатываю.

Накрываю алый ротик губами и трахаю свою жрицу языком прямо в голову. Выбиваю из мыслей любые «нет» и прочие женские глупости. Быстро, глубоко, с тем же ритмом, что и членом. До первого «Да».