ГЛАВА 21
Ангелина
Через некоторое время я спустилась из башни вслед за некромантом. На выходе меня уже ждали два гарнизонных стражника, которым, оказывается, было велено проводить меня в покои.
— Я теперь узница? — спросила, не поверив своим глазам.
— Ну что вы. Ни в коем случае, — ответил один из них. — По территории дворца вы можете перемещаться свободно. На улице же вас всегда будут сопровождать двое воинов. Стража оповещена. А за границу комплекса Файрел выход запрещен.
— Вот как… — протянула я.
Что ж, вероятно, кому-то это показалось бы возмутительным. Кто-то, может быть, решил бы, что его отвратительным образом лишили свободы. Со мной все было иначе. Мне мало того что было некуда идти. Так я и не собиралась уходить. У меня в голове потихоньку начали вертеться шестеренки мыслей, как избежать кровопролития и повлиять на короля мертвых. А для этого мне необходимо было оставаться рядом.
Таким образом, я хоть и не была на стороне Рейва, не была и против него. Оставалось только, чтобы и он это понял.
Однако нашлось и то, что меня расстроило. Как оказалось, в наших общих с некромантом покоях его вещей не осталось. Только мои бесчисленные наряды, купленные им. Только шарфики, пояса и платья.
Неожиданно это оказалось очень грустно. Хотя после того, как я отказалась поддержать его, этого следовало ожидать.
Зомзома тоже нигде не было. Вероятно, слуга последовал за своим хозяином. Впрочем, по зомби с его неподвижными мертвыми глазами я вряд ли буду скучать. Хотя иногда он казался даже забавным.
Незаметно прошла сперва первая половина дня, затем и вторая. Я прогулялась по опустевшему дворцу, и оказалось, что большая часть именитых гостей, прибывших на свадьбу Герхарда и Ливии, убрались из Файрел. В самом замке остались лишь несколько особенно древних дворянских родов, которые неожиданно стали поддерживать притязания Рейва. Они поглядывали на меня с интересом, если мы случайно встречались в коридоре. Но заговорить со мной никто не решался.
В особняке для гостей и вовсе было пусто.
К вечеру я вернулась к себе. Приближалась ночь, а мне так и не пришло в голову ни одного ответа на вопрос: «Что делать дальше?».
С легкой грустью я упала на диван, заметив, что в камине уже потрескивает огонь. Видимо, замковые слуги постарались в мое отсутствие. Взгляд сам собой скользнул по комнате в поисках подноса с ужином и неожиданно остановился на прикроватной тумбочке. Там на маленьком конверте лежала шкатулка из черного бархата, обитого серебром. Я никогда не видела ничего подобного. Ткань казалась потертой, а серебро почти не блестело — так много раз этим предметом пользовались. Однако, несмотря на все это она сохранила удивительный в своей старинной красоте вид.
Сердце пропустило удар.
Я протянула руку и открыла шкатулку. На черной подушке лежал крупный женский перстень с алым камнем. Рубин в форме драконьего клыка, ограненный, наверное, сотней граней блестел, как звезда. А на ободке кольца с двух сторон от камня были выдавлены аккуратные, улыбающиеся черепа. На оборотной стороне было выгравировано одно единственное слово: «Эридан».
Дрожащими пальцами я взяла украшение и тут же стала открывать конверт. На белой бумаге сверкали темные как ночь буквы:
«Сегодня я снова получил доступ к тем комнатам и залам, которые прежде Файрел скрывал от всех. И среди прочего мне на глаза попался вот этот перстень. Я подумал, что он бы неплохо сочетался с твоей цепочкой, к которой не так-то просто подобрать комплект. Да-да, я немного разбираюсь в женских украшениях, и вовсе это не смешно, Ангел. Мне было бы приятно, если бы ты носила его. Если не станешь — я настаивать не буду. Но и назад отдавать его мне не стоит. Это кольцо фамильное, его носила моя мать. Но поскольку в моей жизни уже не появится женщин, которым я мог бы его подарить, пусть оно навсегда останется у тебя.
Рейв».
Изнутри по груди резануло что-то острое. В глазах даже стало немного влажно.
Ну что я за медведь-ревун?
В следующий момент, не думая ни о чем вообще, я схватила кольцо и надела. Я могу сердиться на Рейва. Могу с ним не разговаривать. Могу даже попробовать его ненавидеть, хотя это уже лишнее. Но если бы кто-то решил запретить мне носить этот подарок или вовсе отобрать его, вероятно, я бы с вежливой улыбкой перегрызла ему глотку.
Аккуратно положила письмо на место и пошла спать. После долгого насыщенного дня ужасно клонило в сон.
Однако стоило мне раздеться и натянуть одну из шелковых сорочек, которыми теперь был завален мой шкаф, как в комнате начало происходить нечто странное.
Тяжелые занавески на окне всколыхнулись. Створки были закрыты, и это точно был не ветер. Да и сложно перепутать с ветром мощный поток Тьмы. Теперь сложно, когда я стала видеть так много. Не знаю, может, это следствие общения с королем мертвых, а может, чего-то еще. Но сейчас я с удивлением и легким беспокойством наблюдала, как темная магия вокруг меня приходит в движение.
Нет, я не боялась. Мне уже давно было ясно, что Файрел — это практически душа Рейва. Замок едва ли не живой. Здесь в каждом кирпиче может скрываться старое сокровище или бесплотный дух. И все это мрачное волшебство не вызывало страха так же, как сам Рейв.
Поэтому сейчас я невозмутимо наблюдала, что будет происходить дальше.
Лунный луч проник в комнату, не задерживаемый более толстой тканью. И вдруг на моих глазах стал превращаться в мужскую фигуру. Как будто облако обретало форму. А через мгновение передо мной уже стоял…
— Рейв? — выдохнула я, забираясь на кровать с ногами и натягивая одеяло до горла. — Что ты тут делаешь?
Некромант так и оставался полупрозрачным, но, хвала богам, он был похож вовсе не на призрак, а скорее на тень самого себя.
И сейчас он в непонимании оглядывался по сторонам, смотрел на свои руки и тело, дергал за рукава рубашки.
— Я и сам не понимаю, малышка… — протянул он через несколько секунд, взглянув на меня широко раскрытыми глазами.
Теплый, мягкий взгляд скользнул по телу, укутал, обнял.
Дрожь прокатилась по позвоночнику, отдаваясь глухим дребезжанием где-то под желудком.
Рейв… Мой Рейв…
— Не называй меня малышкой, — с трудом сжав губы, проговорила я. — И раз уж ты тут по ошибке, изволь проваливать восвояси. Твоя пленница собирается лечь спать.
Каюсь, мне хотелось уколоть его. Хоть немного. Чтобы он почувствовал то же, что и я.
Но его брови вдруг грустно взлетели вверх, а на лице появилось странное потерянное выражение. А то, что он сказал дальше, едва не разорвало мне сердце:
— Я не хочу… мне плохо без тебя.
Будто в один миг все эмоции начали прорываться наружу. Словно плотину прорвало, и бешеный поток воды ринулся прочь, грозя смыть все на своем пути:
— Так какого упыря ты творишь?! Зачем ты все это устроил?! Почему не сказал мне раньше?
Некромант глубоко вздохнул и сел на кровать рядом со мной. Я опустила взгляд, замечая, что матрас не продавился под ним, а на простыне едва-едва появился след.
— Не знаю, Ангел, — протянул он и бросил взгляд на догорающие угли в камине. — Делаю то, что должен. Ты же понимаешь — король мертвых, вся петрушка.
Повернул ко мне голову и вдруг улыбнулся. Такой знакомой и заразительной улыбкой, что я едва не бросилась ему на шею с поцелуями. И не улыбнуться в ответ не смогла.
— Это какая-то глупость, Рейв, — сказала я уже тише и придвинулась ближе, скрестив ноги. — Неужели ты хочешь убить столько людей? Ведь это война!
— Не знаю, — прошептал он и снова перестал улыбаться. — Я запутался. Тот я, которого ты видишь днем, это другой человек, понимаешь? Он привык убивать сотнями. Тысячами. А я… я вообще не понимаю, кто я и как сюда попал.
Некоторое время он молчал, а я и сама не знала, что сказать. Все это было так странно и непонятно.
— Так ты и правда не в курсе, как здесь оказался? — переспросила я, подняв руку и неуверенно потянувшись к нему.
Мне хотелось потрогать его. Проверить, действительно ли взгляд меня не обманывает. Может, у меня вообще галлюцинации? Или я сошла с ума?
— Не имею ни малейшего представления, — покачал головой он. — Но я знаю, что тот Рейв, который вот-вот официально сядет на трон Альденора — не я. То есть, не совсем я. Но это трудно объяснить. Я и сам не понимаю. Иногда мне кажется, что у меня раздвоение личности, — грустно усмехнулся он. — Тебе лучше с таким не связываться, малышка.
Рейв посмотрел на мою руку, застывшую в нескольких сантиметрах от него, и улыбнулся. А я наконец преодолела последнее расстояние и коснулась… пустоты.
Его и впрямь не было рядом. Но с другой стороны вот он — передо мной. И его губы точно такие же мягкие и изогнутые, как всегда.
— Поздно, я уже связалась, — ответила тихо.
— Еще не поздно что-то поменять. Убраться отсюда подальше. Сбежать. Ты знаешь, что тот, другой я воспользовался твоей магией, чтобы пробудить дракона?
— Что за ерунда? У меня нет магии, — возмутилась я, склонив голову на бок. — Ну, или почти нет. И уж точно моих крох не хватит на пробуждение Бьельндевира. Рейв, то есть ты… В общем, кто-то из вас двоих просто помог мне произнести заклинание вместе с ним, это правда. Но мой Анарель не был задействован.
Некромант невесело усмехнулся и покачал головой.
— У тебя есть кое-что, без чего не вышло бы это заклятье. Без тебя просто ничего бы не получилось, и костяной дракон до сих пор отдыхал бы в Сумеречном мире. Хотя я, в общем-то, немного рад. Бьельндевир — мой старый друг. Он был со мной с самого детства, когда я совершенно случайно привязал к себе его дух. Тогда у меня еще не хватало сил на оживление тела, но призрак сумеречного дракона следовал за мной повсюду. Шутил, составлял компанию, скрашивал черные полосы в жизни. Нас многое связывает.
— Это, конечно, удивительно, что дух древнего дракона скрашивал будни маленького мальчика, — задумчиво проговорила я, — учитывая, что Бьельндевиру, судя по всему, не одна тысяча лет. Но что там про то, что в этот раз дракон оживлен благодаря мне?
Мне и правда было жутко интересно узнать о прошлом Рейва, но я не хотела отпускать мысль о своей магии по одной простой причине: уже несколько дней я чувствовала, что со мной что-то не так. Что Тьма вокруг становится ярче, живее. Что я сама теперь как будто другой человек. И теперь я хотела знать, возможно ли это на самом деле?
— Твой дар бесценен, Ангелина, — совершенно серьезно проговорил Рейв. — Но я здесь не затем, чтобы рассказывать об этом.
— Но ты должен сказать!
Он покачал головой.
— Это может тебе навредить. А я этого не хочу.
— Тьма тебя зажуй, Рейв! — всплеснула руками я. Внутри меня взвился такой клубок нетерпения, что я готова была прыгнуть на мужчину сверху, повалить на пол и не слезать, пока он все мне не расскажет. К сожалению, передо мной сидела бестелесная копия некроманта, и этот план вряд ли сработал бы. Да и вообще приличные девушки так не делают. Кажется.
Заметив мои душевные метания, некромант засмеялся. По-доброму, ласково. Так, как он не смеялся со мной уже довольно давно. Протянул руку и медленно положил мне на колено, выбравшееся из-под одеяла.
Я замерла. С мягкой улыбкой он двинулся по бедру, так, словно осторожно гладил. Неторопливо, будто я могу растаять от этого касания.
— Я знаю, что ты не чувствуешь, — сказал он тихо, склонив голову набок. — Мне просто хотелось до тебя дотронуться.
Я задержала дыхание, мгновенно испытывая все то, что происходило со мной всегда рядом с ним. Дрожь в груди, словно маленькая шаровая молния с каждой секундой увеличивается, и от ее жара уже перехватывает дыхание. Щеки начинают нестерпимо гореть.
А еще я ее чувствовала. Руку Рейва. Еле уловимо ощущала его прикосновение. Как дуновение ветра или скольжение лебединого пера.
— Ты не такой, как всегда, — еле слышно выдохнула в ответ, боясь потерять его пронизывающий взгляд. — Не такой, как тот, другой Рейв. Очень похож на него, но не такой.
— Такой, малышка. Я — он и есть, — тихо ответил некромант. — Только из другой жизни…
В этот момент больше всего на свете я хотела его поцеловать. Мне вдруг показалось, что если я не сделаю этого сейчас, даже с этой вот странной тенью некроманта, я, может быть, уже никогда этого не сделаю. Что, если завтра его убьют? Что, если он сам перестанет во мне нуждаться, и я навсегда исчезну из этого замка? Из его жизни?
И я потянулась вперед с одной лишь мыслью: коснусь его. Даже его тени. И все.
Но некромант грустно улыбнулся и вдруг прислонил палец к моим губам. А затем мягко провел рукой по моей щеке, оставив на ней слабо уловимое касание, напоминающее скольжение шелка.
— Я — плохой человек, малышка, — прошептал он близко-близко от меня. Всего в паре сантиметров от лица. Уронил взгляд на мои губы и выдохнул: — Нам лучше бы никогда не встречаться. Беги. Беги отсюда.
Я задержала дыхание и на миг закрыла глаза, чувствуя, как в груди что-то больно сжимается. И только тихий голос Рейва продолжал звучать в ушах, обволакивая, проникая в меня, как сладкий яд:
— Иначе тот, другой я уничтожит тебя. Рано или поздно…
Когда я открыла глаза, его уже не было рядом. Только пустая комната и тихо догорающий камин. Только незаметный след на простыне там, где он только что сидел.
Я долго не могла уснуть, а когда взошло солнце, еле разлепила веки. Как провалилась в сон, совершенно не помнила, так сильно беспокоило меня все, произошедшее ночью.
Поэтому первым делом после того, как встала, я побежала в библиотеку в раздел магических трактатов. Госпожа библиотекарша была рада меня видеть и снова помогла найти то, что нужно. Вероятно, без нее сидеть бы мне здесь много-много часов.
Улыбаясь, женщина принесла мне ветхий томик прикладной некромантии, который когда-то входил в курс всех магических академий. Но с того момента, как подъем нежити объявили вне закона, набор лекций пришлось сильно менять. В результате вся прикладная некромантия практически исчезла, как наука.
Вооружившись пером и бумагой, я пролистала учебник в поисках достаточно легкого и подходящего мне по содержанию заклинания. Если быть точнее, мне нужен был текст поиска и призыва уже существующей оживленной нежити.
Требуемая глава оказалась почти в самом конце, так что читать пришлось все же довольно долго. Затем я быстро скопировала все и, попрощавшись с душкой-библиотекаршей, поторопилась уйти.
Мне нужно было спокойное место, чтобы узнать то, что всю ночь не выходило из головы: могу ли я колдовать по-настоящему? Есть ли и впрямь у меня магия, о которой говорило странное ночное альтер-эго Рейва?
Я боялась предполагать что-либо. Слишком привыкла думать, что способностей у меня не больше, чем у одаренного енота. Но теперь где-то внутри появилась надежда, как червяк прогрызающая себе дорогу к реальности. Надежда на то, что я смогу колдовать. Не зря же последнее время я вижу значительно больше, чем раньше. Не зря Тьма вокруг меня кажется настолько мягкой и послушной. Спокойной. Словно она — продолжение меня самой.
Наверно, было бы правильно вернуться к себе в комнаты и попробовать там. Но мне не терпелось. Поэтому я забралась прямо на широкий подоконник в одном из лестничных пролетов замка, где было меньше всего шансов встретить слуг или стражу, и с трепетом расправила листок.
Буквы эшгенрейского приветствовали знакомыми завитками. Я знала каждую из них, знала их сочетания и произношения. Но все равно волновалась.
А потому я еще раз пробежалась взглядом по листку и начала читать:
«Ershelier vajen tarte ilf tunger raidoh verten,
Rastal ufarre fielre bjuom coh…».
Тьма заструилась сквозь Анарель сплошным потоком. Я внимательно следила за ее течением, боясь, что силы станет слишком много, и мой источник просто разорвет на части. Чтобы этого избежать, нужно было вовремя закончить заклинание. Оборвать цепочку колдовства, пока она не убила меня или не нанесла непоправимый вред.
Нужно быть очень осторожной. Но сегодня я чувствовала, что мне повезет.
Когда текст закончился, я не сразу поняла, что произошло. Стоило осмотреться вокруг внимательнее, как ликование наполнило грудь, а сердце застучало в горле, норовя выпрыгнуть наружу.
У меня получилось! С первого раза! И я не ощутила ни капли дискомфорта. Все было так, словно мой Анарель вполне приличного размера, на уровне хорошего мага!
Теперь оставалось понять, что делать дальше. Заклятие должно было помочь мне отыскать Зомзома. Где бы он ни находился, Тьма обязана была подсказать его местоположение. Вот такая простая проверка моего мастерства. Раньше я и на меньшее-то была не способна. А теперь…
Правая ладонь неприятно чесалась. Я подняла руку, изумленно рассматривая тонкую черную нить Сумеречной магии, что тянулась из кожи куда-то вперед. Обхватила ее пальцами и легонько подергала. Ощущения были такими, словно я маленький ребенок, которому впервые в жизни дали сладкую конфету.
Нить натянулась, подсказывая, направление. Я тут же вскочила с подоконника и двинулась по коридорам Файрел.
Слуги, которые встречались на пути, не обращали на меня никакого внимания. И мою нить они тоже не видели. Я же старалась выглядеть как всегда, но ужасно боялась, что глупую улыбку радости с лица до конца стереть так и не удалось.
Заклятие вывело меня в соседнюю башню. Я никогда не была здесь, а нить все тянулась и тянулась вверх по старой лестнице. На предпоследнем этаже, когда я уже изрядно устала подниматься, в груди появилось щемящее предчувствие.
Все вокруг было окутано мрачной и какой-то древней красотой. Темные полы из лакированного дерева, алые гобелены на стенах, полные комплекты доспехов в углах коридора. И все покрыто тонким слоем не до конца вытертой пыли. Создавалось впечатление, что слуги не завершили уборку в этом крыле после того, как оно много лет стояло закрытым.
Я посмотрела вверх по лестнице, где на чердачном этаже виднелась огромная резная дверь, обитая черненым серебром. На ней неизвестный художник выгравировал какую-то картину, которую издали было не рассмотреть. Однако весь внешний вид двери давал понять, что за ней скрыт не обычный чердак, а какая-то комната.
Может быть, там живет Рейв? Кто знает, что он любил тогда, много лет назад: богатые залы, как Герхард Айрис, или маленькие комнаты под крышей огромного замка?
В этот момент мои раздумья оборвало какое-то шуршание. Я повернула голову и едва не подпрыгнула на месте. Зомзом стоял за моей спиной и неподвижно смотрел мне в затылок своими мертвыми остекленевшими глазами.
Ладонь в тот же миг перестала чесаться. Нить Тьмы исчезла.
— Как ты напугал меня, — выдохнула я, делая шаг в сторону.
Все же я успела отвыкнуть от зомби за это время, и теперь он меня слегка пугал.
Мертвец не двигался и ничем не давал понять, что вообще слышит. Только глаза с желто-серыми белками глядели, не отрываясь.
Что ж, не стоит тянуть нетопыря за клыки. Пора задать этому созданию пару вопросов.
— Зомзом, — начала медленно. — Я тут подумала… Вдруг ты как правая рука самого короля мертвых…
Можно же и польстить немного мертвецу, правда? Кто его знает, что у нежити в голове?
— … в общем, может, ты знаешь, что за магия у меня появилась и зачем она нужна Рейву?
Зомби молчал. Однако теперь он склонил голову набок и, кажется… нет, точно! Он улыбался!
— Ты сейчас ржешь надо мной, что ли? — возмутилась я, сложив руки на груди.
Даже страх куда-то пропал.
Бледные губы Зомзома натянулись еще сильнее.
— Нет, ну это никуда не годится, — фыркнула я. — А ну-ка говори! Я знаю, что ты умеешь говорить. Рейв разговаривал с тобой, и ему ты точно отвечал!
Зомби неторопливо сложил руки на груди, словно дразнился. Правда он едва не запутался в ладонях, и в итоге неловко засунул их в подмышки, но факт оставался фактом.
— Вот хамло, — бросила я, притопнув ногой. — Ну, ты хоть скажи, комнаты твоего хозяина там?
Я указала рукой на дверь наверху, но мертвец продолжал молчать и дразнить меня.
— Может, ты все-таки не можешь говорить, — сдвинула брови я. — Может с языком что-то…
В этот момент Зомзом мечтательно закатил глаза, высунул язык и облизнулся.
Я чуть не подавилась от возмущения. Однако гнев внезапно вернул мне немножко ума: ведь Рейв говорил, что с нежитью нужно общаться на эшгенрейском!
Я тщательно порылась в собственных воспоминаниях и не без труда, но все же составила простенькую фразу, чтобы объединить все прозвучавшие ранее вопросы:
— Ebiery vir labde in!*
Зомби прищурился, из груди у него донеслось сдавленное рычание. Словно он был недоволен, что веселая игра вдруг закончилась.
Затем он, наконец, ответил:
— Eshaur dande ker Angelina Valbur fhaltre liber nlad. Eshaur steir bartende nlsd Angelina vupleh ilzen trenda fierew Illisharin. Nur den halfe Bielndevir, sageq yntrebaltiegh. Baste un fhaltre liber nlad masu Eshaur vier. Basedhar Eshaur inkt.
Звуки, срывающиеся с мертвых губ, были похожи на шепот, смешанный с шипением. От них пробирало до костей. Но теперь мне было не до страха, ведь надо было понять, что он говорит!
В общем, когда зомби снова замолчал, очевидно, надеясь, что до меня так и не дошел смысл его слов, я довольно кивнула.
— Спасибо, Зомзом, ты душка, — помахала ему рукой и стала подниматься по лестнице вверх, предоставив нежить самому себе и переваривая полученную информацию.
То, что зомби произнес на эшгенрейском, было ужасно. И переводилось примерно так: «Хозяин знает, что Ангелина Вальбур — носительница золотой крови. Хозяин использовал девственную кровь Ангелины, чтобы пробудить одного из Иллишарин. Того, чье имя Бьельндевир, благословленный бессмертием. Связь с носительницей золотой крови делает Хозяина сильнее. Покои Хозяина наверху…».
Я не вполне уверена в деталях перевода, но общий смысл точно уловила. Кроме того, мне стало ясно еще кое-что: я была и остаюсь нужна Рейву только ради магии моего предка — Ульфрика Айрис. Магии, которая неведомым образом проснулась в моих жилах. А сам король мертвых никогда меня не любил.
Ebiery vir labde in!* — отвечай на мои вопросы (эшгенр)
Рейв
Сегодня утром с гонцом пришло письмо. Трясущийся от страха парень прошел в кабинет короля мертвых и под конвоем из трех молчаливых стражей вручил Рейву конверт.
Некромант бросил насмешливый взгляд на бедолагу. Он мог его понять. Всего лишь вестник, которого отправили в логово семисотлетнего чудовища. В живой замок, над которым гордо парит костяной дракон. А он, Рейв, наверняка должен был сейчас восседать на кресле из трупов в окружении танцующих призраков. Такую репутацию он сделал себе в этом замке?
Такую. И некромант был этому даже рад.
Он развернулся, сидя на обычном деревянном стуле, и взял протянутый слугой конверт. Внутри оказались новости, не слишком вселяющие надежду.
«Графу Рейву Эридан, именующему себя Королем мертвых, от Верховного министра Совета короны Альденора. Я, Ярош Тренвир, сим уведомляю вас, что через три дня под воротами замка Файрел будет стоять двадцатитысячное войско, мобилизированное для возвращения королевского замка и государственных регалий. В случае вашей добровольной капитуляции я как Верховный министр, исполняющий обязанности престолохранителя, сим заверяю, что вам будет сохранена жизнь и здоровье на время суда и после него. Ждем вашего ответа на это письмо в течение суток.
Подпись: Ярош Тренвир»
В самом низу листа стояла печать короны.
Рейв вздохнул и отбросил бумагу.
— Вы можете быть свободны, — сказал он посланнику, что все еще ощутимо трясся у дверей.
— А… ответ? — едва выдавил из себя он.
— Я отправлю со своим слугой, — бросил Рейв, уже не глядя на парнишку.
А тот был и рад исчезнуть как можно скорее.
Некромант усмехнулся и откинулся назад на стуле. Командир стражи, что все это время стоял рядом с ним, нахмурился и протянул:
— Ваше величество, что прикажете делать?
— Придерживаемся старого плана, Глейн.
— Но… — еще сильнее сдвинул брови мужчина, лязгнув латной перчаткой. — Двадцать тысяч воинов, включая магов! А у нас всего один дракон и хлипенький гарнизон в пять сотен человек! Я не собираюсь пускать своих людей в расход!
— Спокойней, господин Глейн, — мягко проговорил некромант и поднял на собеседника прямой жесткий взгляд.
Мужчина как-то сразу весь подобрался, а через мгновение, выдохнув, обмяк. Лицо сперва побледнело, словно от страха, а затем покрылось алыми пятнами, будто ему стало стыдно, и он разозлился сам на себя.
— Послушайте меня внимательно, — постукивая пальцами по столу, начал Рейв. — У нас преимущество: мы будем обороняться. Нас защищают каменные стены Файрел. Пока ворота не падут, мы можем месяцами торчать здесь, засыпая нападающих стрелами и заливая кипящим маслом.
— Какими месяцами?! — хотел вскрикнуть мужчина, но вовремя сдержался. — Провизии нам не хватит и на один месяц!
— Чтобы выиграть это сражение, нам не понадобится и недели, — оборвал Рейв.
— Но как? — выдохнул Глейн, оперся руками о стол и подался вперед. — Дракон — это, конечно, подспорье. Думаю, только из-за него на нас и не напали до сих пор. Но долго ли костяной выстоит против нескольких сотен некромантов, которые выступят за спинами лучников и пехоты?
— Чтобы ответить на этот вопрос, нужно понять, скольких воинов они готовы потерять, прежде чем Бьельндевир даст себя обездвижить. Как я понимаю, изгнать его не способен никто из них. В любом случае, Глейн, вам не о чем беспокоиться. Я держу все под контролем.
— Но… — кажется, командира стражи этот ответ не сильно устроил.
— Остальное вы узнаете в ближайшее время.
Аспер Глейн захлопнул открытый было рот, вытянулся как стрела, и, отдав честь, вышел из кабинета.
А сам некромант склонился над столом, взял в руку длинное перо с золотым наконечником, обмакнул в чернила и начал писать ответ.
Через минуту все было кончено. Запечатанное письмо легло в нагрудный карман Зомзома, готового выполнить любое поручение своего хозяина.
Мрачно улыбнувшись, Рейв хлопнул мертвеца по плечу и проговорил:
— Сделай все, что нужно. И не задерживайся.
Зомби учтиво поклонился и проследовал к выходу.
Некромант склонил голову набок, наблюдая за тем, как хорошо держится мертвец. Со стороны уже было почти невозможно заподозрить, что с ним что-то не так. Лишь странная широкополая шляпа, которую он все время носил, немного привлекала внимание. Но те, кому приходило в голову содрать с невзрачного мужчины этот головной убор, очень быстро начинали жалеть о своем решении, потому что слуга графа Эридан казался им отвратительным до дрожи. Правда что именно им так не нравилось, они вряд ли могли толком объяснить.
Как только король мертвых остался один, его размышления вновь вернулись к Ангелине. Так происходило всегда, когда думать, казалось бы, уже было не о чем. План обороны Файрел был изучен со всех сторон. И ничем важным занять себя больше не получалось. Поэтому настойчивая, навязчивая мысль как раскаленный стилет вновь прожигала виски.
— И что мне с тобой делать, малышка? — спросил он тихо.
Ангелина была нужна ему. И не только для поддержания жизни Бьельндевира. Она была нужна ему сама по себе. В эту ночь она даже ему приснилась, и это было уже что-то за гранью добра и зла.
— Может, убьем ее, и всего делов? — спросил над ухом противный голос.
Рейву не нужно было поворачивать голову, чтобы понять: Ульфрик сидит на соседнем стуле и весело пялится на него.
— Ты получишь ее силу. Пусть временно, зато в полном объеме. Это увеличит твой Анарель до невероятных размеров! Не артачься, Рейви. Ты знаешь, это хороший ход.
— Да провались ты в Сумерки, Ульфрик, — скривился некромант, чувствуя, как раскалывается голова.
— Ну что же сразу в Сумерки, — надул губы бестелесный монах. — Там темно и холодно. К тому же я просто посоветовал.
— В бездну твои советы, — фыркнул некромант, стараясь не обращать на мертвого друида внимания.
И через мгновение нехотя усмехнулся собственным мыслям:
— Вот был бы я болотной ведьмой, приворожил бы, и всего делов.
— Эх, Рейви-Рейви… Ты же знаешь, что это невозможно! Проще убить, — покачал головой Ульфрик.
Но некромант больше не слушал его. Он видел перед собой только худенькое лицо Ангелины. Закрыв глаза, он еле слышно проговорил:
— Победа приобретает вкус желчи, когда ты злишься, малышка. Но я не отступлю.
Некромант сжал губы и сосредоточился. Пальцы на деревянном подлокотнике по очереди пробежалась по лакированной поверхности.
— Время пришло, — прошептал он.
Перед ним вспыхивали картины возможного будущего. Того будущего, которое он собирался построить сейчас, как и много сотен лет назад. Холмы, залитые кровью врагов, Тьма, бушующая над континентом, покорная и послушная ему. И орды нежити, готовые завоевывать новые города. Готовые увеличивать территории Альденора до бесконечности.
— Пора, — прошептал он и резко распахнул веки.
Ничего не изменилось, и одновременно изменилось все.
В этот миг впервые после семисот лет покоя мир увидел глаза истинного короля мертвых. Глаза, сверкнувшие алым голодом пяти с половиной тысяч мертвецов.
Зомзом
Запахи. Как много было вокруг запахов. Конского пота, испражнений, походной каши, новой военной амуниции и костров. А еще крови. Приглушенный запах человеческой крови, бурлящей в венах под тонким слоем кожи. Кажется, вонзи зубы — и вот она.
Но нельзя.
Да и глупо это: нападать в лагере, полном вооруженных воинов и магов, готовых к бою. Поэтому Зомзом спокойно двигался вперед через палатки и ряды людей. Изредка молчаливо предъявлял свое письмо с гербом Короля мертвых и шел дальше. К центральному шатру.
После смерти у зомби развилось несколько очень полезных навыков, позволяющих выслеживать, догонять и убивать. Он чувствовал, что способен найти человека за несколько километров даже в глухом лесу. Мертвые глаза прекрасно видели, обоняние рисовало в голове картины, о которых прежде он не имел никакого представления, а слух… Слух позволял различать человеческую речь с приличного расстояния.
И сейчас, когда до шатра командиров было еще довольно далеко, Зомзом слышал голоса:
— Его надо найти, вы понимаете? — спрашивал один на повышенных тонах. Визгливо, немного истерично.
— Где мы найдем его, Король мертвых, по-твоему, идиот, чтобы прятать его у всех на виду?
— Господа… сегодня я прочел один исторический трактат о Бьельде… Бильде… короче, о его дурацком драконе, — уверенно говорил еще один голос. — Там было сказано, что Рейв Эридан каким-то образом сумел объединить свою жизнь с жизнью нежити. И пока жива эта его костяная тварь, будет жить и Король мертвых.
Некоторое время в шатре молчали. Зомзом слышал лишь звук собственных шагов.
— Значит, мы просто должны убить этого монстра, — раздался четвертый голос. — Ничего сложного, так ведь?
— Действительно, — фыркнул кто-то в ответ. — Всего лишь завалить высшую нежить, учитывая, что наши колдуны и с зомби-то с трудом справятся.
Голос так и сочился презрением.
— При всем моем уважении, — перебили его, — уничтожить зомби не составит труда.
От этих слов Зомзому резко стало не по себе.
— Нам достаточно его обездвижить, а затем виверны или грифоны его просто разорвут. С костяной тварью можно сделать то же самое. У нас есть несколько десятков друидов, способных вызвать из Лихих лесов живых драконов. Они, конечно, слабее и намного меньше мертвого. Но совокупными силами мы легко одолеем монстра. Это я про Рейва Эридан.
Раздался глухой смешок.
В этот момент Зомзом наконец подошел к палатке. На входе двое грозных стражей еще раз проверили его и запустили внутрь.
Вокруг небольшого стола стояли пятеро мужчин. Они склонились над картой, тыкая пальцем в самый центр, где был изображен замок Файрел.
— Так-так, и кто это у нас здесь? — спросил один из них, смерив зомби уничижительным взглядом.
За спиной мертвеца раздался ответ одного из стражников:
— Ваше благородие, судя по всему, это посланец графа Эридан. У него в руках письмо с гербом. А еще он, кажется, немой. На все вопросы только мотает головой.
Мужчины в шатре смерили Зомзома удивленными взглядами.
Зомби тоже медленно оглядел присутствующих, замечая двух дворян, очень похожих на Ливию Рендан, двух магов в мантиях жизни и смерти, и еще одного мужчину. Того, который, видимо, был самым главным.
— Немой, значит, — фыркнул этот главный, и вырвал письмо из рук нежити. — Очень удобно. Этот граф Эридан умный мужик, я вам скажу. Надо перенять опыт. А что, такого хоть запытай, ничего не расскажет. Ты же не расскажешь, да?
Мужчина неожиданно резко приблизился к зомби и навис над ним, явно планируя запугать.
Вот только он не знал, с кем имеет дело, и насколько Рейв Эридан и впрямь предусмотрителен.
Зомзом даже не дернулся. Он медленно поднял голову, выглядывая из-под широкополой шляпы своими гнилостно-желтыми водянистыми глазами.
И на этот раз отшатнулся сам мужчина. Сдвинул брови и убрался обратно к столу, передергивая плечами. Словно хотел сбросить с себя невидимую паутину.
Затем он открыл письмо и зачитал вслух:
— «Господину престолохранителю Ярошу Тренвиру от короля Альденора Рейва Эридан Кастро-Файрел:
Приходите».
Ярош, а это был именно он, нахмурился и ударил кулаком по столу.
— Да он совсем обнаглел! Да кто он такой вообще? Возомнил себя Тьма знает кем!
— Он — Король мертвых, Ярош, — мрачно протянул один из магов рядом. Тот, что был в некромантской мантии. — Истинный король Альденора.
— А ну-ка тихо! — рыкнул в ответ престолохранитель. — Не вздумай сказать об этом при воинах. И наш гость уже явно слышал гораздо больше, чем требуется.
С этими словами он повернулся к зомби и, выдавив из себя самую ядовитую и злую улыбку, проговорил:
— Вы свободны. Можете передать своему господину, что армия выступает. Мы разотрем в порошок его и его костяную змеюку. И всех предателей, что встали на его сторону.
Однако едва Зомзом развернулся, чтобы выйти из шатра, как в помещение вбежал испуганный стражник и с округлившимися от ужаса глазами выдохнул:
— Ваше благородие, там… там…
Он задыхался и никак не мог закончить фразу. Пот градом катился с белого лица.
— Что там?! — выкрикнул Ярош, выходя из себя.
— Мертвые восстали… — выдохнул стражник и без чувств упал на пол.