Глава 4. Женя
Мое путешествие с караваном длилось немногим более двух недель. Двух прекрасных недель. Только сейчас я поняла, насколько мне уже опротивели грязный порт, темные подвалы и заброшенные подворотни Тарланда. Когда-то давно, можно сказать еще в прошлой жизни, я несколько раз выезжала с палаткой на реку с папой и мамой. Тогда я была еще счастливой и беззаботной, а еще не одинокой. Тогда я наслаждалась жизнью и каждым днем. А еще радовалась яркому солнцу, голубому небу, белым пушистым облакам, зеленой траве и счастливым улыбкам любящих родителей. Сейчас же, в свои без малого, девятнадцать лет, я сама себе казалась старухой, которая бережно перебирает старые воспоминания, радуясь им как малое дитя. И все потому, что в теперешней жизни не было чему радоваться и что вспомнить. Но я не собиралась ни руки опускать, ни сдаваться. Именно поэтому уехала из портового города. Ведь при желании я могла бы там еще какое-то время прятаться. А после изменить облик и продолжить влачить нищенское существование, подворовывая у бандитов. Но разве это жизнь? Как по мне, то нет. Дальше так существовать я не хотела и сейчас ни грамма не жалела о своем решении.
Судя по тому, что караван двигался заброшенными трактами, в обход больших городов и крупных поселений (что меня полностью устраивало), вез он что-то запрещенное, ну или не очень разрешенное. Вот только мне на это было наплевать. Я не проявляла никакого любопытства ни по отношению к грузу, ни по отношению к сопровождающим его людям. Я просто наслаждалась окружающей природой.
В то утро ждать долго караван из обозов мне не пришлось. К моему немалому удивлению, из города он вышел не один (а именно такие сведения я получила на постоялом дворе, на который заскочила перед тем как окончательно покинуть Тарланд, другие купцы собирались отчалить несколькими днями позже), а целых четыре. И это только через юго-западные ворота. И я не брала в расчет механизированные повозки, которых, как только открыли городские ворота, была тьма-тьмущая. А почему не брала в расчет? Так потому, что последние, без подзарядки, передвигались на расстояния не более пятидесяти километров и, что для меня было самым неприятным, стоила поездка в таком транспорте дорого и они не подбирали пассажиров по дороге. Поэтому, в основном, такие механизированные дилижансы ездили только по заранее установленным маршрутам между близлежащими городами и населенными пунктами. Что меня не устраивало. От Тарланда я хотела убраться как можно дальше. Не знаю почему, но вот чувствовала, что ничего хорошего, в ближайшем будущем, меня там не ждет.
Охрана первых двух караванов мне прямым текстом сказала, куда стоит идти, если я не хочу, чтобы меня прикопали в ближайшем лесочке. А вот глава третьего уточнил, умею ли я ухаживать за скарапе. Именно эти животные, похожие на наших баранов, разве что размером они были с буйволов, тянули телеги.
За те два года, что я прожила в портовом городе, где только не пробовала работать. Одним из таких мест был скотный двор. В этом случае даже то, что я не могла управлять артефактами, мне не мешало, ведь почти вся работа производилась вручную. И кормежка, и чистка загонов от навоза и, тем более, кастрация молодняка или роды самочек. Вот только я физически не потянула всего этого. Даже когда еще жила на Земле, я всегда была худенькой, в этом же мире, из-за перебоев с питанием, стала совсем уж тощей. Что и хорошо, так как помогало мне выглядеть подростком. Как сказала бы моя бабушка, от меня остались только кожа, кости, да глаза. Как бы там ни было, а в этом мире я не шиковала. Рисковать и часто залезать в склады банд, чтобы украсть оттуда несколько вещичек, которые можно было безопасно перепродать и за вырученные деньги купить себе поесть, я не рисковала. А чтобы смотреть за животными, необходимо было целыми днями чистить загоны, таскать огромные ведра с водой, да телеги с едой. Через неделю я поняла, что все, выдохлась. Еще немного и совсем ноги протяну. Ведь поднимали работников засветло и работали мы, не приседая, до самой темноты. При этом животных кормили чаще и куда лучшей едой, чем нанятых на работы подростков. А после еще хозяин находил сотни причин для штрафов, чтобы платить гораздо меньше оговоренной заранее суммы, а то и вообще не платить. Мне, за ту неделю, так и не заплатили. И все потому, что я, якобы, подсунула порченые корнеплоды одной беременной самке скарапе, из-за чего малыш у нее родился мертвым. Хотя я к ней, вообще, не подходила.
Ладно, это все прошлое, сейчас, главное, что те навыки помогли моей легенде, о нелегкой доле простого сельского парня. А раз так, то конечно же, я умею ухаживать за разной вьючной живностью и конечно же, за скарапе. Во время этого путешествия в мои обязанности входило, когда караван разбивал лагерь на ночь, распрягать животных, сгонять их всех на ближайший луг и следить за единственным не кастрированным самцом, а утром запрягать их назад в повозки.
Для того, чтобы между животными, во время путешествия, не происходили потасовки и стычки за самок или борьбы за главенство, полноценный самец брался только один и его впрягали в первую телегу, которая ехала во главе каравана. Кастрированных скарапе звали валухами. Они были ласковыми как телята, флегматичными и абсолютно послушными. Кроме того они, как привязанные, шли за главным самцом. Вот и получалось, что смотреть ночью необходимо было только за ним. Что и входило в мои обязанности. Днем же я, если не любовалась окружающими пейзажами, спокойно себе отсыпалась в одной из мерно покачивающихся телег.
Но ничто не вечно, вот и это путешествие подошло к концу. Мы подъезжали к Гуазе. Этот богатый и красивейший город располагался у подножья великих Дарийских гор и славился своими ювелирными украшениями. Ведь горы, рядом с которыми он был построен, были богаты как на драгоценные металлы, так и на разноцветные, прозрачные как горная вода камни, которые после огранки сверкали в ушах, на шеях и пальчиках своих обладательниц, ярче звезд в темную, безлунную ночь.
Я знала, что самые дорогие ювелирные украшения изготавливались вручную, без использования артефактов, так как сами потом могли стать ими. И чтобы оставаться чистыми, они не должны были смешиваться с другими потоками магии во время производства.
Редко кто из мастеров брал к себе в подмастерья чужака. Но если мне все же удастся найти того, кто согласиться взять меня в ученики, это будет мой шанс получить профессию, обладая которой, можно будет больше не бояться за завтрашний день. С моим не восприятием магии, это особенно важно. Должно же мне уже когда-нибудь повезти. Достала эта черная полоса.
Поэтому, когда на подъезде к Гуазе, глава каравана сообщил, что через три дня он отправляется дальше, в соседнее государство, и я, если хочу, могу продолжить путь с ними, мне пришлось вежливо отказаться, рассказав причину. Не то чтобы стать ювелиром было моей мечтой, но все же это довольно прибыльное дело, при этом заработок не только хороший, но еще и честный. Купец не стал меня отговаривать, а наоборот, заранее пожелал удачи, после чего, вместе с главой охраны нашего торгового каравана, он отправился ко входным воротам, чтобы заплатить пошлину на въезд в город.
Ничего не предвещало беды. Вот только, глава охраны, почему-то, довольно быстро вернулся от стражей назад. И вернулся он один. При этом мужчина хмурился и недовольно поджимал губы. Это всех насторожило.
Задумчиво осмотрев наш караван, старый вояка сначала подошел к одному из своих людей, отдав ему какой-то приказ. Потом зачем-то заглянув в одну из телег, но так ничего оттуда и не взял. Так он и двигался вдоль каравана, то с кем-то поговорит, то что-то проверит. Так он дошел до меня. Остановившись рядом, бывший служивый несколько мгновений пристально смотрел на меня, после чего тихо начал говорить.
- Я следил за тобой в течение всего путешествия, - от услышанных слов я сразу же напряглась, мысленно просчитывая, в какую сторону можно будет метнуться, чтобы сбежать. - Ты нормальный парень. Поэтому расслабься и слушай меня внимательно. Не знаю, где ты что натворил, да мне и плевать на это, но тебя ищет стража. Не так, чтобы активно, но небольшое вознаграждение все же имеется, - от услышанного я растерянно замерла, прикидывая в уме, кому это и где успела так перебежать дорожку, раз на меня открылась охота. Вроде бы особо с полицией дел не имела и так, чтобы совсем уж откровенно, законов не нарушала. Зачем же я тогда понадобилась стражам порядка? Вот только идти и уточнять последний вопрос у кого-либо мне не хотелось. От волнения, и что уж там, страха также, во рту тут же все пересохло. А вояка тем временем продолжил. - В караване все свои, так что никто и слова не скажет, что видел тебя. Поэтому, забираешь свои вещи и незаметно отступаешь назад. Не беги и не мельтеши. Спрячешься в ближайшем лесочке. Через три дня, на рассвете, через западные ворота, мы отправляемся в Картер. Если хочешь, можешь присоединиться к нам. Думаю, в соседнем государстве искать тебя не будут, так как судя по объявлению, ничего особо тяжкого за тобой нет. Пишут, что ты проходишь по какому-то делу как свидетель. Но так как от свидетеля до обвиняемого всего полшага, то советую не рисковать и на глаза стражам и охотникам за наградой не попадаться. А теперь давай, по-тихому, вали отсюда.
- Спасибо.
Поблагодарив мужика, я полезла за своим рюкзаком. Глава же охраны нашего каравана, отойдя в сторону, подозвал к себе одного из своих подчиненных, после чего принялся его громко распекать за нерадивость. Тем самым отвлекая на себя внимание окружающим и давая мне уйти. И это мне почти удалось.
Я уже дошла до подводы метрах двадцати от которой начинался лес, когда неожиданно спиной с кем-то столкнулась.
- А кто это у нас здесь?
Незнакомец вздернул меня за шиворот, подняв на полметра над землей, так чтобы мы стали с ним почти вровень. И как я такого огромного стражника не заметила?
- Эй, громила, а ну поставь меня туда, где взял.
Возмутившись, я попыталась вывернуться из захвата и пнуть своего обидчика, за что меня встряхнули так, что мои зубы громко клацнули.
- А ну, цыц. Виси и не рыпайся. Горн, а ну посмотри наводки. Что-то больно знакомая рожа у этого волчонка. Где-то я его уже видел.
Еще раз встряхнув, меня наконец-то поставили на землю, при этом продолжая удерживать за одежду. Мало того, чтобы дать своему дружку получше рассмотреть мое лицо, меня схватили за неровно обрезанные волосы, и потянули назад, заставляя посмотреть на второго громилу. Именно тогда я увидела, что от хвоста длинной змеи из обозов и телег, идет целый отряд стражников, которые и проверяют всех желающих попасть в Гуазе.
Черт! Черт! Черт! Сегодня же вечером обреюсь наголо.
Не обращая внимание на боль, порванную одежду и клок вырванных волос, я все же извернулась и с силой впилась зубами в руку стражника, да так сильно, что сразу же прокусила ее. Игнорируя неприятный, вызывающий рвотные позывы, солоноватый вкус появившийся у меня во рту и громкий крик боли, раздавшийся надо мной, я только сильнее сжала зубы, а потом еще и с размаха заехала ногой в коленную чашечку стражника. Почувствовав, как меня пытаются оттолкнуть, я все же расцепила челюсть и тут же сгруппировалась, так как поняла, что лечу, откинутая в сторону. Это было именно то, чего и добивалась. Прокатившись по земле, как раз в сторону леса, я тут же вскочила на ноги и не разбирая дороги, бросилась в густую чащу. При этом как не торопилась, но все равно старалась контролировать все, что происходит вокруг. Первым делом отметила, что охрана ни нашего, ни следовавшего за нами каравана, не собирается помогать ни мне, ни стражам порядка. Особенно порадовало последнее.
Еще я отметила, что тот боров, который меня схватил, сейчас тряс своей поврежденной конечность, вопя, что я откусила ему чуть ли не полруки. Ага, по самое колено. А вот его дружок отдавал приказ меня окружить и схватить, так как нашел мой фейс в своих наводках.
- Не стрелять. На щенка пришел запрос из столицы с обещанием награды и повышения, но только за живого. Так что не прибейте.
Не успел он закончить, как в мою сторону полетела сковывающая ледяная магия. Вот в который раз радуюсь, что на меня здесь ничего не действует. И фиг с ним, что у самой магии нет, зато вот и в огне не горю, и в воде не тону, и в ледышку не превращаюсь. Главное, чтобы это были не природные явления. А остальные с меня стекали как с гуся вода.
Продемонстрировав средний палец ( оказалось, что в обоих наших мирах это означало, примерно, одно и то же), петляя, я бросилась в сторону леса. Чувствуя, как меня пытаются поочередно то поджарить, то облить водой, то развернуть ветром, я только прибавляла скорости и когда уже первая линия деревьев была позади, меня в спину, сбивая с ног, больно ударило что-то тяжелое. Падая на землю, ругаясь, разбивая в кровь руки и колени, я резко оглянулась. В двадцати метрах позади стоял маг и швырялся в мою сторону камнями. Он уже понял, что обычной магией меня не пронять, а вот камни, с помощью того же направленного ветра, до меня очень даже долетали. Спрятавшись за стволом ближайшего дерева, я попыталась было вскочить и побежать дальше, но ударивший в бедро булыжник, опять свалил меня на землю. Как бы я ни металась, меткий стрелок, раз за разом меня сбивал. А вскоре его дружки оказались рядом и когда я в очередной раз упала, принялись зло пинать ногами. Свернувшись клубком в попытке прикрыть живот и голову, я только закусила губу, чтобы не начать стонать или кричать от боли. Благо длилось это недолго.
- Хватит. Говорю же, пацана требуют доставить живым. Прибьете же.
- А он живым и останется. А то, что во время задержания, этот щенок, сначала напал на исполняющего обязанности, а после предпринял попытку к бегству, во время которой и упал несколько раз, мы не виноваты. Так же?!
В подтверждение слов говорившего, меня пнули по ребрам еще пару раз, да так сильно, что я не удивлюсь, если они окажутся сломанными.
- Я сказал — хватит. В карцер его. А там начальство само пусть разбирается, что с ним делать дальше.
Наконец-то мое избиение прекратилось. Вот только встать и идти самостоятельно я не смогла. Как меня ни пытались поставить на ноги и не гнали вперед пинками. Закончилось все тем, что один из стражников, не выдержав, бросил в мою сторону брезгливое "Доходяга" и, смачно сплюнув на землю, взвалил мою тушку себе на плечо и понес меня в тот самой карцера, в котором закрыл на следующие несколько дней.
***
Уже пошли третьи сутки, как мне никто не мешал наслаждаться тишиной и покоем карцера. В некотором роде это было даже хорошо, так как находись я в общей камере, и скрыть свою половую принадлежность было бы довольно сложно. Вот только кушать очень хотелось. Ведь с тех пор, как меня закинули в камеру, никто так и не зашел в гости, поболтать там, выспросить у меня что-то, или покормить. В тюрьмах же кормят? Во всяком случае я на это надеюсь. А еще на то, что обо мне помнят. Хорошо хоть с водой проблем не было. И это мне еще повезло, что префектура города пожлобилась на артефакты подачи воды для заключенных и в камере стоял доисторический ржавый кран. А иначе мое дело, а в скором времени и тело, гнильцой начало бы попахивать, а еще нечистотами и разложением.
Грустная улыбка скользнула по моим губам. Уже который день, смотря на грязно-серый потолок камеры, освещенный одинокой тусклой лампой, все думала, кому это я могла понадобиться или так насолить. Особо идей не было. Нет, парочка грешков за мной все же водилось, все же живя на улице, не преступить букву закона сложно, но ничего реально серьезного, чтобы за мою голову еще и деньги платить. Хотя нет, не за голову, а за всю тушку, да еще и за живую.
Мой желудок свело от очередного голодного спазма . Значит, опять надо идти к умывальнику и сделать хотя бы несколько глотков воды. Последняя здесь была не самая приятная ни на вид, ни на запах, ни на вкус. Но выбора нет. Подыхать на нарах мне совершенно не хотелось. Опустив ноги на пол, я медленно села, стараясь не делать резких движений и не сильно напрягаться. Пусть ребра мне и не сломали, но пара трещин, судя по моим ощущениям, все же имелась. Про ноющие ссадины и ушибы, которыми было покрыто все мое тело и говорить нечего.
С трудом поднявшись и стараясь глубоко не дышать, я сделала два шага до умывальника. Да, вот такого размера был карцер. Где-то два на два метра. Так что особо не разгуляешься и пробежку, чтобы размять косточки, не устроишь. Правда, надо отдать должное дизайнеру сего помещения, необходимый минимум в этот каменный мешок влез. Имелась здесь узкая деревянная лавка, заменяющая и стол, и стул, и кровать. И даже пусть матраца не имелось, но все же лучше на голой деревяшке лежать, чем на холодном, каменном полу. Также у нас имелся в наличие небольшой, ржавый рукомойник и дырка в полу вместо отхожего места. Не номер люкс, но многие живущие на улицах и за такое помещение убили бы. Кормили бы только еще.
Так как наклониться я не могла, то пришлось опускаться на колени, чтобы быть вровень с краном. Подставив ладошку под тонкую струйку холодной воды, я сделала несколько глотков, стараясь при этом лишний раз не дотрагиваться до губ и не морщиться. Судя по тому, что при попытке, от скуки, продекламировать стихи или просто поговорить самой с собой, чтобы услышать живой голос, они сразу же начинали трескаться и кровоточить, им здорово досталось, как впрочем и всему лицу в целом. Так, например, один глаз полностью заплыл и наотрез отказывался открываться. Да и челюсть двигалась с трудом. Короче, неплохо так они по мне прошлись. Вот же сволочи.
Интересно, как долго меня здесь будут держать? Додумать эту мысль я не успела, так как неожиданно, с зубодробительным скрежетом открылась входная дверь и в комнату вошли двое.
- Он здесь, господин алгемин. Только будьте осторожны. Мальчишка дикий и невоспитанный, сопротивлялся при задержании, пытался сбежать, дрался и кусался как звереныш, поэтому его пришлось изолировать.
К моему немалому удивлению тот, перед кем лебезил стражник, не слушал объяснений. Мужчина внимательно рассматривал меня, при этом глаза его, от увиденного, с каждым мгновением все сильнее и сильнее наливаются кровью.
Не понимая кто это и чего эти "господа хорошие" хотят от меня, я стала медленно подниматься с колен, одной рукой держась за особенно сильно пострадавший бок, а второй упираясь об умывальник. Не хочу выслушивать свой приговор стоя в унизительной позе.
Увидев как я поднимаюсь, тот, кого назвали алгемин, сделал шаг в мою сторону. Не знаю для чего, то ли пнуть и заставить назад опуститься на колени, то ли помочь мне подняться. Хотя, последнее вряд ли. Я непроизвольно отшатнулась, вот только получилось это у меня несколько резче, чем хотелось бы. Из-за последнего, непроизвольный болезненный стон сорвался с моих губ. Мне показалось, именно этот звук послужил тем самым спусковым крючком, после которого все вокруг начинают прятаться и молиться.
- Всех. Всех отдам под трибунал.
Несмотря на то, что мужик говорил тихим голосом, в глазах стражника появился дикий ужас. Упав на колени перед начальством, он тут же испуганно залепетал.
- За что, господин алгемин?
Я видела по сжатым в кулаки рукам и ходящим ходуном желвакам на скулах, не молодого, но при этом все еще статного и сохранившего военную выправку незнакомца, что он еле сдерживается. А для жителей этого мира это очень опасно, ведь многие из них обладают убийственной магией.
- И ты еще спрашиваешь за что? - зло сощурив глаза, алгемин обернувшись к своему подчиненному. - Я тебе сейчас расскажу. Во-первых, за превышение служебных полномочий. Во-вторых, за причинение особо тяжелых побоев несовершеннолетнему лицу...
- Но он напал на исполняющего обязанности, а после еще пытался бежать...
Вот только оправданий стража правопорядка слушать никто не стал, даже наоборот, мужик над ним навис как карающий меч правосудия, продолжая выносить свои обвинения.
- В-третьих, за издевательства над ребенком и принудительное изолирование. В-четвёртых, за непредоставление необходимой медицинской помощи пострадавшему.
- А еще они меня не кормили все эти дни.
- Сколько?
- Сегодня уже третий день.
Не вставить свои пять копеек и не настучать, я не смогла. Уж если добивать врага, то с чувством полного отмщения. После моих слов, по побелевшим костяшкам незнакомца побежали языки ярко-оранжевого пламени. Увидев это, стражник побледнел и, казалось, что он сейчас вот-вот грохнется без сознания.
- Всех, кто участвовал в издевательствах над моим подопечным и тех, кто попустительствовал этому, уже завтра будет ждать трибунал.
- Подопечным? - все, стражника можно выносить вперед ногами.
Я не смогла удержаться от злорадной улыбки и меня не остановило ни то, что губа опять треснула и тут же кровь побежала по подбородку, ни то что мужик явно ошибся, приняв меня за кого-то другого, а когда он это поймет, то мне опять достанется. Эти несколько мгновений триумфа стоили того, чтобы потом еще немного потерпеть. Вот только недолго моя радость длилась.
- Жека, тебе врача сюда вызвать, или ты все же сможешь подняться наверх?
Я ошеломленно уставилась на незнакомца. Откуда он знает как меня звать? Еще раз окинув внимательным взглядом мужика, я пыталась вспомнить, где мы могли встречаться. А ведь есть в нем что-то знакомое. И вроде бы амнезией я не страдаю, а вспомнить когда и при каких обстоятельствах мы могли встречаться, не получалось.
Пока думала, мужчина терпеливо ждал моего ответа. А я что? Я ничего. Да, пусть имя Женя для этого мира и редкость, но я же точно знаю, что нет у меня опекуна. Значит, все это или большая ошибка, или какой-то непонятный мне розыгрыш. Но, как бы там ни было, на данный момент, главным для меня было свалить из тюряги. А вот уже после, можно будет начать разбираться, кто это такой и что ему от меня нужно.
- Лучше подняться наверх. Не настолько я плох, как выгляжу.
Удовлетворенно кивнув, как вроде бы ничего другого он и не ожидал от меня, незнакомец, переступив через валяющегося без сознания на полу стражника, вышел из камеры. Недолго думая, я последовала за ним. Вот только пройти спокойно валяющегося на полу мимо стража правопорядка я не смогла. Несмотря на боль в ребрах и во всем теле в целом, размахнувшись, я хорошенько саданула тушу носком ботинка вбок. Вот так тебе гад и надо.
Мои действия не остались незамеченными, но незнакомец на них никак не прореагировал. Вот и хорошо, вот и замечательно.
К моменту, когда мы поднялись из подвального помещения наверх, я поняла, что несколько не рассчитала свои силы. Трехдневная голодовка и множественные травмы все же давали о себе знать болью во всем теле, слабостью и мельтешащими мушками перед глазами. Вот только потерять сознания мне еще и не хватало, так сказать, для полного счастья.
Когда я почувствовала, что меня подхватили под локоть, то даже не стала сопротивляться. Сторонняя помощь, чтобы дойти, мне сейчас была просто необходима.
Оказавшись в кабинете коменданта, я первым делом поискала взглядом, куда можно опустить свою попу. Тот, кто назвался моим опекуном, вроде как почувствовал это мое желание и тут же подвел меня к мягкому, светлому креслу. Опустившись на него , я благодарно улыбнулась незнакомцу, после чего расслабленно облокотилась на мягкую спинку, удовлетворенно прикрыв глаза. Комендант за всем этим наблюдал удивленным взглядом, но при этом не возмущался по поводу испачканной мной мебели и молча ждал объяснений. Вот только объясняться пришлось ему.
- Я хочу увидеть приказ о задержании этого подростка.
Честно говоря, я также хотела бы его увидеть. Интересно же, за что меня приказано арестовать. Несколько минут пошелестев бумагами, комендант вручил алгемину лист бумаги, по которому тот тут же пробежался быстрым взглядом. После чего вернул его начальнику стражи, холодно поинтересовавшись.
- А теперь покажите мне, где там указано, что этого ребенка необходимо арестовывать, избивать, держать как особо опасного преступника в карцере и морить голодом?
- Но он сопротивлялся...
Договорить коменданту не дали.
Я еще раз спрашиваю, где в приказе указано, что его надо арестовать? Я увидел, что там написано о том, что подросток является важным свидетелем в деле государственной важности и в случае его обнаружения, если нет возможности со всем комфортом доставить ребенка в столицу, то необходимо сообщить о месте его нахождения мне, или главе департамента уголовного розыска. Также там указано, что за сведения о местонахождения мальчика, положена награда. А теперь расскажите, как ваши действия по отношению к моему подопечному, а также действия ваших людей, соотносятся с написанным?
Услышав перечень обвинений в свой адрес, комендант побледнел, как недавно стражник. Правда, этот не стал ни на колени падать, ни сознания терять.
- Мы приносим вам свои извинения... Виновные будут наказаны... Если бы я знал, что это ваш подопечный, то, конечно же... Сейчас же сюда будет вызван лучший лекарь Гуазе.
Оторвав свой толстый зад от кресла, вспотевший от испуга боров, принялся обтирать свою лоснящуюся лысину платком. Одновременно с этим он пытался оправдаться и активизировать кристалл вызова, с требованием явиться в комендатуру обещанному мне врачу.
- Не нужен нам ваш лекарь. Ребенка осмотрит королевский врач. Как вы понимаете, уже сегодня Его Величество узнает о произволе, происходящем в вашем ведомстве. Подготовьте все документы и дела на передачу должности временно исполняющему обязанности. Вам и всем вашим подчиненным запрещено покидать город до особого разрешения. И уже завтра с утра здесь будет комиссия. Советую полностью содействовать ее работе. За всем этим я прослежу лично.
Похоже, кто-то конкретно попал. При этом очень хочется надеяться, что это не я. Так как такие крутые шишки, как этот алгемин, не интересуются просто так обычными беспризорниками. И что же тогда ему от меня надо? Что-то я начинаю задумываться, а может, ну его ту свободу, потом как-нибудь сбегу, а сейчас вернусь в карцер, да отлежусь там еще пару деньков. Возможно, меня даже покормят. Все же известное зло лучше неизвестного.
Додумать эту мысль я не успела, так как посреди комнаты открылся портал, с противоположной стороны которого была видна комната, обставленная дорогой и изысканной мебелью.
- Пошли, Жека. Здесь тебе делать больше нечего.
С сомнением посмотрев на пространственное кольцо, я задумалась над вопросом, а что случится, когда попытаюсь пересечь его. Оно просто схлопнется, отказавшись меня куда-либо переносить или, наоборот, закинет непонятно куда? Последний вариант меня устроил бы, жаль только что мой рюкзак, во время моего ареста, остался валяться в лесу. Кстати, насчет последнего.
- А где мои вещи?
Задавая вопрос, я вопросительно посмотрела на толстого коменданта, продолжающего потеть как свинья и утираться платочком, который уже можно было выкручивать. Алгемин уставился на своего подчиненного, как и я, ожидая его ответа.
- Э-э-э, сейчас, минуточку.
Поднеся артефакт связи к своим подрагивающим губам, толстяк срывающимся голосом у кого-то поинтересовался.
- Где вещи задержанного подростка?
Тот, кто был с той стороны артефакта, понятия не имел, что здесь делается, поэтому и ответил в привычном ему стиле.
- Так мы их не забирали. Никто не хотел руки о те грязные тряпки пачкать.
Вот и все, последняя ниточка, связывающая меня с прошлой жизнью, потеряна. Из вещей с Земли у меня больше ничего не осталось. Жаль.
Услышав ответ, комендант виновато опустил голову, тихо сообщив.
- Я возмещу стоимость потери. Любую сумму, которую назовете.
- Там было что-то ценное?
Странный мужик, задавая вопрос, вопросительно посмотрел на меня. Печально улыбнувшись, я отрицательно покачала головой.
- Разве что немного денег, да сменная одежда. А так, только воспоминания.
- Не переживай, те вещи тебе бы все равно уже не понадобились, - подойдя к креслу, мой, якобы "опекун", протянул руку, чтобы помочь мне встать. Поднявшись, я еще раз с сомнением посмотрел на открытый пространственный переход, решив все же сообщить алгемину, что с моим перемещением могут возникнуть трудности.
- Я не уверен, что телепорт сработает, когда я захочу переместиться.
- Не переживай, сработает. Ты же пил воду, да и свет у тебя в камере горел. А это значит, артефакты в твоем присутствии работают так, как и положено. Все что для этого необходимо, так только то, чтобы их активизировал другой человек.
Ого, я потрясенно посмотрела на незнакомца. Откуда он знает такие нюансы обо мне?
- Кто вы?
- Об этом поговорим дома. А сейчас пошли. Нас уже ждут.
Мне очень хотелось спросить кто, вот только мужчина, взяв меня за руку, тут же переступил границу пространственного перехода, утягивая меня за собой.
***
Переступая кольцо портала, я зажмурилась в ожидании... да всего чего угодно, боли, взрыва, падения, что меня утянет в какой-нибудь провал, или просто разорвет на атомы. Ничего не почувствовав, удивленно открыла глаза, предполагая, что все же переход не сработал и я осталась там же, где и была. Но нет, окружающая меня обстановка явно намекала, что перемещение прошло успешно.
Так и куда это меня притащили? Вот только рассмотреть мне ничего толком не удалось, так как в ту же секунду в комнату влетел крышесносный смерч.
- Святые угодники, да как же это? Бедное дитя, кто посмел с тобой такое сделать? Райлет, ты должен найти и наказать всех виновных. Немедленно. А я вызываю Валео Филда. Диксон! Диксон!
По светлой комнате в лавандовых тонах, металась немолодая, но явно полная энергии и сил миниатюрная женщина немногим старше пятидесяти. От ее громких криков я немного растерялась. Как-то все это было неожиданным.
Но вот открылась дверь и в проеме появился статный пожилой мужчина в черном строгом костюме. Одним быстрым взглядом, всего на секунду задержавшемся на мне, он оценил обстановку, после чего спокойно проговорил.
- Я вас слушаю, госпожа.
- Диксон, немедленно, слышишь меня, немедленно вызови лекаря Филда. Передайте ему, что он необходим нам срочно. Сию же минуту. Пусть пользуется порталом, где бы он ни был. Дашь ему одноразовое разрешение на свободный проход в наш дом. Мы все оплатим. А еще прикажи приготовить перевязочный материал и примочки. Да, и пусть Лоурен сию минуту проводит молодого господина в его комнату и обеспечит его всем необходимым. Нет, за последним я прослежу сама. Да почему же все так медленно. Где Лоурен? Почему его еще нет здесь. Ты что, не видишь, ваш молодой хозяин при смерти.
- Слушаюсь, госпожа. Лоурен через минуту будет здесь. Он проверял готовность комнаты для молодого господина. Вызов лекарю Филду уже отослан.
Наблюдая за происходящим дурдомом в комнате, я медленно обернулась назад, в надежде, что портал еще не закрылся и мне удастся вернуться в тишину карцера. Что-то меня уже напрягает суетливая хозяйка дома. А то что это именно хозяйка, я ни мгновения не сомневалась. Кто еще мог бы так здесь командовать. И это она, пока, не обращается ко мне. Но сбежать мне не дали. Тот самый мужик, что притащил меня сюда и назвался моим опекуном, и не дал. Он придерживал меня за локоть, пока переход полностью не закрылся и только после этого отпустил. Неужели по мне было видно, что хочу сбежать отсюда? Или это он так, перестраховывался?
- Мальчик мой, ты сам дойдешь или приказать, чтобы тебя отнесли в твою комнату? Нет, лучше пусть отнесут. Ты же еле на ногах держишься.
- Диксон! Диксон!
Дверь вновь открылась и все тем же невозмутимым голосом старик произнес все ту же фразу.
- Я вас слушаю, госпожа.
- Где Лоурен, молодой господин совсем плох.
- Я уже здесь, госпожа. Позвольте проводить молодого хозяина в его комнату.
- Лоурен, о чем ты говоришь? Ты посмотри на мальчика. Пусть принесут носилки.
От всего услышанного меня охватила паника и я непроизвольно сделала шаг назад, наткнувшись спиной на кого-то. В ту же минуту на мои плечи опустились две руки, а над ухом раздался шепот.
- Не бойся. Это она просто переживает за тебя. Как только твои синяки сойдут, митрис станет более сдержанной.
Это он меня, типа, успокаивает так? Ну что же, могу сказать, у него ничего не получилось. Наоборот, я готова была уже искать пятый угол в комнате, чтобы забиться в него. Так как взгляд странной женщины сейчас был устремлен именно на меня. И столько в нем было жалости. Я, наверное, так же бы смотрела на умирающего щенка. Неужели все настолько плохо?
- Мальчик мой, потерпи еще немного. Сейчас прибудет Валео Филд и тебе сразу же станет легче. Он лучший лекарь королевства. А сейчас присядь, а еще лучше приляг на софу. Райлет, помоги ему дойти. Какие же вы, мужчины, бесчувственные.
Подойдя ко мне, хозяйка дома, хотела было дотронуться до моей головы, наверняка чтобы погладить, как все того же бездомного щенка, но в последний момент все же отдернула руку. В глазах женщины я увидела застывшие слезы. Что-то мне кажется, я выгляжу еще хуже, чем мне думается. Неплохо бы взглянуть на себя в зеркало. Надеюсь, оно в этом доме имеется.
- Лоурен, ну где же носилки?!
- Уже несут, госпожа.
- Не надо носилки, - запротестовав, я опять попыталась отступить назад, но все также безрезультатно. - Я сам дойду. Покажите только куда.
- Ах, бедный, мой смелый мальчик. Сейчас, сейчас тебя отведут в твою комнату. Райлет, ты же найдешь тех, кто посмел поднять на ребенка руку?
Женщина посмотрела на своего мужа полными боли глазами, в которых стояли слезы. Она явно не играла и на самом деле переживала за меня.
- Не переживай, Найрин, они будут наказаны по всей строгости закона. Уж поверь мне.
- Я верю тебе, дорогой. А сейчас давай займемся ребенком. Ему нужны отдых, забота, помощь лекаря, а еще хорошее питание. Лоурен, отведите же уже своего господина в его комнату, а я распоряжусь на кухне, чтобы приготовили для нашего малыша что-то вкусное.
- Найрин, Жека на ел несколько дней. Да и раньше, наверняка питался не очень хорошо. Думаю, ничего кроме бульона, ему пока не стоит есть.
Честно говоря, я не понимала, ни что здесь происходит, ни чего от меня хотят, но отдохнуть мне действительно не помешает. А если еще и покормят, то я буду почти счастлива. Во всяком случае, в течение некоторого времени. А там дальше посмотрим.
Переступив порог огромной комнаты в светло-кофейных тонах, с резной мебелью из темного мореного дерева, я несколько замялась на пороге. И это все для меня одной?
- Если господину Жеке не нравится обстановка, то можно подобрать другую комнату. Но все же посоветую эту. Она довольно просторная, из нее открывается великолепный вид из окна, в ней есть камин, а также прилагается большая ванная.
От мыслей о последней у меня внутри екнуло сердце. Мы многие вещи воспринимаем как само собой разумеющееся, пока их не потеряем. Возможность понежиться в теплой воде, или даже просто умываться каждое утро, одна из них. После длительного путешествия и трех дней карцера, желание смыть с зудящего тела грязь и пот просто зашкаливало. И не просто смыть, а при этом еще и расслабленно поваляться в теплой воде. Поэтому я сразу же поинтересовалась.
- Я могу сейчас помыться?
- Я не думаю, что до прихода лекаря вам стоит это делать. Мы не знаем, какие у вас травмы. Но обещаю, как только господин Валео Филд даст свое разрешение, я тут же подготовлю для вас ванную и помогу принять ее.
Услышав последнее предложение, я обернулась, с подозрением посмотрев на приставленного ко мне слугу. Мужчине было около сорока. Несмотря на то, что он прислуживал в этом доме, выглядел слуга, как и Диксон, очень импозантно. Черный костюм, серый жилет, белые рубашка с воротничком стоечкой и перчатки на руках. А ведь последними он придерживал меня под локоть, помогая идти. Поэтому сейчас перчатки были не такими уж и белыми, но Лоурен на это не обращал внимания. И ведь не кривится, и не брезгует дотрагиваться до моей грязной одежды. Вот что значит годы службы. Интересно, в этом доме появление таких как я норма или все же редкость? Как бы там ни было, а от последнего предложения я решила отказаться.
- Достаточно будет просто сделать ванную, мыться я буду сам, и сейчас, и впредь.
- Как скажете, господин Жека.
- Женя. Называйте меня Женя. Жека - это так, дворовое имя. И можно без господина. Мы оба с вами понимаем, что из меня господин, как из свиньи скаковая лошадь.
Называть свое полное имя я не собиралась.
- Как пожелаете, господин Женя, но в этом доме есть определенные правила обращения к хозяевам, которые я не смею нарушать.
Я видела смешинки, появившиеся в глазах поддерживающего меня под локоть мужчины. Ну да ладно, не мне менять законы этого монастыря.
Подведя меня к кровати, слуга откинул одеяла, предлагая мне лечь на белоснежные простыни.
- Позволите вам помочь раздеться?
Я с сомнением посмотрела сначала на чистое белье, потом на свои грязные лохмотья, после чего перевела взгляд на стоящего рядом мужчину.
- Лоурен, я хоть и жил на улице, но чужой труд все же ценю. Давай ты чем-то застелешь кровать поверх покрывала, что не жалко будет выкинуть. А в постель я лягу после того, как помоюсь. А еще лучше, просто застели чем-то софу и я отдохну на ней.
- Как скажете.
Выйдя из комнаты, слуга вернулся уже спустя несколько минут с темным стеганым пледом в руках. Накинув его на софу, он помог мне лечь. Вытянувшись во всю длину, я наконец-то смогла расслабиться и прикрыть глаза.
- Господин еще чего-то желает?
Господин. Обращение у меня вызвало горькую усмешку. Интересно, как долго моя тайна останется таковой и что будет, когда о ней узнают? Думать о последнем не хотелось. До прихода местного врача осталось не так уж много времени, и желательно до этого момента успеть поесть, а то еще неизвестно, что будет дальше.
- Попить и поесть.
- На кухне уже отданы необходимые распоряжения. Еще чего-то желаете?
- Спасибо, Лоурен, больше ничего. Можете быть свободны.
- Как пожелаете. Если я вам понадоблюсь, позвоните в колокольчик.
Уходя, на столик у софы слуга поставил колокольчик с удлиненной ручкой, чтобы было удобно за него браться.
Жизнь на улице давно меня приучила уметь, как не спать сутками, так и засыпать в любом месте, в любой позе и при любых обстоятельствах, главное, чтобы на тот момент было безопасно. Сейчас мой мозг решил, что пожалуй ему не помешает отдохнуть, потому что еще неизвестно когда выдастся следующий такой случай. Поэтому я моментально заснула, а проснулась от тихого шепота. Что-то я чересчур расслабилась, раз не услышала, что в комнату кто-то зашел.
Открыв глаза, первым делом отметила, что шторы прикрыты, погружая помещение в приятный полумрак, но это не помешало мне рассмотреть троих человек, стоящих в нескольких метрах от меня. Среди них была хозяйка дома, тот, кто назвался моим опекуном и еще невысокий, убеленный сединой, старик. Что-то мне подсказывает, что это тот самый лекарь, которого вызвали для меня. Вот и все, вот и отдохнула.
- Я смотрю, молодой человек уже проснулся. Как вы себя чувствуете?
Первым заметил, что я открыла глаз именно старик. Второй все также еще не открывался. От меня не ускользнуло, с каким интересом местный эскулап рассматривает меня. Обычно с таким интересом смотрит патологоанатом на жертву генной мутации предоставленной в полное его распоряжение. Очень вам скажу неприятный взгляд. Я бы даже сказала - опасный. Особенно как для меня.
Тихо вздохнув от безысходности, я медленно села, опустив ноги на пол. А ведь поесть так и не успела. При этой мысли мой взгляд упал на тележку. На ней явно стояла предназначенная мне еда.
- Хуже, чем хотелось бы, но вполне терпимо.
- А расскажите мне, молодой человек, невосприимчивость к магии у вас врожденная?
Я не смогла удержаться от ухмылки.
- Врожденная.
- Как интересно. А ваши родители так же обладали этим, поистине замечательным, свойством?
Теперь я уже откровенно улыбалась, правда, только одной стороной губ.
- Точно не знаю, но предполагаю что да.
- Замечательно. Это просто замечательно. Врожденная, идеальная защита от любой магии, да еще и передающаяся по наследству. Думаю, вы далеко пойдете с такой способностью, да на королевской службе. А у вас нет, случайно, сестры?
Вот не зря мне не понравился взгляд этого лекаря. Если еще недавно у меня мелькала мысль, все же сообщить этим милым людям, решившим помочь беспризорнику, насколько они ошиблись и кто я на самом деле, то теперь поняла, что не стоит этого делать ни под каким предлогом. А то, судя по горящим азартом глазам старика, меня могут попытаться в принудительном порядке заставить плодиться и размножаться.
- Нет, я единственный ребенок у своих родителей и других родственников, в этом мире, у меня нет.
- Жаль. Очень жаль. А сейчас, молодой человек, давайте приступим к осмотру ваших ран и повреждений. Для этого вам придется раздеться, так как в вашем случае мои магические способности бессильны и я не могу с помощью моей силы ни обследовать вас, ни залечить травмы.
План в моей голове о том как избежать разоблачения созрел моментально. Поэтому, скривив как можно более презрительно губы, я с ехидцей в голосе поинтересовалась.
- Что, вот так прям сразу, и даже сначала не познакомимся?
- Вы правы, молодой человек, что-то я совсем растерял всю свою вежливость, забыв правила хорошего тона. Я Валео Филд - королевский лекарь. А вас, мне сказали, звать Женя. Очень необычное имя. Хотелось бы узнать, откуда вы родом. Возможно тогда нам все же удастся найти ваших родственников, пусть хотя бы и дальних. Но об этом поговорим чуть позже, - слушая поток непрекращающейся речи, я непроизвольно нахмурилась, и это не осталось незамеченным, - не сердитесь, поймите и простите старика. Ведь ваш случай уникален. Это же надо, я вас совершенно не чувствую. Ни внутренние, ни внешние потоки. Если бы вы не сидели передо мной и я вас не видел собственными глазами, то сказал бы, что вас просто нет. Это получается, вас нельзя ни отследить, ни почувствовать. А вы не проверяли, как на вас реагируют магические ловушки и артефакты?
Задавая вопросы и не прекращая болтать, старик попытался взять меня за обмотанную тряпкой руку, вот только позволять этого не собиралась. Дернувшись, я забилась в угол софы, смотря испуганно на врача единственным открывающимся глазом.
- Не надо, дядечка. Я не хочу. Можно мне уйти. Я никому ничего не расскажу. Честно-честно.
Еще бы слезу из себя выдавить, но пока не получалось. Особенно после того, как на меня растерянно уставились все трое присутствующих, явно не понимая, что со мной происходит.
А я что? Я ничего. Мне же вроде как страшно. Для пущего эффекта, шмыгнула носом пару раз, после чего демонстративно вытерла его грязным рукавом, в надежде вызвать по отношению к себе брезгливость.
- Э-э-э, - старик несколько завис, после чего растерянно оглянулся назад на хозяев дома. - Женя, я лекарь и просто хочу тебе помочь. Для этого мне необходимо измерить твой пульс и осмотреть тело, чтобы оценить степень нанесенных тебе травм и решить, как тебя лечить.
В ответ, подтянув к себе колени и несмотря на боль в ребрах, обхватила их руками, я жалостливо, на одной ноте затянула.
- Не надо. Пожалуйста. Не трогайте меня. У-у-у-у. Я не хочу-у-у-у. Пожалуйста. Отпустите.
И так проникновенно посмотрела на хозяйку дома, что у нее даже слезы блеснули в глазах, а вот я из себя их все не могу выдавить. А это плохо. Лекарь опять обернулся на хозяев, после чего отступил от меня на шаг. А вот женщина наоборот, бросилась вперед и упав передо мной на колени, принялась гладить то мои ноги, то руки, в попытке успокоить.
- Что такое малыш? Ты чего? Тебе здесь никто ничего плохого не сделает. Мы позаботимся о тебе и не допустим, чтобы тебя кто-то обидел. Мы станем твоей семьей. Тебе больше никто не посмеет угрожать.
В ответ я еще громче затянула.
- Не надо. Не надо. Я знаю для чего богатеям маленькие мальчики и девочки, я не хочу-у-у. Отпустите. Я не хочу. Пожалуйста. Пожалейте. А-а-а-а.
Неудачно дернувшись от очередного прикосновения хозяйки дома, чтобы показать, как же я, вроде как, боюсь ее странного внимания и обещанной заботы, я чуть не задохнулась от боли в треснутых ребрах. Так, надо быть аккуратнее. Зато благодаря последнему, мне все же удалось выдавить из себя несколько слезинок.
- Райлет, - уже навзрыд плачущая хозяйка больше не пыталась меня гладить, а только растерянно посмотрела на мужа. Ту же самую растерянность я видела и в глазах моего, вроде как, опекуна. Было ли мне стыдно за устроенное представление? Было. Правда, совсем немного. Ведь я так до сих пор и не знаю, зачем понадобилась этому странному семейству. Мало ли, вдруг окажется, что не настолько я и неправа.
За годы, проведенные на улице, мне довелось еще и не такое повидать. И как правило, именно пресыщенные аристократы, которые днем наиболее активно строили из себя праведников и блюстителей норм и морали, ночью они же предавались наиболее извращенным и противоестественным пристрастиям. Так что, не выходя из образа, я продолжала тихонько скулить и громко шмыгала носом.
- Э-э-э, извините алгемин Крейд, - услышав знакомую фамилию, я стала вспоминать, где уже слышала ее, а старик тем временем продолжил, - в таких условиях я не могу обследовать пациента. Да и судя по нему, опасных для жизни травм у парня нет. Разве что психологические. Для излечения последних, советую пригласить хорошего менталиста. Помимо магии, они еще и гипнозом владеют. У мальчика явно была не самая легкая жизнь, поэтому, посоветовал бы поставить ему, на некоторые воспоминания, блоки. А для того, чтобы вылечить его синяки и ссадины, я пришлю вам мазь и укрепляющий отвар. Лечить ребенка придется обычным методом и ждать природного заживления, а также восстановления организма. Магия в этом случае бессильна. Для этого понадобиться не меньше двух, а то и все три недели. Раньше повреждения после избиения не пройдут. А сейчас, с вашего позволения, я удалюсь. Вот только, если вы не против, загляну к вам в гости через месяц. Надеюсь, к тому времени пациент успокоится. Все же не хотелось бы оставлять такой интересный случай без изучения и должного внимания. Да и Его Величество, уверен, заинтересуется дальнейшей судьбой этого мальчика.
Вот только последнего мне и не хватало для полного счастья. Нет, то что мне все же удалось, надавив на жалость, избавиться от осмотра, конечно же хорошо. А вот попадать под внимание служб короны не хотелось бы. Тех не обманешь. Они сразу же догадаются, что к чему. И тогда неизвестно, чем все для меня закончится. При этом уверена уже сейчас, что ничем хорошим. Но все по порядку. Про королевских соглядатаев буду думать после того, как вспомню, где я слышала фамилию Крейд.
Не успел старик исчезнуть в портале, как дверь открылась и в комнате появилось еще одно действующее лицо, взглянув на которое, я сразу же поняла, почему черты хозяина дома мне кажутся знакомыми, а заодно и его фамилия.
- Отец, ты хотел меня видеть? Надеюсь, это что-то срочное. Заранее извиняюсь, что не смогу задержаться у вас. Дело в том, что мне доложили, что парень которого мы ищем в Гуазе и я бы хотел отправиться за ним прямо сейчас.
- Ты?! - моему возмущению не было предела. - Так это все из-за тебя?! Это ты приказал меня арестовать?! - не обращая внимания на боль во всем теле, я вскочила на ноги и, прожигая ненавидящим взглядом появившегося в комнате мужчину, зло зашипела. - Я знал что легавым нельзя верить, но оказывается, что не только ваше слово ничего не стоит, но даже ваша клятва — это один пустой звук.
- Жека?! Что с тобой случилось?
Легрейт смотрел на меня пораженным и одновременно растерянным взглядом. А меня несло от злости и осознания, кого именно мне стоит благодарить за побои и три дня в карцере.
- Ты со мной случился! И твое неумение держать свое слово и язык за зубами. Чтобы я еще хоть раз поверил королевской ищейке или, тем более, помог ему. Да даже если подыхать будет у моих ног, пальцем больше не пошевелю. Вот так делай людям добро. И ведь знал же, что все этим закончится. Так нет, поверил клятве. Нашел кому верить. Спасибо, господа хорошие за теплый и горячий прием, но я, пожалуй, пойду отсюда. Пока меня здесь окончательно не добили благодарностью.
Почувствовав, как опять лопнула губа и по подбородку потекла кровь, я стерла ее рукавом, с трудом удержавшись оттого, чтобы от досады на свою же глупость, не сплюнуть на пол. Что-либо еще говорить посчитала бессмысленным и так все понятно, поэтому, последний раз сверкнув злым взглядом, решительно направилась к двери. Но не успела сделать и нескольких шагов, как желая меня остановить, Легрейт резко схватил мою руку, потянув ее на себя. Не удержавшись от болезненного стона, я схватилась за пострадавшие ребра. От боли или обиды тут же защипало глаза. Нет, не буду плакать. Медленно выдыхая через сцепленные зубы в ожидании, когда пройдет боль, я повернулась, чтобы посмотреть на стоящего рядом со мной мужчину. Поняв что сделал и побледнев, ард тут же отпустил мою руку. Но при этом он все равно заступил мне дорогу, лишая возможности уйти.
***
Еще только начиная наезжать с упреками на Легрейта, я уже понимала, что не отпустят. Не для того они все это затеяли и искали меня по всей стране, чтобы после моей истерики, извинившись, помахать мне ручкой на прощание. Но зато благодаря прозвучавшим обвинениям, между прочим вполне обоснованным, у некоторых появилось чувство вины. А последнее уже играло мне на руку.
Пройдясь цепким внимательным взглядом по моей сжавшейся от боли, фигуре, ард зло процедил.
- Я не нарушал клятвы. Не знаю, что произошло, но сегодня же разберусь и виновные будут наказаны. А ты не дергайся и отдыхай. Могу тебя заверить, больше такого не повторится. Вечером поговорим.
Развернувшись, Легрейт собрался было уйти, но его остановил голос отца.
- Не торопись. Необходимые указания я уже отдал и направил в Гуазе комиссию. Думаю, уже через несколько часов у меня на столе будет лежать отчет обо всем произошедшем. Женя, а тебе действительно лучше присесть. А то ты еле на ногах держишься.
Последнее было правдой. Чувствовала я себя действительно не очень. Боль в боку все не отпускала. Все же с резкими движениями я несколько поторопилась. Поэтому, медленно и как бы нехотя развернувшись, вернулась на софу, аккуратно присев на нее. После чего, не желая мучиться в догадках и откладывать, даже на вечер, разбор полетов всего происходящего, обведя всех присутствующих скептическим взглядом, прямо спросила.
- Зачем я вам? Только не надо рассказывать мне о вселенской любви к бедным и обездоленным. В нашу последнюю встречу, после того как я отказался от предложения Легрейта, меня спокойно отпустили. А сейчас что-то поменялось и я срочно вам понадобился. Я хочу знать для чего.
- Женя, ты неправ, - вперед вышел отец Легрейта, - узнав о том, что моего сына спас беспризорник, получив в благодарность всего лишь старое кольцо, я сразу же решил тебя найти. Жизнь моего сына стоит дороже какой-то побрякушки и ты достоин лучшего, чем прозябать на улице.
- Как спас? - я видела, как охнула и побледнела хозяйка дома. Оказывается, не только я не в курсе всего происходящего? - А ну, немедленно рассказывайте, что произошло, куда делось кольцо и почему несчастного ребенка избили.
Значит, все же все дело в кольце. Вот не зря оно у меня сразу же вызвало подозрение. И не хотела же его брать, но повелась на клятву. Вот никогда жадность никого никогда до добра не доводила.
Поняв причину всего сыр-бора, я с трудом удержалась, чтобы не попытаться прощупать украшение, все еще крепко сидевшее на моем пальце.
Услышав требование, кое-кто раздосадовано посмотрел на свою мать. Судя по тому, что я уже успела понять, этот кое-кто, капитально попал. С трудом сдержав ухмылку, в ожидании ответа посмотрел на арда. И что же он, интересно, поведает своей маме? А то, что она так это дело не оставит, я была уверена на все сто процентов. Вот у нее уже и слезы высохли, а в комнате раздалось требовательное.
- Я слушаю.
Все же сдержать ухмылку я не смогла. Это так мило смотрелось, когда маленькая, хрупкая женщина, смотрит грозным взглядом на двух вояк в два раза ее больше и шире, а те только виновато глаза отводят в сторону. А ведь я видела каковы они вне дома. При этом хозяйка, явно не властная самодурка. Она просто любит своих мужчин и они в ответ не хотят ее огорчать. Отец когда-то также любил маму. Интересно, повезет ли и мне встретить на своем пути того, кто будет меня любить и принимать такой, какая я есть? Представив, как сейчас выгляжу и кто мог бы повестисть на это чудо, чуть не рассмеялась в голос. Хотелось бы верить, что когда-нибудь судьба и мне улыбнется. Вот только в ближайшее время это мероприятие мне не светит. О последнем я пока и не сожалела. Не до любви. Во всяком случае сейчас. Тут как бы выжить, найти свое место в мире и обустроиться.
- Мам, не переживай. У меня все было под контролем.
- Да что ты говоришь? Поэтому за то, что Женя тебе помог, ты отдал ему семейную реликвию?
Задавая свой вопрос, хозяйка дома, грозно нахмурив брови, стала наступать на своего сына. А тот только и делал, что бросал умоляющие взгляды на отца, прося его о помощи.
- Найрин, дорогая, это работа его сына. С которой, заметь, он отлично справляется. Даже Его Величество это отметил, не единожды наградив его за хорошую и преданную службу, как орденами и званием, так и продвижением по службе.
- Да что ты говоришь, - резко обернувшись к мужу, госпожа Крейд многообещающе сощурилась. - И что именно входит в его работу? Ежедневно рисковать своей жизнью? Он наш единственный сын и продолжатель рода. Даже Его Величество это понимает, поэтому и повысил его, замечу, что заслуженно, до главы департамента уголовного розыска. А скажите-ка мне пожалуйста, что должен делать глава? - судя по тому, что никто не спешил отвечать на вопрос, он был риторический. - Молчите? Так я вам скажу, он контролирует работу своих подразделений и отдает приказы, а не с оперативниками ездит на задержание преступников или лично участвует в облавах. Для этого есть специальные служащие, которые за это получают зарплату. Вот если бы каждый выполнял именно свою работу, возможно, тогда в нашем королевстве было бы больше порядка.
Последнее предложение хозяйка дома произнесла тихо и почти обессилено. После чего, бросив обиженный взгляд на своих мужчин, села около меня.
- Вам бы только рисковать, а обо мне вы подумали хоть раз? Что будет со мной, если хотя бы одного из вас не станет? Зачем же вы меня так мучаете? Нет, был бы риск оправданный или безвыходная ситуация, так ведь нет. Вот скажи, сын, твое непосредственное участие и выезд были обязательными в той операции?
И опять со стороны мужчин молчание. Мне кажется, они просто ждут, когда эта буря минет их, Найрин Крейд выговорится и, выпустив пар, успокоится.
- А теперь я хочу четко услышать, что произошло в тот вечер и куда делось родовое кольцо.
- Мам,- собираясь отвечать, Легрейт сел в одно из кресел напротив софы, уверенно посмотрев на родительницу, во второе опустился его отец. - На самом деле, все не так было опасно, как выглядит со стороны. Никто из служащих в тот день не пострадал. Мы попали в небольшую ловушку, но, как видишь, благополучно из нее выбрались. Угроза была минимальной. Я же говорю, все было под контролем.
Несмотря на все заверения сына, хозяйка дома ему не поверила. Недовольно поджав губы, она несколько секунд прожигала его недовольным взглядом, после чего спросила.
- Раз все было так, как ты говоришь, то за что ты отдал Жене кольцо? - задав вопрос, женщина повернулась ко мне и ласково взглянув, тихо проговорила. - Ты не думай, мне не жалко, но все же это семейный артефакт, который переходил в нашей семье из поколения в поколение в течение нескольких веков. А мой сын, насколько бы он ни относился небрежно к некоторым вещам, все же чтит традиции. И раз Легрейт отдал тебе кольцо, значит, ты его заслужил, сделав что-то очень важное, а не просто мимо проходил. Вот мы и вернулись к вопросу, что же ты мог такое сделать, чтобы глава уголовного розыска отдал тебе родовое кольцо. Разве что спас ему жизнь или честь. При этом я уверена, честью бы мой сын никогда не поступился. Значит, остается только жизнь.
Делая выводы, женщина с осуждением и упреком посмотрела на своего сына. Если я правильно поняла, разжевывала она ситуацию не для меня, а именно для него. Ард в ответ только упрямо поджал губы. И ведь я могу понять их обоих. Судя по тому, что уже узнала, Найрин Крейд очень эмоциональная особа и узнай она, что ее сын чуть не погиб в ту ночь, мало бы никому не показалось. Я и так вижу, что женщина против того, где и кем и где работает ее сын. А знай она еще и подробности всех перипетий его службы, то точно вынесла бы всем здесь мозг. Ага, чайной ложкой. Понимая это, Легрейт специально не посвящает мать в свои приключения, чтобы она не переживала. Но это все их семейная головная боль, к которой я не имею никакого отношения. А вот то, что в этом разговоре фигурирует колечко, которое у меня не получается снять с пальца, вот это меня как раз и беспокоит. Возможно стоит признаться им? Думаю, они-то уж должны знать, как снять с моего пальца свой артефакт. А заполучив его, наверняка, эта семейка тут же отстанет от меня. Но перед тем как открываться, для начала, все же решила еще послушать, что они расскажут.
- Мам, ну все же уже хорошо.
Неужели Легрейт действительно считает, что женщину так легко можно успокоить, просто сказав, что все уже хорошо? М-да, а ведь этими словами он только подтвердил наихудшие опасения своей матери.
- Нет, мой дорогой. Хорошо все будет тогда, когда ты наконец-то образумишься, женишься и подаришь мне внуков. И, судя по действиям реликвии, так считаю не только я одна.
- Мама, я сейчас не собираюсь это обсуждать. Для начала необходимо разобраться, у кого кольцо и почему в нем, после нескольких веков затишья, проснулась магия.
И в этот момент все присутствующие посмотрели на меня. Под испытывающим взглядом трех пар глаз мне вмиг стало неуютно.
Я знала, чего от меня ждут, вот только говорить правду не собиралась. Возможно, позже, когда разберусь в сложившейся ситуации. Но в этом случае возникает еще одна проблема. Некоторые маги чувствуют ложь. А те, кто не чувствует, обычно имеют при себе артефакт, который им подсказывает, обманывает ли их собеседник или нет. У хозяйки такого может и не оказаться, а вот у того, кто по долгу службы часто общается с преступной средой и разного вида осужденными и обвиняемыми, а еще проводит допросы, он, априори, всегда должен быть при себе. Нет, конечно же, есть шанс, что дома он не носит его, но стоит ли рисковать?
В надежде потянуть время, я решила упасть на дурочку. Хотя, в моем случае, скорее прикинуться дурачком. И непросто дурачком, а обиженным. Поэтому, нахмурившись и сложив на груди руки, таким образом отгородившись от окружающих, надувшись, недовольно бросила.
- Я не знаю, почему в нем проснулась магия.
- Женя, тебя никто ни в чем не обвиняет, - Найрин Крейд, так как сидела рядом, тут же попыталась меня успокоить, положив руку мне на колено и ласково улыбнувшись. - Мы, лишь надеемся, что ты нам поможешь его найти, рассказав, кому отдал.
- Никому я его не отдавал, - огрызнувшись, для пущего эффекта еще сильнее нахмурилась.
- Его у тебя отобрали? Или ты его потерял?
Стараясь не акцентировать внимание на моем поведении, хозяйка дома, начала подсказывать мне возможные варианты произошедшего. Ну а я что? Я ничего. Просто решила как раз на этом и сыграть.
- Я не хотел его брать, но ваш сын меня уговорил, произнеся клятву дарения. Вот только, как я и ожидал, ничего хорошего из этого не вышло. Неприятности с ним начались еще в Тарланде. После всего произошедшего той ночью, город оказалось довольно сложно покинуть. Ну и закончилось все тем, что я остался без вещей. Зато жив, а это главное. Вещи - дело наживное. Правда, некоторые из них напоминали мне о доме. Но тут уже ничего не поделаешь.
И ведь не соврала ни словом. Примерив это злосчастное кольцо, я не смогла его снять. Неприятность? Еще какая. Тарланд мне удалось покинуть только с третьим обозом. Ну а уже в Гуазе я лишилась всего своего имущества. Вот только прозвучало все сказанное мной двояко. Понимай как хочешь. Но это же уже не моя проблема, у кого насколько буйная фантазия.
После моих слов, мама Легрейта, принялась успокаивающе поглаживать мою коленку, не обращая внимания на то, насколько грязная на мне одежда. Я смотрю, она вообще довольно спокойно реагирует на мой непрезентабельный вид и исходящий от меня запах. Удивительно. Обычно аристократы от таких как я, отворачиваются, брезгливо морща свои лица и носы.
Все это, конечно же хорошо, но сейчас не стоит отвлекаться. Чтобы переключить внимание с себя, на кого-то другого, я решила броситься в бой. Правило, лучший метод защиты- это нападение, еще никто не отменял.
- Я вот не понимаю, если это кольцо так важно для вас и вашей семьи, зачем было его, вообще, отдавать? Чтобы после искать меня ищейками по всей стране и устраивать допрос?
В глазах арда опять мелькнуло чувство вины.
- Понимаешь, Женя, здесь не все так просто. Во-первых, мне больше нечем было, на тот момент, расплатиться за твою помощь. А идти со мной или верить мне на слово, что после я тебя вознагражу, ты не хотел, - услышав последнее, я только хмыкнула, скептически скривив губы. Вознаградил, так вознаградил. Теперь до конца жизни буду помнить, что любое благое дело наказуемо. Судя по недовольно поджатым губам мужчины, он догадался о моих мыслях, но при этом ничего не сказал, а продолжил свой рассказ. - Во-вторых, артефакт на протяжении уже нескольких столетий никак не проявлял своей силы и своих свойств. Вообще. Никаких. Из-за последнего, я не единожды думал отдать его на проверку, предполагая, что, возможно, один из наших предков, настоящую реликвию или потерял, или отдал кому-то, а взамен сделал похожее кольцо. То есть, я не считал отданное тебе украшение ценным артефактом, а предполагал, что это всего лишь дорогое украшение. Продав его скупщику или в ломбард, ты мог на нем неплохо заработать, а я уже через несколько дней выкупил бы кольцо назад и никто ни о чем не узнал бы.
А ведь все звучит вполне правдоподобно. И не реши я примерить блестящую побрякушку, все случилось бы именно так, как предполагал ард. Блин, ну вот зачем, зачем я его надела? Насколько бы жизнь оказалась проще, если бы я тогда не сглупила. Но все равно, слова Легрейта так и не объясняют мне всего произошедшего и зачем им именно это украшение.
- И что же вдруг произошло такого, из-за чего вы так настойчиво хотите вернуть себе это кольцо? Не проще было бы сделать также как ваш предок, заказав похожее у ювелира? А то и у атрефактора. Думаю, последнее вы вполне можете себе позволить.
- Можем, - тут же согласился ард, - вот только родовая магия в кольце, неожиданно для всех, проснулась. И непросто проснулась, а она соединила наши жизни с девушкой, надевшей его.
Вот только этого мне не хватало. От услышанного у меня все внутри похолодело. Так, что-то мне подсказывает, что неприятности, в которые я попала, гораздо круче, чем предполагалось до этого момента. И именно сейчас я положительно оценила тот факт, что по моему опухшему от побоев и отеков лицу, вряд ли можно что-то прочесть и понять. Теперь главное, чтобы и голос не подвел. Ведь я все еще не могу определить весь объем свалившегося на меня "счастья".
- Что значит соединила?
- Реликвия признала девушку моей невестой. И, с того самого момента как магия на нее среагировала, больше ни один из нас не сможет связать свою жизнь ни с кем другим, так же как и не сможет иметь детей на стороне. Теперь, Женя, ты понимаешь, насколько для меня важно найти ту девушку. Возможно, ты вспомнишь, кто именно тогда у тебя отобрал вещи или хотя бы опишешь его внешность?
Вот теперь я могла точно оценить глубину той ямы с дерьмом, в которую угодила по своей же глупости. И ведь даже никого не упрекнешь в произошедшем. Сама надела кольцо. Никто это делать меня не заставлял и не уговаривал.
Кто бы подумал, что после того, как я столько лет пыталась избежать внимания лягавых сначала в своем мире, потом в новом, судьба меня свяжет именно с ментом. Ну да, не зря же говорят, что то, чего ты боишься больше всего, обязательно с тобой и случится.
Как бы там ни было, но я все еще надеялась обойтись малой кровью и все же разорвать эту странную помолвку. Осталось только уточнить еще парочку вопросов, чтобы принять окончательное решение, что мне делать или говорить дальше.
- Но ты же видел, что когда отдавал мне кольцо, оно среагировало на твою клятву. Почему же тогда это тебя не насторожило?
- Да, насторожило, но я уже дал слово и нарушать его не собирался. Кроме того, это ничего не меняло. Реликвия тебя приняла как нового хозяина, а это значит, что при продаже, у тебя не возникло бы никаких проблем. Чему я был рад. А позже, как уже и говорил, я бы его все равно выкупил. Но при этом и долга перед тобой у меня не было. Работающий артефакт стоит гораздо дороже обычного кольца.
Как же у него все гладко получалось.
- А этот артефакт возможно как-то отследить? И что будет, когда его найдут? Вы женитесь на той девушке?
На несколько мгновений в комнате повисла гнетущая тишина. Мне кажется, все присутствующие задумались над моими вопросами. До этого момента они думали только о том, как найти, но не о том, что делать дальше.
Я напряженно ждала, что же скажет Легрейт, а он только все сильнее хмурился. Но вот, поднявшись с кресла, ард сделал несколько тяжелых, медленных шагов по комнате, замерев у окна.
- Отследить никак нельзя. Разве что визуально увидеть, когда сработает защитная магия в момент смертельной опасности для носителя кольца, - вновь замолчав, Легрейт рассеяно оглянулся вокруг. - Знаешь, Женя, с этими вопросами не все так просто. Все же девушку признала родовая магия, а это не могло произойти просто так или случайно. Значит, она наилучшим образом подходит мне. Так что решать, как поступить с моей новоявленной невестой, буду не раньше, чем когда найду ее.
Вот неправильный ответ. Совсем неправильный. Скажи он, что тут же разорвет эту связь, так как ему не нужна непонятно кто выбранная не им, а какой-то там силой свыше, я бы сразу же призналась что кольцо у меня. А так буду молчать и самостоятельно искать способ избавиться от опасной побрякушки. Терпеть не могу, когда меня лишают выбора и заставляют подчиняться чужой воле. Да и не бывает безвыходных ситуаций. Бывают ситуации, выход из которых тебя не устраивает. И данный случай, на первый взгляд, был именно таким. Но сдаваться и опускать руки я не собиралась. Поэтому и поинтересовалась.
- И что, девушка сама никак не сможет снять кольцо?
Судя по внимательным взглядам, которые в меня тут же вонзились с трех сторон, я спросила, что-то не то. И уже следующий вопрос подтвердил мое опасение.
- А ты откуда знаешь, что она не может его снять?
Блин. Это же надо было так проколоться. Но я не собиралась сдаваться. Уж если блефовать, то до конца. Признаться всегда можно успеть. Поэтому, стараясь сохранить полную видимость спокойствия, я обвела присутствующих удивленным взглядом.
- Ну так вы же сами сказали, что они теперь связаны магией кольца. А раз так, то выходит, его нельзя снять. А иначе какой тогда в этом всем смысл? Передавай артефакт, кому хочешь и каждый раз будет новая связь образовываться? Так будь это так, все только и охотились бы за кольцами аристократов. Или я неправ?
- Прав.
Несмотря на ответ, на меня продолжали смотреть с подозрением. Нет, так дело не пойдет. Уж если наглеть, то по полной, а если врать, то от души.
- Вы мне не верите? - строя из себя оскорбленную невинность, я возмущенно посмотрела на Легрейта. - У вас есть артефакт правды?
Да, я шла ва-банк. Но, или они мне сейчас поверят или все, пиши пропало. Уверена, заподозри они что-то и тогда мне не отвертеться. Ведь они меня будут постоянно подлавливать на слове, внимательно следя за всем что говорю. А в этом случае точно раскусят на какой-то мелочи. Все же в словесных баталиях Крейды, наверняка, успешнее меня. На данный момент я вела в счете только за счет своего напора и безрассудной дерзости. Кроме того, получив ответ на свой вопрос, я буду знать, насколько можно расслабляться в присутствии арда.
- Конечно, есть.
Вот ведь знала. Ищейка, он во всех мирах ищейка. Всегда в боевой готовности.
Отвечая на мой вопрос, мужчина достал из внутреннего кармана сюртука что-то похожее на брошь и демонстративно положил ее себе на открытую ладонь, после чего в ожидании продолжения посмотрел на меня.
Медленно поднявшись, стараясь при этом не кривиться от боли, я, после небольшой паузы, гордо вскинув голову, торжественно произнесла.
- Клянусь, что артефакт, отданный мне ардом Легрейтом Крейдом, мной никому не был, ни подарен, ни добровольно отдан, ни продан, - к моей радости, брошь никак не среагировала на мои слова. Солги я и она проявила бы себя как-то. Но украшение мирно продолжало лежать на руке мужчины. - Теперь-то, я надеюсь, вы мне верите?
Задавая вопрос, я медленно опустилась назад на софу, демонстративно зашипев от боли. Вот пусть им стыдно станет. Не одной же мне мучиться. Да. Обманывать нехорошо. Но данный обман был во благо, во всяком случае мне. Все же я не знаю, ни что это за семья, ни какие они люди. Риск, конечно же, благородное дело. Но даже рисковать надо с умом. Да и если подумать, то не обманывала я. Моя клятва прозвучала так, что ее мог произнести и мужчина, и женщина, да и не отдавала я никому кольцо. Оно все еще было при мне. Вот только такой вариант никому из присутствующих в голову не взбредет. Женщины в этом мире коротко волосы не обрезают, брюки не носят, да и ведут себя несколько иначе. Я вообще здесь не слышала такого понятия, как пацанка. Даже, якобы, бунтарки и те, кто живет в бедных кварталах, придерживаются определенных правил в одежде и поведении. А главное, ни разу не видела, чтобы кроме меня, кто-то из них вел себя как мальчишка и жил на улице. И все потому, что женщины здесь не могут быть сами по себе. Рядом с ними всегда должен находится мужчина, который их опекал или за них отвечал. Отец, брат, дядя, дедушка, кто угодно. Даже сын нес ответственность за мать. И мужчинам эта ответственность прививалась с детства. Более-менее свободу имеют разве что вдовы. Да и то, все это было относительно.
Но при всем при этом женщины не были рабынями своих мужчин. Они не носили паранджи или еще чего-то, во всяком случае в этом королевстве. Могли свободно самостоятельно передвигаться и ходить по своим делам. Хотя при этом, за них, большую часть жизненно важных решений, все же принимали мужчины. Но это все не отменяло того, что в Ниадерском королевстве права слабого пола все же защищались. В случае если мужчина бьет жену или как-то иначе издевается над ней, принуждая к противозаконной или противоправной деятельности, а еще если она лишилась крова и кормильца и о ней некому позаботится, девочка, девушка или женщина может попросить помощь и защиты в храме одного из местных божеств. При последних есть специальные приюты, где несчастным предоставят кров, еду и работу. Вот только в этом случае именно настоятель храма становится своеобразным опекуном несчастной и ее дальнейшую судьбу решает он же. И то, на кого учиться, и какую профессию приобретать, и то где или кем работать, а также то, за кого можно, а то и нужно выйти замуж. Вначале, когда я только попала в этот мир, об этих приютах ничего не знала, а после, уже адаптировавшись, поняла, что это не мой вариант. Как бы там ни было, но жизнь там не самая легкая и простая, из-за чего не все спешат попасть под покровительство храмов, предпочитая искать более легкие пути решения своих проблем. А иначе откуда бы появились дома терпимости, попрошайки, уличные музыканты, артисты и танцовщицы.
- А теперь соври.
Даже после произнесения клятвы, мне все еще не верили. Ну да, ведь Легрейт, как никто другой, знает о моих способностях. Скептически усмехнувшись, я произнесла откровенную ложь.
- У меня ничего не болит и я отлично себя сейчас чувствую.
Не успела я закончить, как кристаллы на броши тут же засветились. Что в очередной раз подтвердило, что артефакты не работают только у меня в руках, а вот если их использует или задает программу на действие кто-то посторонний, они на меня все же реагируют, выполняя заложенные в них свойства. И реагируют именно так, как и положено. А вот если я его возьму в руки, то, наверняка, можно нести любую ложь и чушь, при этом брошь себе спокойно будет прикидываться обычным украшением без дополнительных способностей.
- Извини.
Я решила не концентрировать внимание на извинении и все же получить ответ на свой вопрос.
- Так все же, сможет девушка как-либо снять кольцо и разорвать эту связь?
- Сама - нет. Связь можно разорвать только по обоюдному и добровольному согласию.
Задумчиво смотря на стоящего у окна Легрейта, я перебирала в уме разные варианты развития событий. Ну не верится мне, что нет какой-то дополнительной лазейки. Аристократы никогда не связывают себя абсолютно неразрывной связью.
- Хорошо, но ты, получается, также ничего не можешь сделать?
- Да. Ничего.
Я не верила. Вот совсем. Поэтому продолжила настаивать на своем.
- А если та, кто надел кольцо, окажется древней, седой, дряхлой, беззубой старухой. Неужели также женишься на ней?
Услышав мой вопрос, мужчина весело усмехнулся.
- Нет, конечно же. Тогда я предложу женщине денег и обеспечу ей спокойную, безбедную старость в обмен на разрыв помолвки.
- А если она откажется?
- Все равно обеспечу ей уход. Если она, как ты говоришь, такая уж старая и древняя, долго мне ждать разрыва этой связи не придется.
Недовольно поджав губы, я стала перебирать другие варианты.
- А если это окажется ночная бабочка, еще довольно молодая, чтобы жить долго, но при этом уже давно зарабатывающая себе на хлеб насущный телом?
После этих моих слов, ард уже откровенно смеялся. Впрочем, его отец также улыбался, а вот мама покраснела.
- С такими договориться легче всего. Хотя, конечно же, денег она с меня снимет немало.
- Хорошо, а, допустим, это простая девушка, из очень бедной семьи.
- Бедность — это не порок. Главное, чтобы человеком она была хорошим.
Вот на все у него есть ответы, да только ни один не прозвучал многообещающе для меня.
- Ну неужели тебя устраивает, что то, с кем тебе жить, решил не ты, а какая-то побрякушка?
- Женя, мне кажется, в силу своего возраста и отсутствия знаний, ты не совсем понимаешь, что такое родовая магия, - отвернувшись от окна, Легрейт внимательно посмотрел на меня. - Родовая магия - это сила, некогда призванная оберегать членов одной семьи. Так уж сложилось, что я оказался последним в нашей династии, кто может произвести на свет наследника. Мои родители уже не в том возрасте. Сестра вошла в другую семью. Двоюродных братьев у меня нет. Если со мной что-то произойдет, наш род прервется. Обдумывая произошедшее в тот вечер, я склоняюсь к мнению, что артефакт проснулся из-за того, что мне грозила смертельная опасность и чтобы спасти нашу династию, он связал меня с той, кто может это сделать. Именно поэтому, избранницей кольца не может оказаться ни старуха, ни замужняя женщина, ни та, кто не имеет возможности из-за возраста или любой другой причины родить ребенка, ни та, кто с кем-то уже как-либо связана. Поэтому, встретив эту девушку, я не буду торопиться и, первым делом, присмотрюсь к ней, чтобы узнать получше. Вполне возможно, мы друг другу понравимся и все сложится очень даже хорошо.
Все. Как говорится - конечная остановка, дальше поезд не идет, прошу всех на выход. Вот только я не собиралась идти на поводу у какой-то там побрякушки. Я сама вершитель своей жизни. А это значит, сама буду выбирать, с кем связывать свою судьбу или когда. И уж точно этот человек будет далек по роду своей деятельности от правоохранительных структур. Мне одного дяди хватило с головой. Уж очень влияет на людей общение с преступной средой и чувство безнаказанности. Недавние события, произошедшие со мной, только подтверждали мою мысль.
Откинувшись на спинку софы, я с сожалением обвела комнату разочарованным взглядом. И ведь даже толком отдохнуть не удалось. Уверена, поняв, что я ничем не смогу им помочь в поисках кольца, эта семья меня попросит, как можно быстрее, освободить помещение. Ведь все это было затеяно только ради того, чтобы получить необходимые им сведения.
- Я понял важность артефакта, а также то, почему вы меня искали и не обижаюсь на вас за произошедшее. Вот только можно мне, в виде компенсации, в течение нескольких дней у вас отлежаться. После чего, обещаю, сразу же уйду.
- Женя! - нахмурившись, хозяйка дома возмущенно посмотрела на меня. - То что ты не смог нам помочь, не повод выкидывать тебя на улицу.
- Да, - в разговор вступил Райлет Крейд, - я оформил опекунство над тобой не из-за того, что ты мог нам помочь в поисках кольца, а в благодарность за спасение сына. Только забрав тебя с улицы, дав образование, крышу над головой и хороший старт в жизни, я смогу отплатить тебе за жизнь Легрейта.
- А разве можно оформить опеку над тем, кого вы не знаете?
Я, конечно же, помню пословицу про закон и как им некоторые позволяют себе вертеть, но у всего же должен быть предел.
- Можно, если это королевский приказ, а ты не единожды спасал корону и ее носителя. Там только необходимо вписать твое полное имя. Ведь кроме того, что твое имя Женя, мы больше ничего не знали. Я сейчас принесу документ и мы его заполним как следует.
А вот последнее мне было не нужно. Ведь в присутствии Легрейта я не смогу соврать, сказав , что не знаю или не помню своего полного имени. Да и отдавать, по собственному желанию, опеку над собой кому-либо не собиралась. Ведь тогда точно придется признаваться, кто я. Поэтому, как можно более жалостливо посмотрев на алгемина, я надломленным голосом попросила.
- А можно мне сначала поесть и немного отдохнуть?
- Святые угодники, - до этого, почти спокойно сидевшая весь разговор рядом со мной хозяйка дома, всплеснула руками и принялась опекать меня как квочка. - Совсем ребенка замучили разговорами, а ему и так досталось. Так, все, заканчиваем. Жене необходим отдых, а с бумажками своими в другой раз разберетесь. Не убегут они от вас. Тем более, что мальчик уже с нами и ему больше ничего не угрожает.
Вскочив на ноги, мама Легрейта, сама подкатила ко мне тележку с приборами и подняла крышку, которая накрывала тарелку с бульоном. Судя по распространившемуся по комнате аромату, его приправили приятно пахнущими травами. Из-за последнего мой рот тут же наполнился слюной. Больше не обращая ни на кого внимание я с жадностью потянулась к ложке, вот только тарелка очень быстро опустела. К моему удивлению, несмотря на то, что разговаривали мы довольно долго, еда оставалась все еще горячей.
- Спасибо. Было очень вкусно.
Поблагодарив хозяев, я с сожалением посмотрела на пустую тарелку, после чего перевела вопросительный взгляд на хозяйку дома. Вдруг мне еще что-то перепадет. Пусть не так сильно, но есть по-прежнему все еще хотелось. Хотя при этом я чувствовала, что живот полный. Судя по всему, мой желудок сжался до размера наперстка.
- Извини, Женечка, но сейчас тебе ничего другого нельзя. Давай ты отдохнешь немного, а через некоторое время тебе принесут еще.
Умом я понимала, что женщина права, но легче от этого не становилось.
- Жень, я сейчас позову Лоурена, он приготовит для тебя ванную и поможет ее принять, а после и переодеться. На первое время, тебе подберут что-то из старых вещей Легрейта, а когда ты окрепнешь, мы обязательно купим костюмы именно на тебя.
Хлопоча вокруг, митрис Крейд стала выталкивать своих мужчин из моей комнаты, показывая этим, что их разговор со мной закончен. И те не сопротивляясь, направились к двери. Вот только перед тем как окончательно уйти, ард резко обернулся, окинув меня на прощание задумчивым взглядом. Последний мне очень не понравился. Вот совсем. Неужели я все же где-то прокололась?
***
Стоя напротив зеркала, я рассматривала свое отражение, прикидывая в уме, сколько у меня есть времени до того момента, как меня разоблачат или хозяева, или кто-то из слуг.
В гостях у семейства Крейд я нахожусь уже неделю. Первые три дня только спала, ела и ходила в туалет. Все. Интуиция мне подсказывает, что или в еду, или в настойку, которой меня поили три раза в сутки, все это время мне подмешивали сонные травки. Благодаря последнему и хорошему питанию, уже на четвертый день я себя чувствовала довольно бодро. Правда, это никак не повлияло на то, что хозяйка дома следующие четверо суток не разрешала мне подниматься с постели, даже чтобы просто пройтись по дому. Про то, чтобы выйти на улицу и разговора не было. А чтобы я не скучала, она же меня развлекала или разговорами, или чтением литературы по истории, географии и культуре разных народов Фруота. Именно так назывался этот новый для меня мир. После очередного такого литературного сеанса у меня сложилось впечатление, что таким образом митрис Крейд пыталась оценить мой уровень знаний. Вот только оценивать ей было особо нечего. Историю я не знала вообще, впрочем как и культурные особенности разных стран и народов. С географией же была знакома только понаслышке, да и то все мои знания касалась, в основном, Ниадерского королевства и немного захватывали граничащие с ней страны.
Я видела по сожалению, мелькнувшему в глазах Найрин Крейд, что ее очень огорчает и расстраивает то, что я ничего не знаю. Поэтому она решила активно восполнить мои пробелы в образовании, проводя все свое свободное время у моей кровати то читая, то рассказывая что-то. Впрочем, ничего против этого я не имела. Ведь лишними дополнительные знания никогда не будут. О том, что я умею читать, хозяйка дома даже не подумала. В свою очередь, сама я решила об этом не говорить. Спросят, отвечу как есть, а так, не вижу смысла трепаться о себе.
В первый вот такой литературный день, несмотря на то что мама Легрейта была прирожденной рассказчицей, я с нетерпением ждала вечера, надеясь, что книги оставят у меня в комнате. Так и получилось. Когда митрис Крейд, пожелав мне спокойной ночи, ушла, я, сказав Лоурену, что сегодня в его помощи больше не нуждаюсь, сразу же бросилась к книгам.
Два года назад, когда я только попала в этот мир, то не сразу поняла, что люди здесь разговаривают на абсолютно незнакомом мне языке. И все потому, что понимала их, как если бы они говорили на русском. Чуть позже оказалось, что и сама также свободно на нем разговариваю. И только когда я, набравшись храбрости, решила рассмотреть центральную часть города, только тогда поняла, что не все так просто с моим попаданием.
Судя по тому, что названия на вывесках разного рода заведений в бедном квартале были в виде изображений, грамотой здесь владели не все. А вот уже в более богатых районах названия заведений были написаны. То, что это не привычные мне с детства буквы, я поняла сразу. И в отличие от разговорной речи, которая мне далась моментально и легко, чтобы прочитать слова, необходимо было сосредоточиться. А вот когда я попробовала написать что-то, то поняла, что пишу только русскими буквами. Переписывать местные закорючки могла, а вот вспомнить их, когда не вижу, нет. Скорее всего, чтобы начать бегло читать, мне просто необходима была практика. Вот только набрать скорость чтения на вывесках и развешанных на столбах объявлениях очень тяжело. Можно было бы купить книги. Но когда не хватает денег на еду и одежду, как-то не до литературы. С письмом же дело обстояло гораздо хуже. Скорее всего, мне необходимо было учить грамматику с нуля.
Но все это отступление. Закрыв дверь, чтобы ко мне никто не мог случайно зайти, я первым делом принялась изучать книги по географии. На планете было всего три материка. Один большой, напоминающий по форме огромный толстый банан, в северном полушарии. Ниадерское королевство как раз располагалось в западной его части. И два материка поменьше, в форме крыльев бабочки, в южной части планеты. Вдоль меридиана эти материки соединяло множество архипелагов и островов.
Эта планета, судя по увиденному, еще не была так густо заселена, как Земля. Мало того, на карте было немало белых пятен. Особенно в океанах.
Вернувшись к изучению королевства, куда меня закинуло, я принялась искать всех его соседей. Мало ли как жизнь повернется чуть что, мне хотелось бы знать, куда безопаснее всего навострить лыжи.
С юга королевство соседствовало с шаатаратом Мигарет. Это государство, состоящее из множества довольно крупных островов и архипелагов. У каждого острова был свой глава - шаатар. Общие законы у них были одинаковые, но это не отменяло того, что на каждом острове могли действовать и какие-то свои дополнительные постановления и правила. Параллельно с книгами по географии, я изучала и литературу по культурным особенностям. Начав читать все то, что было связано с шаатаратом, я поняла, что ни к одному из этих островов, по собственному желанию я не приближусь ни под каким видом. Слишком уж тамошняя культура была схожа с нашей восточной. Начиная от многомужества, а также гаремов и заканчивая продажей девушек на аукционах. И не только девушек.
После Мигарета мой взор привлекло Северное королевство - Велидория. Это именно то государство, в которое, со всеменем, я собиралась перебраться на постоянное место жительства. Основное направление развития - аграрное хозяйство. Несмотря на то, что это довольно мирное занятие, из соседей никто давно не заглядывался на плодородные земли этой страны. И все благодаря очень сильным магам земли и друидам, населяющим ее. Друиды - это маги, управляющие растениями и животными, а также подчинившие себе силу природы. Несмотря на то, что последний раз на Велидорию нападали несколько столетий назад, многие до сих пор с содраганием вспоминают, как враг сдался сам, прося прощения и умоляя отозвать зараженных проказой насекомых и крыс, разносящих болезнь по Аргадизу со скоростью нескольких километров в час и оставляющих за собой только мертвые селения и города с разлагающимися мертвецами, которых некому было и похоронить. А так, землепашцы и животноводы очень мирные и трудолюбивые люди. Главное им не мешать работать и не задевать.
Еще мне импонировало, что в Велидории мужчины и женщины равны в своих правах. Нет обязательного подчинения. Муж с женой работают вместе и все решения принимают также вместе. Мало того, очень часто на трон этой страны всходила именно женщина, так как в этом королевстве отсутствует такое понятие, при котором правом наследования обладает только старший сын. Нет. Тут главный наследник тот, у кого магия сильнее или кого родители посчитают более достойным. Хотя, очень часто наследство делится поровну между сыновьями и дочерьми. Но при этом все же надо признать, что жизнь там не сама легкая. Зато труд честный и благородный.
На северо-западе располагался плачевно известный Аргадиз. Это было горное королевство, с одной стороны омываемое холодными водами Тавирского океана, а со второй - подпираемое Дарийскими горами. Из-за почти полного отсутствия плодородных земель когда-то их правитель и напал на соседей, желая получить в свое владение хотя бы часть пахотных территорий. Не получилось. Зато теперь они сидят тихо, монотонно ковыряясь в своих горах в поисках драгоценных металлов, камней и других полезных ископаемых. А еще они ведут неплохую торговлю морепродуктами. То, чем раньше брезговали. И зря. Как показала практика, это оказался неплохой доход как в казну королевства, так и частных лиц. Вот только я не готова была там осесть. Ведь женщины того королевства проводят всю свою жизнь в беспокойном ожидании, в надежде на благополучное возвращение своих мужчин или с моря, или из штолен. Вот только не всегда у них получается дождаться.
На закуску я оставила себе восточное королевство - Баладор. По своему жизненному укладу и политическому строю оно было почти братом- близнецом Ниадерии. Вот только площадью поменьше раза в два и не имело выхода к океану. Правда, это не мешало ему быть одним из самых прогрессивных и развитых на нашем континенте государств. И все потому, что именно на их территории были самые лучшие школы и академии. А также множество исследовательских и научных центров, а еще передовых производств. По-хорошему , именно там я бы хотела жить, так как и нравы, царящие в том государстве, несмотря на то что во главе стоял монарх, были довольно демократично-либеральными. Вот только вся их жизнь была завязана на магии или работающих от нее артефактах. А это все равно, что поселиться в Токио, Москве или Вашингтоне и при этом не иметь возможности пользоваться электроприборами. Хотя, если постараться, то думаю, можно будет что-то подобрать именно для меня и жить где-то на окраине. Главное только понять, чем именно я могла бы там зарабатывать себе на хлеб.
Но все это, если и будет, то гораздо позже, а сейчас мне предстоял первый ужин в кругу семьи Крейдов. Я еще раз посмотрела на себя в зеркало. Отеки с моего лица почти сошли. Некогда черно-фиолетовые разводы стали неприятного желтушного оттенка, но думаю, еще несколько дней и они пропадут. И тогда мое лицо станет чистым, что не очень-то и хорошо. Живя на улице, под слоем грязи, я могла прятать женственные черты лица. Теперь же это не получится. Плюс фигура. В первый же день, чтобы облегчить боль в треснутых ребрах во время движений, Лоурен дал мне что-то вроде эластичного корсета. Ну что же, замечательная оказалась вещь. И не только для того, чтобы поддерживать мышечный каркас, но и чтобы скрыть грудь. Пусть она у меня была не очень большая, но все же была.
Выданная же одежда Легрейта висела на мне мешком. И, слава богам, ничего с этим сейчас поделать нельзя, но вот позже, если мне, как и обещали, подберут костюмы по фигуре, сразу же будет заметно, что что-то с последней не так. И тогда до разоблачения будет рукой подать. Поэтому, пока это не случилось, срочно надо бы решить для себя один вопрос. А именно. Ждать ли мне момента разоблачения или признаться самой. А если и признаваться, то в чем именно.
Посмотрев на аккуратно замотанную эластичным бинтом, под которым было спрятано кольцо, руку я все же склонялась к тому мнению, что все же стоит признаться. Хотя бы в том, что я девушка. Ведь единственный способ сохранить информацию о кольце, это носить перчатки. Вот только мужчины, в отличие от женщин, при многих обстоятельствах должны их снимать. О правилах хорошего тона и о том, как себя должен в каких обстоятельствах вести молодой человек, меня уже просветила хозяйка дома. Хозяина, впрочем как и его сына, все эти дни я не видела. Судя по обеспокоенному лицу митрис Крейд, что-то у ее мужчин не клеится. Уточнять, что именно, я не стала.
- Господин Женя, если вы готовы, я могу проводить вас в малую столовую.
За моей спиной появился вездесущий Лоуренс. Пройдясь внимательным взглядом по моей фигуре он недовольно поджал губы. Ну да, у безупречного слуги и хозяин должен выглядеть безупречно. Чего обо мне не скажешь. Судя по выданному мне костюму, когда ард был моего роста, фигурой он обладал поплотнее, да и в плечах был шире. И если брюки еще можно было в поясе ушить, то с сюртуком такой номер не прошел. Чтобы последний на меня сел хорошо, его необходимо было полностью перешивать. А в этом случае проще заказать новый. Что в ближайшие дни, как только меня не стыдно будет показать людям, и собиралась сделать Найрин Крейд.
Развернувшись, я всем своим видом показала, что готова следовать, вот только слуга неожиданно обратился ко мне с просьбой.
- Разрешите вам прическу поправить?
Желая хоть как-то улучшить мой внешний вид, Лоуренс цеплялся за любую соломинку. Несмотря на то, что в моем случае, ничего не поможет, я села на стул. До вчерашнего дня я не разрешала ко мне, особо никому прикасаться. Исключением была только хозяйка. У меня сложилось впечатление, что для нее важен тактильный контакт. Даже минимальный в виде легкого прикосновений к руке. Купалась же, а также расчесывалась, одевалась, втирала мази и накладывала повязки на себя, я самостоятельно. Вот только вчера меня попросили позволить себя подстричь. За прошедшие три недели с моего последнего вандализма над своей шевелюрой, волосы неплохо так отросли. Выбора у меня особо не было, поэтому я и согласилась. Сейчас же слуге не нравилась моя прическа. Точнее то, что мои волосы были предоставлены сами себе.
Не желая признаваться даже себе, что все же переживаю по поводу предстоящего ужина и хочу оттянуть еще хотя бы на немного этот момент, я позволила Лоуренсу уложить отросшие пряди и зафиксировать их чем-то вроде геля. После чего, решительно поднявшись, вышла из своей комнаты. Не люблю тянуть кота за хвост. Принять решение, что мне делать дальше, признаваться ли, оставаться или уйти, а если уйти то куда именно, я должна в ближайшие же дни, если не часы, а иначе мое инкогнито будет раскрыто. И тогда, боюсь, решать мою дальнейшую судьбу буду не я, а кто-то другой. Вот только последнее меня абсолютно не устраивало.
***
- Добрый вечер, Женя. Рад что тебе уже лучше.
В столовой кроме Райлета Крейда никого еще не было. Благодаря не столь давно прочитанной мне лекции по этикету, я уже знала, пока нет хозяйки дома, даже если стол накрыт, садиться за него нельзя. А что люди делают, когда нельзя заткнуть свой рот едой? Правильно - разговаривают. Поприветствовав хозяина дома легким поклоном, я вежливо поздоровалась с ним.
- Добрый вечер, алгемин Крейд.
- Я смотрю, ты еще скован в движениях, поэтому давай обойдемся без этих светских плясок. Да и, честно тебе признаюсь, как человек военный, терпеть не могу гнуть перед кем-то спину.
Не зная, что на это признание ответить, я только кивнула головой, продолжая при этом стоять недалеко от входа в столовую. Опекун же, окинув меня доброжелательным взглядом, между тем непринужденно продолжил.
- Жена рассказывала, что начала с тобой заниматься. И как тебе? Все ли понимаешь? Узнал что-то интересное?
- Да. Митрис Крейд замечательная рассказчица.
- А ты замечательный ученик. Прошу прощения за опоздание.
Как только алгемин услышал голос жены, на его губах сразу же заиграла счастливая улыбка, а взгляд стал нежным и любящим. Подойдя к хозяйке дома, Райлет Крейд, взяв руку женщины, медленно поднес ее к своим губам, явно удерживая пальчики дольше предписанного светским этикетом времени. С первого же взгляда было понятно, что несмотря на прожитые вместе годы, эти двое по-прежнему горячо любят друг друга.
- Дорогая, с каждым днем ты становишься все прекраснее и прекраснее.
- Скажешь тоже.
Улыбаясь мужу ласково и благосклонно, хозяйка дома не торопилась освобождать свою руку из плена. В какой-то момент я даже почувствовала себя здесь лишней. Но вот они все же вспомнили где находятся и что не одни, от чего на щеках митрис появился легкий румянец, делающий ее еще моложе. Стараясь загладить несколько фривольный, по местным меркам, момент, Найрин торопливо продолжила прерванный разговор.
- Женя схватывает всю информацию на лету. И не просто схватывает, но и запоминает, а также сразу анализирует ее. О таком ученике будет мечтать любой учитель.
Отодвигая стул для жены, мужчина посмотрел на меня одобрительным взглядом.
- Я сразу отметил, что Женя — парень довольно сообразительный, поэтому ни мгновения не сомневался в его способностях. Думаю, уже на следующий год он отлично покажет себя в академии.
- В академии?
Не совсем понимая, о чем идет речь, я решила тут же уточнить этот момент. Тем временем слуги принялись подавать первое. Не обращая внимания на то, что именно мне накладывают в тарелку (после жизни на улице есть будешь все подряд), я вопросительно посмотрела на алгемина. Вот только вместо того чтобы ответить на мой вопрос, мужчина задал свои.
- Женя, ты когда-нибудь думал, кем хочешь стать? Или, чего хотел бы добиться в жизни?
С подозрением всматриваясь в лицо Райлета Крейда, я не спешила с ответом.
- А какое это имеет отношение к академии?
- Женя, ты смышленый молодой человек и должен понимать, что имея соответствующее образование, в жизни можно добиться гораздо большего, чем оставаясь безграмотным беспризорником.
Так как в последнем я ни секунды не сомневалась, то тут же кивнула в знак согласия.
- Поэтому, первым делом, мы решили нанять тебе учителей. А они уже подготовят тебя к поступлению на следующий год в лучшую военную академию нашего королевства. Если бы у тебя было достаточно знаний и навыков, можно было бы попробовать силы и в этом году, но боюсь, за оставшиеся месяцы, мы не успеем тебя подготовить.
Откинувшись на спинку стула, я внимательно посмотрела на сидящих напротив меня Крейдов. Судя по всему, они уже за меня распланировали все мое будущее. А я-то всего у них неделю живу. Интересно, их мое мнение интересует? Вот сейчас я опять стала сомневаться в целесообразности что-либо о себе рассказывать. Иначе оглянуться не успею, как меня уже выдадут замуж, даже не поинтересовавшись, хочу ли я этого и нравится ли избранник.
Как бы во мне не горело желание сказать прямым текстом все то, что думаю о предложении алгемина, я все же решила, что грубить и настраивать против себя столь влиятельного человека не стоит. Поэтому, отложив в сторону ложку, которую уже взяла в руки, спокойно поинтересовалась.
- А если я не хочу свое будущее связывать ни с армией, ни с полицейскими или военными структурами?
- Женя, - также спокойно и довольно терпеливо, опекун стал мне объяснять политику партии, - даже если ты не хочешь строить военную карьеру, диплом именно Ниадерской военной академии никогда не помешает тебе в жизни. С ним ты сможешь стать и политиком, и дипломатом, и юристом. Как видишь, эти специальности, как и многие другие, вполне согласуются с твоей анимагичностью. В этой же академии, во время учебы, помимо блестящего образования, ты сможешь обзавестись как полезными связями, так и друзьями, которые тебе, в будущем, помогут при продвижении по карьерной лестнице, которую сам выберешь. Вот только, как понимаешь, без соответствующих знаний мало чего удастся добиться в жизни. Мы же можем себе позволить оплатить твое обучение в лучшей академии нашего королевства. При этом я тебя сразу предупреждаю, легко не будет. Другие дети твоего возраста уже многое знают и умеют. Поэтому тебе придется приложить немало сил, чтобы их догнать. Первым делом необходимо будет научиться читать и писать, так же ты познакомишься с такими предметами как: философия, история, политология, математика, география и культурология. Еще тебе придется выучить этикет и несколько языков. Хотя бы те, на которых говорят наши соседи. А когда твои травмы окончательно заживут, у тебя начнутся тренировки по фехтованию, стрельбе, верховой езде и танцам. За этот год тебе придется выучить то, чему другие учатся четыре, а то и пять лет. Но я верю в тебя, мой мальчик. Да и уверен, ты сам хорошо понимаешь, что эти знания и умения тебе необходимы.
И ведь действительно понимаю. Мало того, я обеими руками только за, вот как только Крейды узнают, что я девушка, половина из только что озвученного, за ненадобностью, будет откинута. Если не две трети. И даже то, что останется, изучаться будет не столь глубоко. Зато уверена, что мне вручат поваренную книгу, а еще пяльцы с нитками и иглой, а то и какой-то музыкальный инструмент. Полноценного образования, будучи девушкой, в этом королевстве я не получу. Можно было бы, конечно же, попытаться год продержаться, прикидываясь парнем, вот только я уверена на все сто процентов, обман мой долго не продлится. Это живя на улице и особо ни с кем не общаясь, можно было притворяться мальчишкой. Но не более.
Чета Крейдов не была глупой. Невозможно сталь алгемином и быть настолько невнимательным к тому, кого видишь каждый день. Эту неделю я продержалась только потому, что провалялась в кровати, не выходя из своей комнаты. Да еще синяки помогали. Но последние скоро пройдут и тогда разоблачения не избежать.
Все это я обдумывала, удерживая на лице маску сосредоточенного внимания.
-Так ты согласен приложить все усилия, чтобы чего-то добиться в этой жизни?
- Конечно.
И ведь не соврала. Усилия я собиралась прилагать в любом случае.
- Вот и замечательно, - услышав мой ответ, тут же радостно защебетала хозяйка дома, - первые азы я тебе дам сама. Думаю уже завтра мы сможем приступить к урокам по грамматике.
Последнее сообщение меня особенно обрадовало. Как моя жизнь ни сложится дальше, умение не только читать, но и писать, лишним не будет.
Обсудив этот момент, все вернулись к трапезе. Митрис Крейд не умолкая о чем-то болтала весь ужин, называла совершенно незнакомые мне имена и события. Из всего ею сказанного я поняла только одно, сейчас заканчивался какой-то там сезон. А еще им прислали несколько приглашений, от двух из которых нельзя отказаться. Услышав последнее, алгемин недовольно скривился.
Уже был подан десерт, когда дверь в столовую неожиданно открылась и в комнату стремительным шагом вошел Легрейт.
- Прошу прощения за опоздание, но срочные дела требовали моего личного присутствия.
За ту неделю что мы не виделись, лицо арда осунулось, под глазами залегли темные круги и, вообще, он выглядел не очень хорошо. Правда, это все не мешало ему двигаться как обычно, бодро и энергично.
Кивнув приветственно отцу и, нагнувшись, поцеловав в щеку мать, мужчина занял свое место за столом рядом со мной.
- Отлично выглядишь.
- А ты не очень.
Не собираясь кривить душой, я сказала правду. Внимательнее приглядевшись к расположившемуся рядом арду, я поняла, что на самом деле он выглядит еще хуже, чем мне показалось вначале. Во взгляде читалась усталость, а между нахмуренных бровей залегла упрямая складка. От увиденного я испытала чувство вины. Ведь, скорее всего, его теперешнее состояние связано с неудачными поисками невесты.
- Как твои дела?
Задавая вопрос, хозяйка дома окидывала сына обеспокоенным взглядом. Отец Легрейта ничего спрашивать не стал, но судя по тому, как он внимательно смотрел на сына, ответа на прозвучавший вопрос он также ждал с нетерпением.
На мгновение оторвавшись от своей тарелки, ард посмотрел на родителей и только отрицательно качнул головой, после чего тут же вернулся к еде. Судя по тому, с какой скоростью он поглощал пищу, ел сегодня мужчина первый раз. И это заметила не только я, но и остальные присутствующие. Поэтому даже митрис Крейд, при всей своей словоохотливости, только грустно смотрела на сына и молчала. А я? А я ждала когда смогу вернуться к себе, чтобы обдумать все сегодня услышанное.
И вот Легрейт наелся, а это значит, что теперь я могу спокойно уйти к себе в комнату. Вот только вместо того, чтобы расслабиться и отдохнуть, а еще лучше уединиться и поговорить с родителями о волнующих их темах, он, поднимаясь и поблагодарив за ужин, посмотрел на меня, тихо произнеся.
- Нам необходимо поговорить. Жду тебя в кабинете.
***
Пока мы поднимались на второй этаж, мне казалось, я перебрала в уме все возможные варианты, зачем могла бы понадобиться Легрейту и ни один из них не был для меня достаточно безопасным и убедительным. Ну не узнал же он на самом деле, кто я? Или узнал? Нет. Будь это так, на ужине мужчина вел бы себя иначе. Тогда зачем я ему понадобилась?
Вот с такими мыслями я и следовала за ардом в его кабинет. Правда, был момент когда у меня возникла идея, а не сбежать ли прямо сейчас, пока еще есть время и никто обо мне ничего не знает. Вот только идущий за мной алгемин лишал напрочь меня такой возможности. Так, втроем, мы и зашли в кабинет Легрейта Крейда.
Кивнув мне на одно из кресел, сам ард сел за тяжелый, массивный стол из темного дерева. Тянуть резину мужчина не стал, за что я была ему благодарна, и сразу же перешел к делу.
- Что тебе говорят имена Шарм Слем и Вико Слем?
Судя по нетерпеливому взгляду, направленному в мою сторону, вопрос был адресован именно для моей персоны. Вот только мне эти имена абсолютно были незнакомы. Поэтому я и переспросила.
- А кто это?
Открыв один из ящиков стола, Легрейт достал оттуда какой-то рисунок и протянул мне желтоватый лист бумаги. Не задумываясь, я взяла его. Первое, что мне бросилось в глаза, так это мой большой портрет почти на всю страницу. Между прочим, очень хороший портрет. Такое ощущение, что это или фото, или я позировала художнику. Тот, кто создавал это изображение, должен был не единожды меня видеть. Единственное, что отличало меня от рисунка, так это то, что я никогда не носила столь аккуратной и зализанной прически, с которой была нарисована и брюк на подтяжках. Внизу под изображением было написано, что пропал мальчик тринадцати лет от роду, сын несколько месяцев назад погибшего уважаемого лавочника из Диосама Шарма Слема и племянник почтенного коттера* (обеспеченный сельский житель, имеющий большое хозяйство и нанятых рабочих) Вико Слема. Также там было написано, что, возможно, вследствие нападения на его дом грабителей, во время которого погибли родители ребенка, сам мальчик потерял память, поэтому не только не помнит кто он, но еще и нуждается в медицинской помощи и дополнительном, постоянном присмотре.
Вернув рисунок арду, я только пожала плечами уверенно заверив.
- Это я не. Во-первых, я не терял память и хорошо помню всю свою жизнь, во-вторых, отлично знаю кем были мои родители. Они тоже умерли, но не несколько месяцев назад, а несколько лет. Кроме того, в Диосаме я никогда не был и никаких Слемов не знаю.
Забрав одно объявление, Легрейт протянул мне другое. Из любопытства я решила посмотреть, что там нарисовано и написано. А там была изображена семья на фоне витрины городской бакалейной лавки, украшенной к какому-то празднику. Ага, судя по подписи, это был день рождения нашего Короля.
Я еще раз внимательнее присмотрелась к нарисованным людям. Довольно грузный мужчина среднего возраста, явно в праздничном костюме, состоящем из удлиненного темного жилета и такого же цвета бриджей, белой рубахи, и столь же белых гольфов, а также в добротных ботинках с серебряной пряжкой впереди, стоял рядом с невысокой, улыбчивой толстушкой, в светлом, закрытом, длинном платье в голубые мелкие цветочки. Женщина держала за руку мальчика, опять же очень похожего на меня. На мальчике были темные шорты длинной до колена на подтяжках, белая как у отца рубаха, такие же гольфы и ботиночки. Правда, на последних пряжки не было. Ребенок скорее был похож на маму, чем на отца, такой же светловолосый и улыбчивый. Судя по дате, запечатлена семья было чуть меньше года назад.
Рассмотрев рисунок, я его вернула арду.
- Признаю, что очень похож на этого мальчика, но это не отменяет того факта, что я не знаю эту семьи и кровными узами с ними никак не связан. Ни ближними, ни дальними.
Несмотря на мои заверения, оба Крейда очень уж подозрительно посмотрели на меня. Не выдержав столь пронзительно взгляда, нахмурившись, с вызовом поинтересовалась.
- Что еще не так? Если надо могу поклясться.
Вот только следующий услышанные мной вопросы мне подсказали, что именно не так.
- Ты умеешь читать? И какие ты еще свои способности от нас скрываешь?
Это же надо было так проколоться из-за своего любопытства и невнимательности. Последнее мне в очередной раз доказало, что долго скрывать, кто я, у меня не получиться. Обязательно попадусь по глупости. Но начинать сразу же бить себя в грудь кулаком и каяться во всех грехах все равно не собиралась. Вместо этого, я посмотрела на обоих мужчин с вызовом, уточняя.
- А я разве говорил, что не умею читать? Или у меня кто-то об этом спрашивал? Вы у меня, вообще, хоть что-то спросили? У меня складывается такое неприятное впечатление, что в этом доме мое мнение никого не интересует и все, что от меня требуется, так это делать то, что вы считаете, для меня будет лучше. Конечно же, даже спорить не буду и сразу же признаю тот факт, что у вас больше жизненного опыта и знаний, чем у меня. Но вы забыли, что я уже давно живу один и привык принимать все решения самостоятельно, не подчиняясь никому.
Судя по недовольному взгляду моих собеседников, моя речь им не очень понравилась. Ну да, при их положении в обществе и занимаемых должностях, они давно привыкли к тому, что их приказы и решения никто не ставит под сомнения, а тут нашелся, два вершка от горшка и какие-то права качает. Хотя, я разве что-то прошу, требую или качаю? Нет. Но решать как жить дальше буду сама. И мои ошибки - это будут только мои ошибки. При этом не отменяю того, что готова выслушать любые идеи, предложения и пожелания.
Я ожидала, что после моего высказывания, меня сразу же начнут учить уму-разуму. Но нет. Этого не случилось. Раздраженно положив оба листа назад в ящик стола, Легрейт несколько досадливо перевел разговор на другую тему.
- Предлагаю это все обсудить позже. У нас возникла проблема гораздо серьезнее. Так ты, Женя, говоришь, что никого из них не знаешь и в родстве со Слемами не состоишь?
- Могу поклясться.
Махнув рукой, типа не надо мне и так верят, ард нервно застучал пальцами по столу. Я же стала ждать продолжения разговора.
- Не надо. Уверен, что так и есть. При этом я также уверен, что ищут они именно тебя. И непросто так, а из-за твоих способностей. А ведь в случае если будет доказано ваше кровное родство, опекунство будет автоматически отменено.
До этого момента сидящий тихо в своем кресле алгемин, вдруг решительно вмешался в разговор.
- Так проверь этого Вако Слема на кристалле правды. В чем проблема?
- Отец, неужели ты думаешь я этого не сделал? - резко встав, Легрейт принялся мерить широкими шагами свой кабинет. Благо было место где разгуляться. - И кристалл, и соседи, подтвердили, что у этого Вако Слема действительно пропал светловолосый племянник, примерно того же возраста, что и Женя, во время нападения на дом его брата, где последний и погиб вместе со своей женой. Ребенок же пропал.
- Возможно, мы просто похожи. Такое бывает. Но могу вас точно заверить, я это не он.
Остановившись, ард посмотрел на меня хмурым взглядом.
- А ты это сможешь доказать? Есть люди, кто подтвердит, что ты не этот пропавший малыш, а Женя? Кстати, ты нам так и не назвал своего полного имени или, хотя бы фамилии. А ведь, если бы нам все же удалось найти тех, кто тебя знал ранее или твоих родителей, то это бы решило данный вопрос.
Говорить, кто я, мне не хотелось. Вот не готова я была взять и раскрыть все свои карты, но при этом чувствовала, что, скорее всего, это придется делать. Да еще и в ближайшее время. Выбирая между непонятным и мутным дядюшкой Вако и семьей Крейдов, все же я выберу последних. А ведь всего-то надо сказать, что я девушка и эта проблема сразу же разрешится. Вот только мое задумчивое молчание Легрейт воспринял по-своему.
- Видишь. Твердых доказательств у нас нет.
На несколько мгновений в комнате повисла гнетущая тишина, которую решил прервать Райлет Крейд.
- А с чего ты взял, что Женя им нужен именно из-за его способностей, а не действительно, просто похож на пропавшего ребенка?
После вопроса отца, ард вернулся назад в свое кресло за столом и взглянул на нас с какой-то хищной улыбкой.
- Вот мы и подошли ко второму вопросу. Дело в том, что во время облавы в Тарланде обнаружилось, что на местные банды работает довольно много сильных, незарегистрированных магов. Неожиданно сильных. Мало того, среди них оказался ментальный маг. При этом настолько талантливый, что ни я, ни те кто был тогда со мной, не заметили ни ловушек, ни сидящих в засаде людей.
Не сдержавшись, я тут же поинтересовалась.
- Возможно они обучались в других странах, и по стечению обстоятельств оказались тогда в городе чисто случайно, а тут вы с облавой.
Невозможно, - тут же остановил полет моей фантазии Легрейт, - все маги, где бы они не обучались, зарегистрированы в одной международной базе с указанием, какой именно стихией они владеют и насколько высок их уровень магии. Так проще нанять необходимого человека на службу, а также подобрать пару для брачного союза. Но это касается обычных магов. Людей же, обладающих ментальными способностями мало, что не так уж и плохо, и каждый из них стоит на учете в специальных службах, работая на корону своего государства. Да и платят им за услуги столько, что они не стали бы рисковать своей жизнью, связываясь с преступной средой. Так что ты должен понимать, насколько было неожиданным для нас встретить менталиста тогда в порту.
Про то, что маги у них тут все на учете, я не знала. Хорошо, что у меня нет никаких сил. Конечно же, мне хватает проблем и с моей анимагичностью, но то, что не буду светиться в каком-то там списке, уже хорошо.
- И к каким выводам вы пришли?
Сжатые в тонкую полосу губы алгемина, и весь его хмурый вид, сразу же мне подсказал, насколько проблема, обнаруженная в Тарланде, может быть серьезной.
- К такому, что где-то есть незарегистрированная школа, где этих магов обучают.
- Ты уверен?
Больше я не вмешивалась в разговор мужчин. Судя по всему, там было все не просто сложно, а очень сложно.
- Да. Эти маги не были самоучками. Да и много их обнаружилось, и не только в Тарланде. Все молодые и довольно способные молодые люди. Во время последующих облав нам все же удалось схватить нескольких. Но, как впоследствии оказалось, у них в головах стоят серьезные блоки. И перед тем как понять, как их обходить, мы потеряли нескольких заключенных. Но наши менталисты не зря едят свой хлеб. Так что нам все же удалось узнать, что на одном из островов Аредийского моря, все же есть такая школа. Точные координаты они не знают. Это известно только тем, кто организовал это учебное заведение и команде корабля, которая сначала отвозит детей на остров, а после нескольких лет обучения, возвращает назад на материк.
- Детей?
- Да. Детей из бедных семей, сирот, вот таких беспризорников как Женя. Они перекупают, забирают, воруют их и увозят на базу как раз из Тарланда. Мы тогда, во время облавы, неожиданно для себя, потревожили довольно серьезную организацию. И когда я говорю серьезную, я имею в виду, что прикрытие у нее есть среди верхушки и боюсь не только нашего королевства. Многие готовы заплатить за услуги незарегистрированного мага. Про менталиста уже и говорить не стоит. Ну а тут появляется единственный в мире подросток, на которого не действует магия. Для преступной среды он золотая жила. Это все равно, что получить универсальный ключ от любой сокровищницы мира. Уверен, они не пожалеют ни сил, ни ресурсов, ни людей, чтобы заполучить его.
От всего услышанного и двух задумчивых взглядов, направленных в мою сторону, мне стало не по себе. И как только я умудрилась во все это вляпаться? И ведь все было спокойно, пока не встретился на моем пути арда Легрейт Крейда. Внутри стала просыпаться злость.
Неожиданно для себя я поняла, что меня не оставят в покое. Что со своей невосприимчивостью к магии, я окажусь лакомым кусочком для любой из сторон. Не зря же меня собираются засунуть в военную академию. А что будет если они узнают, что я девушка? Что тогда будет со мной? Неожиданно мне стало страшно. Захотелось забиться в какой-то угол, чтобы никто не нашел.
Скорее всего, что-то такое отразилось на моем лице, так как меня принялись сразу же успокаивать.
- Не переживай, Женя. Дом находится под хорошей защитой. Здесь тебе ничего не грозит, но сам, без охраны, постарайся никуда не ходить. То, что ты умеешь читать, даже очень хорошо. В связи с изменившимися обстоятельствами, поступать в академию тебе все же придется в этом году. Думаю, там для тебя мы сможем договориться об индивидуальной программе обучения. Так что все будет хорошо.
Ну вот, уже началось. Вцепившись с силой в подлокотники кресла, я постаралась сохранить испуганное выражение на лице. Ведь неожиданно пришедшая мне мысль в голову могла очень не понравиться Крейдам. И вот в чем она состояла. Я вдруг подумала, а что, если меня никто не ищет и все это выдумка, только чтобы отправить меня сначала в академию, а потом заставить, в целях моей же безопасности, работать на корону. Например, тем же шпионом. Ведь с моей анимагичностью я могу пробираться не только в сокровищницы.
И если еще совсем недавно у меня все же мелькала мысль, что достаточно сказать, что я не парень и проблема с поиском меня непонятным дядюшкой пропала бы, то теперь понимаю, что единственная возможность исчезнуть для всех, это уйти, переодевшись в женское платье. И желательно это сделать как можно быстрее.
Неожиданно в дверь постучали и после разрешения, в комнату с подносом в руках зашел Диксон и, поклонившись хозяину дома, громко произнес.
- Ваша почта, алгемин.
Недолго думая, мужчина вскрыл конверт и, быстро пробежав взглядом по листу бумаги, протянул последний сыну. Тот также просмотрел написанное , сразу же поинтересовавшись у слуги.
- Когда и кто его принес?
- Только что, мальчик-посыльный.
Услышав ответ, Легрейт, вскочив, направился к двери, доставая на ходу из внутреннего кармана артефакт связи и принявшись отдавать по нему распоряжения.
- Только что посыльный принес письмо. Задержать его. Быстро. Он не мог далеко уйти от дома.
Вслед за выскочившим из кабинета ардом, поднялся и его отец, чтобы сделать тоже самое, но остановившись у дверей, мужчина подбадривающе улыбнулся мне, тихо сказав:
- Женя, иди к себе отдыхай. Разговор продолжим в другой день.
Оставшись в кабинете одна, я несколько минут продолжала сидеть не шевелясь, ожидая что кто-то сейчас зайдет, чтобы выставить меня. Но нет. Никто не спешил этого делать. Прожигая взглядом письмо, лежащее на столе, я все никак не могла решить для себя, случайно ли его оставили, или специально?
Побороть возникшее искушение мне не удалось. Медленно поднявшись, я неспешно взяла в руки лист бумаги, исписанный красивым каллиграфическим почерком, чтобы прочитать, что же там такого сообщили и из-за чего Легрейт так быстро убежал. Не скрываясь и не прячась, я стояла посреди комнаты и читала.
"Достопочтенный алгемин Райлет Крейд, не хотел бы вас расстраивать, но за последнюю неделю, не менее трех раз, я видел как один молодой человек лет тринадцати — четырнадцати, худенький, с короткими, светлыми волосами, встречался со странными темными личностями у выхода для слуг в вашем доме и передавал им какие-то предметы. Зная, что не столь давно, вы оформили опеку над беспризорным ребенком, смею предположить, что это кто-то его навещает из его прежней жизни. Возможно, мальчика шантажируют и заставляют выносить драгоценные вещи из вашего дома, а возможно, он просто не ценит то, что вы для него делаете. Посоветовал бы вам присмотреться к ребенку и принять соответствующие меры. Внимательный доброжелатель".
Хмыкнув, я вернула письмо на стол. Как же вовремя оно, якобы, пришло. И ведь мои добросердечные хозяева, вроде как не поверили написанному и тут же бросились искать клеветника. Настолько быстро, что даже оставили меня одну в кабинете, вместе с обвинительной анонимкой. Интересно, а если бы я не умела читать, они бы его мне вслух прочитали? Чтобы, так сказать, убедить в своих наилучших намерениях. Ага. Как же. Так я сразу и поверила. Ну что же. Последнее меня только убедило, что лучше валить из этого дома и как можно быстрее.
Направляясь к себе в комнату я сразу же начала разрабатывать план побега. И первым его пунктом было - достать женское платье. Хоть я и не люблю воровать, но все же придется позаимствовать кое-что из одежды у служанок. Пора становиться той, кем создала меня природа. Вряд ли кто-то догадается вместо мальчика-подростка искать уже довольно взрослую девушку. Во всяком случае, я на это надеюсь.
***
Несмотря на то, что ситуация сложилась неоднозначная, обдумав все еще раз, я решила, пока, не торопиться с выводами и побегом. Все же, на данный момент, прямой угрозы моей свободе не было. Да и возможность научиться писать, а также получить дополнительные знания, подкупала. А главное, обоих мужчин семейства Крейдов, опять не было видно в доме. Правда, и без них внимательных глаз хватало. Например, все тот же Лоурен, приставленный ко мне моим личным камердинером. Пока он молчал, но я не единожды уже ловила на себе его внимательный и задумчивый взгляд.
О том что я умею читать, митрис Найрин доложили сразу. Последнее ее даже очень обрадовало, так как теперь, когда она уезжала куда-то по своим делам (пусть это было нечасто, но все же), то могла мне оставлять задание на самообучение. А так как я ничего не имела против этого мероприятия, то глотала книги не отрываясь от этого занятия ни днем, ни ночью, сутками напролет. Заметив это, Лоурен стал приходить ко мне по ночам, чтобы погасить светильники, поняв что я, вместо того чтобы спать, читаю. И ведь знает, гад, что я их включить не могу. Но честно признаться, сама не ожидала, насколько оказывается я соскучилась по возможности получать новые знания.
В своем мире я тоже любила книги. Помню, как в детстве слушала сказки, которые мне читала мама, когда я была маленькая. А когда ее не стало, уже я читала бабушке, так как к вечеру у нее уставали глаза настолько, что и две пары очков надетых одни поверх вторых не помогали четко видеть буквы на страницах. Эти же два года я была лишена такой, казалось бы, обычной вещи. И только сейчас, когда книги мне стали вновь доступны , я поняла, насколько мне их не хватало. Думаю, именно последнее было одной из причин, почему я все же решила задержаться в доме Крейдов еще немного. А ведь с каждым днем мне становилось все труднее скрывать, кто я.
В первый же день моего обучения письму по тому, как я уверенно держу перо и повторяю написание, сначала печатных, а после и прописных букв, митрис догадалась, что я не новичок в этом деле. На прямой вопрос, обучалась ли я ранее где-то, честно ответила, что да, и писать я умею, но только на другом языке, а вот ниадерскую грамматику не знаю. Кстати, местные буквы по своему начертанию отдаленно напоминали мне греческий алфавит. О, что тут началось. Меня тут же прогнали по программе начальной школы и выяснили, что мой уровень математических знаний выше среднего. Также я неплохо помню программу по естествознанию. Независимо от того, что это параллельный мир, законы геометрии, физики, химии, а также анатомические особенности живых организмов и принципы их развития, никто не отменял. Пусть я и не была отличницей в школе, да и не стремилась к этому, но вот знания усваивала легко. Да и на память никогда не жаловалась.
На вопрос, откуда же я и где моя родина, честно ответила, что с Земли. А ведь все это время, где-то на уровне подсознания, во мне еще теплилась надежда, что, возможно, в этом мире, что-то знают о параллельных вселенных и как по ним путешествовать. Ведь магия здесь есть и порталы тоже. Мало ли. Чего в жизни не бывает. Вдруг строить пространственные туннели местные гении умеют не только из города в город, а и из одного мира в другой. Вот только судя по растерянности, появившейся на лице хозяйки дома и моей временной учительницы, ни о Земле, ни о России, Франции, Америке и нескольких десятках других стран, которые я назвала, она слыхом не слышала.
Закономерно, что следующим прозвучавший вопрос был о том, как я оказалась здесь, в Ниадерии. Помня об артефакте правды, который вполне может оказаться у хозяйки дома в кармане, я всегда старалась отвечать так, чтобы и овцы были целы, и волки сыты. Вот и на этот вопрос, пожав плечами, честно призналась, что не знаю. Просто в какой-то момент, очнулась внутри одного из портовых складов Тарланда. После моих слов митрис Найрин сама уже предположила, что, так как на карте Фруота еще слишком много белых пятен, то, вполне возможно, я прибыла из еще не открытых и неизведанных земель, во время перехода порталом, в построении которого была допущена ошибка. Так что мне еще повезло, что выкинуло не в океане. Поэтому и не знаю я местной истории и географии. На этой версии мы и остановились, продолжив изучение грамматики.
Все это было, конечно же, хорошо и замечательно, вот только у меня возникла одна насущная проблема. А именно, как спрятать кольцо, чтобы его никто не заметил. Ходить и дальше с перебинтованной рукой было проблематично, так как это могло привлечь ко мне дополнительное, абсолютно не нужное внимание. Ведь синяки с лица уже сошли, а раз я не снимаю повязку с руки, значит, там может оказаться вполне серьезная травма. В этом случае от обследования лекарем точно не отвертеться. При этом в перчатках ходить все время нельзя. А в полуперчатках? Последнее я и решил проверить, обрезав пальцы у тех нескольких пар, которые нашла в своем гардеробе.
Первым мое нововведение в Ниадерской моде увидел Лоурен. Камердинер очень удивился, но как хорошо вышколенный слуга, промолчал. А вот хозяйка дома поинтересовалась, зачем я это сделала? На что, отведя глава в сторону, я честно ответила, что не хочу смущать видом своих рук никого из окружающих. И ведь опять ни словом не соврала. Несмотря на то, что кольцо было надето камнем во внутреннюю часть ладони, заметь его кто-то и тогда неприятных разговоров было бы не избежать. А так, все счастливы и все довольны. Радует еще то, что рукопожатия здесь не приняты.
Вот только если я имела в виду одно, митрис Крейд поняла мои слова по-другому. На меня опять смотрели жалостливо, предполагая, что я скрываю увечья. Поэтому никто не стал настаивать на том, чтобы я снимала эту новомодную деталь своего одежды.
Так мы и прожили следующие пять дней. Все синяки и отметины с моего лица сошли. Ребра уже почти не беспокоили. Правда, это не отменяло моего постоянного ношения эластичного корсета, который я позволяла себе снять только когда укладывалась спать. Возвращать его хозяевам я не собиралась ни под каким видом, экспроприировав в свою личную собственность.
Положа руку на сердце, мне нравилось время, проведенное мной в доме Крейдов. Митрис Найрин оказалась женщиной пусть и энергичной, а еще громкой и импульсивной, но при этом очень любящей, заботливой (пусть иногда через край, но ведь не со зла и от всей души) и располагающей к себе. Она не юлила, не строила из себя особу королевских кровей и была честным, открытым человеком. Из-за чего мне, время от времени, становилось стыдно перед ней за то, что скрываю, кем являюсь на самом деле. А еще с ней было интересно разговаривать и она много чего знала. Я даже начала понемногу склоняться к мысли, что в это семье меня не запрут с пяльцами в светлице, пока не подберут подходящего мужа, ну или что силком не потащат в храм на венчание с тем же Легрейтом. Во всяком случае со своей дочерью они так не поступили. Кроме всего прочего, мне ужасно не хотелось возвращаться к нищенскому существованию на улице. К хорошей жизни быстро привыкаешь. Но опять же, все это касалось только хозяйки. Ни хозяина, ни его сына все эти дни я опять не видела. А для того, чтобы принять окончательное решение, мне необходимо было еще и с ними пообщаться и посмотреть на них со стороны. То, что эту семью уважали, а не боялись все слуги в доме (за пределами я все еще не была), поэтому и работали последние не из-за нависшего над ними кнута, а по доброй воле стараясь угодить хозяевам, я уже поняла. Значит семья Крейдов вполне адекватная, без каких-либо извращений. Вот только мужская половина этого семейства, как всегда, была занята делами сутками напролет, уходя на службу пока мы еще спали и, возвращаясь, когда мы уже видели сны. Это в том случае, если они, вообще, возвращались домой. В последнем я не была так уж уверена. Теперь мне стало хорошо понятно желание митрис Найрин женить своего сына и обзавестись внуками. Ей, элементарно, скучно дома одной. А так хоть компания будет.
Но вот сегодня, в обед, нам предстояла новая встреча всего семейства и все потому, что вечером им всем необходимо было присутствовать на том самом мероприятии, которое обсуждалось во время нашего совместного ужина в прошлый раз. И я опять нервничала, смотря на свое отражение в зеркале. За эти несколько недель, что я провела в доме Крейдов, мои волосы стали длиннее, а щеки не то чтобы отъелись, но перестали быть впалыми. Спокойная сытая жизнь хорошо сказалась на моем общем состоянии. Больше не было синяков и темных кругов под широко открытыми глазами. Из-за чего последние стали казаться больше. Хорошо хоть наивности в них уже днем с огнем не сыщешь. Овал лица смягчился и появился здоровый румянец. Больше не выделяются скулы, ранее от голода обтянутые кожей. Я стала слишком похожа на девушку. Не уверена, что даже великоватая одежда с чужого плеча, как-то мне поможет. И если хозяйка дома, видя меня каждый день, могла и не заметить ту разительную перемену, что произошла со мной, то вот как отреагируют мужчины, было непонятно.
- Господин Женя, вас уже ждут в столовой.
Лоурен, как всегда, стоял с ничего не выражающим лицом, вежливо ожидая, когда я последую за ним. Быстро окинув меня внимательным, придирчивым взглядом, мужчина ободряюще мне улыбнулся, и, сделав шаг в сторону, выпустил из комнаты.
***
- Добрый день, митрис, алгемин, ард.
Переступив порог столовой, я поприветствовала всех присутствующих, поклонившись каждому из них по очереди.
- Женя?! Теперь хотя бы понятно твое нежелание, чтобы до тебя кто-то дотрагивался. Как ты, при такой миловидной внешности, вообще, умудрился выжить на улице в одиночку, не попав ни в один из домов терпимости?
Задавая вопрос, алгемин внимательно и как-то даже удивленно на меня посмотрел. Но получив от жены удар локтем вбок, тут же ойкнул и отвернулся. Ну да, военный он в любом мире остается военным. Редко кто из них страдает излишне развитым чувством такта. Легрейт также очень внимательно, я бы даже сказала напряженно, рассматривал меня. Ведь в нашу первую встречу мое лицо было покрыто ежедневно и тщательно наносимым слоем грязи, плюс непонятные лохмотья вместо одежды, плюс специфическая прическа, если так можно было назвать то кустистое, обрезанное неравномерно ножом нечто, что было на моей голове. В таком виде и мать родная никого не узнает, что уж там говорить про левого мужика, который видел тебя первый, и на тот раз я надеялась, что последний, раз. Но вот как жизнь сложилась.
- Что с руками?
Ну да, даже женщины снимают свои перчатки, приступая к еде, я же, садясь за стол, оставила новомодный бренд с обрезанными пальцами на руках.
- Грей!
Одернув сына, митрис Найрин знаком показала слугам, что можно приступать к подаче блюд. Но ард все равно продолжал сверлить мои кисти хмурым взглядом.
- Завтра приглашу лекаря, пусть осмотрит.
- Не стоит, - пряча руки под стол, я бросила недовольный взгляд на сидящего справа от меня Легрейта, - в данном случае он не поможет.
В ответ тот только сжал сильнее зубы, так что на его скулах заиграли желваки. Мне повезло, что в этот момент мужчину отвлек слуга, подошедший к нему, чтобы предложить выбор первой смены блюд. Приступая к обеду, я в который раз порадовалась тому, что в этом мире, в отличие от нашего, не заморачиваются огромным количеством столовых приборов. Вилки, тарелки и ложки отличались только размером. Большие для первых блюд, средние для вторых и салатов и маленькие для десертов. У вилок по три зубца, у всех. Благодаря всему этому, я хотя бы не так неуверенно чувствовала себя за общим столом. Все же есть в большой компании я давно отвыкла. Вот только еще бы здесь было правило, которому меня некогда учила постоянно мама, про то, что когда я ем, то глух и нем. Но нет, здесь как раз все наоборот. А жаль. Легрейд опять привлек к себе общее внимание, начав задавать мне вопросы.
- Мама сказала, что ранее ты уже проходил обучение там, где родился и обладаешь кое-какими знаниями.
- Да.
Ард явно ждал, что я продолжу рассказывать о себе дальше, но вместо этого, откусив кусок хлеба, я стала демонстративно его жевать. Зато митрис не стала молчать и тут же принялась меня нахваливать.
- У Жени оказались необычно широкие и интересные познания в математике и естественных науках. По-видимому, у них там очень хорошая общая школа, раз детям в его возрасте так глубоко дают эти предметы. И как он мне объяснил, это среднее, непрофильное образование. Всего лишь основа, закладываемая до выбора будущей профессии. И ведь за годы проведенные на улице, он ничего не забыл. Что не может ни радовать.
- Общая школа?
Сидящий рядом со мной мужчина окидывал меня хмурым, оценивающим взглядом.
- Да, как оказывается, Женю обучали не дома частные учителя, а он посещал школу. Мальчик говорит, на его родине это обычная практика. Необычно. Правда? У нас все наоборот. Сначала домашнее обучение, а после уже дети поступают в академии.
И только я было обрадовалась, что несмотря на то, что обсуждают именно меня, сам разговор обходится без моего личного участия, как следующий вопрос предназначался именно мне.
- Так ты из обеспеченной семьи, раз твои родители смогли дать тебе хорошее образование?
Спрашивая, Легрейт следил за мной задумчивым взглядом. Понимая, что если начну юлить или отводить глаза в сторону, этим вызову только дополнительные вопросы и подозрения, посмотрела уверенно арду в глаза.
- Нет, скорее у нас была семья среднего достатка. Во всяком случае, пока были живы родители. После их смерти меня забрала бабушка и тогда достаток упал.
- И других родственников у тебя не было?
Мне очень хотелось сказать, что нет. Дядю я родственником не считала. Скорее вороном, который ждал своего часа, чтобы накинуться и растерзать свою жертву. Вот только сомневаюсь, что артефакт правды будет реагировать на такие нюансы. Ведь для него есть только да или нет, черное или белое.
- Был, дядя. Но его интересовал не я, а только то, что досталось мне в наследство. Поэтому бабушка, пока была жива, как могла защищала меня, а после того как она умерла, пришлось о себе заботиться самостоятельно.
- Так дядя все же есть?
Сощурившись, Легрейд сканировал меня таким взглядом, как будто подозревал во всех смертных грехах мира. В ответ не смогла удержаться от саркастической ухмылки.
- Был.
Вот только ард не удовлетворился тем, что услышал и продолжил свой допрос.
- То есть, хочешь сказать, что он также уже умер?
Это же надо быть таким подозрительным и дотошным. Более не сдерживаясь, я улыбнулась ему во все свои тридцать два.
- Хочу сказать, что в этом мире у меня нет ни одного живого единокровного родственника.
Услышав ответ, мой собеседник еще несколько мгновений сканировал меня придирчивым и почему-то недовольным взглядом. Неужели я ему в его доме так надоела, что он уже ищет, кому бы меня спихнуть? Или как еще понимать этот недоверчивый взор сощуренных серых глаз.
- Грей, ты не на работе. Оставь ребенка в покое и дай ему спокойно поесть. Он не твой подозреваемый.
- Зато он мой подопечный, который живет у нас уже несколько недель, но мы о нем до сих пор так ничего и не знаем.
Теперь к разговору присоединился и алгемин. И ведь их требование по поводу того, чтобы я рассказала о себе хоть что-то, можно понять. Вот только я все еще не была готова это делать. Если к митрис Крейд у меня уже появилось что-то вроде доверия, так как я с ней ежедневно общаюсь, благодаря чему более-менее узнала как человека, то эти двое для меня все еще темные лошадки. Я понятия не имею, как они отреагируют на мое признание и как поведут себя после этого. При этом на кону стоит если и не моя жизнь, то уж точно мои свобода и независимость. Готова ли я рискнуть? Нет, не готова. Слишком часто меня жизнь била, чтобы подставляться щеку еще раз. Как-то мимо меня прошли христианские постулаты. Надеяться на удачу или на авось я также не собиралась. А это значит, что мой короткий отпуск закончился. Ну что же, поправила здоровье и хватит, пора и честь знать.
А ведь все смотрят и ждут, что я скажу. При этом говорить-то тут особо не о чем. Разве что попрощаться. Что я и собиралась сделать.
Отложив столовые приборы в сторону, я медленно встала, склонив в вежливом поклоне голову.
- Благодарю за чудесный обед и теплое гостеприимство, но, пожалуй, мне уже пора и честь знать.
Дойти мне дали только до двери столовой, но поняв, что я серьезно намерена уйти остановили, начав разговор.
- Женя, ты же не так прост, как пытаешься казаться, - я обернулась, чтобы посмотреть на обратившегося ко мне алгемина. Мужчина смотрел на меня уставшим, мудрым взглядом, - и понимаешь, что ничего не зная о тебе, мы не сможем тебя защитить. Сейчас на тебя права предъявляет некий Вико Слем, завтра появится еще кто-то. Сегодня нам удалось отстоять тебя, но что будет в будущем только боги знают. Ты необычный парень и этой необычностью многих заинтересовал. Признаю, в этом есть часть нашей вины, но всю жизнь убегать не получится. Да и не убежишь от себя. Мы не прогоняем тебя и не хотим, чтобы ты уходил. Но бороться за твое будущее, без твоей помощи, нам будет сложно. Но мы все равно готовы. Так как ты нам стал небезразличен. Но сколько бы мы ни прилагали усилий, рано или поздно проиграем. Чего-то добиться нам получится только общими усилиями. Только сообща. Только вместе. Ты это понимаешь?
Услышав вопрос, я не смогла удержаться от грустной ухмылки. В том-то и дело, что я все понимала. А особенно то, как все усложнилось. А ведь пока обо мне никто не знал, пусть и жилось мне тяжело, но все же более-менее спокойно. Да, были своих сложности и нюансы, но они не были столь глобальными.
Обведя столовую задумчивым взглядом, остановила его на Райлете Крейде.
- Я все понимаю, но сейчас еще не готов рассказывать ни о себе, ни о своем прошлом.
Услышав мой ответ, мужчина кивнул, принимая его.
- Хорошо. Мы не будем тебя подгонять. Я понимаю, после жизни на улице и того, что тебе пришлось пережить, тяжело начать доверять посторонним людям. Но я надеюсь, рано или поздно, мы твое доверие заслужим.
Я еще раз обвела всех присутствующих внимательным взглядом. В глазах митрис Найрин стояли слезы, ард, слегка хмурясь, следил за мной серьезным, задумчивым взглядом, алгемин же, откинувшись на спинку своего стула, улыбался мне печальной, понимающей улыбкой. Скорее всего, именно в этот момент я все же решила им все рассказать, вот только судьба распорядилась иначе. Постучав и получив разрешений, в столовую вошел Диксон.
- С визитом прибыл эрон* (прямой наследник приграничного герцогства) Кивас Сардс.
Услышав имя гостя, хозяйка дома тут же радостно поднялась на ноги.
- Проси, конечно. И поставьте еще один прибор.
Я понятия не имела кто такой Кивас Сардс, но благодаря недавно прочитанным книгам имела представление, какое место в обществе занимают эроны. Это была некогда отошедшая от королевского рода младшая ветвь, которой принадлежала довольная большая территория материка с несколькими прилегающими к ней островами, на границе между Ниадерским королевством и шааторатом.
Так как к новым знакомствам я сейчас была несколько не предрасположена, то пока гость не зашел, решила сбежать, но не получилось. Оказалось, что молодой человек уже стоял за дверью столовой и только ждал, когда хозяевам доложат о его визите. Мало того, Найрин Крейд еще толком и не успела отдать необходимые распоряжения слугам, как мужчина уже вошел и первым делом подойдя к хозяйке, склонился перед ней в вежливом поклоне.
- Митрис Крейд, вы с каждым днем все хорошеете. Надеюсь, когда-нибудь, вы поделитесь со мной секретом вашей вечной красоты и молодости. А то уже вскоре он мне очень даже пригодится.
Весело рассмеявшись, Найрин протянула руку молодому человеку руку, которую тот тут же поцеловал.
Окинув быстрым взглядом вновь прибывшего, я первым делом отметила армейскую выправку и четкость в каждом выверенном движении. А еще строгий элегантный костюм, больше похожий на военную форму, чем на светскую одежду для похода по гостям. Стройную, подтянутую фигуру и пусть веселый, но при этом цепкий взгляд карих глаз, пробежавшийся по всем присутствующим. И кто же ты такой, незваный визитер?
- Не говорите глупостей, Кивас, в вашем ли возрасте сетовать на приближающуюся старость. Вы с нами пообедаете?
- Как можно отказаться от столь щедрого предложения? - продолжая радостно улыбаться, гость поклонился сначала алгемину, а после подмигнул арду. Судя по всему, с последним они если и не друзья, то точно хорошие приятели. - У вас же по-прежнему поваром служит Олвер По?
- Конечно.
Присаживаясь за стол, мужчина показушно втянул в себя аромат, витающий в столовой.
- А ведь я его не единожды пытался переманить к себе, и насколько знаю, не я один. Блюда, вышедшие из-под ножа вашего шеф-повара, божественно прекрасны. Чем вы его так подкупили, что он не желает ни за какие деньги менять хозяев?
Дожидаться ответа на вопрос я не собиралась и уже было скользнула к двери, чтобы незаметно покинуть столовую, когда очередной вопрос заставил меня раздраженно замереть на месте, недовольно поджав губы.
- А это тот молодой человек, который спас самого арда Крейда?
Как интересно. А я думала, о произошедшем неприятном инциденте, когда Легрейту пришлось обращаться за помощью к беспризорнику, никому известно не будет. А тут такая неожиданность. Только бы еще узнать, что именно входит в легенду о спасении главы департамента уголовного розыска.
Так как обсуждать начали именно меня, незаметно уйти уже возможности не было. Обернувшись к вновь прибывшему, я поклонилась ему, продолжая стоять у двери и надеясь, что меня все же отпустят к себе в комнату.
- Это Женя и да, он именно тот, кто мне тогда помог.
В голосе арда мелькнуло раздражение. По-видимому, он, впрочем как и я, не горел желанием обсуждать данную тему.
- Знаешь, Легрейт, а я и не думал, что парень окажется настолько молод. Чего же вы стоите в дверях, молодой человек, присаживайтесь за стол. Советую отведать рыбу. Она особенно хорошо получается у Олвера. Жаль, Легрейт, у тебя нет еще одной сестры. Я бы на ней женился только за возможность чаще обедать в этом доме.
Выбора у меня не было. Просьба эрона приравнивалась почти к приказу. Ее нельзя было проигнорировать, если не хочешь навлечь на себя или свою семью гнев высшей аристократии. Даже если эта просьба была произнесена в такой дружественной обстановке.
- Не говори глупостей Кивас, ты же знаешь, мы всегда рады тебя видеть у нас.
Улыбнувшись благосклонно гостю, хозяйка дома кивнула слугам, чтобы те ему подали именно то блюдо, о котором он говорил.
- Кстати, насчет радости, - наблюдая за тем, как его приятель приступает к так полюбившейся ему рыбе, ард свою тарелку наоборот отодвинул, подавая знак слугам долить ему в бокал вина, - чем мы обязаны твоему сегодняшнему визиту?
- А вариант с соскучился не проходит?
Судя по тому как ловко эрон справлялся с едой, рыба ему действительно очень понравилась. Ну, или он был очень голодный. Очень-очень. Нет, повар в доме Крейдов действительно мастер своего дела, вот только сейчас мне кусок в горло не лез, так как я уже не единожды ловила на себе заинтересованный взор Киваса Сардса.
Скептический взгляд Легрейта открытым текстом говорил, что последний не верит своему приятелю и ждет от того объяснений. И тот не заставил себя долго ждать.
- В этом году ты пропустил весь сезон смотрин. Девушки готовились-готовились, а ты так ни на одном балу и не появился.
Саркастическая ухмылка, мелькнувшая на губах арда, прямым текстом рассказала все то, что он думает по поводу услышанного и о тех самых дамах, так жаждущих его присутствия на званных вечерах. Прозвучавшие после слова, только подтвердили мои выводы.
- Думаю эти самые девушки не очень-то расстроились и быстро нашли того, кто их смог утешить.
- Другие, возможно, и нашли, но вот моя сестра и матушка очень даже рассчитывают заполучить тебя на свой сегодняшний вечер. И не только на вечер. Мне же поручено проследить, чтобы так это и было. Ты же принял приглашение. Да и Его Величество будет на балу. Так что твое присутствие обязательно и обсуждению не подлежит.
Несмотря на то, что тон говорившего по-прежнему был шуточный, взгляд его в какой-то момент, ненадолго поменялся и стал очень даже серьезным. Не следи я за мужчиной и этой перемены не заметила бы.
- Я своего слова никогда не нарушал. Раз обещал, значит буду. Так что можешь успокоить своих дам, конвоир на сегодняшний вечер мне не нужен. Я и так к ним приду, без дополнительного сопровождения.
Отвечая, Легрейт раздраженно сжал салфетку и резко откинул ее в сторону на край стола. Последнее не осталось незамеченным слугами. Убрав, они тут же вернулись на свои места под стеной в ожидании дальнейших приказов.
- При чем здесь конвоир? - с аппетитом поглощая уже третью порцию все той же рыбы, Кивас Сардс, обреченно вздохнул. - Ты представляешь, что сейчас творится в нашем особняке? - неожиданно эрон состроил многострадальную гримасу, принявшись смешно хлопать ресницами, явно кого-то передразнивая тоненьким голоском. - Кивас, эта такая честь, закрывать сезон и принимать у себя на балу Его Величество. Это событие будет обсуждаться всеми еще все следующие полгода, пока не начнется период Новогодних празднеств.
Я с трудом сдержалась, чтобы громко не рассмеяться. Судя по всему, несмотря на высокое положение, этот Сардс был неплохим и веселым парнем.
- И ваша сестра права, - в разговор вмешалась митрис, осуждающе при этом покачивая головой. - Закрывать сезон - это действительно большая честь, как и принимать в своем доме Его Величество. Поэтому, каким бы ни был этот бал, его будут обсуждать следующие несколько месяцев.
- Так, а я разве спорю? Мало того, я еще и помогаю, чем могу. Вот пришел лично за Легрейтом, чтобы доставить его в наш особняк в целости и сохранности. Ведь его так жаждет лицезреть все аристократическое общество. Ну, или во всяком случае, его женская половина. А самое главное, я не мешаю и не мозолю глаза ни матери, ни сестре. И скажите, что я неправ?
Интересно, а в этом мире есть такая нация как евреи? Если и нет, то этот Кивас будет их первым представителем и родоначальником. Я все же не удержалась от усмешки и это не осталось незамеченным.
- Кстати, алгемин Крейд, а вы возьмете на бал своего протеже? Думаю, он не останется без внимания и как раз сможет отвлечь на себя от Легрейта более юную часть наших гостей. Извини, дорогой друг, но я в этом деле теперь пасс. Моя участь уже предрешена и вскоре будет объявлено во всеуслышание о моей помолвке.
- Нет, Женя остается дома. Он еще недостаточно окреп, чтобы противостоять нашим милым дамам, - тут же отмел мое участие в будущем представлении ард, за что я ему была несказанно благодарна. А то мало ли. - И кто же та несчастная, на кого упал твой взор?
- Ах, если бы мой, - горестно вздохнув, Сардс, тут же усмехнулся мальчишеской улыбкой, - но жаловаться не буду, нандири Лейризель довольно мила и недурна собой.
- О, ты имеешь в виду Лейризель Джалли, дочь шаатара Гонри Джалли?
- Да. За нее отдают неплохой архипелаг. Как только эта группа островов войдет в состав Ниадерского королевства, мы сразу же разместим там наш флот, благодаря чему полностью перекроем проход к нашим землям для пиратов со стороны Южно-Астийского моря.
И опять взгляд эрона стал серьезным. Судя по всему, несмотря на всю его улыбчивость и веселость, этот мужчина не так уж и прост. Очень даже непрост.
Обед длился еще минут двадцать, после чего все перешли в малую гостиную, где за расслабленной болтовней ни о чем, провели еще около получаса и только тогда я смогла уйти к себе, сославшись на необходимость заниматься.
В этот вечер дом был полностью в моем распоряжении. Ведь хозяева уехали на бал и должны были вернуться ближе к середине ночи, а то и под утро. Обложившись книгами, я просидела так до темноты. Ужин принесли ко мне в комнату. Я бы и на кухне поела, но Лоурен сказал, что это неприемлемо для господ. Хотя, какой я им господин. Но правила нарушать не стала.
Хорошо зная выданные распоряжения Крейдами моему камердинеру, к полуночи, когда он зашел выключить свет, я уже лежала в кровати. Пожелав мне спокойной ночи, слуга, потушив светильники, погрузил комнату в темноту и выйдя, оставил меня одну. Такой вроде бы простой, но уже ставший привычным ритуал, вселял уверенность в завтрашнем дне. Что проснувшись утром от стука в дверь, я открою глаза, умоюсь, оденусь, плотно позавтракаю, после чего встречусь с митрис и мы опять засядем за учебники. И ни надо никуда бежать и прятаться, думать где достать кусок хлеба или новую одежду, так как предыдущая порвалась или наступил сезон холодов, и ты в том, что на тебе надето, замерзаешь до синевы. Не надо лезть в логово бандитов, потому что нет больше денег, чтобы купить средство от блох и ты опять чешешься, как бездомная собака с помойки.
Вот только в этот раз разбудили меня, когда вокруг все еще господствовала ночь и не стуком в дверь, а аккуратно тряся за плечо.
- Господин. Господин Женя. Проснитесь.
Открыв глаза, я слепо пялилась на тень, нависающую надо мной.
- Диксон, что-то случилось?
- Вам надо бежать, немедленно.
- Что?
Я непонимающе уставилась на слугу в ожидании хоть каких-то объяснений.
- В дом проникли чужие. Они обыскивают все гостевые комнаты. Думаю они именно вас ищут. Но так как не знают где ваши комнаты, то рыщут по всему особняку. Все слуги и стражи под заклинанием сна, поэтому ничем нам помочь не смогут. Придется самим выбираться из дома и звать на помощь. Одевайтесь.
Почувствовав, как мне в руки всунули какие-то вещи, я автоматически вцепилась в них обеими руками, одновременно с этим прислушиваясь к тишине, царящей в доме. Ничего не услышав, я опять обернулась к тени, стоящей рядом со мной.
- Диксон, а вы почему не спите?
Не то чтобы я не поверила дворецкому, но... блин, да, не поверила ему. Потому что все это как-то странно выглядит.
- Потому, что у меня природная невосприимчивость к ментальной магии. Точнее, я сам когда-то был таким магом, но перегорел. А вот невосприимчивость осталась. Ну же.
И тут я услышала вдали коридора легкий скрип половиц. В тишине дома эти звуки разносились со скоростью сигнальной системы, оповещая присутствующих о наличие незваных гостей. Свои бы не крались.
- Они уже на втором этаже. Ну же, нандири, быстрее.
Услышав обращение, я дернулась в сторону как от прямого удара в челюсть. Ведь нандири - это обращение к незамужней девушке. Что-то вроде мадмуазель. Во рту у меня сразу же пересохло. Но я все равно хрипло переспросила.
- Нандири?
- У меня три дочери. Пусть и не сразу, но я догадался, кто вы.
В голосе дворецкого послышалась непривычная теплота.
- И?
Мне было важно, рассказал ли он кому-то о своих подозрениях, или попридержал при себе.
- Если вы думаете, что я рассказал кому-то о вас, то нет. У всех у нас есть свои тайны. Но в данном случае, когда ищут парня, вам все же лучше надеть форму служанки.
Я не понимала, что происходит и так ли велика опасность, как о ней говорит Диксон. Ведь вполне возможно, что в дом пробрались обычные воры и еще не факт, что ищут они именно меня, а не какие-то драгоценности или ценные артефакты. Да и неизвестно точно, действительно ли остальные слуги спят. Или, вполне возможен вариант, что по дому крадутся никакие не воры, а кто-то специально разыгрывает для меня здесь спектакль. Все может быть. Но не стоит сразу же отметать и возможность того, что все именно так, как говорит дворецкий. Ладно, разбираться буду по ходу дела.
Конечно же мне хотелось задать мажордому множество вопросов, но понимая, что сейчас для этого было не самое лучшее время, я принялась быстро одеваться.
Многолетняя привычка быть всегда и в любой момент готовой к любой неприятности, давно меня приучила спать в одежде. И даже живя уже которую неделю в спокойной обстановке, я не позволяла себе расслабиться. А ведь судя по происходящему, получается, что не зря.
Не желая быть пойманной на горячем с поличным, эластичный корсет и полуперчатки я снимала только тогда, когда купалась, все остальное время, и днем и ночью, они были на мне. Да и дышалось, а также двигалось в корсете, пока ребра не зажили, гораздо легче и менее болезненно. Поверх корсета всегда была надета белая рубаха из ткани наподобие хлопка, а на ногах подштанники. Последняя деталь моего гардероба, первое время, вызывала у меня улыбку. А потом ничего, привыкла. Поэтому сейчас мне достаточно было просто натянуть брюки, чтобы быть готовой к неожиданному побегу. Уже поверх всего этого я надела платье, после чего, взяв в руки ботинки с всунутыми в них носками, всем своим видом показала, что готова следовать за дворецким. Как бы там ни было, а дом он знал гораздо лучше меня. Тихо и незаметно самой мне из него не выбраться.
Окинув меня быстрым удовлетворенным взглядом, пожилой мужчина тут же скользнул тихой тенью к двери. А ведь он уже давно немолод , но старые навыки, судя по всему, не утерял. Сейчас я точно видела, что да, служил и скорее всего, долго. Раз спустя столько лет, все еще может двигаться столь легко и тихо. Думать, где, для чего и при каких обстоятельствах были им приобретены такие навыки, не хотелось.
Застыв у приоткрытой двери, мы оба прислушались к происходящему в коридоре. Те, кто рыскал по дому, делали это в полной темноте, не решаясь подсвечивать себе окружающее пространство, из-за чего, не зная обстановки в доме, они постоянно натыкались на детали интерьера, производя легкий шум. Это значит, неизвестные скорее боялись, что их заметят снаружи, чем переживали побеспокоить кого-то живущего в особняке. Значит все же Диксон в одном уж точно не соврал. А именно в том, что все слуги и охрана спят. Думать о том, что служащие в особняке могли не слышать ничего по другой, очень нехорошей причине, мне не хотелось. Так что буду считать, что да, они спят.
Судя по глухому удару и последовавшей за ним тихой ругани, раздавшейся из коридора, незваные гости были уже совсем рядом. Еще две-три комнаты и они заглянут ко мне. И тогда... о возможных вариантах развития событий думать не хотелось.
Мы ждали, но вот послышался тихий звук закрывающихся дверей и тогда у нас появилась возможность выскользнуть в коридор. Времени дойти до лестницы вниз не так уж и много. Это я молчу о том, что там могут нас поджидать дружки тех, кто обыскивает второй этаж.
- Направо, - тихий шепот и легкий толчок в плечо подсказал мне, что надо повернуть в сторону спуска для слуг. Узкая каменная лестница, спиралью идущая вниз, была обжигающе холодной для моих босых ступней, которые всего несколько минут назад,. спокойно нежились под теплым одеялом в кровати. Вот только это последнее, на что я обращала внимание. Замерев на последней ступеньке, мы опять прислушались. Ночная темнота не позволяла ничего рассмотреть вокруг. Но благодаря тому, что в служебной части дома на стенах не висели картины, а на полу не стояли вазы и другие предметы декора, шанс произвести шум и привлечь этим к себе внимание, у нас был минимальный. Вот только последнее играло на руку не только нам.
Вел меня Диксон не к центральному входу в дом и даже не к выходу для слуг. Держа за руку и указывая таким образом путь, дворецкий неслышным шагом скользнул из коридора на кухню, после чего мы спустились еще по одной лестнице в полуподвальное помещение. Судя по тому, что моим босым ступням стало еще холоднее, это было подсобное помещение для хранения продуктов. Еще не ледник для заморозки, но все равно тут явно было не больше пяти - шести градусов тепла.
Ведя меня за руку, слуга помогал мне обходить корзины с овощами и фруктами, а также полки и стеллажи с разного рода заготовками, не натыкаясь на них. Не знаю, как он в этой кромешной темноте что-то видел, но я не наткнулась и не разбила с грохотом и шумом ни одной тары. И вот мы уже у двери. Кроме нашего дыхания вокруг ничего больше не слышно. Но мы не торопимся, прислушиваемся. Отсюда кажется, что в доме все спокойно, хотелось бы, чтобы так было на самом деле.
Почувствовав, как мне что-то вкладывают в руку, я напряглась. Но Диксон тут же зашептал быстро и успокаивающе на ухо.
- Дом накрыли пологом тишины, из-за чего я не могу ни связаться с хозяевами, ни вызвать полицию. Это артефакт связи. Достаточно будет выйти за калитку и тогда уже можно будет связаться с алгемином...
Дослушивать я не стала и перебив на полуслове старика, зашептала в ответ.
- Я не смогу никого вызвать. Артефакты в моих руках не работают.
- Знаю. Если не встретите стражу по дороге, то беги по улице вниз. Буквально в двух кварталах от нас есть гостиница " Ари Нье Пале". Они работают круглосуточно. Попросите там кого-то сделать вызов.
И тут я сообразила, что дворецкий не собирается идти со мной.
- А как же вы? Не проще было бы нам вместе дойти до ворот и там позвать на помощь?
Интуитивно я поняла, что старик качает головой.
- Во-первых, быстро такое расстояние я не пройду и буду тебя только задерживать. А во-вторых, личная горничная госпожи Найрин моя внучка. Я не могу ее оставить в беспомощном состоянии с этими. Поспеши, девочка.
Просьба слуги слилась с тихим щелчком от открывающейся замка. Вот только еще до того как открылась дверь, в подвале резко зажегся свет.
- И куда это вы собрались?
Рассмотреть, кто это в подсобном помещении появился такой любопытный, я не успела. Резко распахнув дверь, Диксон одним движением вытолкал меня на улицу и тут же захлопнул ее назад. Щелчок и я понимаю, что при всем желании внутрь не попаду. Да и надо ли? Старик сделал все, чтобы дать мне хоть небольшую фору по времени. Более не задерживаясь, я побежала через слабо освещенную аллею вперед. Где-то там должна быть небольшая калитка, служащая отдельным входом для слуг. До центральных ворот было значительно дольше добираться.
Запнулась я, только услышав глухой удар чем-то тяжелым в закрытую дверь. Испуганно оглянувшись назад и ничего особенного не заметив, я припустилась бежать с еще большей скоростью, сжимая в одной руке ботинки, а во второй артефакт. Моим единственным желанием было успеть. То, что дворецкому не поздоровится и так было понятно, тут главное чтобы он выжил. А это уже зависит от скорости, с которой я смогу вызвать помощь.
Ну вот зачем делать такие большие сады? Сжав зубы и не обращая внимание на горящие от недостатка кислорода легкие, я летела вперед, понимая, что и Диксона, и других работающих в доме Крейдов людей сейчас спасет только моя скорость. Поэтому и не смогла остановиться, когда передо мной неожиданно распахнулся портал и оттуда вышел незнакомец.
- Ай-яй-яй, Шеймус Слем . Неужели тебя не учили, что невежливо убегать, когда с тобой разговаривают старшие?
***
Тяжело дыша, я отступила на несколько шагов назад. Судя по внимательно следившему за моим передвижением магом, бежать вот прямо сейчас смысла не было. Да и для того, чтобы начать новый марафон, мне нужна была передышка. Поэтому, согнувшись и упершись руками в колени, я все же попыталась возразить.
- Извините, но вы ошиблись. Я не Шеймус Слем.
Сделав еще несколько глубоких вдохов, я параллельно постаралась осмотреться. Кроме нас двоих рядом больше никого не было. Вокруг темнел сад, где вполне можно было спрятаться, а позади незнакомца, буквально метрах в двадцати виднелась калитка. Ее хорошо освещали фонари с улицы. Но туда лучше не соваться. По прямой могу и не успеть добежать. А ведь ее еще надо будет открыть, а я понятия не имею, что там за замок.
Я еще одним внимательным взглядом окинула мужчину. По нему видно, что ему знакомо понятие физические нагрузки, но все же уже имелся и лишний вес. Так что у меня вполне был шанс убежать. Не по прямой, но все же. А там перелезу через забор и пиши-прощай. Главное, сбежать. А там меня уже не найти. Это же маг. А такие как он ищут и ловят с помощью магии. А последняя меня не видит и не удержит. Так что будет он искать себе до посинения своего Шеймуса. Главное, чтобы никаких собак не притащили. В последнем я очень даже сомневалась.
- Я не ошибся, малыш,- мужчина, возраст которого, на первый взгляд, где-то перевалил за сорок, смотрел на меня как на несмышленыша. Хотя, вполне возможно, что таким он меня и считал. Вот и вешает мне лапшу на уши. - Именно так тебя звать. Несколько месяцев назад, твои родители погибли. Скорее всего, ты видел как это произошло. Вот только твой мозг не хочет это воспоминать. Или ему кто-то помог все забыть, чтобы воспользоваться твоей доверчивостью. Из-за чего ты считаешь себя совершенно другим человеком, не помня кем являешься на самом деле.
С сомнением посмотрев на странного незнакомца, я стала мысленно прикидывать, кого он пытается обмануть, меня или себя? То, что мужчина прекрасно знает, что я не этот парнишка, именем которого он меня назвал, была уверена на все сто процентов. Достаточно было взглянуть в хитрющие глаза мага. Благо свет от портала который он все еще не закрыл, позволял хорошо рассмотреть странного типа. Значит, весь этот спектакль разыгрывается для одного зрителя. Неужто для меня? Осталось только разобраться, зачем это ему надо?
Но как бы там ни было, я решила все же еще раз попробовать настоять на своем. А вдруг прокатит. Попав в этот мир, я стала верить в чудеса.
- Вы ошибаетесь. Я отлично помню свое детство, так же как и своих родителей. Поэтому могу вас со всей уверенностью заверить, что никаких Слемов не знаю.
Я, конечно же, могла ему еще одно доказательство привести в свою защиту, что я не Шеймус, и против него ничего нельзя было бы противопоставить. Вот только, что-то мне подсказывает, что такой мелочью, как небольшая ошибочка в половой принадлежности меня любимой, его не смутить. Да и не стоит вываливать перед противником сразу же все козыри.
- Имеешь, мой мальчик. Самое прямое. Это я тебе как твой дядюшка Вико говорю.
Помнится, в той бумаженции которую не так давно читала, говорилось, что Вико Слем это сельский житель. Я окинула скептическим взглядом мага. Кто-кто, а он был похож на крестьянина, пусть и на обеспеченного, как я на королеву Англии. Ага, прям один в один, почти брат близнец. Ладно, я все же решила идти ва-банк.
- Какой же я вам мальчик, дядечка? Или вы уже настолько стары стали, что ничего не видите?
Задавая вопросы, я выпрямилась и даже стала разглаживать складки на своем платье.
- Знаешь, Шеймус, а так даже будет лучше, если ты некоторое время побудешь в этом наряде. Но на будущее дам тебе несколько советов. Во-первых, ни одна нандири не будет отрезать себе волосы, так что советую приобрести парик. Во-вторых, они даже в самых экстремальных ситуациях стараются выглядеть аккуратно и не покинут своей комнаты, будучи растрепанными. И последнее, хотя, по-хорошему, это надо было назвать первым, у девушек твоего возраста уже есть какая-никакая грудь. Так что в следующий раз подкладывай что-то под платье. И чем больше там будет размер, тем выше шанс, что все же тебя примут за нандири. А то даже несмотря на твое миловидное личико, любой внимательный мужчина поймет, что перед ним переодетый мальчик. Двигаться надо плавнее, речь сделать мягче и неувереннее. Да и слишком уж ты нагло смотришь в глаза. Девушка на твоем месте, разговаривая с незнакомцем, опустила бы взгляд на землю и нервно теребила бы подол платья. А столь неумелая игра нормально воспринимается только в театре, но никак не на улице. Здесь это может стоит тебе жизни.
Говоря последнее нравоучение, маг веселился от души. Я же, судя по жару опалившему мои щеки, стояла перед ним краснея, как последняя дура. Вот первый раз кому-то призналась, что девушка и меня высмеяли. Нет, я могла бы снять корсет и показать, что там все же что-то есть, пусть не такого выдающегося размера, или задрать юбку и доказать, насколько этот гад ошибается. Но нужно ли это делать, вот в чем вопрос. Вместо этого, отметив что незнакомец расслабился, я приготовилась бежать.
Бросившись в сторону ближайших кустов, задрав юбку до талии, я сиганула через метровую растительность и потом принялась петлять между деревьев, статуй, фонтанов, всевозможных клумб и беседок. Как только мне показалось, что я оторвалась от преследователя, то замерла, переводя дыхание. Ничего, и не от таких уродов уходила. Вот только жаль местность не знаю. Но, вроде бы, у меня и так все получилось.
Вжавшись в шершавый ствол какого-то дерева, я принялась прислушиваться к звукам ночного сада. Вокруг опять была тишина. Ни со стороны особняка, ни со стороны улицы не было ни слышно, ни видно ничего подозрительного.
Продолжая внимательно прислушиваться к происходящему рядом, я села на траву, чтобы обуться. Мне нужны были свободные руки, чтобы потом перелезть через забор. К воротам или калитке идти я больше не собиралась, как, впрочем и появляться на любом открытом или освещенном пространстве.
Взглянув на зажатый в руке артефакт связи, я стала думать куда бы мне его пристроить. Первой мыслью было в карман брюк, но девушки, они такие девушки, и я не исключение, поэтому небольшой кругляш в виде медальона был помещен за край корсета на груди.
Я уже было направилась к стене, когда метрах в пятидесяти от меня появилось очередное сияние портала. Да как же он меня находит? Или это случайность? Затаившись в кустах, я стала ждать, что будет дальше. А дальше вновь появился уже знакомый мне маг. Вот только появился он не один. По воздуху , где-то в метре над землей плыло выгнутое от боли в дугу тело Диксона.
- Шеймус, где ты, мальчик мой? Ты же не оставишь своего верного слугу в беде? Ему очень-очень больно. И если ты не появишься, то скоро старик умрет. И вся вина за это ляжет на твою душу.
В подтверждение произнесенных слов, по телу дворецкого прошла волна боли и его изогнуло просто под невероятным углом, после чего по саду пронесся душераздирающий стон.
- Тебе не жалко старика? А ведь он, рискуя жизнью, спасал тебя. Вот как ты ему заплатил за это.
И опять проплывающее по воздуху тело изогнулось. Диксона корежило. Из его носа и ушей шла кровь, а рот был покрыт пеной.
Маг не знал где я. Он просто шел по аллее, поглядывая по сторонам и управляя потоками силы, мучащими несчастного слугу. Я не знала что мне делать. С одной стороны, умом понимаю, что дворецкий долго не протянет и вскоре умрет в жутких мучениях, а с другой, если мне удастся все же позвать на помощь, то я смогу спасти остальных живущих и работающих в доме Крейдов людей. А их там было несколько десятков.
- Шеймус, обещаю, как только ты отправишься со мной, мучения старика прекратятся и мы тут же покинем особняк. Все чего я хочу, так это того, чтобы наша семья воссоединилась. Ты же понимаешь, здесь тебе не место. Никогда аристократическое общество не примет тебя как своего. Они всегда будут помнить, что ты пришел к ним с улицы и не единожды упрекнут тебя этим. Оно тебе надо? Я же обещаю тебе дать такие знания и умения, что все будут уважать тебя за то, кто ты есть. Никто никогда не попрекнет тебя твоим происхождением. Они обманули тебя, мой мальчик. Сейчас приласкав, немногим позже заставят работать на корону. Корону, которая довела тебя до улицы. Корону, которая оставила тебя умирать без семьи и крова. Корону, которая тебя и за человека считать не будет. Для которой ты никто, разве что винтик в двигателе системы, которым в любой момент можно без сожаления пожертвовать или заменить на другой, такой же. С ними ты никогда не будешь принадлежать себе. Они никогда не забудут, где тебя подобрали и заставят платить, с грабительскими процентами, за каждую краюху хлеба которую ты съел, за каждую крупицу знания, за каждую секунду, проведенную в их элитном обществе. Смотри, они до сих пор не оформили на тебя нормально опеку.
Продолжая мучить извивающего и стонущего от боли старика, маг достал какой-то свиток. Что там, я разглядеть с такого расстояния не могла, но подозреваю, что это королевское разрешение на мою опеку. И ведь именно из-за меня там не написана фамилия и документ не заполнен как положено.
Жуткая парочка удалялась от того места, где я пряталась. Мне было жаль старика, но сейчас все же правильнее пожертвовать одним, чтобы спасти остальных. Не знаю, какие у бандитов планы на спящих слуг, но в любом случае, рисковать их жизнями было нельзя.
Верить на слово магу я не собиралась. Тот, кто так хладнокровно издевается над человеком, вряд ли очень уж щепетилен в делах чести. Скорее всего, он полноправный хозяин своего слова. Захотел, дал — захотел, забрал. Знала я таких.
Бросив последний, полный сожаления взгляд на Диксона, я поспешила к стене, отделяющей сад от города. Последняя была высотой метра три и густо оплетена каким-то вьющимся растением. Уверена, поверху кладки идет магическая защита, чтобы любопытные не заглядывали и, тем более, не лазили на территорию частной собственности. Но меня это не беспокоило. Заправив мешающий подол длинного платья за пояс, я покрепче ухватила сразу несколько толстых стеблей неизвестного мне растения, чтобы лезть наверх, когда мне на плечо опустилась рука.
- Это последний раз, когда я тебе позволяю безнаказанно убегать от меня. В будущем, если это повторится, ты будешь наказан.
И вроде бы говорилось предупреждение спокойным голосом, но от него у меня тут же прошел холодок по телу. Имей я шерсть и она встала бы дыбом. Вот как-то сразу же поверилось и в серьезность сказанного и в то, что этот маг слов не ветер не бросает. И даже проверять не захотелось, какое именно наказание будет меня ждать. Почти.
- А теперь возвращаемся и так, чтобы без глупостей.
Рядом появился новый портал. Не интересуясь моим пожелание, меня туда просто втолкнули взашей. Споткнувшись о непонятно откуда взявшийся под ногами ковер, я чуть не упала, но, сделав несколько быстрых шагов вперед, мне все же удалось удержать равновесие и выпрямиться, при этом еще и шустро осмотреться по сторонам. Надо же было понять, куда меня опять занесло. Первым делом сразу же отметила, что нахожусь в углу большого складского помещения, приспособленном под кабинет. Это выдавала и старая посеревшая от времени побелка на голой, неровной кирпичной кладке. И кособокий шкаф, закрытый на доисторическую задвижку, кое-как пристроенный к стене и только чудом не падающий на пол. И одинокий, но при этом яркий светильник на потолке. И обшарпанный стол, молодость которого прошла, на первый взгляд, еще лет сто назад, а на второй ему можно было накинуть еще пару десятков лет. Да и потертый грязно-серый ковер, на котором виднелись странные темные пятна наводившие на не самые приятные ассоциации, одиноким островком пристроившийся в углу, на котором все это великолепие из мебели стояло, вместе с не внушающим доверия стулом и креслом, все говорило, что кто-то попытался создать подобие рабочего кабинета там, где его не должно быть из того, что попало под руку. Не хотелось бы мне расстраивать сего гения дизайнерской мысли, но у него ничего не получилось.
На осмотр обстановки у меня ушло не больше пары секунд, после чего я резко обернулась назад. Оставлять без присмотра такого противника как этот маг, да еще и у себя за спиной, было смертельно опасно, а я жить еще хочу и желательно долго. Хотелось бы и счастливо, но тут уж как карта ляжет.
Мужчина, увидев мой настороженный взгляд, только довольно хмыкнул и неспешно шагнул через окно перехода.
- Не стесняйся, присаживайся. Набегался же. Наверняка ноги устали и болят.
Указав мне на единственный шаткий стул, сам незнакомец сел в кожаное, черное, массивное кресло, довольно нелепо смотрящееся в данной обстановке.
- Ну что же, дорогой племянничек, думаю пришло время преподать тебе первый урок.
То что это никакой не Вико Слем и уж тем более не мой дядюшка, я была уверена на все сто процентов, но трезво оценивая сложившуюся обстановку в которую попала, решила, пока, свои выводы благоразумно держать при себе. Как и свои возражения.
Несколько мгновений маг выжидательно смотрел на меня, но поняв, что я ничего говорить не буду, только скривил губы в довольной усмешке.
- Смотрю ты не лишен ума. Что не может не радовать. Значит, есть надежда, что все усвоишь быстро и с первого раза, так как повторяться я не люблю.
Повернувшись к порталу, мой похититель сделал какой-то пасс руками и в окне перехода появилась фигура Диксона. Старика больше не изгибало в болезненном спазме. Мало того, он был в сознании, но пошевелиться или что-то сказать не мог. Его передвигала по воздуху невидимая моему глазу сила.
- А теперь запоминай. Во-первых, никогда не вмешивайся в происходящее, в котором ничего не понимаешь. И никогда не вставай на пути у более сильного противника. Особенно советую следовать этим правилам, если не имеешь от этого вмешательства никакой выгоды и нет плана для отступления в случае неудачи. Так как все может закончиться для тебя очень плачевно. Так сказать, смертельно плачевно. И ведь судя по ауре, этого глупца жизнь уже довольно сильно потрепала, а он все равно не кается и продолжает лезть туда, куда его не просят. А сидел бы в своей комнате, и все могло бы сложиться иначе. Во всяком случае для него.
Жалостливым и полным сожаления взглядом маг посмотрел на старика. Вроде как ему того даже жаль. Вот только кто ему поверит? Уж точно не я. Честно говоря, мне было страшно. Я не знала, что у этого психа на уме. Вот только после его издевательств над Диксоном в саду, ничего хорошего точно ждать не приходилось..
- Во-вторых, никогда не оставляй в живых свидетелей, - не успел маг закончить фразу, фигура висевшего в воздухе дворецкого задергалась и захрипела. На губах старика появилась кровавая пена.
-Нет!
Вскочив, я бросилась на мага, но меня остановил направленный на меня пистолет.
- Мальчик мой, ты невосприимчив к магическим потокам, но я сомневаюсь, что таким же свойством обладает твое тело по отношению к пуле. Я не хочу тебя ранить, но если ты сейчас же не вернешься на свое место, то просто не оставишь мне другого выбора, как причинить тебе боль.
Меня трясло от плохо сдерживаемой злости и ненависти. Но понимая, что огнестрельному оружию мне противопоставить нечего, села назад на стул. Диксон к тому моменту уже затих. На мои глаза навернулись слезы. Ведь в некотором роде я виновата в смерти старика. Возможно, если бы я тогда оделась быстрее, задавала бы меньше вопросов, или успела добежать до калитки и позвать на помощь, он бы был жив. В то, что старика спасла бы моя добровольная сдача магу, я не верила. Его убрали бы как свидетеля в любом случае.
- В-третьих, никогда ни к кому не привязывайся настолько, чтобы ставить чью-то жизнь или чьи-то интересы выше своих. Это путь в никуда. Так как делает тебя уязвимым перед врагами.
Сев на стул, я опустила взгляд в пол. Мне не хотелось никого и ничего видеть. Ни мага, ни висящее напротив меня бездыханное тело слуги. Сжав дрожащие ладони между колен, я со всей силы боролась с желанием закрыть руками уши, чтобы не слышать эти чудовищные наставления. А еще я пыталась не разреветься. Несмотря на то, что я уже видела раньше смерть, но все же не так близко.
Сидящий за столом псих был прав в одном, ни к кому не стоит привязываться. Диксон не был мне ни другом, ни родственником. Да что там, мы знакомы-то всего несколько недель. Но этот мужчина хотел меня спасти, рискуя своей жизнью. Он не выдал моей тайны, догадавшись о ней. И даже когда дворецкий оказался на этом складе, в его взгляде, направленном на меня не было сожаления или обвинения. Он даже умудрился мне подбадривающе улыбнуться до того, как маг вынес ему смертный приговор и тут же привел его в исполнение.
- И в-четвертых, труп может поведать некромантам все о происходящем не хуже живого человека, поэтому не стоит оставлять даже его.
Яркая вспышка на секунду ослепила меня, а когда зрение восстановилось и я смогла осмотреться в поисках останков старика. Вот только ничего и никого уже не обнаружила. И только небольшая горстка пепла на полу говорила о том, что еще мгновение назад тут был человек. Но вот непонятно откуда в закрытом помещении появился небольшой ветерок. Он подхватил то, что осталось от Диксона и вынес это в единственное окно на противоположном конце склада. Вот и все, был человек и нет больше человека.
- Надеюсь, мой мальчик, ты все запомнил и понял, что я не люблю шутить?
Услышав вопрос, заданный все тем же спокойным и я бы даже сказала, добросердечным голосом, каким обычно интересуются, все ли у тебя хорошо или понравился ли тебе обед, я со злостью посмотрела на сидящего за столом мужчину. Не дождавшись от меня ожидаемой им реакции, маг недовольно нахмурился.
- Не слышу?
Теперь в его голосе проскользнули стальные нотки. Вот только если похититель думал своей недавней демонстрацией поселить во мне страх, то он ошибся. Я его скорее не боялась, а ненавидела. А ненависть убивает страх лучше любого пистолета.
Кивнув, что все прекрасно поняла, я стала ждать, что же будет дальше. Но оказывается урок уже закончился.
- Вот и славно.
К магу вернулось его благодушное настроение. Отдав какой-то приказ по артефакту связи, мужчина, сцепив руки на груди, внимательно посмотрел на меня.
- А ты знаешь, Шеймус, что я тебя ищу уже больше года?
Я непонимающе посмотрела на этого безумца. И как он мог меня уже год искать, если о моих необычных свойствах, из-за которых я вдруг оказалась такой ценной добычей, стало известно только после моего спасения Легрейта? А это произошло чуть больше месяца назад. Да и тот парень, настоящий Шеймус, якобы пропал так же не столь давно. Максимум полгода назад. Полгода, а никак не год.
- Удивлен? А как я был удивлен, когда из моих складов, с систематическим постоянством, стали пропадать вещи. Пусть они и не были очень-то ценными и дорогими, но все равно было неприятно. А ведь там стояла такая сигнальная и охранная система, которой и королевский дворец бы позавидовал. И что? А ничего. Чтобы я не придумывал, а предметы продолжали пропадать. Сначала я было решил, что это кто-то из своих ворует. И даже нескольких навечно к демонам в услужение отправил. Но это не помогло мне прервать череду краж.
Поняв, о чем говорит маг, я забеспокоилась. Это получается, он один из главарей банд из Тарланда? Получается что так. Мое дело неожиданно запахло керосином. Одно дело, если они хотели бы меня как-то использовать и совсем другое, если меня выкрали, чтобы наказать, так сказать, в назидание другим. Сжавшись, я приготовилась к атаке. Так просто не дамся. Думаю будет лучше, если меня по-быстрому пристрелят, а не будут мучить на потеху разношерстной толпы. Ненавижу терпеть боль. А ведь это они еще не знают, что я совсем не мальчик. Думать о том, что меня может ждать, если откроется, что я девушка, не хотелось.
- Не нервничай ты так, - заметив мою реакцию на свои слова, маг, понимающе усмехнувшись, тут же постарался меня успокоить. - Потери были не очень-то велики. Ты скорее задел мое чувство профессионализма, чем глубину кошелька. Хотя должен признать, что любого другого я и за меньшее лишал жизни. Зато тебя теперь не надо проверять на уровень возможностей. Я их и так прекрасно знаю. Но как понимаешь, отработать все украденное тебе все равно придется и с процентами.
После последнего сообщения, довольный оскал намертво прицепился к лицу мужика. Мои же кулаки с новой силой зачесались от желания врезать кое-кому по его наглой, самодовольной морде. Но я держалась. Сейчас для этого было не самое лучшее время и место. Но, когда-нибудь все изменится. Неужели он действительно думает, что Легрейты так просто спустят кому-то произошедшее с рук? О последнем я и решила поинтересоваться.
- И не страшно было проникать в дом алгемина? Вы же должны понимать, при его положении в обществе, ни Райлет Крейд, ни его сын, так произошедшее не оставят.
- Ты переживаешь за своего дядюшку, малыш?
Честно говоря, от этого неестественного доброжелательного тона и постоянного набивания ко мне в родственники, становилось не по себе. Очень хотелось встать и заорать, что никакой вы мне не дядюшка, а я вам не малыш. То же мне Карлсон нашелся. Вот и улетел бы на свою крышу, подальше отсюда. Несмотря на душившие меня ярость и возмещение, я продолжала неподвижно сидеть на стуле. Пусть лучше он думает, что запугал меня демонстрацией своей силы и возможностей. А я буду ждать подходящего часа. Терпения - это ключ отпирающий многие двери. На данный момент, меня интересует дверь на свободу.
Вместо ответа, я осторожно оперлась на спинку шаткого стула, посмотрев вопросительно на мага.
- Не переживай, у них там свои проблемы. Так что можешь мне поверить, Крейдам сейчас не до тебя. Да и зачем им тот, кто обманул их доверие, и вместе с дружками обворовал дом? Мало того, вы еще и убили преданного дворецкого, служившего семье верой и правдой много лет. Так что если они и захотят тебя найти, то разве что для того, чтобы воздать по заслугам.
Неужели этот гад, мало того, что выкрал меня, так еще и подставил? С него станется. Мне хотелось бы верить, что Крейды не поверят в этот бред, но ... вот именно это но, меня больше всего и смущало. Что они обо мне знают? Только то, что я мальчишка с улицы, который скрывает свое прошлое, привык жить как ему нравится и, наверняка, промышлял воровством, чтобы выжить. И тут меня поставили в рамки. Естественно я захотел вернуться к свободной, ничему не обязывающей жизни. Да еще и в моей комнате нет следов борьбы. При этом Крейды прекрасно знают, насколько у меня боевой характер и что я буду сражаться за свою жизнь и свободу до последнего. Лично наблюдали и лечили следы моего сопротивления. А раз следов борьбы у меня в комнате нет, значит я ушла самостоятельно, по своей воле. При этом возле двери для слуг будут следы борьбы. А ведь некогда "доброжелательный" аноним уже писал, что я там встречаюсь с подозрительными личностями. Да, тогда им не поверили. Но сейчас все факты говорят о том, что именно там нас мог поймать Диксон, за что и поплатился своей жизнью. Хочешь не хочешь, а сомнения возникнут. Да я сама бы не откидывала такую возможность. Что уже говорить о подозрительном арде. Он, наверняка, в своей практике еще и не такое встречал. Так что план мага вполне может оказаться очень даже успешным. Особенно, если у добропорядочного семейства еще какие-то проблемы возникнут, то с моей пропажей они точно разбираться не будут. Не зря же он на что-то там намекал. Так что особо ждать помощи от Легрейта не стоит. Как всегда, надеяться надо только на себя. Возможно, оно и к лучшему.
Неожиданно я вспомнила о кольце на моем пальце. А ведь все могло сложиться иначе, расскажи я Крейдам правду. Да что уж там. Как говорится, после драки кулаками не машут. Не в первый раз мне выбираться из неприятностей. Главное понять, чего от меня хотят и какое мне будущее уготовили.
- И что дальше? Зачем я вам?
- О, вот это уже разговор по делу.
Окинув меня одобрительным взглядом, маг поднялся, знаком показав, чтобы я следовала за ним. Подойдя к глухой стене, он нажал на один из кирпичей, после чего она разошлась в стороны, открыв проход. Тихий щелчок и вот темный коридор уже освещен. Не оборачиваясь и не проверяя, следую ли я за ним, мужчина пошел вперед. Дергаться, ерепениться или пытаться бежать, во всяком случае сейчас, мне смысла не было. Наоборот, на данный момент самым правильным было, это показать свое здравомыслие и послушание. Что я и сделала, молча шагая за магом.
Пока шли по коридору я насчитала семь дверей, возле восьмой мы остановились. Мужчина не торопился ее открывать. Вместо этого он внимательно посмотрел на меня.
- Я догадываюсь, как все случившееся выглядит со стороны и что ты обо всем этом думаешь. Но поверь мне, это не так. Пройдет несколько лет и ты взглянешь на ситуацию с другой точки зрения и тогда поймешь, что я был прав и иного выбора у меня не было. Ты уникальный парень. О такой способности как у тебя, я никогда не слышал. Да и другие думаю тоже. Я считаю, ты прислан в этот мир самими богами, чтобы наконец-то очистить его от той пакости, что не дает людям с выдающимися умениями занять достойное место в жизни. Ты знаешь, что всех магов или тех, у кого обнаружат необычный дар, во всех королевствах, пустышки, не обладающие и толикой каких-либо способностей, держат на коротком поводке? И все это от страха перед нами. Как только в ребенке просыпается искра, его тут же забирают от родителей, и клеймят как скот. А после контролируют всю жизнь, отслеживая все наши передвижения, где и с кем мы общаемся, на кого кто работает и даже кто на ком женится, а после ждут потомства как элитных щенков, чтобы опять заклеймить. Более-менее есть свобода у аристократов, но даже за ними установлен постоянный надзор. А если стоящим у королевского трона и обладающим властью что-то не понравится, то на магов тут же надевают блокираторы, лишая их силы. И это в лучшем случае. А ведь для нас, это же все равно, что художнику отрубить руки, или музыканта лишить слуха. Человек лишается своей сути, своей души. А как жить без души? Но разве им понять это? Да и им все равно, что мы чувствуем. Главное, себя обезопасить. Вот только это самоуправство не может длиться вечно. Ведь мы не хуже обычных людей. Тогда почему за нами следят как за опасными преступниками, контролируя каждый шаг. А все потому, что они чувствуют себя ущербными и бояться нас. Но скоро это беззаконие закончится. Они сами, своими действиями, вынуждают нас начать борьбу. Все! Хватит! Наше терпение закончилось! Мы больше не будем безропотным стадом.
Грустная улыбка мелькнула на лице мага. Взяв меня за плечи, он, слегка нагнувшись, посмотрел мне в глаза.
- Шеймус, не переживай. Тебе больше не грозит участь заклейменного скота. Ты будешь свободен. У тебя будет выбор. Уже через несколько дней тебя, вместе с другими ребятами, переправят на остров, где вы сможете спокойно жить, не опасаясь королевских приставов, и получать образование. Образование, которому позавидовал бы любой аристократ. А лет через пять-семь мы снова поговорим. Думаю, к тому моменту ты не только повзрослеешь, но и поймешь меня, став нашим единомышленником. А уже вместе, уверен, мы сможем не просто возглавить борьбу за нашу свободу, но и победить. Но это будет чуть позже. Сейчас, твоя задача, получить как можно больше знаний и умений. Я уверен, что ты способный парень. Не зря же водил меня за нос больше года.
Подмигнув мне в конце своей пламенной речи, маг открыл дверь, тем самым приглашая войти в комнату.
- И да, Шеймус, я не люблю разочаровываться в людях и не прощаю предательств. Поэтому, давай без глупостей. Будь послушным мальчиком и дождись отправки на корабль. И помни, еще одного побега не прощу. Я не люблю делать людям больно, поэтому предпочитаю сразу расставлять приоритеты, а не объяснять одно и то же по нескольку раз. Ты ведь меня понял?
Увидев вопросительно поднятую бровь, я кивнула. Ну да, мне наглядно показали, и как маг не любит делать больно другим, и чем все может закончиться.
- Вот и замечательно. А сейчас располагайся, племянничек, и отдыхай.
Как только мой «любящий дядюшка» закрыл дверь, я сразу же осмотрелась по сторонам. В некогда складском помещении с высоким потолком размером где-то сорок-пятьдесят квадратов, стояло множество металлических кроватей, сверху на которые были брошены грязные тюфяки. Три кровати были заняты. Также имелся в наличии стол - одна штука, табуреты штук шесть и на этом все, меблировка закончилась. Негусто. Еще я отметила наличие небольших окон почти под самым потолком, который был на высоте не меньше пяти метров, и дверь в противоположном углу комнаты. Первым делом пошла посмотреть куда она ведет. Ага, ничего интересного. Примыкающим помещением оказался санузел. Ожидаемо.
Вернувшись в комнату, я посмотрела на троих, хмуро взирающих на меня детишек. Здесь была малышка лет пяти-шести, парень, на вид которому было девять-десять, и еще одна девочка лет одиннадцати-двенадцати. Но это все было на первый взгляд. А там бог его знает. Особенно неприязненно на меня смотрел мальчик. При этом он аккуратно прижимал к груди свою руку. Все трое занимали кровати рядом у одной из стен.
Окинув еще раз внимательным взглядом тускло освещенное помещение, я смело подошла к ребятишкам, и усевшись на свободный тюфяк, решительно поинтересовалась.
- Что с рукой?
- А тебе-то что?
Тут же огрызнулся мальчишка. И кого же он мне напоминает? Вот даже не знаю. Я не смогла удержаться от улыбки. В этот момент из-за спины парнишки выглянула русоволосая малышка.
- Ему руку сломали, за то, что сопротивлялся и пытался сбежать. И сказали, что в наказание, лечить не будут пока мы не приплывем в наш новый дом.
Я еще раз посмотрела на мальчика. После чего молча встала, подошла к ближайшему табурету и с силой швырнула его об стену. Так как сие произведение столярного искусства и так на ладан дышало, то тут же развалилось на запчасти. Почти в ту же секунду дверь открылась и в помещение заглянул какой-то небритый мужик, окидывая нас недовольным взглядом. А ведь когда меня сюда вели, в коридоре никого не было. А вот теперь поставили охранника.
- Что у вас тут происходит?
Недовольный взгляд остановился именно на мне. Остальные же дети напряженно замерли на своих кроватях. Так, похоже они прошли уже серьезную обработку и знают, чем все может закончиться.
Не показывая своего страха, я безразлично пожала плечами.
- Да вот, стул развалился как только я на него сел. Что-то совсем у вас тут хлипкая мебель. Может замените?
Мужик, еще больше нахмурившись, внимательно посмотрел на разлетевшиеся остатки несчастного табурета. Ну да, только идиот поверит, что это он так разломался подо мной. Да других-то доказательств у него не было. Тем более, что я стояла спокойно и не проявляла никакой агрессии.
- Осторожнее тут. И да, разломаете стулья, будете стоя есть. Новых вам никто не даст.
Дверь захлопнулась и на меня сразу же уставилось три пары любопытных глаз в ожидании, что же буду делать дальше. А я, взяв две уцелевшие после моего вандализма ножки, подошла к мальчишке.
- Давай сюда свою руку.
Говорила я грубо и уверенно. Только такой стиль разговора мог заставить парня слушаться меня. Так я сразу показывала, кто в доме хозяин.
- Зачем?
Задавая вопрос, паренек с опасением посматривал на деревяшки в моей руке.
- Лечить буду.
- Ножками от стула?
Малышка слезла с кровати и, подойдя ко мне, с любопытством стала разглядывать то, что осталось от табурета.
- В тебе же нет магии, - а это уже отозвалась старшая девушка. - Как ты его лечить-то будешь?
Усмехнувшись, я окинула детей внимательным взглядом.
- Ну, лечить, это громко сказано. Скорее я облегчу его состояние и сделаю так, чтобы пострадавшая рука не так сильно беспокоила.
Пока мальчишка с сомнением смотрел на меня, я оторвала кусок подола по кругу, а потом еще один, превратив платье из макси, в миди. На секунду задумавшись, а не снять ли его совсем, отложила пока эту мысль на потом. Мало ли, вдруг еще пригодится перевязочный материал. Правда, видок у меня сейчас был еще тот. Но мне по фигу. Если кого-то что-то смущает, может отвернуться и не смотреть.
Мне кажется, парень подпустил меня к себе лишь потому, что ему было любопытно, что же я такое собираюсь делать и как его буду лечить.
- Боишься?
Я специально пацаненка дразнила. Сама прекрасно знаю, как это действует. А в его возрасте особенно. Нахохлившись, мальчишка только буркнул.
- Ничего я не боюсь.
Желая поддержать мальчугана, в разговор опять вмешалась младшая малышка.
- Савир очень храбрый. Когда один из дядек захотел увести Авели, он на него набросился и даже с ног сбил магией, а потом попытался нас отсюда увести. Но ничего не получилось. Нас быстро поймали и вернули назад. А тот дядька, которого Савир сбил, сломал ему руку предупредив, что если мы еще раз попытаемся сбежать, то тогда сломает нам еще и ноги.
Слушая девчушку, я ощупывала руку мальчика. Не то, чтобы я была врачом, но когда с пацанами лазила по заброшенным домам да стройкам, было пару раз, что кто-то из нас падал и то растягивал что-то, то ломал. Так что первую помощь друг другу мы оказывать наловчились быстро. Да и необходимо было научиться разбираться, насколько все плохо и нужна ли врачебная помощь или и так заживет.
Все это не отменяло того, что ребенка лучше показать врачу, так как, судя по всему, у него перелом запястья со смещением. И если рука начнет срастаться неправильно, то в лучшем случае, ее ему потом будут ломать, в худшем, он останется инвалидом. О всем этом я и сообщила мальцу. В ответ Савир посмотрел на меня серьезным, взрослым взглядом. Судя по одежде, эти дети были из очень бедных семей. А при той жизни, которую они ведут, довольно быстро взрослеют. У них просто другого выбора нет. Иначе не выжить.
- Сможешь вправить?
- Я никогда этого не делал. Поэтому не уверен, что не сделаю еще хуже, - признаваться своим новым знакомым кто я, не собиралась. Мало ли, вдруг все это подстроено. Вот познакомимся поближе, тогда посмотрим. - Мало того, это будет очень больно. Предлагаю пока просто перетянуть руку и повесить ее на перевязь. Так тебе будет проще дождаться помощи от квалифицированного лекаря.
- Я могу попытаться поставить кости ровно, но заживлять еще не умею.
Это уже отозвалась Авели. Вот я и узнала, какой магией обладает первый ребенок. Подойдя к своему другу, девушка положила на его руку свои ладошки и те слегка засветились. В какое-то мгновение Савир вскрикнул, но тут же, сжав с силой губы, замолк, показывая, что он сильный. Но по увлажнившимся глазам я видела, ему очень больно.
- Извини, я не умею обезболивать. Моя бабушка не была магом. Она обычная знахарка. Разбиралась только в травах. Она-то меня и научила немного врачевать и рассказала как устроено тело человека. Благодаря магическим потокам я вижу у кого где болит и что, а так же знаю как должно быть, но как лечить понятия не имею. Все, кость стоит ровно.
Отойдя в сторону, девушка посмотрела на меня в ожидании дальнейших действий.
- Руку надо зафиксировать, чтобы она не двигалась. Тогда кость быстрее срастется.
Взяв отобранные ранее ножки от стула, я приложила их к руке с двух сторон и, попросив Авели подержать деревяшки, начала перебинтовывать куском оторванной от юбки ткани пострадавшую конечность. Заняло у нас это дело немного времени. Парень стойко терпел всю процедуру, не издав больше ни звука. Когда я соорудила перевязь и, надев ее на шею мальца, повесила на нее его руку, то увидела облегчение в глазах ребенка. Вот это настоящий мужчина, даже несмотря на то, что еще маленький.
Не успела я закончить, как малышка уже опять крутилась около меня, с любопытством рассматривая торчащие штаны из-под подола платья.
- А ты парень или девушка? Если девушка, то зачем надела брюки, а если парень, то зачем тебе платье? Или ты играешь в шпиона? А зачем тебя схватили, если ты не обладаешь магией? А тот маг действительно твой дядя?
Непоседливая девчушка засыпала меня вопросами, не умолкая ни на секунду. Но ответ хотела услышать не только она, но и остальные дети. Так как нам предстояло провести какое-то время вместе, я решила, что все же познакомиться не помешает.
- Меня зовут Женя. У меня нет никакой магии, но и на меня магия не действует.
- Что, совсем? - парень окинул меня не верящим взглядом.
- Совсем. То есть в магическом огне я не горю и в воде не тону.
- Круто. А можно проверить?
Я понимала, если хочу выбраться отсюда, то первым делом мне необходимо подружиться с детьми. Взрослые часто недооценивают своих маленьких заключенных, что было нам только на руку. По одному, шансов сбежать у нас нет, а вместе, вполне может быть. Вот только перед тем, как думать о побеге, мне необходимо было узнать, хотят ли свободы мои невольные собратья по несчастью и заточению.
Тем временем, не успел мальчишка задать свой вопрос, как его глаза уже зажглись азартом и интересом. Кивнув головой, я отошла к стене.
- Проверяй.
Я несколько раз видела как люди вызывают магические потоки, но Савир еще не так хорошо владел этим умением. Поэтому ему понадобилось какое-то время, чтобы создать небольшой смерч и направить его в мою сторону. Ожидаемо, подлетев ко мне, маленькая воронка тут же распалась, вызвав удивленный вздох детей.
- Вот это да. Это же получается, тебе ни один маг не страшен. Я бы тоже хотел так уметь.
Устало усмехнувшись, я вернулась на кровать.
- Это не умение, а врожденное качество. Но помимо плюсов, во всем есть и свои минусы. Мой в том, что магия в артефактах также в моих руках не действует. А еще целители ничем мне помочь не могут. Из-за чего все травмы заживают очень долго.
- М-да.
Это был единственный вывод от услышанного. По-видимому, никто из присутствующих больше не горел желанием поменяться со мной местами.
- А я умею разговаривать с животными, - не выдержав, малышка решила следующей рассказать о себе. - И меня зовут Лика. Моя мама умерла, когда я родилась, а тетя Риса, новая жена моего папы, как только узнала о моем умении, тут же продала меня первому же проезжающему через наше селение магу. А это правда, что главный здесь твой дядя?
- Он мне такой же дядя и родственник, как волух *( кастрированный, вьючный баран) родич эгули*(рептилия, что-то среднее между лягушкой и ящерицей) .
Услышав мое сравнение, все весело рассмеялись.
- Мое имя Авели. Мои родители давно погибли и меня воспитывала бабушка. Она была очень старенькой, но перед тем как умереть успела всему что сама знала, научить. Я жила одна на краю селения, почти в лесу, но староста присматривал за мной, да и остальные жители деревни не обижали и помогали. До ближайшего города было далеко, так что кроме меня, в случае если кто-то болел, и помочь им никто не мог. Я жила открыто, не скрывая своих способностей. И однажды ночью, ко мне пришли чужаки просить помощи. Только не успела я выйти из дома, как меня оглушили и увезли.
- Я тоже сирота. Несколько лет назад, меня подобрала одна цирковая труппа. В основном мы зарабатывали себе на жизнь показывая представления, но этот сезон был не самым удачным у нас. Когда такое случалось, мы могли и за сомнительную работенку взяться. В последний раз нас поймали и для того, чтобы всю труппу не отправили на каторгу, меня отдали как откупную, тому магу, который назвался твоим дядюшкой.
- Понятно, - я медленно переводила взгляд с одного ребенка на второго. - И как вам перспектива стать крутыми магами не подконтрольными ни какому ведомству или королю?
Услышав мой вопрос, все присутствующие нахмурились. Лика тут же залезла к Авели на руки, а я все ждала ответа. Ведь от него зависело мое решение, по поводу того, что я буду делать дальше.
- Оно конечно неплохо бы научиться владеть своим даром, - то, что заговорил за всех именно Савир, я не удивилась. Судя по тому, что уже увидела, он, как единственный мужчина в этой компании, уже взял на себя ответственность за двух девочек с которыми его свела судьба, несмотря на то, что они ему не родные и одна из них старше самого мальца. Вот это качество, в некоторых здешних мужчинах, приятно поражало. Да, у них была власть над женщинами, но они и несли обязательства за них. Не все, но все же. Вот и этот парень сразу же встал на защиту девочек, вступив в бой, за Авели, когда кто-то из местной шайки решил развлечься. И это несмотря на то, что сам был еще ребенком. При этом, судя по грозному взгляду Савира, если будет надо, он поступит так же, когда посчитает нужным. - Только мне не нравятся их методы набора учащихся. Раз они начинают так себя с нами вести с самого начала, воруя, перекупая и шантажируя, то ничего хорошего дальше от них ждать не приходится. Уж лучше бы я пошел в королевскую академию. Там, конечно же, тоже не сладкая жизнь, но хотя бы все открыто и честно.
С выводом Савира я была полностью согласна.
- А ты как к ним попал в руки?
Дети опять выжидательно посмотрели на меня.
- Меня выкрали из дома опекуна.
- А родители?
- Умерли.
Отвечая, я принялась рассматривать окошки расположившиеся под самым потолком. Для себя я уже решила, что рискну довериться этим малышам и попрошу мальчишку сделать вызов по артефакту. Вот только для начала неплохо бы узнать, где мы находимся, чтобы описать местность, а еще желательно назвать город, в котором нас держат.
Окно распологалось очень высоко. Моего роста катастрофически не хватало, чтобы выглянуть наружу. Но если подтянуть к стене стол и поставить на него два стула, то у меня появится возможность это сделать. Не раздумывая больше, я взялась за осуществление своего плана. Пока я перетягивала стол, на меня просто смотрели, ничего не спрашивая. Когда я на стол водрузила табурет, первой не выдержала Лика. Что, впрочем, меня и не удивило.
- А что ты делаешь?
- Хочу посмотреть где мы.
Тем временем я уже на стол поставила второй табурет и пошла за третьим.
- В Тарланде.
Услышав название портового города, в котором прожила два года, я с сомнением посмотрела на Савира, уточняя у него.
- Уверен?
- Да. Меня сюда на корабле привезли. Так что перед швартовкой я успел рассмотреть город.
Довольная улыбка тут же расцвела на моем лице. Более не тратя времени на болтовню, составив пирамиду из стульев, я быстро полезла по ней наверх. Мне необходимо было лично убедиться в словах мальчишки. Ведь если мы действительно в Тарланде, наши шансы удачно сбежать в разы увеличиваются.
Окно к моему огромному неудовольствию было хоть и длинным, но узким по высоте. Несмотря на то, что я была довольна худая, пролезть в проем у меня не получилось бы. Шанс был только у Лики. А жаль, так как за окном я действительно увидела хорошо знакомый мне корабельный заброшенный док в Тарланде. До складских помещений отсюда было рукой подать, а там нас бы уже никто не нашел. Бросать здесь детей я не собиралась. Тогда возникал вопрос как не только самой сбежать, но при этом прихватить с собой еще и всех остальных. Но ответа не было. Во всяком случае, пока.
Спустившись вниз, я быстро разобрала свое строение, расставив стол и табуреты по своим местам. Все это время ребята смотрели на меня в ожидании, что же я им скажу. А что тут скажешь? Выход из создавшегося положения я видела только один. Надеюсь, даже если Крейды поверили в мою вину, они все равно захотят меня увидеть. Хотя бы ради того, чтобы наказать за смерть преданного слуги.
Подойдя к двери, я прислушалась к происходящему за ней. Там было тихо. Ну что же, лучше не затягивать. Неизвестно, когда именно за нами прибудет корабль и сколько времени понадобится на то, чтобы Легрейт прибыл в Тарланд. Почему-то я ни мгновения не сомневалась, что именно он отправиться за мной. И неважно для чего, чтобы освободить или арестовать. Как бы там ни было, а артефакт правды еще никто не отменял.
Вновь вернувшись на кровать, я внимательно посмотрела на детей, тихо задав им вопрос.
- Вы хотите отсюда выбраться?
Савир хотел было что-то мне сказать, но я подняла руку останавливая его.
- Я не буду вам обещать золотых гор. Я не знаю, что будет дальше. Скорее всего, мы попадем в приют, после чего получим распределение по магическим школам. Я постараюсь сделать все, чтобы вас не разъединяли, но не могу этого обещать. Зато я почти на девяносто девять и девять десятых процента уверена, что если нас вывезут отсюда, то дальше нас ждет помимо учебы, промывка мозгов, после которой мы станем одними из этих, - объясняя положение вещей, я кивнула на дверь.- Мало того, нас пустят в расход как пушечное мясо в борьбе кого-то там с королевской властью. Так что даже если кто-то из вас и станет крутым магом, жить он будет не очень долго.
Дети некоторое время сидели тихо, смотря на меня широко открытыми глазами, после чего Авели поинтересовалась.
- Женя, кто ты?
Наклонив набок голову, я грустно усмехнувшись, переспросила.
- А это важно? Сейчас вас должно волновать другое. Так что, остаемся или вызываем помощь?
- Помощь.
Первым ответит Савир.
- Я тоже за помощь. Не хочу с этими.
Теперь на дверь кивала Авели.
- А я их боюсь. Они плохие.
Лика продолжала сидеть на руках у своей старшей подруги, обнимая ее. Авели в ответ погладила ее по головке, и также обхватила руками, чтобы успокоить.
- Какой у тебя план?
Савир в нетерпении смотрел на меня. Мне кажется он уже готов был бежать и все равно куда, лишь бы только действовать. При этом поврежденная рука ему уже и не мешала, вися себе на перевязи.
Я в последний раз обернулась на двери, после чего достала артефакт из-за корсета, протянув его пацану.
- Главный маг знает, что на меня не действует магия, и я не могу управлять артефактами, поэтому меня даже не стали обыскивать когда схватили. И я действительно не могу воспользоваться этой штуковиной. А вот вы можете. Давай. Активируй его.
Не успела я произнести свою просьбу, как мальчишка на что-то нажал и медальон слегка засветился. Я в ожидании посмотрела на него, не зная, что же должно произойти дальше. Тем неожиданнее был для меня раздавшийся приглушенный голос алгемина.
- Женя?! Женя, ты где?