Глава 13

Рита

— Убери от меня лапы! Ты — чудовище! — отбиваюсь от Фрола на заднем сиденье внедорожника. 

Руслан делает музыку громче и заводит мотор. 

— Что не так? — Фрол стягивает с моих плеч шубу и покрывает поцелуями пылающие от негодования щёки, прикусывает кожу на шее, ведёт пальцами вдоль отворота пиджака.

— У людей оставались ещё вопросы! Так взять и скомкать финал! — я скидываю его руки с себя. — Но это ладно! Зачем профессора из Дании отбрил в холле? 

Фрол отпускает меня и щурит глаза, будто берёт на прицел:

— Он смотрел на тебя чересчур плотоядно! 

Плейбой чёртов! Но я просто так не сдамся.

— Ты сам заставил меня снять топ!  

Поправляю, сбившуюся от его медвежьих приставаний, причёску. 

— Это меня нехило завело, — медоточит Фрол голосом с хрипотцой.

— Ты и так, как новый мотоцикл, заводишься с пол-оборота, — довольно хмыкаю, но тут же напускаю на себя строгий вид. — Я веду научную и общественную работу. Прошу относиться к моему труду с уважением. И вообще… Мне нужно личное пространство. 

Фрол удивлённо поднимает брови, пожимает плечами и отворачивается к окну. Джип не спеша катит по улицам под грохочущий из динамиков рэп. Триумф мой длится недолго. В голове гадким утёнком вылупляется вопрос: а мне было бы приятно, если бы Фрол так сказал мне? 

— Фрол… — я виновато смотрю на него, но он не обращает на меня никакого внимания. 

Он достаёт телефон и листает записную книжку. Дёргаю Фрола за рукав чёрного пальто. 

— Горюшко, — цокаю языком, — прости!

— Рус, потише сделай, — Фрол хлопает Руслана по плечу и нажимает клавишу вызова. — Орлуша, хай! А что, лёд на заливе встал?..

Скидываю шубу, выхватываю у Фрола мобилу и забираюсь сверху, обхватив его бёдра коленями. Он отворачивает от меня лицо, но я крепко обнимаю Фрола за шею и прижимаюсь губами к гладко выбритой щеке. Тёплые ладони пробираются под пиджак и сжимают мою талию:

— Ну так что там с личным пространством? — Фрол довольно улыбается. Его взгляд лучится и вновь согревает меня.

— Ты моё личное пространство!

Руслан снова увеличивает децибелы, а я впервые в жизни радуюсь, что в машине тонированные стёкла.

* * *

Фрол

С превеликим удовольствием я принял бурные извинения будущей мадам Гориной. Даже не стал возражать, чтобы она одна пошла на беседу с лечащим врачом своего дорогого коллеги. Мы с Русланом уже четверть часа возле кабинета заведующего сидим лакомым куском для двух постовых сестёр. Губы одной вдруг окрасились красной помадой, а вторая скинула с головы колпак и стянула резинку с роскошных чёрных волос. Простите, девочки, но у меня уже полный комплект! Зато теперь знаю, где искать Руслана, если мы задержимся в Новгороде. Брюнетки с чувственными ртами его слабость. А тут сразу две.

— Телефончик небось уже на кармане, — подкалываю я своего «министра обороны».

— А то, — Руслан нехотя переводит вектор взгляда на меня. — После толковища с врачом сговорился на чашку кофе с обеими цыпами. 

— И что?

— На вечер забились, — Руслан уже снова пожирает сестричек глазами.

— С врачом?

— С цыпками!

— Рус!

— Прости, — Руслан поворачивается ко мне. — Значит расклад такой: Никита этот прилип к кровати надолго. Если докторишка не врёт, то при отсутствии должного ухода, светит Смехову инвалидное кресло по жизни.

— Твои легионы! А ты говорил аварии не было, Никита, мол, в нырок[1] сыграл.

— Нарисовалась уже. Я машину съездил посмотрел. Стоит на посту у въезда в город. Корма — в хлам, кузов здорово повело.

— Может, фуфло гайцы толкают? — поглаживаю щёку, где всё еще горит Маргошин поцелуй. 

— Я пытался дать на лапу и там, и тут. Но лают одинаково.

— Что посоветуешь?  

В плане интриг у Руслана не голова, а поваренная книга вкусных блюд изысканной мести.

— А чего тебе бояться? Твоя барышня своим темпераментом сегодня чуть пожар в машине не устроила.

— Завёлся что ли? — не могу скрыть довольной улыбки.

С Русланом я откровенен, как с врачом или священником. Он платит мне тем же. Мы друзья с детства. Но на людях Руслан всегда соблюдает ориентиры.

— Ещё как. Клёвая фемина.

— Но-но, — притормаживаю его коней. — Давай покумекаем, как нам Никитоса этого с поля убрать.

Руслан думает, постукивая кулаком в ладонь. Наконец, лицо его просветляется.

— А зачем нам его убирать? — Руслан опирается на моё плечо. — Вспомни третий закон Ньютона. 

— Сила действия равна силе противодействия.

— Вот! Никита этот хочет, чтобы Рита Сергеевна осталась с ним. Так?

— Так!

— Вот и пусть остаётся с ним… У тебя дома.

— И вот я уже герой в глазах Марго на ровном месте?!

— Да, — кивает Руслан с видом тибетского мудреца.

— И враг под контролем? — домысливаю я. 

— Так точно.

— Конгениально! Вот ты лис!

— Пользуйся, — Руслан откидывается на спинку стула и поглядывает в сторону сестринского поста. — Давай только на денёк тут задержимся.

— Замётано!

Ударяем по рукам.

— Кстати… Телефон «пуделя» я подчистил, — Руслан поднимается и, насвистывая, направляется к вожделенным брюнеткам. 

— Фрол! — из кабинета вся в слезах вываливается Марго и падает на стул возле двери.

Я подбегаю и сажусь возле неё на корточки.

— Сладуль, что случилось? — вытираю ладонями чёрные потёки на её щеках.

— Ты прости меня, Фрол, прости! — всхлипывает она.

— Ты изменила мне с врачом? — напускаю на себя строгий вид.

— Дурак! — она улыбается сквозь с слёзы.

— Тогда что?

— Никита… Он… Я нужна ему сейчас. Он попал в аварию из-за меня, — Рита опять заходится в рыданиях.

— Конечно, мы поможем твоему другу.

Всхлипы прекращаются.

— Как? — серые глаза с удивлением смотрят на меня.

— Мы возьмём его домой. Наймём лучшую сиделку. Я, к слову, Лесгафта[2] закончил. Помогу Никите с реабилитацией.

— Правда? — Сейчас Марго похожа на Марусю, а я второй раз за последний месяц ощущаю себя настоящим волшебником.

— Твой друг — мой друг, — прикладываю руку к груди.

— Я люблю тебя, — шепчет Марго.

Поднимаюсь. Она встаёт следом и растворяется в моих объятьях. Руслан поворачивается ко мне и поднимает вверх большие пальцы на руках. Поднял пацан бабла сегодня. Без вариантов!

···

          Рита

Цокот моих каблуков эхом разносится по пустынным коридорам больницы.  С трудом сдерживаюсь, чтобы не помчаться вприпрыжку. Фрол поможет поставить Никиту на ноги. Фрол, Фролушка, солнышко моё ясное, как же я жила без тебя все эти годы?! Ты замечательный, удивительный, самый лучший мужчина! Притормаживаю у палаты с нужным номером и тщательно стираю с лица довольное выражение. Поправляю халат на плечах и дёргаю на себя ручку двери.

В палате четыре кровати, но занята лишь одна. Карие глаза Никиты кажутся огромными на осунувшемся бледном лице. 

— Пришла, — выдыхает он.

— Пришла, — я сажусь рядом с ним на край постели, и Никита тут же находит мою руку.

— Спасибо.

Расправляю пальцами его спутанные тёмные волосы, обычно завязанные в аккуратный хвост.

— Наша работа произвела фурор, — с трудом выдерживаю взгляд Никиты, ощущая себя маленьким принцем, предавшим капризную розу.

— Ты любишь меня? — Никита перехватывает мою вторую руку. — Ты любишь меня, Рита?

— Люблю, но не так, как хотелось бы тебе, — сжимаю его ладони. 

— Я бы терпеливо ждал, пока ты снова прибежишь в слезах, — Никита морщится от глубокого вдоха. — Чёртово ребро… Терпеливо ждал, но сейчас мне самому нужна помощь. Твоя помощь, Рита.

— Я помогу тебе.

В глазах Никиты загорается надежда.

— Врач сказал тебе, что я даже встать не могу? 

— Да, и я не брошу тебя. 

— Сергевна, — в глазах Никиты блестят слёзы, — я знал, я верил… Вы можете с Марусей переехать ко мне. Я обязательно встану на ноги. И ты никогда ни о чём не пожалеешь!

В палату входит Фрол с Русланом. Даже в застиранных белых халатах эти парни выглядят, как обложка журнала. 

— Здорово, старина! Держи краба, — Фрол протягивает Никите руку.

— Здорово, — Никита мечет в меня уничтожающий взгляд.

— Спецтранспорт прибудет завтра, — жмёт Никите руку Руслан. — Врач сказал, анализы ещё не готовы. Кровушка, какули, всё, что ты там ещё сдавал. 

— А в Питере лучших врачей подтянем! Не очкуй, — кивает Фрол, — у меня дома поживёшь пока. Обустроим тебе палату люкс. А массажистки у меня — закачаешься! Марго не даст соврать.

— Хорошие, — шелестит кучка пепла моим голосом.

— Я никуда не поеду! — поднимается на локтях Никита, корчится от боли и падает на подушку. Испарина выступает мелкими каплями на высоком лбу.

— Друг моей женщины — мой друг, — белоснежная улыбка Фрола завораживает меня. Но не Никиту.

— Да пошёл ты! — Он отворачивает голову к стене и закрывает глаза. 

Мы молча переглядываемся. 

— Все вон отсюда пошли! — орёт Никита, смахивая с тумбочки бутылку с водой и лоток с лекарствами. 

На грохот прибегает медсестра с распущенными чёрными волосами:

— Вы чего здесь?..

Руслан с Фролом оборачиваются, и она, застенчиво расстёгивая пуговицу халата на пышной груди добавляет:

— Я всё приберу, не переживайте.

— Выгоните их! — требует Никита.

— Ну-ка тихо! — рыкает на него сестра и наклоняется, отклячивая перед парнями зад. — Ампулы дорогие разгрохал, всё врачу скажу.

Руслан оценивающе пялится на сестринские формы. Фрол не сводит с меня смеющихся глаз. Только сейчас понимаю, что переезд Никиты в усадьбу Фрола не просто благородный жест. Но я не могу на Горюшко сердится. За любовь каждый сражается по-своему. 

[1] Нырок — жарг. симуляция футболиста игрока, который сам упал, чтобы выпросить у судьи штрафной.

[2] Национальный государственный университет физической культуры, спорта и здоровья имени П.Ф.Лесгафта, Санкт-Петербург.