Глава 8
Роман шел к супруге, а пришел на кухню, где Эльза мыла грязную посуду и что-то тихо напевала.
Подошел, обнял.
Девушка в страхе оглянулась. Они были одни. Он почувствовал запах страха и испугался. Чего испугался? Ответа Гривцов не знал.
Роман выключив воду, развернул девушку лицом к себе. Подсадив на край раковины, расположился между ног и попытался поцеловать. Эльза отвернула лицо. Тогда Гривцов прижался лбом к ее лбу и вымученно прошептал:
- Прости меня. Я не понимаю, что со мной происходит. Я просто схожу с ума при мысли, что рядом с тобой другой мужчина.
Она промолчала.
- Я знаю, что виноват перед тобой. Я сделаю все, что ты захочешь, чтобы загладить вину.
- Тогда отпусти, - устало прошептала девушка.
- Не могу.
Учуяв приближающегося оборотня, подхватил пару на руки и предложил:
- Нам необходимо о многом поговорить, хорошая моя. Возможно, тебе так легче будет понять и принять меня. Согласна?
Судя по всему, ей этого не хотелось, но Эльза уныло кивнула.
Прижимая к себе девушку, как бесценное сокровище, оборотень отнес ее в кабинет. Опустил на кожаный диван, а сам устроился около ее ног.
- С чего мне начать?
- Ростислав. Что ты с ним сделал? - задавая этот вопрос, Эльза рисковала вызвать его злость, а потому вся сжалась в ожидании, что он опять сорвется. Гривцов не только видел это, но и чувствовал.
Поцеловав и погладив ее колено, понял, что сейчас почти спокойно реагирует на имя бывшего своей пары.
Потянув за ноги, стащил на ковер, уложил, а сам устроился сверху:
- Чего ты боишься? Я физически не могу тебе навредить. Говорил это не единожды.
- Твоих поступков. Твоей реакции. Лучше бы ты меня просто избил.
- Мне жаль, дорогая, что тебе пришлось пройти через это, - альфа наклонился, чтобы поцеловать в губы. Эльза опять отвернулась, чем вынудила его разочарованно застонать.
- Искушение мое, знала бы ты, что я схожу от желания даже тогда, когда нахожусь в тебе.
Роман чувствовал, что девушка уже возбуждена. И если он настоит на близости, не откажет ему. Но сейчас Гривцов отчетливо понял, что желает видеть ее инициативу. По крайней мере в этот раз. Поэтому отодвинулся и сел, оставив ее саму решать, что делать дальше.
- Нечаев лечится в закрытом учреждении, - он почти не солгал.
- И?
- Я предложил ему тебя отпустить. Он думает. Давай лучше поговорим о нас. Что ты хочешь узнать об оборотнях?
- Расскажи мне об истинных парах, - и Роман рассказал.
- Ты хочешь сказать, что я стану такой же озабоченной? - оборотень не выдержал и расхохотался. Такой испуг стоял в глазах девушки. Посмотрев на нее, понял, что обидел.
- Чего ты испугалась, глупенькая? - альфа не устоял, опять попробовал поцеловать.
На этот раз Эльза не сопротивлялась, но и не выказывала заинтересованности.
- Почему ты противишься желанию? Нам ведь нереально хорошо вместе.
- Роман, я правильно понимаю, что ты планируешь жить со мной, пока смерть не разлучит? - печально улыбнулась.
- Не планирую, уже живу.
- А ты думаешь, мне легко отдаваться мужчине, который меня разлучил с любимым человеком?
- Прошу тебя, не напоминай мне об этом лишний раз. Невыносимо думать, что у тебя был кто-то другой. Я могу не сдержаться, - между поцелуями и ласками напомнил:
- Ты пришла ко мне сама.
- Ты украл моего сына, - Эльза уже не сдерживаясь, громко стонала от непристойных ласк.
- Ты пыталась меня убить
- Зачем ты женился на Анжеле, если пара для вас столько значит? - насытившись, он не выпускал ее из объятий.
- Мы зарегистрировали отношения за день до встречи с тобой, - Роман посмотрел на часы и поморщился. Вместо того, чтобы готовиться к интервью, он последние два часа развлекался с Эльзой. И был счастлив, как никогда прежде.
- Что-то не так?
- Сколько тебе необходимо времени, чтобы привести себя в порядок?
- Смотря для чего.
- Чтобы стать лицом для обложки, - Гривцов перестал соображать окончательно. Вся схема, выпестованная за последние сутки пиарщиками, благодаря его прихоти, грозила накрыться медным тазом. Он собирался публично заявить на Эльзу права.
- Я тебя не понимаю.
- Вечером приедут журналисты. Я хочу, чтобы ты была рядом. Расскажем красивую историю о том, как мы встретились после долгой разлуки и поняли, что не можем жить друг без друга.
Посмотрев на молчавшую Эльзу, понял, о чем она думает. В принципе он был с ней солидарен. В тот момент, когда он впервые учуял ее запах, он полностью изменился. Всегда холодный, спокойный и расчётливо циничный, Роман превратился в озабоченного гормонами подростка, который не думает о последствиях предпринятых действий.
- Эля, знаю, что ты думаешь, что я спятил! Я даже не буду спорить с этим. Я собирался дать тебе время привыкнуть и освоиться. Но я не хочу больше ждать.
- А тебя не волнует...
Гривцов снова поцеловал девушку, не дав возможности возразить.
- Единственное, что меня волнует, это то, что на тебя будут пялиться десятки тысяч читателей.
- Я не смогу делать вид, что влюблена в тебя, - девушка покачала головой.
- А так? - спросил Роман и легонько пошевелил пальцами, лишь едва задевая сосредоточие ее женственности.
- Ты же не собираешься соблазнять меня прилюдно? - с некоторой долей игривости произнесла девушка и замолчала, осознав, что неосознанного кокетничает с мужчиной. Мужчиной, который лишил ее любимого человека. Мужчиной, который разрушил ее спокойную и такую счастливую жизнь. Мужчиной, который несколько часов назад сделал из нее служанку. Мужчиной, реакцию которого предсказать было невозможно и чье настроение изменялось подобно флюгеру. Эльзу затошнило. Затошнило от самой себя. Захотелось напиться и забыть обо всем.
- А почему нет? - видимо, оборотень почувствовал какие-то изменения в ее поведении и поднялся.
- Я могу увидеть сына?
- Конечно. Зачем ты меня спрашиваешь? - она не просила о помощи, но он взял ее за руку и помог встать.
- Я так понимаю, на кухню мне тоже можно не возвращаться? - ехидно спросила, понимая, что свою трудовую повинность только что отработала другим способом. После того унизительного разговора, Гривцов притащил ее на кухню, предварительно выгнав всех оттуда, и заставил убирать. Целиком. В ручную.
- Эля, - простонал оборотень, зарываясь лицом в ее растрёпанные волосы. - Я действительно сожалею.
- У тебя такие шикарные волосы, - он массировал ей затылок и это было чертовски приятно. - Но лучше немедленно оденься, иначе я возьму тебя снова.
Роман неотрывно смотрел, как она натягивала очередное платье Анжелы.
- Твои вещи уже привезли. Мне жаль, сокровище мое, но у тебя на сына осталось совсем немного времени. В шесть приедут стилисты, гримеры и прочая шушера. В восемь будет само интервью. Хочу, чтобы ты еще успела обсудить с Аркадием основные моменты. Он возглавляет у меня пиар-службу.
Эльза посмотрела на часы. Начало шестого. Времени на общение с сыном оставалось катастрофически мало. А еще нужно было причесаться и, хотя бы наскоро принять душ.
Вернувшись в спальню Гривцова, девушка с удивлением обнаружила там сестру. Стараясь быть честной с собой, призналась, что боялась этой встречи. Эльза знала, что кузина хотела поговорить с ней вчера и мелочно обрадовалась, что оборотень запретил к ней кого-либо пускать.
- Ну, здравствуй, сестренка. Не буду говорить, что рада тебя видеть, - Анжела явно чувствовала себя королевой положения. А Эльзе было элементарно некогда. Тем более она не представляла, что сказать. Извиниться? Глупо. Она ни в чем не виновата.
- Молчишь? - протянула задумчиво Самина. - Или голос сорвала? - вышло очень участливо. - Не нужно быть оборотнем, чтобы слышать, как ты стонешь от ласк моего мужа. Он ведь сказал тебе, что женат и разводиться не собирается?
Эльза покраснела. Последний раз она не сдерживала себя.
- Чего ты хочешь, Анжела? - устало спросила она. - У меня нет времени на споры с тобой. Меня ждет ребенок.
- Посмотрите какая краля! - выпалила взбешенно кузина. - А строила из себя недотрогу! Раздвигаешь ноги перед чужим мужем, а судьбой собственного поинтересоваться не хочешь?
Эльза насторожилась:
- Что ты знаешь о Ростиславе?
- О-о, - издеваясь, протянула Анжела. - Так Гривцов тебе не сказал?
- Анжела, пожалуйста, если ты что-то знаешь о Ростиславе, я прошу тебя...
- Твой муженек совсем рядом. Или ты не чувствуешь? - продолжала издеваться над ней кузина. - Ты ведь так гордилась вашей связью? Как ты это называла? Черт, вспомнить не могу. Кажется, объединением сердец?
- Соединением, - автоматически поправила Эльза. - Анжела, где он?
- В подвале. Говорят, у Гривцова там полный антураж средневековой темницы. Цепи, кандалы, крюки для подвешивания. Я сама, конечно, не видела. Но видела тех, кто побывал в местном филиале ада.
- Я не верю тебе, - в ужасе закричала девушка. - Не верю! Это не может быть правдой!
Но воображение уже рисовало ей картины одна страшнее другой. Вот избитое тело Ростислава и маньяка Гривцова рядом...
- Ты можешь убедиться сама. Там нет охраны. - Эльза не слышала большую половину фразы, но отчетливо поняла, что сможет поговорить с супругом. Как ей сейчас не хватало его надежных объятий и успокаивающего шепота о том, что все обязательно наладиться, все непременно будет хорошо.
- Что здесь происходит? - Роман ворвался в спальню. - Эльза, почему ты кричала? А ты что тут делаешь? - он явно заметил жену. Подхватив Анжелу под локоть, потащил на выход из комнаты:
- Я думал, ты умнее. Не смей пакостить Эле, поняла? - кажется, альфа проявил силу. Эльза понятия не имела, в чем это выражается. Но какие-то отголоски, подавляющие волю, задели и ее.
- Что с тобой, милая? Чем тебя расстроила Анжела? Клянусь, она съедет сегодня же.
- Не надо. Она просто приходила поговорить. А я психанула, не сдержалась.
Он опять ее обнимал. А она думала только о муже. Какой же дурой она чувствовала себя в данный момент. Она почти поверила в то, что Гривцов не причинил ему вреда.
- Роман, а можно перенесли интервью со мной на несколько дней? - спросила ласково, обнимая за талию и прижимаясь к нему. Гривцов замер. Эльза про себя усмехнулась. Она уже приняла решение.
- Я сейчас не готова и очень устала, - она потёрлась об него, словно кошка. - Ты говорил, что сделаешь все, о чем я попрошу.
Оборотень кивнул. Она знала, что Гривцов не устоит. А еще он говорил, что изначально ее в программа вечера не было. Это только упрощало задачу. Пока Эльза строила планы, мужчина уже подхватил ее под ягодицы и понес к кровати. Притворяться больше не приходилось. Она просто расслабилась. Удобная эта их штука, метка!