Глава 20. Эмма

- Иди сюда, моя девочка, - его баритон вызывает мурашки на коже. Это дикий страх ослушаться. Но я и шагу сделать к нему не могу. Особенно после обещания Валеры спасти меня от этого брака. Но реальность, она другая. Колючая как проволока, которой связали мои руки, и горькая как яд, который мне предстоит ещё выпить.

После того ужина, мы виделись всего один раз. Сергей запретил ходить мне на работу эту неделю. Сказал, чтобы готовилась к свадьбе. Всего один раз, к нам заехал отец и забрал меня с собой в офис. Не совсем понимала, зачем ему я, ведь документы он и сам мог дать Валере на подпись, но отправил меня.

- Когда подпишет, заберёшь и назад возвращайся.

- Пап, а ты сам не можешь? Надо меня было сюда за эти тащить?

Не то, чтобы я была против. Просто не понимаю, данных манипуляций.

- Принцесса, много вопросов задаешь. Ступай.

Когда поднимаюсь в лифте, руки и ноги трясутся. Понимаю, что сейчас увижу его. Наконец-то. Хоть бы сказал хорошие новости. Хоть бы...

- Я сообщу, что вы пришли, - останавливает меня Лера.

- Я сама.

Открываю дверь без стука и вхожу в кабинет. Валера сидит за столом, и на повышенных тонах, с кем-то разговаривает. Долго молчу, и наблюдаю за любимым мужчиной. Таким родным и близким, что никто никогда не сможет занять его место.

- Привет, - тяну с улыбкой. Он поднимает злой взгляд, но в секунду всё меняется. Он улыбается.

- Да, я всё понял. Позже перезвоню.

Два шага и он стоит возле меня, прижимает к себе и до хруста костей, обнимает.

- Ты тут. Я так рад, - голос севший и очень усталый. Такое чувство, что не спал несколько дней.

- Я принесла документы, подписать. - Спросить как дела с побегом, не решаюсь. А вдруг он снова струсил, а я тут волшебные замки строю. - Меня папа ждёт внизу, просил не задерживаться.

- Хорошо, - он отпускает меня, берёт папку документов, и не глядя, подписывает. Всё его внимание мне. Так смотрит... Душу выворачивает.

- Эм, я нашел лазейку. Всё получиться. Мы будем вместе, - говорит спокойно, но при этом я вижу, как дрожат его руки, когда возвращает назад документы.

- Правда? - вместо того, чтобы забрать их, я подскакиваю и обнимаю его. - Ты не шутишь?

- Нет, любимая, не шучу...

Любимая...

Боже. Он назвал меня любимой. Плохо помню, что он мне говорил в тот день. Я была окрыленной и счастливой. Помню, просил ещё пару дней подождать. Помню, сказал, что любит и всё сделает, чтобы мы были вместе.

- До свадьбы пять дней. Я потерплю, - думала я тогда, когда отдавала отцу документы. Когда губы ещё дрожали от поцелуя Валеры, а бабочки в животе не переставали летать. - Я потерплю.

Вот только прошло четыре дня, а от Валеры ни одной весточки.

Сергей Ольховский развалился на кресле, руки расставил широко по краям, и в расслабленной позе рассматривает меня. Его жгучий взгляд, обжигает кожу, но вместо высокой температуры у меня на коже появляются льдинки. Мелкие, но такие холодные.

- Зачем? - пытаюсь говорить уверенным голосом, но всё тщетно, я его боюсь. Мне всего лишь девятнадцать лет. Ему почти сорок. Он старше в два раза. Взрослый мужчина, у которого не только связи по всей стране, но за спиной криминальный мир.

- Хочу попробовать твой вкус.

- Свадьба завтра. Нужно ещё подождать немножко, - пытаюсь потянуть время. Валера обещал спасти. И ещё чуть-чуть времени надо.

- Зачем ждать красивая? Я сейчас тебя хочу. Тем более устал ждать. Иди сюда, - первые фразы он говорил мягким голосом, но последнюю с раздражением и нажимом.

Могу ли я позволить себе и не подойти к нему? Сбежать? Вряд ли. Моя судьба в руках Залужного, только он меня сможет спасти. Отец же назад отправит. Он ясно дал понять, что если я ослушалась его приказа, будут последствия.

Первый шаг ступаю несмело, второй, также, третий легче, как мне кажется. Я справлюсь. Должна. Выбора нет.

Останавливаюсь в полуметре от него. Не знаю что делать. Да, я не девственница. Родила дитя. Но я спала только с одним мужчиной. Любимым, желанным. А сейчас... Мне страшно. А вдруг будет больно? А вдруг не справлюсь?

- Сними шмотки! - звучит приказ. Боже...

Развязываю завязки на плечах, и милый, голубенький сарафанчик с лёгкостью падает на ламинат. Я стою перед ним в одном белье. Знала бы, что предстоит такое испытание, оделась бы по погоде в свитер, джинсы и ещё три махровых кофты сверху. И похрен что в три пота стекала бы. Главное, чтобы не так как сейчас, остаться перед ним безоружной.

- Всё снимай и покрутись...

Я вижу блеск в его глазах. Ему нравится все, что он видит. Руки как будто тяжёлые стали, свинцом налились. С трудом, получается, запрокинуть их назад и расстегнуть лифчик. Но ненужная вещь для Ольховского падает на пол. Руки замирают возле резинки трусиков. Не могу пересилить себя, но и убежать не могу. В доме Катя, она самое главное его оружие против меня. Стягиваю последнее препятствие и делаю быстрый кругооборот.

- Красивая. Как же я давно этого хотел, - он как голодный зверь облизывает свои губы, и манит меня рукой, - А теперь иди сюда.

Всего один шаг сделать. Всего один. Вот только мне кажется, что впереди пропасть, и я не могу переступить. Сил не хватает.

Ольховскому надоедает ждать, и он, схватив меня за руку, тянет на себя. Не удерживаясь на трясущихся ногах, и падаю ему грудью на колени, своими же коленками бьюсь об пол. Резко поднимаю взгляд, и ловлю его похотливый. Думаю, ему нравится такая моя поза.

- Достань его.

Вот так вот просто. Приказ, и ожидание его немедленного выполнения. Слушаюсь. Пальцы дрожат, пока расстегиваю ширинку, он приподнимает бедра, и даёт стащить брюки и трусы к коленям. Одно радует, член, который находится в боевой готовности, не слишком огромный. Лучше б он был вообще импотент. Я бы имитировала для него оргазм, и радовалась, что он не на что способен. Но мне вряд ли так повезет. Ольховский крепкий мужчина, это видно в каждом его движении.

- А теперь возьми его в рот. Он жаждет твоих прикосновений.

Руками обхватываю член и медленно начинаю водить. Я думала, меня будет тошнить или же станет противно. Но ничего такого нет. Это просто член. Как и все другие. Я почти полгода готовила себя к тому, что мне придется выйти замуж и ублажать нелюбимого мужчину. В принципе я готова. Главное, чтобы не возникло проблем с возбуждением. Не хочу боли. Не выношу её. В таком случае, я решила для себя, буду делать непростительное, представить Валеру на его месте.

Я готова! Всё! Точка!

Наклоняюсь и беру в рот. Облизываю. Солоноватый вкус ударяет по моим рецепторам. Ладно, терпимо. Делаю обычный минет, с закрытыми глазами. А в голове кручу пленку всех минетов для принца. Мне нравилось становиться перед ним на колени и брать в рот. Нравилось в эти секунды чувствовать власть над ним. Нравилось смотреть в глаза и тонуть. С Сергеем зрительного контакта не будет. Потому что тогда я не смогу представлять любимого.

- Хорошая девочка, - он гладит меня по голове и сильнее надавливает. Но не настолько сильно, чтобы я начала задыхаться.

Терпимо! Эмма! Всё ок. Ты держишься молодцом. Пусть будет, только минет, пусть хотя бы сегодня не берет тело. Валера спасет. Он обещал.

- Ммм, - стонет от удовольствия мой кат. Ему нравится. - Молодец, Эмма, молодец. Возьми глубже... Отлично... Губами сильнее обхвати... Ммм, молодец...

Лучше б он просто заткнулся. Его голос раздражает. Но между ног я чувствую влагу. Потому что в голове, как я стою в кабинке туалета, где за стенкой Аккерман трахает Леську, а я сосу член "братца". Этот трах был ахуительным, простите за мой мат, но другого слова для того безумия нет. И пусть я сказала, что это отвратительно, на самом деле, соврала.

Не замечаю, как Ольховский доходит до края, и, надавив на затылок, с хрипом кончает мне в рот. Вот же сука. Не хочется глотать его проклятую сперму, но и выплюнуть он не даст.

Поднимаюсь на ноги, и собираюсь покинуть кабинет. Барин доволен, а мне пора сваливать.

- Ты куда, моя хорошая? - слышу голос в спину, когда как раз наклоняюсь за платьем.

- Пойду к Кате, время кормить.

- Мы не закончили, - с улыбкой говорит, и, поднявшись, идёт навстречу. Вот же тварь. Хватит, говорит мой взгляд, но его, кажется, это ещё больше распаляет. - Я хочу проверить норку своей будущей жены. Всё-таки не одну ж ночь мы будем ублажать друг друга, - он кладёт свои пальцы мне на губы, и продолжает их трогать, - рот хороший. Смотри, Эм, у тебя два варианта, оба для меня выигрышные. Первый, ты будешь послушной женой, и в постели делать все, о чем прошу. И тогда ночи и дни со мной, будут так же приносить тебе удовольствие. Второй вариант, ты будешь делать мне мозги, а я этого терпеть не могу. В конечном счете, я буду злой и раздражительный, но брать твоё тело всё равно буду. Только жёстко, без нежности и ласки. Тебе будет больно. В этом можешь не сомневаться. Мне нравится слышать крик и видеть страх. Любой из вариантов меня устраивает. Какой выбираешь?

Тварь! Ублюдок! Ненавижу!

- Первый, - и дураку понятно, что никто добровольно не пойдет на предложение боли.

- Вот и славно, - он опускает руки на мою мелкую грудь, и раздражённо выдыхает, - а вот сиськи надо сделать. Природа всё дала тебе, кроме них. Даже пощупать нечего.

Он бросает ноющие соски и опускает руку между ног. Я не шевелюсь. Знаю, что мокро. Всегда когда вспоминаю ласки Залужного, начинаю текти, только раньше это просто так происходило, а теперь для другого стараюсь.

- Ммм, влажненько. Это хорошо.

Он хватает меня за руку и тащит в сторону стола. Резко разворачивает, погибает в спине и одним движением входит. Я даже вскрикиваю от неожиданности и пытаюсь выровняться. Но Ольховский не даёт, снова гнет раком и, схватив за бедра, начинает быстро и резко вбиваться. Мне больно. Пусть я была и мокрая, а член не такой большой, как у Валеры, но и его, тоже достает, кажется, до самой глубины. А руки сильно сжимают бедра. Будут синяки. Хочу расслабиться и вспомнить Валеру, но не выходит. Слишком агрессивно берёт меня. И стонет громко. Его голос сбивает. Но проходит всего две - три минуты и Сергей кончает в меня. А когда достает член, я выпрямляюсь.

- Ты же не пьешь таблетки? - спрашивает.

- Нет.

- Это хорошо. Мне нужен наследник, не забывай об этом.

- Я помню.

- Можешь идти. Готовься к завтрашнему дню. Ты мне идеально подходишь. Кто же знал, что помимо договора о свадьбе, я ещё и получу такой славный и вкусный персик. Я бы и сейчас продолжил, но надо ехать по делам. Ступай, Эм.

Собираю вещи, смотрю на своего ката, и, сглотнув непрошеные слезы, выхожу. Он моих слёз не увидит!

Не нахожу слов, чтобы возразить ему или вообще что-то ответить. Натягиваю сарафан, трусы и покидаю кабинет.

Не будет у тебя наследника. Я уж постараюсь. После свадьбы поеду к врачу и проконсультируюсь насчёт таблеток. Буду надеяться, что сегодня не забеременею от него. А если вдруг это случится, я сделаю аборт. Но ребенка ему не рожу. Не за что.