Глава 14
Ай фил гуд! Пара-па-бабам!
Будильник? Да! Подъем!
А! Блин! Нет! Не подъем…
Щас…
Отключаю любимый трек…
Раз уж начинать день ни свет ни заря, то только под любимое, да?
И с любимыми!
Точно!
Потягиваюсь, пытаясь хоть как-то реанимировать измученную полом спину, рывком встаю.
Спят еще обе.
Смешные такие! Руки одинаково раскинули! И даже губки у обеих одинаково приоткрыты!
Машунька повернулась на другой бок, заплямкала, Лиска лежит, не шевелится… Мр-р-р! Какие они у меня клевые!
Пойду им что-нить вкусненькое соображу.
В коридоре подхватываю свои свеже выглаженные брюки с рубашкой, иду на кухню.
Повар из меня так себе, но яичницу с тостами могу. Помидорами глазки выложить. Сосиску жареную вместо рта. Или кусочек колбасы? Что тут у Алиски есть?
Включаю тихо в телефоне музычку, что-то режу, что-то жарю…
– Папа! – резко прыгает на меня сзади Машка. – Не исчез! Настоящий!
– Фигасе заявы! – оборачиваюсь, подхватываю ее на руки. – Конечно, настоящий!
– А я думала, вдруг ты волшебный и утром растаешь! – тараторит моя взлохмаченная красавица. – Ну как в сказке! Ну там, как Снегурочка!
– Дочь, ты прикинь, какая лужа бы была! – смотрю на нее испуганным взглядом, а она хохочет.
Да, я большой… И природа не обделила, и в спортзале я постарался… Удержу их обеих, если захочу.
Или если они захотят.
Лиска вон стоит в дверном проеме и смотрит на меня так, что я и не пойму: хочет или не хочет.
– Какая красота! – ахает Машунька. – Это мне? – тут же хватается за вилку. – Я буду! Да! Мама, можно?
– Конечно, можно, – хмыкает Алиска. – Сам Стас Ржевский готовит, – ехидничает она зачем-то.
– Ну, – кривлюсь, – посторонних людей дома не люблю, поэтому да. Завтраки всегда готовлю себе сам. Тебе сделать блондина или рыжего? – заношу над мордой из яичницы два пакета: кетчуп и майонез.
– Я русых люблю! – выдает Алиска и показывает мне язык.
А я замираю и расплываюсь в улыбке.
Ага.
Понял! Принял!
– Я весь в твоем распоряжении, – развожу руки в разные стороны, приглашая ее то ли в объятья, то ли… – Кушайте не обляпайтесь!
– Дурак! – фыркает она и скрывается в ванной.
А я не могу стереть с лица глупую улыбку.
Сажусь рядом с дочерью.
– Ну что? – подмигиваю ей. – Сегодня поедем ко мне?
– И там мы с мамой будем спать на полу! – выдает дочь.
– Не-ет! – смеюсь. – Я думаю, мы подберем для вас комнатку!
– Стас, – выныривает из душа моя Алиска.
Румяная, свежая такая, волосики вокруг лица влажные…
– А я правильно понимаю, что работы у меня все-таки нет? – спрашивает она, вытираясь полотенцем.
– В смысле?! – справляюсь со всеми эмоциями, бушующими у меня в животе. – Как это нет? Мы два часа тебе должность выдумывали!
– Стас, – Алиска смотрит на меня убийственным взглядом.
– Ты так на моего Эйч Ара посмотри, ладно? – хмыкаю, делая вид, что мне все равно.
– Окей, – вздыхает Алиска. – Значит, вопрос с детским садом остается открытым.
– Что, все-таки идти к Ларисе Анатольевне? – чуть не роняя вилку, спрашивает Машунька.
– Нет! – выкрикиваю я. – Придумаем что-нибудь с садом, – смотрю на Алису, – няню наймем, с собой ее на работу возьмем.
– Ура! Я буду работать с мамой и папой! – орет Машка.
– И еще с шестьюдесятью пятью сотрудниками, – улыбаюсь, – это в центральном офисе.
Алиска вдруг опускает взгляд, вижу, что ее что-то задело.
– Ты чего? – спрашиваю прямо.
– Нет, – крутит головой. – Все в порядке.
– Алис!
Не улыбаюсь. Не шучу. Смотрю на нее испытующе.
– Где ты и где мы, – вдруг выдавливает она из себя. – Я – мать одиночка, ютящаяся в старой однушке. А ты…
– А я – отец твоего ребенка, – обрываю ее. – И вы будете жить со мной, – поджимаю губы. – Ну или я с вами, – веду плечами. – Че, пол широкий, – заговорщически смотрю на Машку, а та смеется.
Довольная, счастливая и смеется!
Перевожу взгляд на Алису.
– Прекрати, – произношу одними губами, но не срабатывает.
Вижу, что она смущена и расстроена.
Как бы с ней поговорить наедине? Что б придумать?
– В общем, – продолжаю бодро, – у тебя есть выбор. Или вы переезжаете ко мне, или я к вам! – улыбаюсь почти так же, как позавчера на улице. – Помочь паковать вещи?
.