Глава 18
В дом приезжаем уже после обеда. Пока выспались, пока еще раз повоевали на тему “не хочу – не буду”. В этот раз с Машуткой, правда. Дочка моя наотрез отказалась обедать. Нервы что ли…
Особняк мой далеко от города, и я всегда считал его вроде как дачей…
А учитывая, сколько у меня свободного времени, то проводил я тут от силы дней шесть в году. Ну восемь… На Новый год всегда приезжал!
Приемы Стаса Ржевского уже вошли в историю московских тусовок. Нет, здесь нет ничего зашкварного! Наоборот! Тут Дед Мороз заставляет рассказывать стишки, крепче шампанского алкоголь не наливают, и основное блюдо на столе – оливье. С докторской колбасой и мазиком!
Но это тот самый Новый год, который мы любили в детстве! Эта та самая сказка! Это “Три белых коня”, летящее со сцены, артисты, загримированные под Барбару Брыльску и Яковлева, комик в костюме Волка из “Ну, Погоди!”, наряженного снегурочкой…
Вот все как-то так!
И это не для детей! Хотя, конечно, какая-то мелюзга тут вечно носится. Со временем им даже стали выделять отдельный зал и заказывать актеров не из “Ну, Погоди!”, а из “Смешариков” и этих, как их… С антеннками на голове… Короч, не важно. Думаю, дочь меня быстро научит распознавать в каждом луноходе Лунтика…
– Ух ты! – вопит Машутка, оглядывая зал для приемов. – И это все твое?
– Я тебе больше скажу! – наклоняюсь, уперевшись руками в колени, чтобы наши лица были на одном уровне. – Это все НАШЕ!
– Че, правда? – распахнув глаза на пол-лица, переспрашивает Машка.
– Ага, – киваю уверенно.
– У-ура!!! – вдруг вопит она так, что, наверное, даже соседи по участку слышат.
А участок у меня, между прочим, три гектара…
– Елена, – оборачиваюсь к встречающей нас управляющей, – пригласите, пожалуйста, персонал сюда на минутку.
Ошарашенная поведением Машеньки женщина молча скрывается в коридоре, и через две минуты оттуда же, почти чеканя шаг, выходит строй моих волшебников кухни, тряпок и сада…
– Господа, – улыбаюсь всем, – хочу представить вам новую хозяйку этого дома, – подталкиваю вперед Алиску. – Моя будущая жена, Алиса. Прошу слушаться, как меня.
Алиска бледнеет, тушуется и явно не знает, куда себя деть.
– Вот этот замечательный ребенок, чьи крики вы сейчас слышите, – в этот момент где-то в глубине дома еще и что-то громыхнуло. – Это моя дочь Мария, – спокойно киваю, предвосхищая истерику своих горничных. – Я думаю, вы все скоро ее увидите, – улыбаюсь, – особенно кондитеры.
Моя необъятная повариха довольно хмыкает, кивает мне.
– Прошу любить и жаловать и понимать, что этим дамам в новинку жить с обслуживающим персоналом, – улыбаюсь. – Пока все.
Люди, шушукаясь, расходятся. У них сегодня много работы.
– Ваши платья отнесли наверх, – церемонно сложив руки, кивает моей Алисе управляющая. – Стилист позвонил и подтвердил свой визит к семи.
– Это… – начинает Алиска и тут же запинается.
– Отлично, Лен, – киваю женщине, лет на пятнадцать старше меня. – Ребенка отловите и попробуйте накормить чем-нибудь. Она не ела в обед, а мы пойдем посмотрим нашу спальню, – и я протягиваю Алисе руку.
.