18
— И все же Алексей позвольте отблагодарить вашу даму? А вас с Эндрю ждут мои юристы для подписания последних бумаг. — Эх, идиот ты несчастный Леха, он махает, дает добро и идет с Эндрю вглубь зала, такое ощущение, что я зверушка, которую отпросили у хозяина, чтобы потискать.
— Ну что же Алина пройдемте? — Он просто прожигает меня взглядом.
— На будущее, за себя отвечаю только я сама! — И гневно сморю ему в глаза, мне по фиг насколько он там зол и могуществен, не буду играть в эти опасные игры, я не его рабыня, а он тем более не мой господин, так что не буду вести себя как покорная сучка.
— Я обращался лично к вам, но вы так смешно липли к своему спутнику, что сложилось мнение ….
— Вам показалось! — Грубо перебиваю его.
— Прошу прощения, если я вам обидел, — он притворно мило улыбается, сволочь! Да он просто насмехается надо мной!
— Что за благодарность? Давайте быстрее с этим покончим, — хватит, мои нервы и так на пределе.
— Прошу за мной, — и он направляется к лестнице. Я следую за ним, страшно? Да блядь до такой степени, что мои ноги не всегда меня слушаются, и я долго поднимаюсь по лестнице, как вам объяснить моё состояние? Наверное, как вы стоите в переулке, перед вами бешеный пес, если вы побежите он вас загрызет, сделаете шаг и укусит, начнете проявлять к нему нежность и он обглодает ваши ладони, что делать? Как спастись? Показать, что не боишься? Пересмотреть его в немом раунде? Заставить приклонить голову к вашим ногам? Мы заходим в кабинет, шикарный, дорогой кабинет. Наверное, куча бабла была выкинута на дизайн.
— Как сильно ты любишь своего парня? — Неожиданно.
— Снова перешли на ты? — Нервно усмехаюсь, — Да ты прям непредсказуем, — я специально выделяю “ты”.
— Я жду ответ, — он нагло усмехается, садится на кресло за столом, откидывается и нагло меня оглядывает.
— Надеюсь у тебя много времени? — Смотрю его же взглядом, подхожу к столу и сажусь на край, моё платье немного подпрыгивает и часть бедра обнажается. Поздно это осознаю, хищник уже жаждет крови. Наверное, возникает вопрос, какого хрена творю? А такого, если показать ему свое подчинение, он меня сломает, растопчет и никто не поможет. Это такой тип мужиков, показывать слабость нельзя, маячить пред носом добычей, можно, играть-тоже, но только не подчиняться, так он меня хоть немного будет уважать.
— Есть другие способы заставить тебя открыть рот, — звериный оскал.
— Так я его и не закрывала. Слишком много интереса к личной жизни, не находишь? — Ибо, я женщина, а значит могу и обозреть!
— Хочу знать, на что способна ради него? — Ого, это что за разговорчики такое пошли.
— Мы перенеслись во времени? Прошли те времена, когда мужики, ради баб делали поступки? Настало время женщин? — Усмехаюсь.
— Думаешь он на много готов ради тебя? — Так все, эти разговоры мне не нравятся!
— Хочу знать, ради чего нахожусь здесь в данный момент, и чего от меня хочешь ты? — Хватит, меня пугают эти беседы, пускай дает свой подарок и валит на хрен!
— Все просто, хочу тебя! — Сука! Просто мать вашу, что за хрень??
— Давай говорить откровенно, тебя привлекло моё наглое поведение, и то, что говорю, все что в голову взбредет. Таких, как ты — это привлекает, заводит, любишь ломать, заставлять подчиняться, ну и всякая хрень! Скажу сразу не интересует, как там Саба, да? Мне ею не быть, испорчу кайф, обломаю планы, — Так, что за херня?? Подорвался, стоит сзади меня. Мать твою… коленки трясутся, ком в горле.
— Если отберу у него все, смешаю с грязью, приползешь просить за него? Умолять все вернуть? Пожалеть? — Твою же мать! Куда я влезла?
— Нет, — короткий ответ, похоже он не этого ожидал.
— Почему? — Рык зверя, чувствую дыхание на своей шее, он не касается меня, но чувствую, как проводит рукой в миллиметре от моей спины, вот же черт!
— Что сделаешь? Возьмешь силой? Поставишь на колени и заставишь отсосать? Никому не принесет это счастья или еще чего-то, я унижусь и буду себя ненавидеть, призирать, он не сможет принять деньги, которые вернуться ему таким путем, да, мы не будет больше вместе, — быстро разворачиваюсь, смотрю в его глаза, черные как ночь, — и с тобой не буду, или думаешь по принуждению рождаются чувства?