Глава 27. В беспамятстве

Я не могла поверить своим ушам. Не хотела верить в то, что Дан мог так поступить со мной. Но факт измены был налицо, и я ничего не могла поделать. 

Земля ушла из-под ног, а голова закружилась, и я медленно скатилась по стенке на пол.

— Кир, ты чего? — взволнованно пролепетала Аля, потряхивая меня за плечо.

А мне даже отвечать ничего не хотелось. Я просто замерла и уставилась в одну точку, наблюдая, как картинка плывет за пеленой слез.

— Ну ты чего расселась, идем! — подруга обхватила мое обмякшее тело и попыталась поднять с холодного кафельного пола, но безуспешно…

***

Не помню, как оказалась дома и что происходило, но, открыв глаза, почувствовала, как сильно их жжет. Голова раскалывалась так, будто я всю ночь пила, да еще и жутко мутило.

Доползла до ванной, чтобы умыться, и увидела в отражении опухшее нечто, отдаленно напоминающее прежнюю меня.

— Ты чего, встала уже? — сонным голосом пробормотала Алина, войдя в ванную вслед за мной.

— Встала. Что-то глаза печет. Вот, решила умыться, — сипло произнесла я. — А что у меня с голосом?

— А ты что, не помнишь?

— Помню, как в подъезде сидела и все, — ответила ей и обдала лицо холодной водой, от которой стало хоть немного полегче. — А что было?

— Ну, как тебе сказать, — сконфузившись, протянула она. — Пол дороги до дома ты проревела, а потом потребовала поехать в клуб. Мы и поехали.

— И что там произошло? 

— Сначала ты напилась, а потом орала на весь клуб, какой Дан козлина.

— Боже, — закрыла лицо рукой от стыда. — Почему ты меня не остановила?

— А ты сама себя остановила. Правда, сначала заблевала весь туалет, а потом уже согласилась поехать домой.

— Сколько я выпила, что докатилась до такого? — вздохнула и потащилась на кухню попить воды.

— Самое интересное, что ты почти не пила, — пожала плечами подруга. — Буквально пару шотов выпила, и тебя понесло.

— Боже, как же стыдно…

— А чего стыдиться? Просто не поедешь больше в то место и все. Делов-то.

— Это хотя бы не клуб Дана был? — с надеждой спросила я.

— Не волнуйся, другой. В тот я бы тебя вообще не пустила.

— Спасибо, — горько усмехнулась в ответ, допивая второй стакан воды.

— Кстати, насчет Дана, — нехотя упомянула подруга. — Он тебе весь телефон оборвал. Как бы он сюда на заявился.

— Просто отключи домофон и звонок. И все. А дальше пусть делает, что хочет, — покачала головой.

— Может, проще один раз поговорить? Вы ведь все равно увидитесь в универе и…

— Нет, не увидимся, — перебила ее.

— Это как? — изумилась Алина.

— А вот так. В понедельник поеду туда и уволюсь.

— Ну, тебе же все равно придется отрабатывать две недели. А за это время вы в любом случае где-нибудь, да столкнетесь.

— Я не буду ничего отрабатывать. Просто поставлю перед фактом, а дальше пусть что хотят, то и делают.

— Кир, ну так же тоже нельзя. Напишут тебе еще какую-нибудь паршивую причину увольнения, и вот что ты потом будешь с этим делать?

— А ничего не буду делать, Аль. Ни-че-го.

***

Договорив с подругой, потащилась обратно в постель. Легла на спину и бесцельно уставилась в потолок. 

Казалось, жизнь вообще потеряла всякий смысл. Предательство любимого прожигало душу насквозь и разрывало ее на части. Но больнее всего было от того, что Дан признался мне в любви в тот самый день, когда затащил в постель другую.

Зачем он написал об этом? Зачем так поступил со мной? Может, его грызла совесть за то, что он собирается сделать, поэтому решил таким образом утихомирить ее? Ой, да какая совесть? О чем я вообще?

Сама дура! Сама виновата в том, что связалась с этим козлом! Знала же, что он бабник! Знала, что ждать от него чего-то хорошего не стоит!  И зачем только поверила ему?!

Колючий ком подступил к горлу, и я разрыдалась, уткнувшись лицом в подушку. Старалась не плакать в голос, чтобы не беспокоить лишний раз подругу, но тем самым делала себе только хуже. Слезы буквально душили меня. В какой-то момент я просто не смогла вздохнуть и хватала воздух ртом, словно рыба на суше. 

А потом резко вздохнула и закашлялась. В тот же миг к горлу подкатила невыносимая тошнота, и я пулей рванула в туалет. Выпитая вода тут же выскочила наружу, но лучше мне не стало. Истерика и безрезультатные тошнотные позывы так и продолжались, а я не знала, как успокоить себя.

— Кир, у тебя там все нормально? — обеспокоенно спросила подруга за закрытой дверью.

— Нет, не нормально. Воды, принеси, пожалуйста!

Не прошло и минуты, как Алина протянула мне стакан с водой, который я тут же осушила. И тут же произошло то же самое, что было и до этого.

— Кир, тебе надо успокоиться, а то так все кишки выплюнешь, — протянула Аля.

— Да не могу я успокоиться, — всхлипывая, ответила ей.

— Давай я тебе валерьянки дам, вдруг хоть немного полегчает.

— Давай уже хоть что-нибудь, — пропищала я, сдерживая очередной позыв.

Аля принесла мне стакан воды с валерьянкой и стала рассказывать мне обо всем, что ей только приходило в голову. И на удивление это помогло. Я немного отвлеклась на ее болтовню и перестала истерить, а вместе с тем и отступила тошнота.

— Пойдем в постель, хорошо? — она заботливо подняла меня с пола и повела в комнату.

И в этот момент раздался звонок в дверь.

— Ты чего, не отключила его? — скривилась я.

— Прости, забыла, — виновато ответила она, укрывая меня одеялом.

— Алина, я знаю, что ты дома! — раздался голос Дана за дверью. — Я слышал твой голос!

Звонок продолжал трезвонить, поселяя в душе все большую панику.

— Открой ему, пожалуйста, — вздохнула я. — Скажи, что я уехала к маме, а телефон сломался, и я позвонила тебе с ее номера.

— Ладно, — кивнула она и, прикрыв дверь в мою комнату, открыла Дану. — Ты чего так шумишь? — недовольно сказала она.

— Ты не открывала, — ответил он. — Что с Кирой? Она дома?

— Нет, ее дома нет, — отрезала Аля. — Я только что разговаривала с ее мамой по телефону. Кира у нее, а телефон сломался.

— Кира уехала? Погоди, но ее мама же в другом городе живет! А завтра Кире на работу.

— Ну-у, — протянула Алина, видимо, соображая, что ответить на это Дану. — Ее мама приехала к подруге в область, и Кира поехала туда.

— Дай номер ее мамы, пожалуйста, — попросил он.

— Извини, но не могу. Думаю, ей не понравится, если ты будешь звонить на ее номер. К тому же Кира сейчас спит и не сможет с тобой поговорить.

— Алин, дай номер, — продолжал настаивать он. — Я позвоню позже, когда она проснется. Мне нужно поговорить с ней.

— Прости, но нет. Я отправлю ей смску с твоим номером. Когда Кира сможет, она сама тебе перезвонит, хорошо?

— Ладно, — выдохнул Дан. — Но если сегодня она мне не позвонит, то завтра я приду к тебе снова, и ты дашь мне номер ее мамы. Окей?

— Хорошо-хорошо. Пока!

Дверь захлопнулась, и я выдохнула. Слышать его голос и знать, что больше никогда не буду с ним, причиняло невыносимую боль. 

Я снова загоняла себя в прежнее состояние, из которого только вышла. Слезы вновь навернулись на глаза, к горлу подкатил ком, и… Я снова побежала в туалет.