Эпилог

Год спустя

– Ваше величество, не забудьте подготовить доклад по основным боевым заклинаниям, – попросила мадам Растиум и поднялась со своего места. – На сегодня урок можно заканчивать.

Я тоже встала, преподавательница поклонилась, и я поблагодарила её за знания, проводив к выходу. Голова кипела от количества информации, но главное я начала активно заниматься и планировала даже сдать летние экзамены в РАМе за первый курс.

Конечно, учиться вместе со всеми я не могла, преподаватели приезжали во дворец, но вот сдать экзамены в РАМе мне дозволялось.

«Купава, занятия закончились? Кое-кто тут просит твоего внимания»,  – раздался в голове голос мужа, и я поспешила вверх по лестнице, в третье жилое крыло.

«Уже бегу» , – отозвалась мысленно.

В детские комнаты я вошла с улыбкой, предвосхищая семейную идиллию. Последнее время эта картина стала для меня привычной и вызывала трепет и счастье: Макс склонился над колыбелью, рассматривая нашего первенца так, словно там лежало величайшее сокровище мира.

Для нас это так и было.

Нянечки сидели у окна с неизменным умилением на лицах – мадам Камилья и мадам Вартроу – вторая была моложе и энергичнее, более прогрессивных взглядов, поэтому за малыша мы не волновались – он в надёжных руках, пока его родители вынуждены заниматься государственными делами.

– Совещание закончилось раньше? – спросила я, приподнимаясь на цыпочки и целуя супруга, а после уже склоняясь над сыном, чтобы погладить его по голове.

– Вынужден был его закончить раньше, иначе эти старики-советники никогда бы не отпустили меня к семье, – хмыкнул Макс, приобнимая меня за талию. И уже шепнул: – Я соскучился.

Данияр заулюлюкал – его недавнее умение, которое до сих пор вызывает у нас приступы нежности, и мы с Максом одновременно застыли, жадно глядя на сына. Любовь к сыну пришла не сразу – первые недели я находилась в какой-то прострации, не понимая, что происходит, в частности пытаясь осознать, что вот этот тёплый комочек – теперь действительно наш с Максом сын.

А потом нас с мужем накрыло… Любовь, всепоглощающая, всеобъемлющая обрушилась на нас лавиной. Мы просто не могли отвести взгляда от нашей крохи, постоянно целуя его и прижимая.

Впрочем, действительно хорошо, когда рядом есть нянюшки, которые и помочь могут, и оставить нас наедине, чтобы не только наши чувства к ребёнку горели ярким пламенем, но и друг к другу.

Макс теперь полностью контролировал своего дракона. Магия в нём была всё так же сильна, но огонь больше не мог взять верх над разумом. Отношения с мамой после того, как она забрала у меня дар хранительницы, не то чтобы налаживались, но… теперь она иногда заглядывала к Данияру. Ненадолго, полюбоваться внуком, но в этот момент мне казалось, что в её глазах произрастает любовь не только к бессмертным душам, но и к смертным.

Мы провели с сыном около часа, а после нам пришло напоминание, что мы не только любящие родители, но ещё и монархи. Максу нужно было заняться делами касательно строительства новой школы-интерната для сирот в столице, а у меня была назначена аудиенция.

«Надеюсь, сегодня, когда я вернусь в спальню вечером, кто-то не успеет заснуть»,  – раздался в голове насмешливый голос Макса, хотя мы ещё не успели расстаться и оба выходили из детской, держась за руки.

Хм, надо будет сказать Хмилье подготовить какой-нибудь интересный комплект…

«Надеюсь, ты вернёшься сегодня пораньше, чем вчера»,  – откликнулась я в том же тоне, и Владыка вздохнул.

Притянул меня к себе и поцеловал. У меня как обычно начали подкашиваться ноги, поэтому я буквально повисла на шее супруга, с таким же жаром целуя в ответ. Мой Макс… только мой.

Я вспомнила нашу свадьбу… официальную свадьбу. Я шла к алтарю по дороге, усыпанной розами. Ведь когда-то Владыка сказал, что он не тот, кто будет осыпать мой путь цветами и вот… Мы оба изменились, нашли компромиссы, чтобы стать счастливее.

Любовь – великое чувство. Оно способно как и уничтожить, так и вознести.

– До вечера, – откликнулся Владыка Малоземья, вновь поцеловав меня, и скрылся в портале.

Он всегда такой. Почти не смотрит на нормы этикета – Элерия определённо повлияла на него. К слову, о ней. Теперь королевство эльфов было открыто – совсем недавно Максу удалось восстановить портальную арку, для этого пришлось долго изучать записи Велессира эрг Тиона, но в итоге его величество справился.

Пока он был единственным, кому подвластна портальная магия, но кто знает, может, Данияр тоже её унаследует?

С матерью Макса мы так и не общались – она предпочла просто забыть нас, хотя муж неоднократно навещал её и помогал, если в этом возникала необходимость. Но принять ни меня, ни нашего ребёнка у неё не хватало мужества… или любви.

– Ваше величество, – навстречу вышла Клаудия и присела в реверансе. – Позвольте проводить вас в зал для аудиенций.

Я кивнула своей первой фрейлине. Клаудия недавно вышла замуж и сразу смогла приступить к службе во дворце, бросив учёбу. Рами же решила доучиться вместе с Арк-Виртом, а после получения диплома она планировала вернуться с ним в Орколей.

– Кстати, вам пришло письмо от Айрис Эйфери, – известила меня Клаудия. – Мне его прочитать или сами?

– Оно у тебя с собой? – спросила с интересом, и Клаудия с улыбкой кивнула и извлекла из кармана конверт.

Я раскрыла его и пробежалась взглядом, улыбнувшись. Айрис по-прежнему была невестой наследного принца Элая Вантегросса… Как ему удавалось удерживать девушку целый год, если артефакт слетает каждые три месяца, я ума не приложу, но он всё время придумывал какие-то новые поводы для обновления артефакта. Айрис всячески сопротивлялась, угрожала побегом, но… так и не сбегала.

Вот и сейчас в письме она стенала, как тяжела доля невесты наследника. То Сесиль ей книжку эротического содержания подбросит, то Элай прячется в её спальне от разгневанного новыми реформами отца, то родители вновь начнут допекать, когда же свадьба. А она? Она хотела свободы!

По крайней мере на словах. На деле же, судя по всему, её абсолютно всё устраивало. Свернув письмо и убрав его в карман, я ещё раз поблагодарила Клаудию. Мы вместе вошли в зал для церемоний. Я села на трон, величественно кивнула лакею и секретарь объявил:

– Доджион Веллисарий Парнаус Третий Венабль, миссис Венабль и… миссис Риджина Венабль!

Я побледнела. Как-то разом забылось, что я вообще-то год как королева Рамании, а воспоминания из Бриольского дворца быстро встали перед глазами. Если бы у меня была возможность спрятаться за троном – я бы это сделала. Да мне сейчас аверосские гласвиры не помешают, но и их нет! Приходится держать лицо – но мышца на щеке всё равно дёрнулась.

В зал вошли трое: Доджунчик с мамочкой под руку с одной стороны и темноволосая леди в траурно-чёрном платье лет тридцати – с другой.

– Ваше величество! – расплылась в улыбке миссис Венабль и присела в глубоком реверансе. – Как я рада встрече! Вы ведь нас помните?

К сожалению…

А дальше миссис Венабль-мать бросилась мне в ноги и начала рассказывать, как тёмная вдова, то бишь новая миссис Венабль, чуть не свела в могилу её Доджунчика, как своих предыдущих двух мужей.

На что в третий раз неудачливая вдова ответила, что нечего было свои богатства и связи преувеличивать, тогда бы ничего этого не случилось.

– А сама-то, сама! Мужья-то твои богатые были, куда подевала всё состояние?

– На наряды и экипажи спустила, – огрызнулась оппонентка. Дожунчик, как всегда, участия в споре не принимал. – Сами небось знаете, как тяжело поддерживать образ состоятельных людей!

Тут миссис Венабль и её дражайшему сыночку крыть было нечем, поэтому они сменили тему:

– Вы ему мышьяк подсыпали каждое утро в кофе! – обличительно воскликнула миссис Венабль.

– Да он сам его просил!

– Не мышьяк он просил, а коньяк!

– Ну извините, ваш сыночек так нечётко разговаривает, привыкший, что всё за него мать озвучивает, что с первого раза не расслышала.

– Да как вообще можно подумать, что муж просит на завтрак мышьяк?

– Зная о такой матери – можно, я бы тоже уже вздёрнулась при жизни с вами, – фыркнула чёрная вдова. – Хорошо, что вы жили через дорогу, а не на нашей территории. Но я всё ещё помню, как вы подсказывали Доджунчику через окно позы, как правильно жену ублажать.

Кто-то засмеялся. Я бросила предостерегающий взгляд на Клаудию, и фрейлина прикрыла рот на замок, сделав вид, что вообще смеялась не она. Но я её понимала. Такой клоунады давно не было во дворце Энибурга.

– Так сюда вы с каким требованием пришли? – уточнила я.

– Развестись! – однозначно отозвались женщины, а Доджунчик вновь промолчал.

Чего хотел Доджик, всем было плевать. Я же подумала, что давно я не доставляла отцу хлопот. Время пришло!

– Отлично, я приняла решение. Миссис Венабль, – я бросила взгляд на даму в чёрном, – в Рамании запрещено применение мышьяка, особенно без ведома жертвы – тут не спишешь на косметические или лечебные цели. Но так как мистер Венабль не подданый Рамании, вы – тоже. Гражданство передаётся по мужу, значит, вынести вердикт я не могу. Однако, ссылаясь на правонарушение, я подпишу указ о вашей департации на родину. Возможно, там вопрос с разводом и решится, – я не сдержалась, и позволила себе усмешку.

Женщины были крайне возмущены таким поворотом, но присели в положенных реверансах. После, подхватив друг друга под руки, словно лучшие подруги, направились на выход, шушукаясь и, судя по всему, возмущаясь моим решением. Доджик плёлся следом.

Когда двери за ними закрылись, Клаудия не выдержала:

– Храни нас боги подальше от таких мужчин!

– Согласна, – выдохнула изумлённо.

И мы рассмеялись, продолжив разбор дел.

Следующей была пара, которая напомнила мне об Ириэль и Фаэроне. Ириэль отказалась от престола, ещё год назад попросив Максимилиана перенести её в Раманию и дать политическое убежище. Ноэль рвал и метал, но выбора не было – официальным наследником престола стал Айрес. Зато Ириэль вышла замуж за Фаэрона и теперь ждёт первенца.

Крепыш остался на острове эльфов. Иногда он переносится в Бриоль – теперь ему не страшны порталы, когда тьма отступила – но в основном стал кем-то вроде фамильяра самого наследника. Учёбу в РАМе забросил, зато начал обучение у эльфов. Когда-нибудь, я надеюсь, их магия восстановится в полной мере – предпосылки к этому были, ведь Айрес, дар которого раскрылся только в этом году, уже был невероятно перспективным магом.

Мир так и не узнал о драконах, но уже ходили слухи, в частности с драконами соотносили нашу семью – из-за возможностей в портальной магии у Максимилиана, ведь до этого ею обладали лишь эрг Тионы. В общем, конспирологи были не так далеки от истины на этот раз!

Тимории остался последний курс до диплома. У неё кипела жизнь, она планировала построить отличную магическую карьеру и, кажется, мужчины и брак её мало интересовали.

Аудиенция продолжалась больше трёх часов, поэтому я вышла уставшая и измотанная, но всё равно первым делом побежала к сыну. Но в коридоре столкнулась с Дейном Эверусом. Оборотень поклонился и улыбнулся.

– Ваше величество! Рад вас видеть. Вы всё так же прекрасны.

– Не думаю, что ваши комплименты уместны, магистр, – с улыбкой откликнулась я, тут же почувствовав, как завибрировал мой эмоциональный фон.

Мы с Максом были связаны, он почувствовал Эверуса и я ощутила отголоски его ревности.

– Я пришёл попрощаться, Купава, – неожиданно фривольно обратился оборотень и вздохнул. – Решил сделать перерыв в преподавательской карьере и вернуться в Малоземье. Отец заболел и ему нужна помощь, поэтому я покину Раманию года на три.

– Вот как… – протянула и вздохнула. – Надеюсь, ваш отец поправится и вы вернётесь к преподаванию. Несмотря на количество моих обмороков на ваших лекциях, я всё равно считаю вас одним из лучших преподавателей.

Эверус хохотнул. Мы постояли так с минуту, а затем оборотень откланялся. Я старалась держаться с ним отстранённо, чтобы он поскорее вытравил чувства ко мне из своей груди и встретил ту, что затмит в его жизни всех остальных.

«Поужинаем в детской?»  – спросил Макс, и я улыбнулась.

«Кто-то приревновал и возвращается раньше?»

Ответом мне был рык дракона. Я рассмеялась, а вскоре угодила в объятия мужа, шагнувшего из портала. Владыка приподнял меня над полом и так сладко поцеловал, что у меня все мысли тут же испарились, осталась лишь одна нега и безграничное счастье.