Глава 24. В качестве себя

Плохо было то, что сегодня я потратила очень много сил. Со всей этой беготней сначала за Фьюри, потом — от Фьюри, потом — с Фьюри я чувствовала себя выжатым лимоном.

Варененьким таким овощем, едва способным передвигать ноги. Как пояснил сам Фьюри, это было связано с резкими всплесками очень высоких уровней магии, к которым я не была подготовлена, потому у меня случился сильный энергетический откат. Честно говоря, единственное, что мне сейчас хотелось, так это спать. Но отдыхать и спать было некогда, так что я бодрилась как могла и упорно шла вперед. Одно хорошо — в таком овощеподобном состоянии и необходимости быть очень внимательной в пути я временно переключилась с мысленного пускания слюней по Фьюри и сосредоточилась на деле.

В идеале было бы, конечно, телепортироваться к границе с Лакором, но создавать стабильные порталы у меня никак не получалось, как бы я ни старалась. Мне и так-то эта магия с трудом давалась, а уж сейчас, после всего пережитого стресса и потраченной магии все получалось из рук вон плохо, даже с учетом магии Фьюри, которую я впитала в себя в ломбарде. Нет, я честно попробовала наколдовать телепорт хоть до куда-нибудь. Даже создала некую воронку, которая постоянно мерцала и вздрагивала, как живое существо, а еще шла крупной рябью.

— Тада-а-ам! — пафосно протянула я, гордая тем, что смогла создать хоть что-то.

Взмахнула руками, указывая на воронку. Ладошками еще потрясла для пущего эффекта в ожидании оваций. Но Фьюри почему-то не впечатлился. Лишь скептично глянул на дрожащую воронку и тяжело вздохнул.

— Я в этот портал не полезу, — категорично заявил он. — Опасно, может расщепить. Давай лучше своим ходом.

Мы собрались часть пути пройти пешком, опасаясь, что стражники и каратели могут тщательно проверять вокруг экипаж и вообще всех, кто куда-то быстро на чем-то едет. Поэтому мы приняли решение дойти до южных кварталов пешком, а дальше уже на чем-то доехать до границы.

Салах я знала очень хорошо, да и чутье ищейки помогало очень быстро ориентироваться на местности и в городских трущобах. Так что продвигались мы вполне бодро, в хорошем темпе. Я правда переживала, что мы сильно задержались, и сегодня в любом случае не получится добраться до Лакора. А значит, придется искать где-то ночлег. Где именно, и как ночевать с Фьюри я пока не думала. Голова моя была не способна сейчас выдать что-нибудь адекватное, мысли упорно утекали куда-то не в ту плоскость, куда-то в сторону сильных рук, чувственных губ и… Ох, опять я начала пускать по нему слюни, да что ж такое!!..

Когда мы отошли от центральных улиц Салаха, Фьюри потянул меня в сторону ближайшей конюшни.

— Давай возьмем лошадь, — предложил он. — Это будет дешевле и быстрее, чем арендовать экипаж. Да и безопаснее.

— Я лучше переплачу и арендую экипаж, — замотала я головой. — Я не умею ездить верхом, и я вообще боюсь лошадей!

— Зато я умею, и я не боюсь.

— Но…

— Не дури, светлейшая. Тебе нужно отдохнуть, резкие всплески магии иссушили тебя. Снимешь с нас защитный купол? Думаю, тут его уже можно снять, стражников нигде не видно, и я их не чую, как и карателя. Постой тут, я разберусь с лошадью.

Я, видимо, действительно сильно устала, раз даже спорить больше не стала. Просто дала Фьюри несколько золотых монет и прислонилась спиной к пошарпанной деревянной стене конюшни в ожидании. Впрочем, не скрою: приятно, когда другие решают за тебя проблемы, особенно когда этот самый "другой" — столь эффектный мужчина, успешно кружащий голову. Отвыкла я уже от того, что какие-то проблемы могут решить за меня, если честно. Даже не помню, кто и когда делал это в последний раз.

Долго ждать не пришлось, и вскоре на улицу вышел Фьюри, держа на поводу красивого белого коня. В другой руке он держал увесистую корзинку, доверху заполненную едой.

— Сторговался до двух золотых и еще бонусом выбил тебе пропитание в дорогу, — довольно заявил Фьюри, помахивая корзинкой.

— Ого, вот это ты мастак цену сбивать, — искренне удивилась я. — А почему ты сказал "выбил тебе"? Нам тут на двоих хватит с лихвой, судя по объему съестного добра.

— Это ты так думаешь, — усмехнулся Фьюри. — Сейчас начнешь есть и остановиться не сможешь. Я вижу твою ауру и то, сколько энергии прошло через твою магическую Искру за сегодняшний день. Искра у тебя не раскачана как надо, и тело пытается восполнить силы за счет физической энергии, а это не очень хорошо. Да и на ногах ты плоховато стоишь, хотя и пытаешься бодриться и не показывать передо мной вида, что ты устала, и у тебя ни на что нет сил. Тебе надо поесть, и станет легче, гарантирую. Но для того чтобы нагнать упущенное за сегодня время, мы соединим приятное с необходимым, и ты перекусишь в дороге. Ну что, в путь?

Без лишних слов Фьюри легко запрыгнул на коня, так грациозно, будто делал это с малых лет. Впрочем, наверное, так и было… Если он воспитывался в какой-нибудь богатенькой семье, то наверняка уроки верховой езды были частью его плотного расписания. И даже длинная лекарская мантия не убавила его грациозности.

Я вот взбиралась на коня с грацией медведицы. Впрочем, Фьюри никак это не прокомментировал — спасибо ему за это! — а лишь молча помог мне устроиться поудобнее, усадив перед собой, благо большое седло позволяло с относительным комфортом ехать вдвоем. Только тесно прижавшись друг к другу.

Я держала перед собой корзинку с едой, а другой рукой вцепилась в седло. Никогда не ездила верхом и сейчас испытывала очень странные, непривычные ощущения. Не могу сказать, что мне нравилось отсутствие земли под ногами. И не могу сказать, что мне нравилось трясущееся животное подо мной, которое ни секунды не стояло на месте.

— Расслабься, — сказал Фьюри, опалив мое ухо горячим дыханием. — Можешь даже откинуться назад и немного передохнуть. Лошади очень чувствуют настроение наездника, поэтому животному необходимо показывать, кто тут хозяин положения. Быть спокойным и уверенным в себе человеком. Тогда и животное проникнется нашим спокойствием и будет нам добрым другом в пути.

Мы сидели, прижавшись очень тесно друг к другу, Фьюри удерживал поводья и управлял конем. А я сидела, напряжённая, пытаясь привыкнуть к такому виду передвижения. Думала о том, как мы выглядели со стороны, и тихонько хихикала сама с собой.

— Над чем смеешься? — поинтересовался Фьюри, когда мы двинулись прочь от конюшни.

— Да так… Подумала о том, что ты сейчас очень похож на принца на белом коне, который везет свою добычу в драконью пещеру. А добыча в лице меня только рада-радехонька.

Фьюри хохотнул.

— Я смотрю, тебе прям не дает покоя тема принцев.

— Да я так, шучу, с тобой почему-то вечно к слову приходится, — виновато улыбнулась я. — Это такой девичий рефлекс, знаешь? Видишь умопомрачительного мужчину — значит, принц, и все тут! И неважно, что он промышляет по ночам, например, грабежом вишневых десертов. Ну или играет в контрабандого преступника, шарахающегося по вражескому Салаху в компании горе-студентки, в нашем случае.

Смех Фьюри был такой заразительный, что я и сама заулыбалась до ушей и наконец-то расслабилась немного.

И захотела есть, да. Только сейчас поняла, что была голодна, как тысяча демонов, просто на нервной почве не обращала на это внимания. А сейчас прочувствовала на себе голод в полной мере, так как нюх ищейки учуял свежий домашний сыр, буженину, творожные лепешки, и от головокружительных ароматов аж слюны был полон рот. В общем, в буханку свежего хлеба я вгрызлась с таким удовольствием, будто никогда в жизни не ела ничего вкуснее. Аж глаза зажмурила и издала тихий протяжный вздох.

— Оу-оу, осторожнее, светлейшая, — игривым таким голосочком произнес Фьюри. — Если ты будешь с таким явственным наслаждением поглощать провиант, то я начну ревновать тебя к буханке хлеба.

Я рассмеялась и почувствовала, что Фьюри тоже улыбается за моей спиной.

— Очень мило, что ты подумал о еде для меня. Спасибо, — запоздало поблагодарила я. — Ты уверен, что не голоден? Может, с тобой поделиться?

— Я чрезвычайно голоден, но мой голод сейчас иного рода, — негромким и таким особенным, глубоким голосом произнес Фьюри.

Считаю, что такой голос, такую интонацию следует запретить на законодательном уровне. Потому что она совершенно точно является страшным звуковым оружием, мгновенно поражающим мозг и выводящим жертву из равновесия.

Жертва в лице меня блаженно улыбалась и радовалась тому, что Фьюри сейчас не может видеть мою дебильную улыбку.

О демоны бездны, я уже и сама не знала, чего больше хочу: скорее добраться до границы с Лакором или растянуть нашу поездку до завтра?..

Пока мы скакали дальше вдоль разноцветных домов и парков с вечнозелеными кустарниками и деревьями, я хомячила содержимое корзинки с провиантом и размышляла о магии.

— Мне ужасно стыдно за свое неумение создавать нормальные портальные воронки, — произнесла я, желая перевести разговор в иное русло.

— Не надо стыдиться своих провалов. Я тоже много чего не умею, и что с того?

— Ты-то и не умеешь? — усмехнулась я. — Хорош заливать! У тебя такая аура — ого-го! Уверена, что ты умешь если не все на свете, то очень многое.

— Ты глубоко ошибаешься, — мягко возразил Фьюри. — Существует огромное количество сфер магии, которых я даже не касался ни разу. Например, теневая магия, магия ветров…

— А такая есть? — удивилась я.

— Ой, да какой только нет… Да даже водная и огненная магия мне недоступны. Я хорош в боевых искусствах, прекрасно владению ледяной магией, также способен контролировать некоторые аспекты времени, так как по одному родовому магическому дару являюсь Хранителем Времени… Хреновым Хранителем, если честно, — усмехнулся Фьюри. — Пока что вокруг меня в основном только механические часы встают. Но что-то я все-таки умею. А магия сновидений? За всю свою жизнь мне ни разу не удалось хотя бы один раз просто войти в рабочее сновидение. Не говоря уже о чем-то большем. Но это не значит, что я бесполезен. Просто невозможно быть профессионалом во всех сферах магии. Нет, может, и возможно, но это уже скорее относится к каким-нибудь божествам или что-то около того. Я пока не дорос до статуса божества, приходится обходиться простым высоким чином государственного чиновника Лакора.

Я рассмеялась, Фьюри тоже заулыбался. Продолжил:

— А волшебники вроде нас с тобой не могут охватить всё. Это невозможно уже хотя бы потому, что многие магические дары могут конфликтовать друг с другом и очень сильно мешать в обычной жизни. Так что отстань от себя и перестань стыдиться провалов. Посмотри на меня: у меня всего два мощных магических дара в конфликте находятся, а что было бы, будь этих даров несколько? Моя магия Хранителя Времени плохо уживается с драконьим духом, постоянно конфликтует. Дух дракона алчен по своей природе и стремится захватить себе всё и сразу. Он всегда хочет быть выше и лучше всех. Такова природа драконов. И я постоянно работаю над контролем, мне нельзя его ослаблять. Чревато последствиями.

— Какими? — почему-то шепотом спросила я.

— Полным и абсолютным превращением в дракона, навсегда, — обыденным таким тоном пояснил Фьюри. — Если быть слабым духом и не учиться жестко контролировать свою магию, то однажды дракон может полностью поглотить человеческий разум. Задавить его навсегда и так и остаться в зверином обличии.

— Ужас какой, — я аж поежилась от такой перспективы.

— Да уж, — невесело усмехнулся Фьюри. — А если прибавить к этому дар Хранителя Времени, то совсем веселая картинка открывается, правда же? Знаешь, в детстве я часто совершал неконтролируемые прыжки во времени. Прыгал то в прошлое, то в будущее, а родители меня искали. Думаю, им было чрезвычайно "весело" ловить меня в разных эпохах и в разных точках Вселенной, потому что легко и просто телепортироваться куда угодно я умел уже в годик. Правда совершенно неосознанно, как ты понимаешь.

— Ужас какой! — повторила я, только теперь уже со смехом. — Твоим родителям памятник ставить нужно! Как они не чокнулись с таким сыночком?

— С сыночком и дочкой, нас таких двое сразу бесшабашных было, — сказал Фьюри. — Не знаю, как они это выдержали, но как-то справились. Подозреваю, что без литров успокоительных зелий или чего позабористее не обошлось. Поэтому мое детство состояло из бесконечных тренировок по самоконтролю. Во мне магии так много, что до недавних пор я ходил с артефактом-перстнем, жестко ограничивающим мои магические способности, сдерживающим многие мои всплески. Кое-как, но все же лучше, чем ничего. Не очень приятная штука, этот артефакт. У него аура мерзкая, сильно подавляющая. Носить неприятно было. Только недавно мой Наставник этот перстень с меня снял, и то, лишь для того, чтобы проверить, как сейчас моя магия поживает. Но, чувствую, после этих моих неконтролируемых всплесков в ответ на магию карателя перстень на меня нацепят обратно, — вздохнул Фьюри. — В общем, к чему я это все? К тому, что маг не может быть крутым во всем, ему следует сделать акцент на каком-то одном, максимум двух способностях. Тебе просто нужно развивать свои навыки. Свои сильные стороны, в которых ты действительно хороша. Ты отличная ищейка и будешь еще лучше, когда наберешься опыта. Тебе цены не будет в поисковой гильдии, да и в разведке, специалисты вроде тебя — на вес золота. А еще ты прекрасная соула.

— Лично для тебя, не более.

— А этого мало? — спросил Фьюри. — Поверь мне, такие способности еще поискать надо. Уж я-то знаю, так как очень много времени уделял этому вопросу. Не умаляй своих достоинств, Белла. Просто развивай свои сильные стороны дальше. Тебе бы учителя хорошего… Наставника, который действительно поможет раскрыть твой потенциал. Каждому хорошему магу нужен наставник, который будет намного сильнее мудрее, опытнее. Без наставника можно очень долго топтаться на месте и так никогда и не сдвинуться с мертвой точки. Либо сдвинуться, но каким-то кривым, неправильным, болезненным путем.

— Где еще найти его, этого наставника, — вздохнула я. — Легко рассуждать о таких вещах, когда у тебя есть куча денег, и ты можешь нанять любого учителя…

— Дело не в деньгах, — возразил Фьюри. — Напротив, настоящий наставник всегда проведёт тебя по твоему пути безвозмездно. Ну как — безвозмездно… Относительно, конечно. В плане финансов безвозмездно. А так-то за все в мире приходится платить. Когда ты обучаешься у кого-то, то запускаешь определенные энергетические процессы во Вселенной. Которая, в свою очередь, щедро одаривает твоего наставника силой, энергией и всякими "подарками судьбы", как это принято называть. Так что наставники в магии — это всегда очень богатые люди… Но не в общепринятом смысле, а в духовном и магическом.

— Ну, у тебя вообще был очень крутой наставник, как я понимаю, — улыбнулась я, доедая последнюю творожную лепешку. — Если ты учился в самой академии Армариллис. Насколько я поняла из почерпнутой из книг информации, там во главе академии очень могущественный маг стоит.

— О да, — с чувством произнес Фьюри. — Наставник у меня что надо. Неплохо бы и тебе кого-нибудь нужного уровня найти. Когда прибуду в Лакор, озадачусь этим вопросом.

— Не стоит, — смущенно сказала я. — Сама как-нибудь с этим попробую разобраться, тебе и своих забот хватает. К тому же, я так, не особо ценная волшебница, у которой никогда не будет диплома с отличием…

— Ценность человека не измеряется отличным дипломом, — возразил Фьюри. — Отличные знания — это, конечно, прекрасно, но важнее другое… Душевность, человечность… Да много чего еще. Одно только умение быстро действовать в стрессовых ситуациях чего стоит. Знавал я отличников, которые в реальной жизни яйца выеденного не стоят… Ну и толку в таком случае от его диплома?.. Вполне возможно, что ты просто всю жизнь шла не по своему пути. Находилась не там и не здесь. А еще эти ложные суждения, что ты якобы "не такая", "неправильная" создают вокруг тебя такое же ложное окружение, а от него очень многое зависит, по правде говоря. Начни меняться, менять окружение, и мир начнет меняться вместе с тобой. Знаешь, не зря же говорят, что каждый человек появляется в нашей жизни для того, чтобы научить чему-то…

— Страшно подумать, каковы там твои личные суждения и убеждения, если в твой мир затесалась я, — не удержалась я от ехидного замечания.

— А это отличный вопрос, между прочим, — серьезно произнес Фьюри. — Для чего-то ты в моей жизни появилась. И я — в твоей. Как думаешь, для чего?

— Вопрос с подвохом? — улыбнулась я. — Ну, вот хотя бы для того, чтобы ты узнал, как классно я умею целоваться, и как много ты потерял, будучи не знакомым со мной раньше.

Фьюри расхохотался в голос и приобнял меня крепче со спины.

— Обожаю тебя, светлейшая, — с чувством сказал он.

Я закусила нижнюю губу, смущенно улыбаясь.

Хм, интересно, это можно засчитать за почти признание?..

Какое-то время мы ехали молча. Я только указывала дорогу и постоянно что-то жевала. Сама не заметила, как проглотила все, что было в корзинке. Фьюри оказался прав: голод после всех моих магических всплесков был совершенно зверский. Вдоволь насытившись, я разомлела и немного откинулась назад, ближе прижимаясь спиной к груди Фьюри, который был совсем не против и очень даже "за". Щурилась от солнечных лучиков и млела от персональных запахов мужчины, который чем дальше, тем больше мне нравился. И запахи мне эти демонически нравились. Вот даже не знаю, как я без них буду жить дальше…

— По поводу окружения, — вернуся к теме Фьюри. — Я настоятельно советую тебе как следует подумать над этим вопросом.

— Каким именно?

— Тебе бы сменить окружение… кардинально. В перую очередь — учебное. Я не знаю, чему и как там вас учат в академии, но твои таланты там явно никто раскрывать не собирается. Но на одной академии же свет клином не сошелся, всегда можно куда-то перевестись. Почему бы не попытать счастья где-то еще?

— Намекаешь на Лакор?

— Как вариант, — хитро улыбнулся Фьюри.

Я немного помолчала, обдумывая всё это. В голове жужжал целый рой противоречивых мыслей.

— Не знаю даже, — наконец ответила я. — Не знаю, что сказать тебе по этому поводу. Я всю жизнь прожила в Салахе, никогда не думала о том, чтобы двинуть куда-то дальше него.

— Ты не похожа на коренную жительницу Салаха, — заметил Фьюри. — У коренных девушек волосы все темные и кудрявые. А у тебя они светлые и прямые.

— Ну да, — кивнула я. — Я не знаю, кто мои родители, если честно. Меня воспитывала тетушка, которая взяла меня из детдома. Наверное, взяла, потому что у нас за оформление опекунства всякие государственные льготы дают, деньги на ребенка выплачивают. Которые я не вижу, ага… Ну да ладно, это я не жалуюсь, если что. Тетушка меня не любит, и заботится обо мне в сугубо корыстных целях, но все же заботится, и я ей за это благодарна. Это всяко лучше детдома. Но подозреваю, что вся забота закончится, как только я закончу академию, так как по нашему законодательству тетушке как раз перестанут выплачивать вссякие полагающиеся ей выплаты за опекунство, ведь я формально уже не ребенок. Вот я и кручусь-верчусь в попытке попасть в гильдию поисковиков, чтобы сразу после академии вплотную заняться устройством взрослой жизни. О себе не позабочусь — никто обо мне не позаботится… В Салахе у меня хоть какие-то наметки есть, за что можно зацепиться.

— Но Салах — не панацея, Белла. "Зацепиться" можно всегда и везде, было бы желание. Так что формально нет никакого смысла цепляться за эту академию и тем более эту страну. Ты ведь даже не знаешь, твоя ли это Родина на самом деле. А что, если твои родители — выходца из того же Лакора? Или Тироля, например… Мало ли какими путями ты оказалась однажды в детском доме. Так что я бы о-о-очень советовал тебе посмотреть в сторону Лакора и всерьез подумать о том, чтобы и учебу там закончить и работу там потом искать.

— Да ну кому я там нужна, в этом Лакоре, — усмехнулась я.

— Мне, — просто ответил Фьюри.

— В качестве соулы? — криво улыбнулась я.

— В качестве себя.

Я медленно вдохнула и выдохнула, не зная, что на это ответить. Чувствуя себя растерянной, сбитой с толку. Я совсем запуталась в своих эмоциях и планах на будущее, которые менялись в моей голове со скоростью ветра. Благо Фьюри, словно бы почуяв мое настроение, не стал развивать тему дальше и замолчал, давая мне время на осмысление.

"В качестве себя"… Было в этой короткой фразе что-то очень теплое, что-то интимное. Произнесенное не для бравады, а от души. И это "что-то", определенно, делало меня счастливее и заставляло бабочек в моем животе устраивать несанкционированный митинг.