Глава 15. Уроки страсти

Арина

Интерьер дома можно было назвать минималистичным, но каждая вещь гармонично вписывалась в пространство комнат и стояла на своём месте. Светло, просторно, даже стильно, но неуютно. В моём понимании чего-то не хватало – например, разбросанных рубашек. Пожалуй, моё представление об уюте неверное, но пока дом выглядел каким-то необжитым, что ли. Тут не было каких-то памятных мелочей, рамок для фотографий, ракушек, привезённых из отпуска, только почти стерильная чистота. Хотя, какое на Марсе море?

Мозг отчаянно цеплялся за картинки прошлого и привычные понятия, но реалии нового мира были несколько иными.

– Я здесь нечасто бываю. Обычно только сплю. Рам сообщил, что уже летит и прихватил нам еды из кафе, – извиняющимся тоном произнёс Шад.

Пожалуй, нам всем было немного неловко, но атмосферу разрядил вовремя появившийся Рам.

Вскоре с помощью Сейма и под чутким руководством мужа, мой практически новый гардероб перекочевал в шкаф, а я накрыла на стол, разобрав пакеты с провизией.

– Арина, ты была… восхитительна! Никогда ещё мне не было так сложно удерживать улыбку. Как ты сделала этих чиновников! Ты такая умница. Мы тобой очень гордимся, –  отсалютовал своим бокалом мне Рам, когда мы утолили голод.

– Да, это было сногсшибательно! – поддержал блондина второй помощник, а Шад молча притянул меня к себе на колени и зарылся лицом в мои волосы.

Мужчины неспешно потягивали местный спиртной напиток бледно-голубого цвета, а мне достался стакан с соком. Мой личный доктор запретил в ближайшую неделю даже думать об алкоголе. Хотя мне и не хотелось.

Парни вспоминали самые яркие моменты моего эпического спора с наместником и радовались «победе», поэтому я так и не решилась рассказать им всю правду. Зачем портить парням веселье, если я пока ничего не могу изменить? О том, что уже через неделю нужно будет выбрать второго мужа, думать пока не хотелось. Может, я зря паникую и всё сложиться лучшим образом, но чутьё подсказывало, что всё будет не так просто.

За окном уже стемнело и включилось  мягкое вечернее освещение, придавая нашим посиделкам некоторую романтичность.

– Я немного утомилась. Шад, покажешь, где мы будем отдыхать? – спросила я дока, вставая с его коленей.

– Ты хочешь спать со мной? – немного удивился мужчина.

– Конечно. Ты же мой муж, – не сильно уверенно произнесла я. Во-первых в голове пока не до конца укладывалось то, что я вышла замуж, а во-вторых, у меня не было возможности выяснить, как на самом деле Шад отнёсся к тому, что я фактически не оставила ему выбора.

– Для меня это будет честью, – с широкой улыбкой отозвался док, вызывая у меня некоторое недоумение. А как они тогда живут? Этот момент я не успела выяснить. Да и некогда пока было. Изучить законы мне было нужнее, чем интересоваться всякими глупостями.

– Я помогу Арине искупаться, – предложил Сейм, пока Рам убирал посуду.

– Не нужно. Мы сами. В смысле, Шад мне поможет, – торопливо ответила я, расстраивая парня.

– Вы нам сегодня больше не понадобитесь. Можете располагаться на ночь, или заняться личными делами, – выдал парням более понятную команду док.

– Мы останемся здесь. Спасибо, доктор, – с грустной улыбкой отозвался Рам.

Да уж. Мне было неловко, но, наверное, для помощников в этой ситуации не должно быть чего-то необычного.

Скинув удобные туфельки, я направилась в ванную комнату. Шад последовал за мной.

– Мне нужно было обсудить с тобой всё заранее, но ты избегал моего общества. Сердишься, что я всё решила за нас обоих? – осторожно начала я, расстёгивая магнитные клепки на рубашке Шада.

– Глупенькая. Моя сладкая малышка. Я знал, что мне никто и никогда не разрешит быть с тобой, поэтому не хотел давить на тебя своими чувствами. Не желал, чтобы ты привязалась ко мне, а потом страдала. Я недооценил твою целеустремлённость, Арина, не верил, что действительно тебе нужен. Сержусь? Я никогда не был так счастлив. Прости, я не умею красиво говорить и привык сдерживать выражение своих эмоций, но ты даже не представляешь… Ты ведь никогда не была для меня просто пациенткой. Ещё там, в шахте, когда я увидел едва заметную улыбку на твоих губах, то понял, что скорее умру, чем позволю тебе погибнуть. Твоя капсула была повреждена. Мне пришлось изобрести новую технологию, чтобы увидеть, как ты открываешь свои небесно-голубые глаза, – неожиданно признался Шад, нежно касаясь моей щеки.

– Ты так мило ворковал надо мной, когда я проснулась. Я ещё решила, что у нас на базе появился излишне восторженный медик, – припомнила я и взяла в рот большой палец Шада, которым он гладил мои губы.

Мужчина вздрогнул и задышал тяжело, возбуждённо. Какой он всё-таки отзывчивый. То, что взрослый сдержанный мужчина так остро реагирует на малейшую ласку, заводило, вызывая желание проверить, что будет от более откровенной прелюдии.

– Арина, я не учился доставлять удовольствие женщинам. Я не думал… – занервничал Шад, когда я стянула с него рубашку, покрывая поцелуями идеальный мужской торс.

– Не нервничай. Мы вместе со всем разберёмся. Просто позволь мне тебя ласкать. Ты такой красивый, – честно сказала я, добираясь ладонями до застёжки на брюках.

Мужчина громко застонал, позволяя мне перехватить инициативу.

– Опять в бассейн? Я и так в последнее время не могу спокойно принимать ванну, – попытался пошутить Шад.

– Ты прав. Пошли в постель, – легко согласилась я, уже представляя, как буду ласкать своего мужа.

– Научишь правильно касаться тебя? – спросил возбуждённый Шад, подхватывая меня на руки, чтобы отнести в кровать.

– Покажу на примере, – коварно улыбнулась я, предвкушая реакцию своего противоречивого мужчины.

В спальне Шад  помог мне раздеться и забрался вслед за мной на кровать.

– Что мне делать? – спросил док, нежно поглаживая мои плечи.

– Ляг на спину и расслабься. Если тебе что-то будет неприятно, обязательно скажи. Я покажу тебе те ласки, которые заводят меня, – пообещала я, глядя, как высокий сильный мужчина, растягивается на кровати, наблюдая за мной со смесью желания и сомнения.

– Разве так правильно? Ты можешь просто сказать, я соображу, – предложил Шад. Помня заморочки Рама, я не хотела напугать своего мужа, поэтому решила не спешить

– Только так и правильно, Шад. Секс – это парный танец. Дарить удовольствие так же приятно, как его получать. Я с ума схожу, видя, как ты наслаждаешься моими ласками, слыша, как стонешь. Ты веришь мне? – спросила я, касаясь поцелуем капризных губ.

– Да, – выдохнул док, прикрывая глаза.

Никогда не брала на себя ведущую роль. Даже с Рамом процессом руководил он. Сейчас же я скользила руками, губами, языком по желанному мужчине, отмечая каждый судорожный вздох Шада, его дрожь, побелевшие от напряжения костяшки пальцев, которыми он сжимал простыни.

– Арина, пожалуйста. Я не выдержу долго, – просил меня док, прикусывая себе губу.

– И не надо. Хочу слышать, как ты стонешь. Хочу попробовать тебя на вкус. Позволишь? – искушающе мурлыкала я, скользя губами от ямочки пупка по напряжённому рельефу пресса всё ниже туда, где подрагивал от возбуждения налитый крупный член.

Вместо ответа громкий стон и взгляд… Бездна! Я сама чуть не кончила от эмоций, отразившихся в его зелёных глазах.

Я коснулась языком гладкой головки, обвела её контур, уделив особое внимание чувствительной уздечке. Док выгибался, открывал рот в беззвучном крике, до треска сжимал ладонями ткань простыни.

– Такой сладкий. Хочу ещё больше, – дразнила я Шада словами, хотя не уверена, что он всё ещё меня слышал.

Решив не мучить дальше мужчину, я обхватила влажными губами упругую плоть, вбирая его настолько глубоко, как только могла. Несколько быстрых сильных движений, и Шад закричал, выплёскивая своё наслаждение.

Несмотря на то, что от собственной неудовлетворённости сладостной болью стягивало низ живота, я не торопила дока, нежно поглаживая мужчину, пока тот снова и снова вздрагивал, с трудом приходя в себя.

– Арина, прости. Я совершенно потерял голову. Никогда не думал, что это может быть так… – начал Шад, едва немного совладал с собой.

– Никогда не извиняйся за это. Ты невероятный, Шад, – сказала я, вовремя прикусив язык, чтобы не сделать более громких признаний.

– Я люблю тебя, Арина, – док был более смелым в выражении своих чувств, но я знала, что мужчины, получив удовольствие, иногда склонны к преувеличению.

– Не надо, – я хотела удержать Шада от этого опрометчивого шага, до док подмял меня под себя и продолжил со всей серьёзностью:

– Надо. Я не верил, что такое может со мной случиться, но то, что я к тебе испытываю сильнее, чем биохимия, мучительней и сладостней любой зависимости. Там в зале, когда тебе приводили доводы в пользу того, чтобы ты отказалась от меня, я жалел, что не сказал тебе, как много ты для меня стала значить. Ты была смущена, когда рассказывала, что я тебе небезразличен, а значит, доля правды в твоих словах была, хоть ты ещё вся в сомнениях, и этого пока для меня достаточно. Спасибо.

Шад оказался гениальным учеником, сторицей вернув мне полученное наслаждение. Я таяла от его нежных ласк, настойчивых и страстных, и не могла сдерживать стоны, когда, вдоволь намассировав холмики моих грудей, он нырнул пониже и припал языком и губами к моим интимным складочкам.

Анатомию док знал прекрасно, и ласкал клитор так, что у меня звёздочки сверкали перед глазами, а тело выгибалось и инстинктивно подавалось ему навстречу. И лишь когда я запросила пощады, он приставил свой член ко входу в лоно и скользнул в меня – медленно, чувственно, неумолимо и непередаваемо сладко.

Брал меня Шад так же страстно и красиво: с этим мужчиной я не просто наслаждалась, я парила в облаках. Он безошибочно находил на моём теле именно те точки, касания к которым уносили меня на небеса, или жалили острым, почти невыносимым удовольствием. Вскоре наши стоны и вскрики слились в одну мелодию, пока мы вместе не зашлись в конвульсиях мощнейшего оргазма.

– А говорил, что ничего не умеешь в плане близости, – укорила я мужа хриплым от наших криков голосом, едва немного пришла в себя.

– Я сказал, что ничего не пробовал. Но у меня появилась самая лучшая учительница, – серьёзно сказал Шад, глядя мне в глаза.

Дальше были поцелуи нежные, томные, плавно перешедшие в новый страстный пожар, после которого мы уснули сплетённые и счастливые.