Глава 15. Марьяна

— Тьфу ты, господи! — крестится коменда, глядя на меня ошалело. — Что с тобой случилось, бедовая?

Теряюсь, не сразу соображая, что ее так напугало и к чему столь странный вопрос:

— С-случилось? — мямлю растерявшись. — Ну… я замуж вышла.

— Вот так новости! — всплескивает она руками. — И это тебя муж так… это… раскрасил?

И тут я вспоминаю о своем образе Франкенштейна, и грустно усмехаюсь дурацкой ситуации:

— Раскрасил муж, — киваю. — Зеленкой. Но поцарапалась я сама. Просто в кустах паспорт неудачно искала.

— Чего? — она поверх очков на меня глядит. — Да ты поди еще и пьяная?

— Да нет же! — отмахиваюсь я. — Правду вам говорю. Замуж вышла ночью. Сейчас я вам паспорт покажу, — я принимаюсь шарить по карманам. — А… ой…

И только сейчас вспоминаю, что мои вещи показались мне постиранными. И соотвественно ни телефона, ни паспорта в карманах нет и быть не может.

— Вот же черт… — выдыхаю я в шоке, прекрасно понимая, что Алексей Михалыч был прав, паспорт мне явно не помешает утром в доме малютки. И я уж молчу про телефон, без которого как без рук. — В машине! — вскрикиваю, срываясь с места, и пулей вылетаю в двери общаги.

— Морозова, куда опять?! — бросает коменда мне вдогонку.

Но у меня нет времени объясняться, я бегу обратно к парковке, в надежде все еще застать машину на прежнем месте. Ведь именно там я в последний раз держала свои вещи в руках. Раз я там уснула, то они могли попросту вывалиться куда-нибудь на коврик. Или на сиденье. И не факт, что Алексей Михалыч мог это заметить, в салоне. Ведь и правда было достаточно темно.

Хоть бы так, а?! Хоть бы…

Как оголтелая обегаю здание, шлепая босыми ногами по прохладному асфальту и с облегчением обнаруживаю машину моего фиктивного мужа на том же месте. Водитель стоит снаружи, курит и общается с кем-то по телефону.

Останавливаюсь, чтобы перевести дух. Опираюсь ладонью на стену общаги, но с водителя взгляд не свожу, чтобы он не свалил, пока я тут отдышаться пытаюсь.

Как только кровь перестает громыхать в ушах, шагаю к машине и теперь слышу обрывки разговора:

— Так и сказал, прикинь: если откажусь — взашей выпрет, — возмущается водитель в трубку, пока я плетусь к нему, огибая кусты рядом со зданием. — Присмотреть и оказать «посильную помощь» при необходимости. Ну скажи, мало мне было его избалованного пацана вечно наньчить, так теперь это… — он осекается при виде меня, тут же прячет мобильник и тушит сигарету: — Ой… Марьяна Федоровна? Чем еще могу помочь? Забыли что-то?

Для меня так непривычно все эти церемонии. Что я даже теряюсь:

— Я это… кажется я у вас вещи свои потеряла.

— Какие? Обувь? — он кивает на мои босые ноги, видимо только сейчас заметив.

— Нет-нет, — качаю головой нервно. — Паспорт, телефон. Я ведь уснула, когда из ЗАГСа ехали, вот они похоже и выпали у вас. Можно я поищу?

— Поищите конечно, — разводит он руками, — да только там их точно нет.

— Может тогда вы видели куда они делись?

— Видел, — кивает уверенно. — Хозяин сразу и забрал, когда вас в дом относил…

Я даже дар речи теряю.

Он… меня…

Так значит это все же он сам меня в дом нес? Собственными руками?

Тогда зачем… в свою спальню?

У меня снова какой-то жар внутри начинает расползаться, хотя я понимаю, что объяснение этому странному решению должно быть вполне тривиальное.

Скорее всего он просто по привычке в свою комнату и пошел. Как если бы любую другую бабу нес к себе в берлогу. Так и меня.

Но у меня в голове никак не хочет укладываться, чтобы он вдруг решил, относиться ко мне, как к любой другой. Как к женщине…

Боже, Марьяна. Приди же в себя. Ну положил и положил. Угомони фантазию! Лучше проблему решай!

Понимаю, что выход в данной ситуации у меня только один. Паспорт мне просто жизненно необходим сегодня. Так что придется сделать то, чего я наделась в ближайшее время не повторять:

— Послушайте, тогда… — обращаюсь я к водителю, который кажется уже намерен вернуться в машину: — могли бы вы отвезти меня обратно? В дом...