Глава 27. Марьяна

Ощущение, что меня ударили куда-то в солнечное сплетение и теперь я задыхаюсь:

— Но вы же… — в шоке выдыхаю я, — вы обещали, Лидия Ивановна! Я же вам все! Я вам все документы принесла! — в сердцах трясу горемычным и таким трудом добытым паспортом и свидетельством о браке. — Я же… я невозможное сделала! Замуж вышла! Вы ведь сами сказали на прошлой неделе…

— Ну кто ж мог подумать, что ты за неделю управишься, Морозова? — фыркает она, не скрывая раздражения. — Еще проверить надо, а то может ты мне подделку какую-то притащила.

— Не подделка! — у меня даже голос срывается от возмущения и одолевающей паники. — Можете проверять! Что за глупость вообще?! Да стала бы я…

— Глупость, говоришь? — она с презрением смотрит на меня поверх своих прямоугольных очков. — Тогда расскажи-ка, дорогуша, как же ты умудрилась за неделю-то? У нас вроде в порядке живой очереди месяц заявления в ЗАГСе рассматривают. Кроме отдельной категорий граждан.

— Так мой муж как раз — отдельная! — взрываюсь я, не выдерживая ее наглых наговоров. — Категория! Он же… он военный. Можете и это проверить! Только сестру отдайте!

— Никак не могу, — равнодушно пожимает плечами сука, добивая меня просто. — Твою Софью уже в другую семью оформляем, — она захлопывает папку с нашим делом, будто разговор окончен.

— Нет… — выдыхаю в ужасе. — Не имеете права… Я же… Я родственник… Первое право за мной…

— Родственник, — усмехается. — Дура ты зеленая. Очнись уже. И сама посуди. Ее семья зажиточная забирает. Сестра твоя вырастет сытая, с хорошим образованием, в достатке. А ты что ей дать можешь, а? Ту комнатушку в коммуналке, на которую ты даже в наследство еще вступить не можешь?

— Мне сказали через полгода, — цежу я, стискивая пальцы в кулаки, сминая свои горемычные и похоже совершенно бесполезные документы.

Я зря… все это было зря?

Она и не собиралась отдавать мне Софку.

Просто время тянула. Пока продавала мою сестренку в «зажиточную» семью.

А мне просто мозги пудрила, чтобы я под ногами не мешалась!

Меня душат слезы от несправедливости и страха, что я вот так из-за чьей-то жадности сейчас могу потерять сестру.

— И через полгода ты ничего не получишь! — отрезает мерзкая тетка. — Помяни мое слово! Изучала я твой вопрос. Этот ваш дом в Подмосковье аварийный. И никто им заниматься не собирается явно. Так что пока до наследства дойдешь — там и не останется ничего, потому что он рухнет просто!

— Не рухнет! — рычу, изо всех сил слезы пытаясь сдержать. — Нас расселить обещали!

— Да, в Красногорске вон тоже. Обещали, — раздражающе стучит ручкой по столу, давая понять, как я ей надоела. — А дом взял и сгорел, — руками разводит. — Внезапно. И люди на улицу пошли. Такую ты судьбу для сестры хочешь? Или завидуешь, что у нее-то как раз еще есть шанс устроиться в жизни, а ты на улице будешь?

— Да как вы?.. — вскакиваю со стула, с грохотом его переворачивая. — Я же люблю ее! Неужели не понимаете вы! Мы же родителей лишились! У нас кроме друг друга никого! Никогошеньки! Она моя семья единственная! И я у нее! Да как у вас вообще язык поворачивается…

Мне сейчас впервые в жизни хочется придушить человека. Но я держусь, осознавая, что если посмею ей грубить, то сделаю нам с Софкой еще хуже.

— Молодая ты еще. И глупая, — не унимается сука. — Одной любовью сыт не будешь. Ребенок — это ответственность серьезная. А ты — сама еще ребенок. Не нужна она тебе.

— Была бы не нужна, я бы не выскакивала замуж! — продолжаю упрямо стоять на своем.

— Выскочила, и молодец. Вот теперь твой муж — твоя семья! — отрезает. — Глядишь и сама не пропадешь тогда. А про сестру забудь! Новые родители хотят, чтобы Софья не знала, что удочеренная. Так что и с тобой связь держать не будет.

Нет… нет-нет-нет…

— Я вас умоляю… — слезы брызгают из глаз. — Лидия Ивановна…

— Хватит, Морозова! — отрезает и тыкает кнопку на своем допотопном коммутаторе. — Наташа, забери эту истеричку из моего кабинета. Она мне работать мешает.

— Не надо, Лидия Ивановна! — вою я, на колени падаю, лишь бы она смилостивилась над нами. — Прошу вас! Я же для сестры на все готова! И подработку уже нашла в интернете! И в деканате договорилась… — я не успеваю даже договорить, как дверь открывается и…