Глава 1

Инна

— Этот кофе просто отвратителен!

Голос генерального отдает металлом, а взгляд ярких голубых глаз буквально заставляет мое сердце сжаться. Я чуть не прячусь за спиной его помощницы, которая замирает и смотрит на нашего босса, едва дыша.

— Простите, пожалуйста, Демид Константинович, вероятно, Инна опять все напутала!

Женщина без зазрения совести скидывает на меня свою вину, а я… я воздухом давлюсь! В шоке перевожу взгляд с ушлой помощницы генерального директора на самого Огнева и, будто рыбка, открываю рот, но не успеваю себя защитить! Сказать, что это не я готовила этот чертов кофе!

— Я, Демид Константинович, по правде сказать, вообще недовольна работой Инны Андреевны Лаврентьевой! Все же у нас компания крупная и уважаемая, а девушка, вчерашняя студентка, не справляется со своей должностью!

В ужасе замираю под прищуром генерального директора, который словно впервые вообще заметил мое присутствие в кабинете!

Я устроилась сюда на должность принеси-подай, что называется, помощница помощницы… да-да… В огромной корпорации Демида Огнева это в порядке вещей.

И в первые дни счастью моему не было предела, а потом… меня начали злостно эксплуатировать, а сейчас… сейчас Виталина Георгиевна вообще всех собак на меня вешает.

— Вчера она напутала документы, и мне пришлось по вашему приказу все переделать!

Стою, не дышу, во все глаза смотрю на Огнева, который вновь прищуривается, окидывая меня своими пронзительными глазами…

Генеральный директор самой большой в стране золотодобывающей корпорации — мужчина властный и жесткий. В его присутствии у меня просто сводит дыхание, а когда его яркие голубые глаза останавливаются на мне, я просто… дрожу от ужаса, потому что… я не могу потерять эту должность! Не могу! Слишком многое зависит от этого.

Если мне удастся пройти испытательный срок и закрепиться в этом огромном холдинге, где на каждом шагу меня норовят подставить коллеги… тогда я смогу помочь самым близким и дорогим людям…

У меня просто нет другого шанса, поэтому я вскидываю подбородок и хочу твердо ответить, что это неправда!

Ведь я документы подготовила ровно те, что у меня запросили!

— Виталина Георгиевна, вы сейчас говорите об этой красной папке?! — задает вопрос генеральный.

Соловьева, которая до этого заливалась именно соловьем, осекается.

— Д-да… Демид Константинович… именно эти документы переделала.

Генеральный директор «Золотоинтера» кивает и своими длинными пальцами с печаткой толкает папку по лакированному столу.

— Умение руководить кадрами — главный навык руководителя. Если вы не справляетесь с подчиненной, то вопросы у меня не к Лаврентьевой, а к вам.

Холодный голос. Жесткий взгляд. Испепеляющий. И помощница, которая только что пыталась подставить меня, осекается, а генеральный директор переводит взгляд на мою застывшую фигурку, вновь окидывает задумчивым взглядом, а затем чеканит четко каждое слово:

— Вы профессионально непригодны.

В эту секунду на меня словно бетонная стена обрушивается. Ком встает в горле. Дикая обида и горечь! Потому что меня выжили! Меня методично выживали с этой должности все это время!

И я уверена, что Соловьева — профессионал, что она специально допустила погрешности в документации, чтобы подставить меня!

Ведь на эту должность она хотела свою протеже поставить! И, когда не вышло, твердо решила меня выжить. Я об этом случайно узнала! В туалете, когда заперлась в кабинке и тихо плакала, пережидая очередной приступ буллинга, который, оказывается, практикуется в подобных огромных корпорациях. Я услышала разговор:

— Эта обезьянка у меня и недели не продержится.

— Да ладно, Линка, ты еще та пиранья, но дай девчонке хотя бы месяц. Мы как раз успеем на нее повесить все отчеты. Девчонка ничего так справляется, к слову сказать.

— Мне совершенно наплевать, что эта клуша справляется! На этот оклад и эту должность должна была прийти моя племянница, а выбрали эту… зубрилку, заучку с красным дипломом!

— Вроде бы Огнев сам дал добро… она там какую-то работу написала, которую оценили…

— Мне плевать на ее теоретические знания! Эта девочка-припевочка вылетит отсюда с треском, а должность займет Рита! На этом все!

Разговор был полчаса назад, я тогда решила прийти к генеральному и выложить все, а также рассказать, что я заметила определенные несостыковки в отчетах, но… Соловьева меня опередила и сейчас подставила на глазах моего шефа.

— Это… все неправда… — наконец удается выдавить из себя несколько слов… И в эту же секунду Огнев фокусирует свой тяжелый взгляд на мне.

У меня от этого мужчины просто мурашки по коже…

Демид Константинович как с обложки журнала, но… у него не модельная красота, эти все слащавые мальчики с обложек рядом не стояли с боссом…

Мощная, широкоплечая фигура генерального директора будто закована в броню элегантного темного костюма с белоснежной сорочкой, которая, кажется, ослепляет. Один взгляд этого мужчины ввергает меня в панический ужас. Огнев доминирует даже на расстоянии, заставляет поникнуть, и мне стоит титанических усилий не горбиться и не втягивать голову в шею.

Наоборот, я вскидываю подбородок и расправляю плечи, провожу по узкой юбке ладонью, пряча свою дрожь, и пытаюсь отстоять себя.

— В документах погрешности, — чеканит генеральный директор и вновь переводит взгляд на Виталину Георгиевну, которая без зазрения совести подставляет меня перед большим боссом как может!

— Да, Демид Константинович. Я упустила эти погрешности, потому что доверилась Инне.

Помощница босса выглядит просто идеально в своем брючном костюме и с лицом, которое буквально не имеет мимики из-за перебора с ботоксом, но… в данном случае ее лицо остается полностью безучастным, в то время как меня уже просто трясет.

— То есть Виталина Георгиевна, вы признаете, что это ваша ошибка, — чеканит босс, заставляя нас с помощницей вздрогнуть.

Я, как мышонок, замираю перед самым настоящим хищником, который вновь прищуривается. За все время, пока я тут работаю, я еще ни разу не была в кабинете генерального. Да и, честно признаться, когда большой босс на этаже, я стараюсь не вылезать из своего угла, как и все остальные сотрудники, потому что… Огнев… он буквально прогибает пространство своим давлением, и даже на расстоянии сложно не ощутить власть и силу этого жесткого мужчины с ужасно тяжелым характером!

Я буквально ощущаю, как напрягается Соловьева от слов Демида Константиновича. Она поправляет свои короткие волосы, заправляет их за ухо, не пытаясь кокетничать, потому что за такое Огнев шкуру заживо сдерет.

Генеральный директор требует субординации и строго за всем этим следит. Вот и сейчас давление его взгляда становится просто невыносимым, а может, это просто манера поведения бизнесмена, который привык давить конкурентов и правит железной рукой. В любом случае в этом мужчине считывается боец, ведь в свое время, говорят, Огнев был чемпионом по боксу, но завязал со спортом и ушел в большой бизнес, где сумел создать золотую империю в прямом смысле этого слова.

И сейчас, когда генеральный смотрит на Соловьеву, я все равно ощущаю себя под прицелом.

— Нет, господин Огнев. Ошибка не моя, а девушки. Инна Андреевна совсем не подходит на должность, которую временно занимает!

Пульс бьет по вискам, сердце пропускает панический удар, колени слабнут, а я в ужасе смотрю на генерального, который вновь переводит взгляд на меня, будто бы в фокус своих ярких глаз ловит. Опять этот прищур появляется, как будто мужчина действительно прицел винтовки наводит.

В ужасе качаю головой, не соглашаясь со всем тем, что обрушивает на меня Соловьева, которая методично уничтожает все мое будущее в этой корпорации и… убивает всякую надежду на то, что я смогу заработать такие нужные деньги и помогу семье!

— Лаврентьева просто непригодна, и я настаиваю на ее увольнении. Мне необходим помощник, который снимет определенную часть нагрузки, а не приумножит проблемы, которые я решаю!

Огнев ничего не отвечает на тираду своей помощницы. Но от взгляда босса у меня по телу буквально электрические импульсы гулять начинают, которые жалят болезненно и хлестко! Прикрываю глаза. Чувствую, что меня ноги, обутые в туфли на проклятых невысоких каблучках, просто не держат! Хочется рухнуть, и голова кружиться начинает.

Какое-то очень странное недомогание буквально захлестывает. Мне кажется, что я даже пошатываюсь на каблуках, меня в жар бросает, и холодный пот выступает на спине.

Я же далеко не дура и понимаю, что у меня шансов нет! Ведь Соловьева на своей должности не первый год, а я… без году неделя…

Сердце болеть начинает. В горле становится сухо, хочу сделать шаг, топнуть ногой и закричать, что меня подставили и пытаются очернить в глазах босса, но… у меня не получается…

— Демид Константинович… я… не виновата…

Звучит как-то жалко, а мужчина, который сидит по центру огромного кабинета, что расположен на последнем этаже небоскреба, слегка поигрывает золотой ручкой.

Конечно, у магната золотодобывающей корпорации, наверное, и дом из золота… а кто-то вроде меня цепляется за малейшую возможность, чтобы хоть копеечку лишнюю заработать, потому что… иногда деньги нужны для того, чтобы помочь близкому, и только тогда и понимаешь, насколько они важны…

— М-меня подставили… — проговариваю еще тише. Как-то все совсем уже плывет перед глазами, и я словно заторможена. Воздух словно перестает поступать в легкие, все двоится, а я… я даже не слышу, что в этот момент произносит Соловьева… вернее, я слышу ее визгливый злорадный голос, но сути фразы не могу разобрать…

Слезы подкатывают, душат, и мне кажется, что я нахожусь в шаге от того, чтобы просто грохнуться в обморок.

И в этом ужасе я, будто за якорь, держусь за тяжелый взгляд Огнева, который с меня глаз не сводит. Начальник хмурит свои широкие черные брови, окидывает взглядом, словно понимает, что со мной происходит что-то неладное…

Демид Константинович неожиданно чеканит:

— Вы уволены. Вон из кабинета!

Хочу возразить! Хочу закричать, что это все сфабриковано, но… в следующую секунду Соловьева буквально толкает меня разворачиваясь и летя к двери, а мир перед моими глазами начинает меркнуть…

И последнее, что я вижу перед тем, как отключиться, — это суровое лицо генерального директора…