Глава 19
Даже не дышу. Во все глаза смотрю на генерального.
Секунду рассматривает меня. Вновь проводит пальцами по моей скуле, касается локона. А затем на губах мужчины появляется многозначительная ухмылка.
— Я знаю абсолютно все, что происходит в моей корпорации.
Отвечает ровно и четко. Даже бровью не ведет, а меня будто просто оглушает.
Генеральный знал! Все знал!
— Мне просто хотелось посмотреть, куда ведут ниточки и как далеко все проросло.
Вновь ответ, которого я не ждала, а Огнев меня буквально своими голубыми глазами сейчас вспарывает, слегка подается вперед, прижимает меня собою в стену, и если сейчас кто-то войдет сюда, может подумать, что у нас с генеральным директором игрища такие…
Я ощущаю мужчину слишком остро, от него жар идет, как тогда… в машине… и я чувствую, как мое тело вновь откликается, как в животе становится горячо, и мне нестерпимо хочется сомкнуть колени, чтобы избавиться от гнетущего чувства, которое ударяет прямо между ног!
— Ч-что… вы делаете?!
В полном шоке задаю вопрос, сама глаза распахиваю и смотрю в прозрачные ледяные глубины Огнева.
Слегка тянет меня за локон, не больно, но ощутимо и вновь наклоняется, оставляя между нашими лицами слишком мало свободного пространства.
— Я уже сказал, Инна, меня наедине и вне работы ты называешь по имени и на «ты». Усвой урок, наконец.
— Хорошо… — шепчу дрожащими губами, — что ты сейчас делаешь?!
Задаю вопрос, потому что меня просто уже потряхивает, когда мужчина вновь проводит подушечками пальцев по линии моей челюсти, а затем скользит по моей шее вниз…
— А на что это похоже?! — задает встречный вопрос и проводит носом по моему виску.
Я вздрагиваю. Пряный запах его парфюма опять проникает в ноздри, кружит голову, заставляет меня буквально потеряться в чувствах и эмоциях.
Мое тело слишком остро реагирует на близость Огнева.
— На что?! — спрашиваю, теряя нить здравой мысли.
— Я тебя приучаю к себе, Инна. Так надо… — вновь шепотом.
Я в ужасе смотрю в глаза Огнева, только в них нет ни страсти, ни даже тени какого-то мужского интереса! Там сухой расчет! Огнев специально это делает! Выводит меня на эмоции.
Злюсь. Сразу же толкаю мужчину в грудь и шиплю зло:
— Отойдите немедленно! Нельзя так! Нельзя!
Меня накрывает эмоциями, и генеральный хмурится. Внимательно смотрит в мое лицо, будто бы изучает, а затем спустя долгую секунду наконец делает шаг назад.
Между нами пространство, но… мне кажется, что Огнев все еще нестерпимо близко. Меня потряхивать начинает, и я стягиваю полы халата, еще сильнее его запахиваю, прячусь от внимательных глаз…
Я чувствую себя сейчас не просто обнаженной, а дико уязвимой перед этим мужчиной, который планомерно исполняет все, что задумал.
Огнев продолжает рассматривать меня, заложив руки в карманы брюк. Высокий. Атлетически сложенный. Сильный. Генеральный директор возвышается надо мной, как огромная глыба.
И этого мужчину не сдвинуть. Не обойти. Передо мной образчик мужественности и красоты с ужасным характером, этакий тиран в костюме генерального директора, но это и так понятно. Не будь Демид Константинович просчитанным и умным, цепким и стойким, он бы такую империю в своей области не сколотил бы…
И рядом с им я… бледная моль, которая ему явно не подходит. Мы полярны, как небо и земля, ну не пересекаются наши линии, я просто прямо сейчас это очень остро чувствую, а еще… мой внутренний голос кричит о том, что такие, как Демид, ломают не глядя. Без сожалений. Я для него всего лишь мотылек, которому он может и вовсе крылышки обломать…
Меня буквально накрывает этими эмоциями, противоречием, и не выдерживаю, вскидываю подбородок и задаю вопрос, который меня буквально гложет:
— Демид Константинович, зачем я вам?!
Огнев бровь заламывает, продолжает на меня смотреть так, словно я амеба под микроскопом.
— Я же пояснил. Невестой будешь, — отвечает совершенно ровно, даже бровью не ведет.
— Я же не подхожу! Не подхожу вам! Я простая девушка… я вам не ровня же… это мезальянс, в конце концов! — произношу в сердцах.
Огнев усмехается:
— Мезальянс… забавная ты… Инна… многие твои сверстницы даже слова такого не слыхивали…
— Я всегда хорошо училась, — отвечаю оскорбленно, потому что привыкла, что меня в универе считали заучкой и зубрилой, даже не от мира сего обзывали, но… я там умела держать удар, а с Огневым не знаю, как быть…
— Вот поэтому ты мне и интересна… ты ни разу и близко не похожа на то, к чему привык…
Неожиданно у Огнева телефон звонит, а я во все глаза смотрю на генерального директора, который вытаскивает телефон, смотрит на экран, и в его глазах будто бы лед проявляется.
И пусть такая реакция не мне адресована, но мне не по себе от этого становится.
Демид спустя секунду отвечает на звонок и подходит к окну:
— Я велел забыть этот номер и больше никогда не звонить, — чеканит генеральный директор и медленно проходит к окну, останавливается рядом и смотрит куда-то вдаль…
А меня вдруг пронзает догадка! Это женщина! Женщина ему звонит!
— Меня не волнует. Твои чувства — это твои проблемы.
Вновь ледяной голос, а я… ежусь, потому что кажется, что даже до меня плач долетает, пусть неразборчивый. Но… я четко слышу женский плач…
— Сделаем так. Еще один звонок — и все твои карточки будут заблокированы, а ты лишишься всего, что получила от меня…
Буквально прирастаю к месту. Даже вдохнуть боюсь, потому что прямо сейчас Огнев раскрывается передо мной с той самой стороны, о которой я подозревала.
Генеральный директор — человек жесткий, жестокий, он не жалеет, и меня не пожалеет, если я как дурочка потеряю бдительность и хоть на мгновение поверю, что между нами может быть нечто большее, чем просто договор…
И эта мысль… она выстреливает в самое сердце. Я даже не понимаю, почему о таком думаю. Просто… может быть, срабатывает инстинкт самосохранения, который говорит мне о том, что сердце свое нужно держать на семи замках.
И пусть чисто физически меня притянул этот мужчина, и то… это было явно из-за дряни в моей крови, а так… Демид резкий и черствый. Как сухарь!
И совсем не в моем вкусе! Пусть босс — образец мужественности и брутальности. Но… мне даже жаль ту несчастную, которая понадеялась растопить это ледяное сердце…
— О чем ты задумалась, Инна?! — раздается голос босса.
Я вздрагиваю. За мыслями не заметила, как Огнев закончил разговор и сейчас пристально смотрит на меня.
— Я… думаю о том, что у вас ледяное сердце… вы… как Кай… — проговариваю мысли вслух и вскрикиваю, закрываю ладошкой рот, но уже поздно… Слово, как говорится, не воробей… Уже вылетело.
— Занятно.
Кривит губы в улыбке и прищуривается.
— Что именно?! Вы уж простите… но… это было жестоко… в вас влюбились, а вы… вы просто растоптали чужие чувства!
Куда меня несет?! Зачем я все это говорю Демиду?!
Мысленно задаюсь вопросом, но меня не остановить. Генеральный директор же оказывается рядом со мной и с высоты своего роста заглядывает в мои глаза.
— В моем мире нет любви и чувств, девочка, заруби это на своем симпатичном носике.
Качаю в шоке головой…
— Но… я же слышала… как вы общались со своей девушкой… это… было жестоко…
Стою на своем, даже подбородок вскидываю, явно напоминая нахохлившегося воробушка. Который вот-вот вступит в драку с ястребом, и пусть глупышу поотрывают перья, но… драться он будет до последнего…
— Девушки у меня тоже отродясь не было… — парирует, но в глазах смешинки вижу.
Рот распахиваю, чтобы опять перечить, но Огнев накрывает мои губы пальцем, не дает мне возмущаться дальше.
— Занятная ты, Инна. Я даже восхищен, что прямо сейчас ты вступаешься за чужую, незнакомую женщину… но… это лишнее…
— Почему? — все равно задаю вопрос. Ощущая, как губами касаюсь пальца Демида.
Его взгляд темнеет. А босс наклоняется ко мне. Опять не оставляя ни малейшего сантиметра для маневра.
— Потому что эта мадам бы тебя не защитила, наоборот, слопала бы на завтрак и не подавилась.
Подмигивает. Вновь касается меня, скользит пальцем по шее, ползет вниз по ключицам и очерчивает вырез моего халата. Буквально гипнотизирует взглядом, а я вздрагиваю от этих пусть целомудренных, но порочных прикосновений.
Спустя мгновение накрываю ладонью вырез, не даю Демиду распахнуть полы и во все глаза смотрю на босса:
— Что вы делаете?!
— Заставляю тебя не шарахаться, а начать привыкать к моим прикосновениям.
— Мы сейчас наедине, публики нет, чтобы вы меня лапали.
— Ты! Научись уже не выкать! Иначе я призадумаюсь об актуальности моего предложения! Если ты даже этого запомнить не можешь!
Голос не поднимает. Но произносит с такой интонацией, что мне плохо становится.
— Ты… просто все время застаешь меня врасплох. Словно задался целью в угол загнать! Я… не успеваю подстроиться, — наконец выпаливаю и толкаю Огнева в грудь, пытаюсь выбить себе немного личного пространства, которое он так нагло нарушает. Но в ответ на это мое действие Демид резко ловит мои руки и вздергивает их вверх. Пригвождая меня собою к стене.
Замираю в шоке. Распахиваю глаза и в ужасе смотрю на мужчину, которого сейчас ощущаю так близко к себе. Чуть ли не кожей…
— Успокойся и никогда не поднимай голос и не распускай руки в моем присутствии.
Давит, но я злюсь из-за этого. А не боюсь:
— Вот и ты тоже! Не смей меня лапать!
На мгновение кажется, что сейчас Огнев мне за такое своенравие голову открутит, но в следующую секунду мужчина просто запрокидывает голову и смеется, а я смотрю на него и даже дышать забываю…
Четкая линия челюсти, белые зубы, длинные ресницы…
Словно кадрами, урывками вижу Огнева и глаз оторвать не могу…
Так и хочется себя ущипнуть, чтобы не вестись на эту яркую обертку, которая под собой скрывает самые настоящие жернова.
Заканчивает смеяться так же неожиданно, как и начал, затем смотрит на меня с каким-то странным выражением в глазах, которое я понять не могу…
— Ты мне определенно нравишься, Инна.
Подмигивает и отпускает меня, затем теряет всю свою веселость и произносит четко и с расстановкой:
— Тебе придется адаптироваться к миру, в котором я живу. — Не дает мне ничего ответить и продолжает совершенно серьезно: — А теперь, Инна. Пошли.
— Я, вообще-то, голая, — артачусь.
— Ничего страшного. У тебя будут новые вещи.
— То есть мне нужно в халате и в тапочках на улицу выйти?!
— Я уже сказал, Инна. Я говорю. Ты делаешь.
— А если не пойду?! — спрашиваю с нажимом.
Демид окидывает мою фигуру взглядом и выдает с нажимом.
— Хорошо… Тогда сделаем по-другому!