БОНУС

«Дорогой Дедушка Мороз, мне ничего не надо, так как у меня всё есть. Даже новая кукла, о которой в нашем садике мечтают все девочки. Папа привёз. Единственное, что я очень хочу, – сестру! Дедушка Мороз, подари её мне, пожалуйста». Кто бы знал, чем для нас обернётся маленькая детская просьба. Наверное, тот Новый год запомнится на всю жизнь. Он стал судьбоносным для многих людей. Говорят, как Новый год встретишь, так год и проведёшь. Вот и мы его встретили семьёй. Большой. И провели все вместе весь год. А потом и следующий. Но обо всём по порядку. *** – Яр, ты точно приготовил подарок для Васёны? – Что за сомнения, я не понял? – наигранно возмущается муж, чем ужасно злит меня. Одного красноречивого взгляда в его сторону хватает, чтоб он поднял руки вверх, капитулируя. – Ян, ну разве я могу оставить свою любимую малышку без подарка? После слов любимого должна успокоиться, но сердце до сих пор не на месте. Может, дело вовсе не в подарке для Васи, а в предстоящей встрече с сестрой? Она хоть и пообещала ничего не рассказывать Максиму, но я всё равно жду от неё подвоха. – Янусь, хватит паниковать, нашей малышке понравится подарок, я тебе обещаю! Ярослав говорит, и при этом у него глаза горят от предвкушения. Кажется, подарок будет не только для нашей дочери, но и для её папы. Муж подходит, крепко обнимает. – И за свою сестру будь спокойна, – с лёгкостью считывает, что меня беспокоит, – не рискнёт она пойти против меня. Может, действительно я напрасно себя накручиваю? Мара приезжает с большими пакетами, полными различных подарков. Общается с детьми, играет с ними в настолку. Но от того, как моя сестра смотрит на Макса, мне становится не по себе. Понимаю, что Мара сама виновата в случившемся, но мне впервые больно за родную сестру и по-настоящему её жаль. – Простите, – вдруг не выдерживает сестра, вскакивает с пола и убегает. Взглядом прошу Яра последить за детьми, а сама иду за Марой. Успеваю проскочить в ванную комнату до того, как она закрывает дверь. – Что? Пришла проследить за непутёвой старшей сестрой? – Нет. Прежде чем сестра успеет сказать ещё хоть что-то, подхожу к ней и крепко обнимаю. Марианна стоит какое-то время не шевелясь, а потом её голова утыкается мне в плечо, и сестра разрывается горьким плачем. Глажу сестру по спине, успокаиваю, но ничего не произношу. У меня нет слов. Да и любые слова сейчас были бы лишними. Не знаю, сколько проходит времени, пока рыдания сестры не стихают и Марианна не отрывается от моего плеча. Проводит пальцами под глазами, пытается стереть поплывшую косметику, но лишь сильнее размазывает её по лицу. – Спасибо, Ян, – неожиданно говорит, глядя мне в глаза. – Макс хороший парень. Спасибо, что заботишься о нём. Воспитываешь как родного. Теперь и у меня ком встаёт в горле. Даже не получается ответить сестре, что Макс и есть для меня родной. Когда возвращаемся в гостиную, Васька уже спит на диване. Макс тоже клюет носом, но со всем присущим ему упорством заявляет, что обязательно дождётся боя курантов и загадает желание как положено. Улыбаюсь, когда вижу рядом с ним детское шампанское, клочок бумаги и ручку. Становится интересно, что же такое хочет загадать сын, раз решил прибегнуть к тяжёлой артиллерии. – Не скажу! Иначе не сбудется. Мы с Яром только переглядываемся, он едва заметно пожимает плечами, мол, тоже не в курсе задуманного. Ох, надеюсь, его желание более осуществимо, чем Васькино. Не то чтобы мы были против ещё одного ребёнка, просто специально мы никогда этот вопрос не обсуждали. Сначала у меня была учёба, потом я строила карьеру. Я люблю Макса и Васёну, но в какой-то момент мне стало страшно раствориться в материнстве. Потерять саму себя. Мои интересы, привычки естественным образом отошли на второй план. Ярослав быстро сориентировался. Подсуетился с няньками, хорошим детским центром, куда не было страшно отдать детей, а мне помог с работой. Иногда мне кажется, что муж лучше меня самой знает меня. Работа увлекла, закрутила. Кажется, всё в моей жизни было на своих местах. Я была абсолютно счастлива! Я ни разу не задумывалась ещё об одном ребёнке до письма Васёны. Но сейчас, с каждым пройденным днём я всё чаще задаюсь вопросом: «А почему бы нет»? Я реализовалась в работе, дети подросли, но я, если честно, скучаю по тем моментам, когда они были совсем крохотные. Да, было не просто. Бессонные ночи, беспричинные плачи, но чего стоит пьяная улыбка только что поевшего малыша. Или радость при первом самостоятельном шажочке. Чем больше думаю о ещё одном малыше, тем больше хочу. И у меня даже нет никаких сомнений, что Яр поддержит меня. Вот-вот начнётся бой курантов. Смотрю на стол, как рядом с каждым лежит чистый листик и ручка, и губы сами собой растягиваются в улыбке. Неожиданно все собравшиеся решили поддержать идею Макса. Над желанием долго не думаю. Разборчивым почерком вывожу: «Пускай этот год подарит нам ещё одного малыша». Пробегаюсь взглядом по написанным строчкам, улыбаюсь и быстро выполняю нужный ритуал до последнего боя курантов. Счастливый смех наполняет комнату. Мы друг друга поздравляем. Обнимаемся. И искренне радуемся, что все сегодня вместе собрались. Утро начинается с топота детских ножек. Васёна и Макс забираются к нам на кровать и начинают тормошить. – Мам, пап, пойдёмте подарки смотреть! Лениво приоткрываю глаз, замечаю в руке дочери упаковку от конфет. – Кто-то уже нырял под ёлку и добрался до сладкого подарка? – Это всё Макс! Старший брат лишь закатывает глаза на слова сестры. – Ма, мы по одной. Чесслово! – говорит наш маленький мужчина, который всегда готов взять вину на себя и защитить сестру. – Зубы чистили? И почему ещё в пижамах? – Яр включает режим строго папочки, но тут же смеётся: – Бегом переодеваться и через пять минут у ёлки. Детей будто ветром сдувает. Нам тоже надо вставать, но я не спешу. – Яр, я вставала ночью попить. – Не удержалась и заглянула под ёлку, да? Киваю. Закусываю губу, чтобы не задать волнующий меня вопрос. Кто бы знал, каких трудов мне стоило не разбудить ночью мужа и не расспросить. Вот и сейчас сдерживаюсь из последних сил. Я привыкла во всём доверять мужу, а тут впервые сомнения проскальзывают в голову. Ярослав понимающе ухмыляется. Подаётся ко мне. Целует. – Не переживай, любимая. Васёня будет счастлива, а подарок просто не поместился под ёлку. Пошли, сейчас сама всё увидишь. В большой комнате стоит счастливый визг детей. Макс и Вася делят сладкие подарки. Рядом валяется обёрточная упаковка от подарков Мары. Моя сестра сидит рядом и весело смеётся, глядя на детей. – Ну что, готовы разворачивать следующие? Яр устраивается около ёлки. Макс садится рядом, а вот Васёня не спешит к папе. Стоит напротив, руки важно сложены на груди, носик морщит. – Что-то непохоже, чтобы здесь была сестрёнка. – Ты права, Васёня, сестрички здесь нет. За этот подарок Дед Мороз не отвечает. Но он тебе приготовил другой, не менее замечательный. Только спрятал его не здесь. Давай сначала посмотрим на подарок Макса, а потом сходим за твоим? Малышка задумывается, но быстро соглашается. Садится к папе под бок, а сама вытягивает голову вперёд и с интересом наблюдает за братом. Передаю Максу большую тяжёлую коробку. Боже, как у сына загораются глаза! Да ради этого блеска я готова весь мир подарить ему. – Мам, это то, что я думаю? – с лёгким трепетом в голосе спрашивает. При этом не решается снять крышку с зелёной коробки. – Загляни и проверь, что там приготовил для тебя Дед Мороз. Макс так волнуется, что не сразу получается снять крышку с коробки. Васёня от нетерпения не может усидеть на месте. Приподнимается. Потом садится на колени. Снова плюхается на попу. В итоге не выдерживает: – Ну, давай быстрее! Макс бросает недовольный взгляд в сторону сестры, но снимает с коробки крышку и достаёт оттуда своей подарок. Новый телескоп. Любовно оглаживает свой подарок, а потом поднимает на меня самые счастливые глаза. – Спасибо! Кидается сначала мне на шею. Душит в объятиях, целует. Потом папе. – Спасибо! – радостно подпрыгивает, косится в сторону сестры и с важным видом добавляет: – Мам, пап, вы обязательно Дедушке Морозу передайте мою благодарность. Яр смеётся. Обещает, что лично позвонит и отблагодарит. А я в этот момент не спускаю взгляда с Мары, замечаю, как она украдкой вытирает слёзы. Не выдерживаю, пересаживаюсь к ней ближе и сжимаю её ладонь. Пускай она сама виновата в случившемся, но мне всё равно чисто по-женски жаль её. – Теперь мой подарок? – Васёня уже стоит на ногах, точнее, перепрыгивает от нетерпения с одной на другую. – Да. Идёмте, – Яр тоже поднимается, а потом немало меня удивляет: – Подарок на улице. Оказывается, подарок ждёт нас не совсем на улице, а в хозблоке. От увиденного у меня пропадает дар речи. – Это что, мне? – выдыхает Васёня с тихим восторгом. – Да. На днях приедут рабочие, займутся строительством дома для него. – А со мной в комнате нельзя? Это же мой подарок. – Нет, Васёня, в комнату точно нельзя, – отвечаю на автомате, разглядывая белоснежного пони, который стоит себе спокойно во временном стойле. И когда только Яр успел? А главное, как ему это вообще в голову пришло? Смотрю на мужа, которого буквально распирает от самодовольства. Ну конечно, такое отчудить! Но надо отдать должное, с подарком для дочери он угадал. Васёня о сестричке забыла. – Не смотри так на меня! – муж продолжает светиться от счастья, даже когда мы остаёмся наедине и я уже готовлюсь ему всё высказать. Лошадь – это же такая ответственность! – Во-первых, я порадовал дочь. Во-вторых, езда на лошадях очень полезна для здоровья. В-третьих, лошади – хорошее вложение. – Яр, но кто будет за ней ухаживать? – Не волнуйся, я обо всём договорился. Нанял специального человека, он будет приезжать к нам и присматривать за лошадьми. – За лошадьми?! – Ну да, мы потом ещё докупим. Представляешь, как дети будут счастливы? Качаю головой. Я замужем за безумцем. Яр заключает меня в уютные объятия, целует в макушку, а потом тихо зовёт: – Ян? – М? – Но давай всё-таки постараемся к следующему Новому году Ваське сестричку подарить? Говорю же, муж меня знает лучше меня. – Я уже желание загадала, – признаюсь ему. – Я тоже. От ответного признания задираю голову и ищу лукавство в его глазах, но нет. Муж искренен. И становится так хорошо на душе. Тепло. Целую своего любимого безумца, с которым уже столько лет живу на одной волне.