Глава 21

В эту ночь у Антона родилась дочь. Он проснулся посреди ночи, как от толчка. И ощутил всем своим существом, что именно сейчас родилась его дочь.

“Как это, почему это?” - вопрошал он, неизвестно к кому обращаясь.

Почему при рождении сына не было никакой связи между ними? А тут, подумать только, неизвестно на каком расстоянии они находятся друг от друга со своей бывшей семьей, а он почувствовал свою дочь, словно он рядом с ней.

Поняв, что уже не уснет, Антон встал и прошел в кухню. За окном свет фонарей немного разгонял темноту, до рассвета было еще долго. Заварил себе чай и сидел теперь грел руки, обхватив чашку, и бездумно смотрел в окно.

Тик-так, тик-так, отбивали часы, висящие на стене кухни. И вдруг в этот монотонный звук ворвался звонок. Антон вздрогнул и закрутил головой, не понимая, то ли в дверь звонят, то ли телефон надрывается.

Из спальни вышла сонная София, с закрытыми глазами протянула ему телефон и вернулась обратно.

Не смотря на экран, Антон поспешил ответить, лишь бы оборвать этот звон в ночИ. И чуть не оглох от крика сына.

- Папка, представляешь, у тебя родилась дочь, а у меня теперь есть сестра. Я не выдержал, позвонил тебе. Я всю ночь сижу и никуда не ухожу из роддома. И вот дождался.

Антон рвано выдохнул:

- Я рад, сынок. Как мама себя чувствует?

- С мамой все хорошо. И, навряд ли, ты рад, но я подумал, что ты должен знать. А я вот очень рад, а мне не с кем даже разделить эту радость.

Голос Геры слышался глуховато и Антон понял, что сын сдерживается, чтобы не заплакать. И, чтобы отвлечь Геру, спросил:

- Как решили назвать …дочку?

- Вера, это мама так решила, а мне нравится.

- Мне тоже нравится имя. Передай маме мои поздравления. Я бы хотел и лично поздравить, но я не знаю где вы теперь живете.

Гера помолчал, потом ответил:

- Ничего я передавать не буду, чтобы не расстраивать маму. А живем мы в областном центре и живем хорошо и без тебя. С нами еще дед Валентин теперь живет. А бабуля Наташа сошла с ума и теперь лечится в психбольнице. Такие вот у нас новости.

Антон торопливо перебил его, опасаясь, что Гера сбросит вызов.

- Гера, сынок, я могу тебе звонить на этот номер, а то у меня только старый? Ты не будешь против?

- Звони, что с тобой поделаешь. Ну, пока.

Антон продолжал сидеть, сжимая телефон в руке, не в силах вернуться в реальность. В голове билась только одна мысль: “У него родилась дочь Вера Антоновна…ой, а фамилия у нее теперь, наверняка, не Крайнова. Алина оставила свою девичью фамилию. Значит, Вера Антоновна Воробьева. Печально, но ничего не изменить, к сожалению. “

И сожаление, что не дано видеть, как будет расти дочь, захлестнуло его с головой. Он глухо застонал. Никто не виноват, он сам выбрал себе другую жизнь.

А Герман, после разговора с отцом, уснул прямо в кресле, которое ему притащили в вестибюль жалостливые санитарки роддома.

Через час его разбудил звонок. Звонил дед Валентин:

- Ну, ты где пропал, пацан. Мать уже родила, давно спят, наверное, с внучкой, а тебя все нет и нет. Я уже устал ждать, переживать начал.

- Ой, деда, прости, я тут уснул в кресле. Позвонил отцу, сообщил ему новость и уснул. Сейчас приеду.

Валентин забурчал:

- Ишь ты, велика птица, что ты ему новости сообщаешь.

- Деда, не ворчи, он все-таки отец. Я, конечно, и потом бы мог ему позвонить, но не удержался. Ты лучше спать ложись, я скоро буду.

- Вот приедешь и лягу. Жду.

———

Кирилл звонил Алине, практически, через день. Он бы и каждый день звонил и поехал бы навестить и посмотреть на новорожденную, но Алина не разрешила.

- Верочке еще и месяца нет, так что нечего тут и рассматривать. Да она и сама видит мир перевернутым. Вот подрастет немного, тогда и милости просим.

- Алина, а на кого она больше похоже? - немного смущаясь, спросил мужчина.

Алина рассмеялась:

- Представь себе, на деда Валю.

Кирилл облегченно выдохнул:

- Ну, значит, в твою породу.

- И вовсе ничего это не значит. Она еще будет меняться, расти и будет перебирать всю родню по похожести. Я думаю, что она в итоге будет похожа на отца. Мелькает что-то такое неуловимое иногда в личике, что напоминает Антона.

Кирилл сменил тему разговора:

- Алина, я хочу сделать подарок твоей дочке и купил коляску для девочки. Вот предупреждаю, чтобы вы не покупали. Я спрашивал Геру и поэтому знаю, что коляски у вас пока нет.

Алина не стала возражать, зная, что это бесполезно.

- Спасибо, Кирилл, но можно было сказать мне.

- Ага, чтобы услышать в ответ, что у вас все есть и ничего не надо.

В итоге они договорились, что Алина сама сообщит Кириллу, когда можно будет приехать.

Закончив разговор, Алина посмотрела на себя в зеркало. Нда… надо сбрасывать лишний вес и возвращать мышцам тонус, а то похожа на какой-то бурдюк. Алина захихикала, показала язык зеркалу и пошла в детскую.

Дед Валентин дремал в кресле и покачивал кроватку с Верочкой. Верочка спала на спине, раскинув руки и слегка причмокивала во сне. Для Алины это было явным признаком, что скоро дочь проснется, чтобы не во сне, а наяву чмокать грудь у мамы.

Валентин встрепенулся:

- Ну, что скажешь хорошего, дочка?

- Скажу, папа. На днях приедет тетя Аня. Она уже полностью поправилась, хочет повидать нас всех и особенно Верочку. А еще она сказала, что если мы не против, то она останется помогать нам с Верочкой, пока мы ее не отправим обратно.

И, переглянувшись, отец с дочерью шепотом закричали: “Ура! “.

Ведь это означало, что Вера может заняться своим любимым делом - учить пению. А Валентин попробует отыскать место для небольшой мастерской, чтобы тоже заняться любимым делом.

Свободные руки это великое благо.

—————-

Гера, развалившись в кресле поперек, болтал ногами, грыз яблоко и одновременно разговаривал с матерью.

- Мам, а мам. Вот смотри, ты, деда и даже Верочка, вы все Воробьевы, а я один среди вас Крайнов. Может, мне сменить фамилию и взять твою? И буду тоже Воробьевым.

Алина в это время гладила белье и чуть не уронила утюг от удивления. Дед Валентин, дремавший во втором кресле, открыл глаза и вопросительно посмотрел на Алину. И только малышка Вера, уложенная поперек дивана, не обратила внимания на слова брата, продолжая гукать и пускать пузыри.

Семейка собралась после обеда в гостиной. День был выходной и Герману не надо было идти на учебу. Но он нашел бы куда пойти, но мама попросила встретить и забрать с автовокзала тетю Аню. Времени до ее приезда было еще достаточно и Гера развлекал себя как мог, чтобы скоротать это ожидание.

Высказав, как ему казалось, очень интересную мысль, он посмотрел на мать. Алина постучала костяшками пальцев по лбу. Гера скривил недовольную рожицу.

- А что я не так сказал? Имею право, я уже совершеннолетний. Могу и имя даже поменять.

Дед вздохнул:

- А мозги ты поменять не хочешь. Тогда бы и чушь не порол.

- Так, деда, я же с твоей фамилией буду.

Дед махнул рукой. Алина выключила утюг и села на диван, рядом с дочкой.

- Сыночка, а скажи-ка ты нам, что тебе такого плохого отец сделал, что ты решил отказаться от его фамилии? Ты на Веру не сваливай. Какая бы у нее не была фамилия, она ее сменит, выйдя замуж.

Тут она задумалась:

- Хотя… можно ее записать и Крайновой. Антон ведь ее отец и никто его не лишал родительских прав.

Она взяла Верочку на руки и стала ее смешить. Уж очень ей нравился звонкий смех малышки.

А Гера встрепенулся:

- Мам, а ты не хочешь лишить отца родительских прав на Верочку и заодно и на меня.

Валентин и Алина застонали вместе.

- Гера, тебе точно мозги проветрить надо. Езжай-ка ты заранее на автовокзал. А то вдруг пробки, опоздаешь, тетя Аня переживать будет.

Гера встал с кресла:

- Как скажешь, мама. Покатаюсь потихоньку по городу. А насчет мозгов ты не права. Ты сама спросила, что он мне сделал плохого. Ничего особенного, если не считать, что он лишил меня семьи. Он не захотел больше быть моим отцом.

Посмотрев на мать, он быстро зашагал из гостиной.

Когда Герман ушел, захлопнув дверь квартиры, и Валентин и Алина расхохотались от души. Верочка тоже гукала, улыбаясь и переводя взгляд с деда на мать.

- Сколько каши у него намешано в голове, - сокрушенно качал головой дед, - с него станется, побежит менять фамилию.

Алина успокоила деда:

- Я с ним поговорю. Это он еще не представляет, сколько ему документов надо будет менять, а не только паспорт. И права, и в институте, да еще, наверное, найдется что.

Собственно говоря, с этической точки зрения, очень некрасиво будет по отношению к отцу. Я его понимаю, мол, раз он с мамой так поступил, то я хочу отомстить за нее. Но ведь мы с Антоном не родня, а чужие друг другу люди.

А Гера его родной сын. Плоть от плоти, кровь от крови. Это абсолютно разные понятия.

Валентин слушал дочь и покачивал головой.

- Ну, попробуй, убеди. Может, хоть что-то дойдет до него.

Звонок телефона прозвучал как-то весело. Гера сообщил, что встретил гостью и везет ее домой.

Алина пошла в детскую покормить и уложить дочку спать. К приезду тети Ани все было готово.

В детской поставили полуторную кровать, рядом комод, у окна большое уютное кресло. Возле двери шкаф-купе.

Алина села в кресло покормить малышку.

- Вот и нянечка к тебе прибыла, дочка. Надеюсь, вы понравитесь друг другу.