Глава 30

А в это время в семье у Антона назревал кризис. Ну, если можно так назвать. София, похоже, реально обиделась. Причём обиделась не на что-то серьёзное, а всего-навсего на выговор от маленькой девочки.

Она лежала на кровати, свернувшись в маленький комочек, укрывшись сверху пледом, и плакала. Лила слезы по чему-то понятному только ей, но неведомому для Антона.

- Ты плачешь из-за слов Верочки, этой маленькой девочки? - ужаснулся Антон.

- Ты её любишь, ты её до сих пор любишь. - Жалобно стонала София.

- Конечно, люблю, это же моя дочь.

София сбросила с себя плед. Села на кровати. Вытерла ладошками слезы и проговорила, заикаясь:

- Я говорила про твою бывшую жену, ты до сих пор её любишь, ты любишь Алину.

Антон сел рядом с женой, обнял её за плечи и принялся целовать щеки, лоб, губы, шею. Целовал и приговаривал:

- Какая же ты у меня ещё глупенькая, даже глупее, чем Верочка. Я люблю тебя, Сонечка. Как тебя не любить такую солнечную игривую. Красивую до невозможности, до боли в глазах. А Алина, Алина, все ещё живёт в глубине моей души, я все еще не могу ее никак отпустить, я не могу принять и понять, что она живёт уже своей жизнью, независимо от меня. Что она может выйти замуж за кого-то другого, что её будет обнимать и целовать другой мужчина?

Все это мне как-то дико и неприемлемым, кажется, хотя и неправильно. Я надеюсь, что все это вскоре развеется, как дым. Ведь у меня есть ты моё солнце, моя радость. Рядом с тобой я забываю обо всем и обо всех. Все свои неприятности.

Скоро и Алину забуду. Просто буду вспоминать её, как мать моих детей. Не плачь, Сонюшка, пойдём лучше посидим на террасе, поедим мороженое, ты забыла про него, наверное.

И подхватив жену на руки Антон вышел из спальни. Скоро и у них должен родиться ребенок, возможно, девочка тоже. И достигнут такого же возраста, как и Верочка, она с большой вероятностью может точно так же сказать: "Мама, отойди, это мой папа.”

Мороженое было уничтожено, но оно послужило благому делу. Софийка повеселела, замурлыкала, сидя на коленях у мужа. Постепенно мурлыканье затихло и стало слышно тихое сопение. Соня спала, прижавшись щекой к груди Антона. Посидев еще немного, он поднялся с кресла с драгоценной ношей на руках и понес ее в спальню.

———

Алина и Кирилл завтракали в кухне его квартиры. Ещё вчера Алина смущалась от ласкающего взгляда Кирилла. От любви, которую ощущала в этом взгляде. Но после сегодняшней ночи исчезло и смущение и любое сомнение. Сомнение в том, что можно ли довериться опять мужчине?

Теперь её терзало другое сомнение, а любил её Антон? Ещё никогда Алина в своей жизни не испытывала таких эмоций, как сегодня ночью с Кириллом.

Она даже не подозревала, что такое может быть. Когда кровь становится лавой, когда внутри груди разгорается вулкан, когда сама уже, практически, превращаешься в эту лаву.

И вот теперь, сидя напротив Кирилла, она просто купалась и тонула в его ласкающем взгляде. Это было очень приятно, до мурашек. И Алина про себя подумала, что она каждое утро согласна проводить вот так.

- Алина, ты же понимаешь, что после сегодняшней ночи я тебя не отпущу? - Кирилл держал её за руку и перебирал тоненькие пальчики.

Алина согласно кивнула головой и улыбнулась загадочной улыбкой. А загадала она себе очень простое желание, что если ей понравится, значит быть им вместе.

Оставим Алину и Кирилла наслаждаться уединением и и пойдём посмотрим, как там обстоят дела у Алисы и Адама Ахматовых. Да, вы правильно поняли, Адам получил согласие Алисы, кто бы сомневался, и успел прибыть уж к ней на жительство.

А прибыл он не с пустыми руками. Он забрал все драгоценности в доме своего дяди и тёти, которые сумел найти. На возражение Мадины ответил, что у неё и так полно всяких побрякушек, а он своей жене еще ничего не дарил толком, кроме кольца помолвочного. И вообще, пусть она считает, что это отступные. Ведь он же оставляет Мадине все остальное. Всю власть в посёлке. Очень даже неплохой дом, требующий ремонта, но ничего она дама сильная, справится.

Наталье зять понравился. Можно сказать, что она была от него в восторге. Такой красавец и обходительный, и видно, что очень любит Алису. А ещё ей зять подарил шикарнейший комплект - серьги, кольцо и колье.

Оставив молодых наслаждаться обществом друг друга, Наталья нарядилась, нацепила на себя подаренный комплект и пошла гулять по городу. Конечно, ей хотелось бы прогуляться-то вместе с молодыми, но, учитывая репутацию Алисы, рисковать не стоило. Пусть пока постепенно привыкают к тому, что Алиса, вместе с мужем живёт у неё.

А тем временем молодые в отсутствии очень любопытной матери решали очень важный для них не вопрос. И пришли к выводу, что нужно уезжать к себе домой. В свою любимую квартиру. Возвращаться на свои рабочие места, которые приносили им очень даже неплохой доход. Потому что здесь им будет очень тяжело ужиться с Натальей Николаевной. Мало того, что надо будет искать Адаму работу, так еще надо будет постоянно давать отчет матери.

Если Наталья захочет, то пусть едет с ними, там она им точно не помешает, и квартира довольно-таки большая. Да и там она уже не хозяйка. Городок для неё будет новый, не изученный, вот пусть и занимается там изучением порядков нравов и, вообще, знакомится пусть с людьми.

Наталья николаевна-новость о том, что дочь с зятем собираются уезжать, узнала только через день. Именно тогда они ей и сподобились сообщить, когда приняли уже окончательное решение. Сказать, что Наталью хватила истерика, это ничего не сказать.

Ооо, как она визжала, кричала, чуть ли не каталась по полу. Алиса, уже испугалась и собиралась вызывать "скорую". Но Наталья внезапно успокоилась. И сообщила, что она поедет вместе с ними. Чтобы они ни делали.

Дочка её успокоила, что они ничего делать не собираются, и они не против, если она поедет с ним. Только свои диктаторские замашки, пусть она оставит здесь дома, туда их не надо везти, там она будет гостьей столько, сколько захочет, ну или пока не надоест своими нравоучениями.

На том и порешили и стали не торопясь готовиться к переезду. Наталья хотела забрать чуть ли не пол квартиры с собой. На что ей Алиса ответила, что там у них в квартире все, что им нужно есть, а чего не хватит, они там купят. Зачем платить деньги за контейнеры, отправлять отсюда мебель уже пользованную, когда можно купить новую.

Примерно через полторы недели все семейство, загрузившись баулами и чемоданами, отбыло в такси на вокзал.

Никаких провожающих, никаких свидетелей их отбытия не было, никто в городе не был в курсе, куда девалась Наталья и недавно прибывшая её дочь. Если бы кому-то захотелось узнать, куда они девались, то обращаться можно было только в кассы вокзала.

Все, отдельно взятые знакомые нам ячейки общества, постепенно, не торопясь, устраивали свою жизнь. Устройство не требовала только семья Антона Крайнова. У них все уже было устроено. И стремительно приближалась дата рождения двойняшек. София уже еле передвигалась, как утка.

В день, когда отошли у Софии воды и Антон отвез ее в больницу, Гера с Евой были в гостях у них.

Вполне, естественно, что Антон из больницы не вернулся, а остался дожидаться родов там же. И поэтому Гера с Евой не могли бросить квартиру. Им осталось только заночевать в ней. Ситуация была, конечно, очень щекотливая. Несовершеннолетняя девушка и вполне себе совершеннолетний юноша. Во избежание всяческих кривотолков Герман позвонил отцу.

Антон очень долго соображал, что к чему? Ну, потом догадался позвонить тестю своему, чтобы он позаботился о своей внучке сам. А ему самому просто не до глупостей.

Лев Львович позвонил своей внучке:

- Ева, вы что там оба мозгов лишились на фоне любви своей? Тебе не дано вызвать такси и доехать до дома и спокойно переночевать в своей кровати? Я думаю, что Герман как-нибудь без тебя обойдется эту ночь так же, как обходился до этого все ночи. Детский сад ей-богу! - забормотал он, положив трубку.

“Родила царица в ночь не то сына, не то дочь…” - вдруг вспомнилось Антону и он чуть ли не заржал во всю глотку. Благо в палате был один. Да, Каплицкий-старший постарался, все было уже оплачено - две палаты отдельные. Одна для дочки, другая для зятя.

Врач посоветовал ему ложиться спать и сказал, что его разбудит, как только начнутся роды. Антону самому хотелось присутствовать при родах.

Разбудили его под утро. Врачи готовились к кесаревому сечению, но София, на удивление, неплохо справилась с родами сама. Два малыша крепыша весом по три килограмма каждый и разница в росте всего один сантиметр. Не мудрено, что она ходила, переваливаясь, как утка, при таком-то весе малышни.

Соня с изумлением разглядывала два сморщенных красных личика. Подняла взгляд на мужа:

- Это почему они такие краснолицые, как индейцы?

Антон не стал смеяться над бедной женщиной, а попытался ответить спокойно:

- Ты же знаешь, Сонечка, что все это пройдёт, что все младенцы рождаются такими краснолицами. Забыла, что ли, все уроки, которые мы проходили с тобой?

Соня поджала губы и сказала:

- Мне они не нравятся. Забирай их себе, пусть это будут твои сыновья, я себе потом дочку рожу.

Тут уж даже медперсонал, не выдержал расхохотавшись.

Через 5 дней Антон забрал жену с детьми из роддома. Мальчишки ещё до сих пор были без имени Соня никак не хотела их называть, сказала, что это дети Антона, пусть он их и называет, как ему нравится. Ну, Антон и назвал. Одного Тимофеем другого Григорием.

Тесть одобрил.

- Значит, один внук у меня будет Тимофей Антонович, а другой Григорий Антонович. Звучит замечательно.

София скривила личико:

- Один Антонович, второй Антонович, оба Крайновы, а моего-то ничего и нету, выходит.

Пришлось Антону жалеть свою женушку. А ему и впрямь было её жаль, она очень сильно потеряла в весе, после родов стала худенькая такая, как подросток.