Глава 11 - 2

Иван лежал на кровати и пытался вчитаться в книгу. Мать на днях подсунула ему детектив, сказала, что очень модный. Всем знакомым нравился, да и она прочла с удовольствием.

Он усмехнулся. Ну и мать у него! Неугомонная! Детективы — ее страсть. После работы и грядок, конечно. Ей без разницы — и женские с удовольствием читала, и мужскими, со шпионским уклоном, не пренебрегала.

Иван предпочитал фантастику, но и детективным жанром не брезговал. Он заметил, что за несколько последних минут очередную страницу так и не удосужился перевернуть и вникнуть в интригу не получилось, хотя уже читал на тридцать восьмой странице.

Со вздохом он отложил книгу в сторону, по привычке закинул руки за голову и уставился в потолок. Вообще-то, не в потолок ему пялиться надо, а давно третий сон видеть. Второй час ночи пошел. А в глаза будто спички вставили.И все из-за Анжелы упертой. Он и мысли не допускал, что она откажется к нему переехать. Ни разу ни одной девчонке он не предлагал к нему перебраться. Хотя некоторые открыто говорили, что не прочь.

Но он — ни-ни! А Анжеле все не так. Почему решила, что Полинке плохо у него будет? Игрушки? Без проблем! Минута езды до «Детского мира». Только пальчиком бы ткнула — все что угодно.

Анжела вроде рассказывала, что девочка любила рисовать, да с художкой не сложилось. Опять без проблем.С шофером бы сама Анжела возила Полинку на занятия, а если он не занят, сам бы отвозил. Что для рисования нужно — стол особенный, ватманы всякие, альбомы, еще чего — всегда пожалуйста!

Три комнаты у него отдельных в квартире. В самую светлую, что на солнечную сторону, Полинку бы определили. Что Ледышке не так, из чего проблему сделала? Да еще и психологию включила!

Иван сглотнул застрявший в горле комок обиды. Вот помирились вроде, и все нормально стало, так опять не так! Все с ног на голову перевернула. Так и полыхнула своими ледяными глазищами. Вот как ему теперь быть? Переезжать к нему отказалась. В кабинете не то что любви предаваться, а даже взглянуть на нее лишний раз не разрешила. Кто бы чего не подумал! А чего думать-то, когда и так все вокруг знают. Не знают, так догадываются. Шила в мешке не утаишь.

И ведь сидит Анжела ледяной занозой в сердце. Аж ломота идет. Вот ведь угораздило его! А без нее совсем плохо. Пока шел аврал, только и спасался ею… Заходил в бухгалтерию под любым предлогом и смотрел на нее, в глаза ее прозрачные заглядывал. И весь лед из глаз у нее в эти дни куда-то исчезал. Как будто озера голубые, с чистой водой до самого дна, а не глаза. И смотрела она на него так… Колдунья, в общем, хоть и не призналась.

А за выходные эти, после того как ясно стало, что все, авралу конец, он извелся весь. Одна мысль в голове билась — помириться скорей. И страх холодом в душе расползался: а вдруг не простит его выходку дачную? Вон ведь как сиганула тогда от него, и сделать ничего не смог. Так и уехала на такси.

На планерке сегодня такой взгляд на него бросила, что лучше бы совсем не смотрела. Он сразу понял — ничего она забывать не собиралась. Пришлось засаду у себя в кабинете вечером устраивать и выманивать из бухгалтерии. Армейская закалка пригодилась. Так сказать, решил стратегическую задачу. Дождался, пока Светлана в детский сад пораньше ускачет, и справку у Анжелы по телефону потребовал. А сам только и думал, как бы она не догадалась, что эта справка ему и за фиг не нужна. Он давно сам все расчеты в уме сделал. Но нет, Анжела ведь исполнительная, этого у нее не отнять.

Как она вошла в его кабинет, как дверь он за ней защелкнул, так и все! Не выпустил, пока не помирились.От будоражащих воспоминаний сердце Ивана заколотило молотом. Будь его воля, не отпускал бы Анжелу от себя. Ни на секунду.

Когда ее домой вечером с фирмы повез, за цветами остановился. Решение мигом созрело. Ему казалось, что лучше и придумать нельзя. И они вместе, и Полинка рядом. Но нет, не договорился с Анжелой, обломала она его. Будет он на нее теперь посматривать, как на конфетку за стеклом. Иван скрипнул зубами.

Сердце щемило нехорошим предчувствием. Ледышка она и есть ледышка! Но ничего, он не отступится. Не из таких он. Пусть она немного от его внимания отдохнет. Глядишь, гонора-то поубавится. Может, с другой слегка позабавиться, ей назло? Нет, глаза на других не глядят. Точно, колдунья!

Иван убрал книгу на тумбочку, взглянул на часы и погасил свет. До подъема оставалось два с половиной часа.