Глава 13

— На сегодня с меня хватит, — произнесла вслух Анжела. Отложила в сторону подшивку с документами, выключила компьютер, зябко поежилась.

Закончилась вторая неделя декабря, морозы установились на удивление лютые. В административном отсеке отопление работало на всю катушку, но все равно в кабинетах было прохладно.

За окном чернело вечернее небо. Призрачно сияла щербатая луна, окруженная радужным ореолом. Неестественно ярко светили крупные звезды.

«Выпью, пожалуй, горячего чаю, а потом домой собираться начну, — решила Анжела. — Полинка уже не одна, Гера с ней. Пораньше сегодня освободился. Я хоть поработала нормально».

Она дотянулась до чайника, нажала на кнопку включения, заодно прихватила из вазочки пару конфет. Поставила перед собой чашку и стала ждать, пока закипит вода.

Лида неожиданно слегла с ангиной, и Анжеле пришлось одной срочно заниматься начислением зарплаты. Завтра, в понедельник, Иван распорядился собрать балансовую комиссию по годовой премии.Все выходные Анжела проторчала на работе, готовила цифры. Полинка сидели дома вдвоем с Графом. Юлю наконец-то отправили на лечение в Санкт-Петербург. Неизвестно, на какие рычаги пришлось нажимать Гере, но он проводил ее до места самолично. Вернулся воодушевленный.

Юле предложили подписать документы на использование какого-то нового лекарства. Она согласилась. Но сначала куча анализов, лечение по схеме каким-то уже апробированным методом и только после этого, если понадобится, проведут лечение новым препаратом. Врачи осторожны в прогнозах, но дали понять, что вероятность ремиссии возросла в разы. Лечение прогнозировалось долгое, не меньше трех месяцев.

Анжела улыбнулась. Юле наконец разрешили пользоваться сотовым телефоном. Правда, только вечером и совсем недолго. Но каждый день!

Полинка воспрянула духом. От радости она душила Графа в объятиях, без конца лезла с поцелуями к Анжеле, готовилась делать для мамы новогоднюю фотосессию. Правда, проводить в школе новогоднюю елку не разрешили из-за карантина, так она с Герой договорилась, что он ее сфотографирует возле главной городской елки.

Анжела предложила Гере скинуться и сделать плюсом Полинке фотосессию в салоне. Девочка пришла в восторг и жила предвкушением предстоящей съемки. Каждый вечер шли согласования с Юлей по поводу платья, прически и туфель.

А вот Иван…

Размышления прервал щелчок кнопки выключившегося чайника. Анжела налила в чашку кипяток, утопила в нем пакетик с заваркой, развернула конфетку. Отхлебнула из чашки, поморщилась — горячо! Придется чуть подождать.

Они так и не виделись с того дня, как она отказалась переехать к нему из-за Полинки. Это была их последняя встреча.Нет, Анжела ходила на планерки, бывала в кабинете, когда он вызывал, но Иван глядел сквозь нее. Вроде и смотрит, но не видит. Все сухо, вежливо и по делу. Ни огня в глазах, ни интереса. Как с пустым местом общался. Анжела догадывалась, что Иван обиделся на ее отказ, но не до такой же степени! И ведь прекрасно осознавал, что это не каприз.

Сердце Анжелы болело. Ей не хватало его огненных взглядов, его обожания, да и горячности его не хватало. Думы о нем не давали ей спать. «Эх, директор, сам не ведаешь, что творишь! — обращалась она к нему мысленно, когда тоска уж совсем заедала. — Вот брошу тебя, тогда узнаешь!»

Внезапно дал знать о себе сотовый. Анжела сделала несколько глотков еще очень горячего чая и приняла вызов.

— Ты решила ночевать на работе? — прозвучал обеспокоенный голос Геры. — Полинка без тебя ужинать не садится. Да и Граф хвостом метет. Ждем. Только не забудь за хлебом зайти.

— Бегу! — коротко отрапортовала Анжела и отключилась.

Она положила в рот конфету, запила ее не успевшим остыть чаем и начала собираться.

Через пять минут Анжела вышла из здания в отнюдь не ранний вечер. Дыхание тут же перехватило морозным воздухом.«Чуть за двадцать», — навскидку определила она. Закрыла лицо варежкой до самых глаз и поспешила за ворота фирмы. Автобусы, как ни странно, ходили намного чаще обычного, поэтому замерзнуть в ожидания транспорта она не боялась.

— Анжела, постой! — донесся до нее сзади голос Ивана.

Она повернулась. Он быстро шел к ней от «мазды». Анжела кивнула, давая понять, что услышала.

— Привет. Ты почему на работе? — нахмурился он.

— Готовилась к балансовой комиссии. Да и зарплату начала делать.

— Почему ты? — недоуменно спросил Иван.

— Лида заболела.

Иван ничего не ответил. Анжела смотрела в сторону и тоже молчала.

«И долго Иван так стоять собирается? Мне домой нужно», — в душе разгорался пожар обиды, но Анжела постаралась сохранить лицо непроницаемым. Сердце бешено колотилось. Несмотря на мороз, ее обдавало жаром.

— Извини, но мне на автобус. Холодно стоять, да и Полинка заждалась, — пробормотала Анжела.

— Я подвезу тебя, — Иван взял ее за руку.

— Спасибо, но нет. Мне еще в магазин, — Анжела осторожно высвободила руку из его пальцев и направилась к остановке.

— Подожди! — Иван догнал и притянул ее к себе.

— Не надо, — устало произнесла Анжела. — Ничего не надо. Извини, я действительно тороплюсь.

— Даже в лицо мне не смотришь, — Иван сузил цыганские глаза.

Анжела ничего не ответила.

— И разговаривать со мной не хочешь, — усмехнулся он уголками губ.

Она подняла на него глаза.

— Я? — выдохнула Анжела. — Ты две недели смотрел сквозь меня. Теперь моя очередь. И разговоров я с тобой не избегала! А вот сейчас, наверное, помолчу. Наказать меня решил? У тебя получилось. Радуйся.

Иван не отводил от нее пронзительного взгляда. Только щеки полыхали кумачом.

Он обхватил ее за плечи.

— Пойдем в машину. Нечего в такой собачий холод на автобусах кататься. — Его глаза горели бешеным огнем.

— Не замерзну! — Анжела сбросила его руки и, надменно вздернув подбородок, быстро зашагала к остановке.

***

Утром в понедельник холод решил несколько сдать свои позиции — мороз чуть ослабел, зато подул колючий ветер. Полинка сегодня встала с большим трудом и они чуть не опоздали, но за пару минут до звонка Анжела все-таки успела передать девочку учительницес рук на руки.

В свой кабинет Анжела вбежала почти впритык к началу планерки. Мазнула взглядом по сотрудницам. Слава богу, Лида на месте! Тяжело перенесшая ковид, до синевы бледная Рита уже сидела на телефоне. «Буду просить девчонкам премиальные загод по максимуму. Заслужили», —расчувствоваласьАнжела.

Она едва успела подкорректировать служебную записку на премиальные, как в кабинет заглянула Светлана.

— На планерку собирайся, — смерила секретарша Анжелу насмешливым взглядом. — А потом сразу балансовая начнется, так что бумаги сразу берите с собой.

Анжела неторопливо вышла из-за стола и направилась к зеркалу.Секретарша проводила ее злорадным взглядом.

— Смотри не смотри, красоты не прибавится! А та, что есть, видно, уже кое-кому приедаться начала. — Она стрельнула в Анжелу многозначительным взглядом и рассмеялась.

— Шла бы ты… — Анжела выдержала многозначительную паузу, — на рабочее место, Свет! А то ненароком директор хватится. Премии можешь не досчитаться.

Она оглядела себя в зеркале, поправила волосы.Светлана обожгла ее злым взглядом и с силой хлопнула дверью.

***

Планерка шла полным ходом. Анжела, как и обещала Ивану, на него не смотрела. Ей было чем заняться и без него. Она разложила перед собой нужные бумаги. Над ухом вещал о проблемах начальник первого швейного. После него, как всегда, взял слово начальник второго. Кое-что из их речей Анжела брала на заметку, записывала в ежедневнике.

Она так и не ознакомилась со швейным производством. Директор провел ей экскурсию только на складе. Анжела чуть заметно усмехнулась и дала себе слово в ближайшие дни посетить цеха. Сейчас же после планерки договорится о времени.

Наконец планерка закончилась.Иван поднял руку, привлекая общее внимание.

— Прямо сейчас балансовая комиссия! Кто входит в ее состав, оставайтесь на месте.

В кабинет вошла Светлана. Обвела глазами освободившиеся места и, что-то прикинув, выбрала стул поближе к директору, почти напротив Анжелы. Только ей красноречивых взглядов секретарши не хватало! Балансовая комиссия — дело тонкое, здесь не до ухмылок. Но поделать с этим Анжела ничего не могла — Светлана, как специалист по кадрам и секретарь, обязательно присутствовала на заседаниях.

Анжела озвучила остаток годового премиального фонда.Слово взял Иван.

— Давайте по подразделениям! — распорядился Иван. — Служебные записки зачитываем сразу с обоснованием по конкретным работникам. Если недостаточно обосновали или, еще круче, про кого-то забыли — не обессудьте.

Среди членов комиссии прошел легкий гул. Иван постучал карандашом по столу.

— Затягивать не будем. Первый швейный, начинайте!

Все дальнейшие обсуждения и голосования слились у Анжелы в непрерывный гомон. Она едва успевала делать важные для нее пометки в блокноте.

Бухгалтерия в списке стояла последней.Анжела обозначила для своих сотрудниц повышенный размер, как и собиралась, постаралась максимально обосновать.

— Вопросы по бухгалтерии есть? — обратился к присутствующим Иван.

Все время до этого молчавшая Светлана недовольно проскрежетала:

— Не уработалась бухгалтерия, чтобы им по итогам года повышенную премию получать. Сидят на задницах в тепле, в светле, подремывают! Не в швейном цехе, наверное, трудятся, с разламывающейся спиной и слезящимися глазами.

У Анжелы от такой неприкрытой провокации потемнело в глазах. Она растерялась.

Неожиданно Светлану поддержала начальник планового:

— Согласна с кадрами. Лида с Ритой не работали на производстве. Никакого вклада в реальную прибыль фирмы они не вносили.

Анжеле показалось, что в нее плюнули. В глазах Светланы она уловила злобное торжество. Анжела гордо откинула голову назад, внимательно посмотрела в лицо начальнице планового, перевела взгляд на ухмыляющуюся Светлану.

— Согласна с тем, что мои сотрудницы не участвовали в создании реальной прибыли. Но они делали все, чтобы у других подразделений была возможность эту прибыль создавать. Это полностью их заслуга, что в условиях форс-мажора не сорвалась выплата зарплаты. А также все обязательства по финансовому сопровождению поставок были соблюдены, и фирма избежала огромных штрафов.

— Эта их обязанность, — взвизгнула Светлана. — Им за это зарплату платят.

— Да, обязанность, — не стала и на этот раз возражать Анжела. — Но они имели право не выходить из служебных рамок. Но тогда ни зарплаты в срок, ни качественного сопровождения не случилось бы. Да и штрафы не заставили бы себя долго ждать! — голос ее зазвенел от негодования. — У меня есть право настоять на своем. И я им воспользуюсь. — Анжела опустилась на стул.

В кабинете повисла искрящая тишина.

— Людмила даже и речи никогда об этом не вела, — попыталась вновь раздуть пожар склоки начальница планового.

— Да уж, — многозначительно хмыкнула Светлана.

Анжела, собрав волю в кулак, промолчала.

— Расходимся! — скомандовал Иван. — Все служебные записки мне на стол.

Анжела подошла к столу последней.

— Задержись, — попросил Иван ее, не поднимая головы.

С другой стороны стола к нему подошла Светлана.

— Когда зайти за служебками? — склонилась она к директору фирмы. — Может, мне прямо здесь подождать? — она торжествующе посмотрела на Анжелу.

— Свет, я, кажется, попросил задержаться главного бухгалтера, — он бросил на секретаршу бешеный взгляд, но сдержался. — Зайдешь, когда вызову, — ровным тоном договорил он.

Секретарша недовольно повела плечом, но из кабинета вышла.

— Присаживайся, — предложил он Анжеле.

— Спасибо, я постою.

Иван наконец поднял глаза.

— Как ты собралась настаивать на своем? — спросил он.

Анжеле на миг показалось, что в его глазах проскользнуло самодовольное торжество.

— Да никак.

Иван свел брови к переносице в немом вопросе.

— Я передумала. Из своей премии преподнесу, наличными. Заслужили девчонки. Положу в красивые конвертики и вручу как подарки к Новому году.

Взгляд Ивана полыхнул разочарованием.

— Можешь идти, — он уткнулся в бумаги. — Я как-нибудь разрешу этот вопрос и без твоих личных финансовых вливаний. Поняла? — в его голосе прозвучал металл.

Анжела тихо прикрыла за собой дверь. Приемная пустовала. Анжела с облегчением выдохнула. Выслушивать едкие подначки Светланы она не испытывала ни малейшего желания.

«Что, обломилось тебе, директор? — продолжала она мысленный диалог с Иваном, пока шла по коридору. — Думал, я девчонкам подачку из твоего личного фонда клянчить начну? А вот и не дождался!»