Глава 13

Страх колючими иголками тянулся по коже, адреналин хлынул в кровь, я моментально побежала быстрее, сила бурлила в крови, придавая мне твердости. Оборотень был опасно близко, фактически дышал мне в затылок, из-за чего уверенность резко сменилась паникой.

Я не сразу сообразила, что теперь ведь могу перекинуться и, если понадобится, броситься в бой с тем мужчиной. Кошка шипела внутри, выпускала когти, собираясь сломать мой барьер и вырваться на свободу. Не противясь ей, попыталась максимально расслабиться и дать ей полную власть, сейчас ее сила как никогда могла пригодиться.

Ощущая явную трансформацию тела, не прекращала бежать, мало ли что. Все мои мысли были лишь о побеге и желании поскорее вернуться домой. Неужели Мила предала меня и специально заманила в ловушку? Одежда начала трещать на мне, ноги подкосились, я упала на землю и буквально за считанные секунды уже мчалась на четырех лапах. Мужчина не менял ипостаси, но бежал так быстро, что вот-вот мог без проблем нагнать меня. Я обернулась и увидела в его руках небольшой пистолет, увернуться от выстрела не успела, все произошло за считанные секунды: бок обожгло тупой болью, тигрица заскулила, но продолжала бежать до последнего. Постепенно разум заволакивала густая дымка, лапы подгибались, сил на побег становилось все меньше, как и моих шансов на спасение.

«Позаботься о бабуле, прошу», – я не знала толком, смогу ли достучаться до Саши на таком огромном расстоянии, но все же попыталась связаться с ним.

Тигрица остановилась, завалилась на бок и тяжело задышала, лишая меня всякой надежды на борьбу. Тело стало ватным, не моим совершенно, на краю сознания услышала медленно приближающиеся шаги. Оборотень присел рядом и ехидно произнес:

– Ну что, добегалась, киса?

От ядовитого смеха мне жутко хотелось скривиться, но уже даже шевелиться не было никаких сих. Закрыв веки, просто ждала блаженной отключки, и она не заставила себя долго ждать.

***

Распахнув глаза, застонала от сильной головной боли и попыталась пошевелиться. Перед взором стояла пелена, я проморгалась, но это не помогло. Тело будто окаменело, как если бы я всю ночь спала в неудобном положении.

Воспоминания потихоньку возвращались ко мне, припомнила звонок Милы и мой неудачный побег от незнакомого оборотня. Господи, где же я? Глубоко вдохнув, нахмурилась и повернула голову влево, желая разглядеть хоть что-то. Нюх снова пропал, подозреваю, что и зрение. Тигрица молчала, я ее совершенно не чувствовала, а это могло значить только одно – меня снова накачали наркотиками.

Черт бы побрал отца Милы, а, может, и ее заодно! Неужели она оказалась волком в овечьей шкуре? Зачем тогда строила догадки, стремилась поскорее разобраться во всем? А ее похищение? Неужели искусно созданный спектакль? Как-то слабо верилось в ее предательство, но пока факты были против оборотницы. Но зачем я им такая, нечистокровная? Или вся фишка в том, что у меня теперь была пара? Ох… А если бы в тот раз Паша не остановил нас, тогда что, сейчас бы и Яна попала под раздачу?

От разнообразных мыслей голова интенсивнее разболелась, я застонала и попыталась потянуться руками к вискам, как внезапно поняла ужасную вещь – они были плотно завязаны за спиной.

Тяжело вдохнув, крепко зажмурила глаза и снова раскрыла их, в надежде, что картинка прояснится. Лодыжки так же были зафиксированы, я лежала спиной на сыром полу и не могла даже пошевелиться. Мышцы одеревенели, что доставляло огромный дискомфорт.

У меня не было страха или паники, я затаила злобу на Милу, она плескалась внутри подобно кислотному яду, выжигая внутренности. Может, в таком плачевном состоянии я и не могла ничего ей сделать, но уж высказать в лицо заразе все, что о ней думаю, мне никто не в состоянии запретить! Ничего, Главаное, что осталась жива, Саша обязательно найдет меня, и уж тогда пускай Мила молит всех известных ей богов, но невредимой она отсюда точно не выйдет.

«Саша, – мысленно кричала, надеясь дотянуться до сознания моей пары. – Спаси меня, найди! Не дай Миле и ее отцу совершить то, что они задумали».

Я искренне верила, что Правый услышит и придет на выручку. Как же могла так по-идиотски довериться Милке? Не зря мне казалось, что ее резкая перемена ко мне после похищения неспроста. Ох, неспроста.

Наконец, зрение прояснилось, я оглянулась и хмыкнула, увидев около стены напротив Жору. Парень выглядел не лучшим образом: грязная одежда на нем висела разодранными лохмотьями, лицо все в крови, словно его долгое время лупили без остановок кулаками. Мне даже не нужно было идеальное зрение, чтобы разглядеть в его глазах неподдельный ужас. Связанный по рукам и ногам, он трясся и глядел прямо на меня, но боялся сказать даже слово. Или не мог… не знаю. У меня пропал дар речи, сама не знала, что тут можно сказать. Жалко ли мне его? Нет… вряд ли. И поделом ему! Заслужил, сам ведь знает. Но вопрос оставался все еще открытым: где мы и что будет дальше?

– Ох, Жора-Жора, – тихо проговорила я, продолжая осматривать помещение.

Мы находились в подвале, сырость замкнутого пространства ощущалась конкретная, дышать было весьма сложно.

Жора что-то промычал невнятное и, похоже, пытался подать мне знак головой. Камнев действительно не мог говорить из-за сломанной челюсти, она как-то неестественно шевелилась. Даже кивок головы для него, похоже, давался с огромным трудом. Обернувшись, ожидала увидеть пред собой предательницу и… да, я ее увидела.

– О, боже… – с губ сорвался протяжный вскрик и моментально все подозрения в адрес тигрицы пропали. – Мила…

У меня сдавило горло, а по венам потек ледяной ужас. Перестав дышать, проморгала подступившие слезы и не могла поверить своим глазам. Я говорила, что Жора находился не в лучшем состоянии? Чушь, он еще бодрячком! На девушке, казалось, не было ни одного живого места. Она хоть и не связана по рукам и ногам, только лежала абсолютно голая, все тело было покрыто синяками и засохшей кровью. На ногах безошибочно распознавались крупные порезы от когтей и кровь… много крови!

Сердце болезненно сжалось в груди, меня бросало то в жар, то в холод. От вида Милы волосы на затылке вставали дыбом, я даже не могла понять, жива девушка или… Нет! Она жива!

Ее специально положили лицом в пол, а, может, сама так упала, я даже думать об этом не хотела. Как и представлять, что те твари могли сделать с ее милым личиком.

Чувствуя, как тошнота подкатывает к горлу, отвернулась и постаралась дышать глубже. Из глаз покатились слезы отчаяния, которые я никак не могла остановить. Тело била крупна дрожь из-за рыданий и моего бездействия. Что я могла в связанном виде? Ни подойти, ни успокоить… Ничего! Вот за что с ней так? Неужели Милка-таки докопалась до истины?

Чем больше думала, тем сильнее убеждалась в одном: почему же я ничего не могу? Могу! Я снова и снова мысленно звала Сашу, постоянно рассказывая ему, как мы в нем нуждаемся прямо сейчас.

Время тянулось убийственно долго, в какой-то момент меня накрыло отчаянием, и попросту опустились руки. Слышал мой зов Саша или нет, но звенящая тишина в ответ сильно пугала. Вдруг вместе с временным исчезновением во мне тигрицы, пропала и эта возможность? Но я тут же вспомнила, как Милка без проблем ментально общалась со мной в подобной ситуации, и немного успокоилась. Возможно, еще слишком рано для спасения?

Мила не приходила в сознание долгое время, я очень сильно боялась, что девушка сильно истекла кровью. Возможно, ей нужна помощь… Которой, блин, все нет!

Холод от сырого пола стал проникать под кожу, я мерзла как обычный человек и… Только сейчас, когда паника немного отступила, и чувствовался зверский холод, я поняла одну ужасную вещь – на мне, как и на Миле, нет одежды!

Тяжело сглотнув, прислушалась к себе и своим ощущениям… Они ведь не могли меня… От назойливой мысли тело бросило в жар, сердце застучало набатом, отдаваясь в груди тупой болью. Нет! Такого просто не могло быть. К тому же, единственное, что беспокоило на данный момент: затекшие мышцы и мороз. Я бы, наверное, ощущала дискомфорт между ног или даже ноющую боль, но ведь ничего подобного не было.

Жора протяжно застонал, невольно привлекая к себе внимание. Он глядел на меня в упор и явно что-то хотел сказать. Несколько раз пытался открыть рот, но тут же кривился от боли и моментально прекращал любые попытки. Даже он, похоже, уже давно смирился и перестал бороться за свою свободу. Может, именно это побудило меня взять себя в руки и начать хоть что-то предпринимать!

Как я ни старалась дергать запястья, выворачивать их, веревка сидела туго, она впивалась в кожу с каждым новым рывком. От жгучей боли на глазах выступили слезы, а я, стиснув зубы, терпела ее и настойчиво продолжала свое дело. Рано или поздно должно получиться! Веревка ослабнет, и тогда смогла бы попытаться вытянуть из нее руки.

Время от времени ловила на себе странные взгляды Камнева. Уж не знаю, моя нагота так влияла на него, или парня будоражила мысль о спасении, но что-то явно было не так. Жаль не могла вытянуть из него хотя бы немного информации. Хоть что-то, любую зацепку, которую потом смогла бы мысленно передать Саше. И тут же, как специально, где-то на задворках сознания появилась ехидная мысль: «Если он тебя вообще слышит!» Гнать бы такие мысли, но они все равно появлялись в особо отчаянные моменты, когда уставали руки или жжение на запястьях становилось нереально терпеть. Именно тогда хотелось плюнуть на все и ждать… Закрыть глаза, представить себя в нежных объятиях Правого. Так же надеяться на то, что Самсонов спас бабулю, и все теперь у нас будет замечательно. Ощутив, как по щеке скатилась слезинка, шмыгнула носом, но ничего не смогла с этим поделать. Не выдержала и снова расплакалась, боль стала интенсивнее, и теперь уже нереально стало шевелить запястьями. Любое малейшее движение доставляло такую адскую боль, какую я не испытывала еще никогда в жизни!

– Фи…к….а… Ви…к…

Это был едва разборчивый голос Жоры, подняла на него заплаканные глаза и проморгалась, силуэт парня размазался перед взором.

– Про… ро… с… ти.

Надо же, слезы вмиг прекратились, я вытаращилась на Камнева, будто на инопланетное существо, и не могла поверить своим ушам. Что это делается? Он просит прощения?! В лесу кто-то сдохнет, явно. Хмыкнув, не нашла сразу, что ответить. Вот не попал бы он сейчас в передрягу, в жизнь бы, наверное, не говорил мне таких слов. Да и что теперь от его «прости»? Мою прежнюю жизнь уже не вернешь. Конечно, я и не хотела этого, тем не менее, так поступать со своими друзьями просто варварство! Еще и играть на моих чувствах, ведь Камнев удачно подобрал момент, я даже отказаться не могла из-за болезни бабули, уж очень нуждалась в деньгах. А Жора прекрасно знал, что ради бабушки я и не на такое готова была пойти.

Слезы иссякли, я могла теперь спокойно и без эмоций ответить парню:

– Засунь свои извинения себе сам знаешь куда!

Он аккуратно кивнул, будто и ждал чего-то такого. Опустил голову, специально пряча от меня стыдливый взгляд. Правильно, в следующий раз подумаешь несколько раз перед тем, как совершать опрометчивый поступок!

Шум с левого бока привлек мое внимание, я глянула на Милу и заметила, что девушка чуть шевелится. Она застонала и дернула одной ногой, потом второй. Снова заскулила и попыталась перевернуться на спину, но у нее ничего не вышло. О, Боже, жива… Какое облегчение.

– Сволочь, – хрипло прокричала она и снова предприняла попытку перевернуться.

Скуля и шипя, Мила, с горем пополам, смогла лечь в более удобное положение. Замерла, увидев меня.

– Приплыли… – в голосе отчетливо различалось отчаяние и паника. – Ну, Вика… – казалось, Милка говорит из последних сил.

Оно и неудивительно, столько крови потерять. У меня же напрочь пропал дар речи, я радовалась, но в тоже время душа рвалась на части из-за явных повреждений оборотницы. Кто же с ней так и за что? Неужели действительно отец?

– Ты как? – все же нашла в себе силы спросить.

Она держалась молодцом, как вроде сейчас встанет и спокойно пойдет на выход. Но это просто нереально!

– Что случилось? Ты ведь мне позвонила и…

– Да что со мной будет, – фыркнула девушка. – Заживет как на собаке, это все ерунда.

Мила осмотрела себя и махнула на глубокие порезы рукой. Они еще слегка кровоточили. Меня передернуло, по венам мгновенно потек жар, настолько нереальными казались слова тигрицы. Да на ней же живого места нет! Такие травмы даже за месяц не заживают…

– Интересно, уже утро?

И это все, что сейчас волнует Милу? Серьезно? Я не успела возмутиться, как она опередила меня:

– Юра утром точно хватится нас искать. Может, даже подключит своего друга, нам бы продержаться чуток, – но явное сомнение не скрылось от меня.

– Это твой отец, да?

– Не совсем, но без него тут явно не обошлось, – Мила прищурилась, будто что-то вспоминала. – Я видела у него в лаборатории того проводника и несколько девушек явно под наркотой или чем-то таким. А потом… Потом мне пришлось делать ноги, но эти долбанные лисы не дали мне далеко уйти. С двумя я справилась, изрядно потрепала их шкуру и совсем упустила момент, когда на подмогу явилось еще с десяток рыжих демонов. Вот с ними драться уже не было никакого смысла, но я все же попыталась.

Все, Мила выдохлась, она тяжело вздохнула и закрыла глаза, будто пыталась набраться сил. Дальше я и сама примерно прикинула, как развивались события. В нее выстрелили, как и в меня, она снова стала человеком, и в таком виде ее притащили сюда.

– Пыталась же предупредить тебя в разговоре, когда эти гады заставили звонить, но не вышло… – договорила она.

– Зачем мы им? Ну, ладно тут еще хоть какая-то логика есть, а Жора? Он-то тут причем?

– М-м-м… – Камнев что-то пытался сказать, но не выходило. Лишь невнятное мычание.

Милка вздохнула, снова распахнула глаза и кое-как уселась, превозмогая, вероятно, ужасную боль во всем теле. Ей не хотелось говорить, но приходилось.

– Не знаю. Он уже был здесь вот такой, подозреваю, не первый день тут кукует. Лишний свидетель?

– Не… – произнес Камнев и резко замолчал.

Я так и не поняла, не свидетель или он не договорил слово. Мы с Милой долго и терпеливо ждали, но Жора так и не смог больше произнести ничего, только мотал головой и все. Очень странно.

Пока все молчали, я сосредоточилась и мысленно потянулась к Саше, стала рассказывать все то, что уже узнала, о лисах и отце Милы. Должен же он рано или поздно нас найти? Как же хорошо, что до этого момента к нам еще никто не пришел! Неожиданно заскрипела где-то вдалеке дверь и, судя по звукам, звякнула цепь… Сглазила!

Чтобы расслышать эти звуки, не нужна была сверхспособность, Жора без проблем их услышал и напрягся, уселся ровно. Милка мигом подала мне знак рукой, чтобы я молчала, она завалилась в прежнюю позу и делала вид, будто все еще без сознания. Как раз вовремя – через пару секунд над нашими головами загорелись лампы и ослепили на некоторое время, пришлось зажмуриться. Как только глаза привыкли к яркости в помещении, я раскрыла их и увидела перед собой того же мужика, который гнался за мной в лесу.

– Оклемалась, киса?

Он так довольно скалился, что хотелось впиться ему в рожу когтями и расцарапать аж до мяса! В глазах оборотня горела похоть, хотелось бы мне хоть как-то прикрыться, но руки были завязаны… Даже боль отступила на второй план, все внимание занял этот… лис, получается.

– Что тебе надо? – выплюнула слова, хотя хотелось, скорее, просто плюнуть в лицо оборотню.

– О, не волнуйся, скоро узнаешь, – улыбка стала коварной… с намеком.

Я не понимала, для чего Миле нужен был ее спектакль, если за пределами подвала находились остальные лисы, мы просто нарвемся на еще большие неприятности. Тем не менее, позволять уроду делать то, что он там себе задумал, я не позволю! Не знаю, как, но что-то точно придумаю.

– Ты должна была стать нашей добычей, – недовольно прорычал он.

Оборотень стал принюхиваться, иногда кривился, будто от меня дурно пахло. Присел на корточки и потянулся ближе, я инстинктивно повернула голову на левый бок, думая, что кретин решил воспользоваться ситуацией и поцеловать меня. Мила как раз воспользовалась ситуацией и привстала. На удивление, оборотень только обнюхивал и фыркал, на мне ведь должен оставаться запах Саши, наверняка он и раздражал лиса.

Даже без тигрицы внутри я ощущала неприязнь, желание отстраниться или пнуть нахала вспыхнуло внутри, как спичка и разгорелось в одно мгновение. Я рывком дернула руки, игнорируя поистине болезненные ощущения в кистях, и почувствовала ослабление веревки.

Мужчина будто не понял ничего, поднялся на ноги и рассмеялся. Мне было плевать, Главаное – результат.

– Неужели ты думала, что сможешь так просто выбраться? – оборотень оскалился. – Ах, как жаль, ты для нас больше не представляешь никакой ценности, – грубо выплюнул, но затем довольно ухмыльнулся, словно вспомнил нечто забавное.

– Так отпусти, какие проблемы?

– Отпустить? – его позабавил мой вопрос. – Э, нет. Нам ты бесполезна в теперешнем состоянии, зато я знаю человека, который отвалит мне целое состояние за такую самку!

Я ничего не поняла из его объяснения. Кому нужна? В каком состоянии? Или он имел в виду то, что я теперь принадлежу Саше?

– Но, ничего, у нас все еще есть твоя милая подружка и эта строптивая кошка, – лис ткнул пальцем в Милу.

От нехорошего предчувствия у меня скрутило желудок в тошнотворный узел. Он же не хочет сказать, что Яна тоже здесь? Пока меня еще не успело накрыть волной паники, попыталась мыслить разумно и не поддаваться на эмоции и глупую игру мужика. Да он блефует, не иначе! Чтобы заполучить Янусю, им бы пришлось обезвредить Юру, а этого никак не могло произойти. Ведь так?

– Эй, глупая кошка, хватит претворяться, я знаю, что ты давно пришла в себя, – лис подошел к Милке и пнул ее ногой в бок.

– Да пошел ты! – ей пришлось выходить из образа.

А ведь я понимала, что ее задумка с самого начала была провальной. Да что там! Весь план с гениальным побегом изначально попахивал маразмом. И теперь мы обе здесь… Саша, ну где же ты?!

Пока выпала такая возможность, тихонько крутила запястья, стараясь высвободить руки из веревки. Не представляла, конечно, как мы выберемся, но пора было уже решать проблему. Мне совершенно не нравились слова и явные намерения нашего похитителя. И лукавил ли он насчет Яны?..

– Смотрю, тебе мало досталось, глупая девка? Ничего, сейчас мы это исправим, один укольчик и будешь как шелковая у нас, – оборотень заржал и полез в карман, достал шприц. Действовать нужно было моментально. К счастью, веревка полностью поддалась, я оттолкнулась руками, желая встать, но… совершенно забыла про связанные ноги!

– Какого… – лис повернулся ко мне на шорох, только договорить так и не смог.

Мила воспользовалась ситуацией, молниеносно встала и выхватила из рук оборотня шприц, а затем с ярым рычанием воткнула его мужику в руку.

– Как тебе такое, рыжик? – ехидничала она.

Оборотень набросился на девушку, сбил с ног и попытался задушить, я отчаянно развязывала веревку на ногах, желая помочь подруге. Прошла, наверное, целая минута, после того как наш похититель полностью обмяк и свалился в обморок.

– Думала, поседею раньше, чем он отключится, – Мила стерла испарину со лба и подбежала ко мне.

Помогла развязать ноги, а затем переключила внимание на Жору. Мила колебалась. Мои бедные запястья кровоточили, я не могла толком шевелить ими, но пришлось кое-как бороться с болью, чтобы немного размять затекшие мышцы на ногах.

– Этого будем освобождать? – с сомнением спросила тигрица.

– Лучше скажи, как мы выбираться будем. Там, снаружи, наверняка куча других лисов. Вдвоем без оборота нам с ними не справиться.

– А с ущербным полуживым человеком, по-твоему, справимся? – мы обе глянули на Жору.

Бедный Камнев застыл в одном положении и даже, вероятно, не надеялся на спасение. Хотя до спасения нам и вправду было еще ой как далеко…

– Я не это имела в виду, – отмахнулась от ее дурного вопроса.

– Да поняла я, спроси что попроще, – Мила вздохнула и все же пошла к Камневу.

– Так уж и быть, живи, глупый человечишка, и помни нашу доброту.

Пока она его развязывала, я всерьез задумалась о том, как мы будем выбираться из передряги. Мне все время хотелось выглянуть в дверь и оценить обстановку снаружи. Понять, сколько их тут всего – десять или, может, двадцать? И каковы, реально, наши шансы теперь.

Мужик сейчас без сознания, но кто знает, как скоро оклемается? Вдруг на него препарат действует слабее? От разнообразных мыслей уже начинала болеть голова, но ответа на Главаный вопрос так и не нашлось.

– Готово.

Камнев встал на ноги и тут же прикоснулся пальцами к своей челюсти, скривился. Мне так показалось, что ему ее сломали мощным ударом ноги. Будто хотели точно убедиться, что парень никогда больше не заговорит. Любопытно… Тем временем, Жора указал нам на выход из подвала. Казалось, Камнев хочет, чтобы мы туда пошли. Да он рехнулся!

– Ты хоть представляешь, сколько их там может быть, – прикрикнула на него и покрутила пальцем у виска.

Жора отрицательно качнул головой и снова указал на выход, пошел туда. Да ну, что за упрямый осел? Я решительно шагнула за парнем, желая его остановить. Вот точно, его шандарахнули и не один раз головой, раз совершенно не думает о последствиях.

– Подожди, – Мила остановила меня. – Он что-то знает.

Тигрица не спешила доверять Камневу, она с настороженностью наблюдала, как тот вышел и только тогда, прихрамывая, пошла следом.

А какие оставались варианты у меня? Пришлось тащиться за ними, какой бы глупой не была затея. Дверь оказалась широко распахнута, а за ней виднелся гутой лес, сейчас было как раз ранее утро. Мы выбрались и с недоумением уставились друг на друга. Милка была ошарашена так же, как и я.

– Так мы что, не в стае были? – решила поинтересоваться тигрица.

Жора показал большой палец, как бы подтверждая наши мысли. Удивительно и… безрассудно со стороны лисов прятать нас там, откуда без проблем можно сбежать.

– Надо поторапливаться, а то все как-то уж слишком складно вышло, – Мила нервно покусала губу. – Думаю, я знаю, почему нас прятали с тобой тут.

И почему у меня сложилось дурное предчувствие? Как бы ни было парадоксально, но я уже, кажется, знала ответ.

– Для твоего отца, на эксперименты? – уточнила.

– Вик, ты теперь спаренная самка, у тебя сейчас течка, и ты в любой момент можешь забеременеть, понимаешь? Если ты уже, то…

– Беременна? – выкрикнула я, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Да, нет… Быть такого не может!

– Посуди сама, у него в лаборатории сейчас, зачем-то, находятся около пяти одурманенных девушек. Оборотней я там, конечно же, не видела, но могу дать руку на отсечение, что все они были уже обработаны лисами по полной программе. Скорее всего, папаша только и ждет, когда одна из них понесет потомство.

У меня полученная информация совершенно не укладывалась в голове. Но Миле незачем было мне врать, да и чокнутый профессор реально был помешан на теме оборотней. Немудрено, что теперь стал охотиться на младенцев… Ох, бедные девушки!

– Угу… – неожиданно подтвердил Жора. – П… ра… в… даа.

– Так тебя за это избили? – полюбопытствовала Мила.

Камнев сначала отрицательно качнул головой, а затем кивнул. О, как же с ним тяжело!