Глава 4

Маруся боялась оказаться ненужной.

Не до конца уверенная в возможность обратного переселения, она храбрилась до последнего. А меня воспринимала как мимолетное неудобство, опасаясь предоставить свободу действий.

Даже сейчас Маруся выглядывала из-за дерева, отслеживая каждый шаг.

Наверное, ее можно понять. Очень страшно ежеминутно наблюдать, как кто-то другой живет твоей жизнью: общается с твоими друзьями, улыбается твоим любимым, вытесняя постепенно память о прежней Викки.

Не знаю, как я бы себя вела, будь перед глазами кто-то в моем обличии.

Профессор Кариша прохаживалась между нашими столами и рассказывала о технике безопасности. Ягода, что чуть не съела девушка, оказалась далеко не безобидной малинкой, а ядовитым плодом растения с заковыристым названием. Я незаметно записала на листочек, чтобы выучить — пригодится.

Удивительно, но никто не конспектировал профессорскую лекцию, наверняка эти правила изучали на первом курсе, но мне, как неподготовленному человеку, все было в новинку.

— Готовы? — Кариша осмотрела нас пристальным взглядом. — Заплетите тугие косы и начнем.

Я, как и все, подобрала волосы, чтобы ничего не торчало (зельеделие — наука тонкая, от любого ингредиента зависящая) и, взяв в руку нож, воззрилась на копошащиеся в банке личинки.

— Сегодня варим сонный бальзам, — сказала профессор. — На первый раз ничего сложного, справится и ребенок. Пять листьев дуба, три пучка вербены, восемь щепоток золотистого жмыха и один большой корень орлянки. Залить литром воды, довести до кипения и добавить головы личинок слизорога. Варить десять минут. Всем ясно? Приступайте.

Я честно постаралась запомнить количество ингредиентов, но опасалась запутаться в названиях, поэтому просто следила за Норидой.

Листья дуба были вполне узнаваемы, так же, как и вербена. Золотистый жмых оказался странным порошком серо-рыжего цвета, а корень орлянки — вонючей белой морковкой. Опасения внушали лишь загадочные слизороги, но видя, как Норида ловко отрубает личинкам головы, я немного воспряла духом.

Кариша продолжала прогуливаться между студенток, помогая разжигать костер под котлами. Едва кто-то ошибался, профессор одним щелчком пальцев очищала посудину, заставляя варить зелье заново. Я даже позавидовала — вот бы тарелки так быстро мыть. Щелк! — и чистота.

— Отлично, отлично, — приговаривала она. — Надеюсь, вы помните, что жмых галлюциноген и его нельзя вдыхать? Держите подальше от лица. Что? Кто-то уже вдохнул? Мы проходили опасные вещества в прошлом году, неужели трудно было запомнить?!

Повезло, что страдалицей, надышавшейся жмыха, оказалась не я.

Девушку, которая до этого чуть не наелась ягод, отвели на край полянки и посадили под тень дерева, продышаться. Видимо, не у одной Маруси жажда приключений в крови, остальные студентки тоже не безупречны.

Я залила в котел воду и, пока он закипал, осторожно покромсала слизорогов.

— Вэлларс, — Кариша оказалась тут как тут. — Объясните, почему режете личинки держа их за голову, а не за хвост?

Сказать по правде, мне было плевать где тут хвост, а где голова, уж слишком отвратительными они выглядели, поэтому просто рубила посередине.

— Почему за голову? — переспросила я. — Время экономлю: отрезала, бросила в котел. Оптимизация рабочего процесса.

Кариша усмехнулась.

— Вот как? — она понизила голос. — А когда подглядываете за ректором, тоже что-то оптимизируете?

— Конечно. Сердечную деятельность.

Во взгляде профессора промелькнуло веселье. Конечно, глупо было надеяться, что никто не заметил нашего с Марусей любопытства, но и намекать на это посреди урока — не слишком педагогично. Вдруг занервничаю, полосну ножом по пальцу, вместо личинки, что тогда?

Видимо, Кариша тоже об этом подумала, так как отправилась инспектировать других, оставив меня в покое.

— Чего это она? — спросила Норида, едва профессор отошла. — Опять что-то натворила?

— Нет.

Подруга не поверила.

Зелье вскорости закипело, я добавила слизорогов и уставилась на полученную бурду. Почему-то она стала покрываться фиолетовой пеной.

— Ой, сейчас что-то будет… — шепнула Норида и предусмотрительно отошла подальше.

А я вздохнула: нельзя сварить нормальное зелье, если ни разу не видела, как оно варится.

Девочкам повезло, они с детства воспитывались в колдовской среде, а мои познания ограничивались умением готовить борщ — тоже высокое искусство.

Фиолетовая бурда пенилась и издавала странные звуки. Половинки личинок всплыли на поверхность и глубокомысленно поглядывали на мир остекленевшими глазами. Над котлом начал подниматься густой пар.

— Что случилось? — профессор Кариша возникла за моей спиной и обозрев происшествие, поджала губы. — Ясно. Кто скажет, почему у слизорогов для варки берется только голова?

— Остальные части тела придают зелью противоположный эффект, — ответил кто-то из девушек. — А еще, если сейчас не снять котел с огня, он взорвется. Викки, ты бы это… тоже отошла, что ли…

Я сделала шаг назад. Сама виновата, надо было быть аккуратнее, но кто же знал… А знали, оказывается, почти все кроме меня.

— Как же так, Вэлларс? — Кариша подошла еще ближе. — Ты доклад писала по слизорогам в прошлом году.

— Забылась. Задумалась о другом и неаккуратно разрезала, — повинилась я.

— О чем же ты таком задумалась, интересно знать? — она щелкнула пальцами, уничтожая отвар. — Будь внимательнее, ведьма не может позволить себе беспечность. Одно неверное движение и результат окажется непредсказуем.

Я кивнула и подумала, что профессор Кариша не так плоха, как кажется. Адекватная. Ну а что ректора нацеловывает… Так это ее личное дело.

Жаль, Маруся со мной не согласится.

***

В принципе, урок прошел нормально. Зелье я сварила, хоть и не с первого раза. Еще три студентки тоже запороли варево, так что краснели мы вчетвером. Профессор сказала: «Каждый учится на своих ошибках, чем больше попыток, тем лучше усвоите материал». Мы согласно покивали.

После зельеделия начались уроки прорицания (гадали на кофейной гуще) и травоведения (сортировали ромашки). Они совсем не были похожи на учебные предметы из моего мира, поэтому прошли с удовольствием. Интересно, познавательно и не навевает скуку. Что еще надо для счастливого студенческого быта?

А после обеда в комнату постучался Ричи.

— Чего тебе? — спросила я, с подозрением рассматривая его смазливую мордашку. В новом сюртуке, с идеальной прической… Ох, не к добру такая красота.

— Идем!

Ричи схватил меня за руку и куда-то потащил.

— Стой, ты чего?! — я попыталась вырваться, но хватка у мага с боевого факультета оказалась крепкой.

— Дядя приехал. Мы же договаривались, помнишь?

— Такое разве забудешь.

— Сейчас быстренько представлю вас друг другу и все, — пообещал парень. — Главное, не ляпни ничего лишнего.

Герцог Райвис, убийца отца Викки… Ни я, ни Маруся не знали, что именно послужило причиной вражды, но, надеюсь, больше конфликтов не предвидится. Не хотелось становиться козлом отпущения.

Ричи вбежал по лестнице и, остановившись перед кабинетом ректора, отдышался.

— Вэлларс, — прошептал он. — Очень прошу, помни, что я должен тебе желание.

Я не успела даже удивиться, как парень открыл дверь и вошел внутрь, ласково придерживая меня за локоть.

За столом сидел ректор, а перед ним, на значительном расстоянии, находился высокий импозантный мужчина, в дорогом костюме и начищенных до блеска туфлях. Он держал в руках чашку с кофе и вполне дружелюбно посматривал по сторонам.

Своим появлением мы прервали какой-то разговор, поэтому первым делом удостоились недовольного взгляда ректора и очень заинтересованного взора герцога.

— Простите за беспокойство, — с улыбкой сказал Ричи. — Дядя, пока ты здесь, хотел бы познакомить тебя с Викки Вэлларс. Моей невестой.

Сначала показалось, что я ослышалась. Разве об этом договаривались? Ричи просил изобразить раздумье, обещал, что этого достаточно!

Наверное, мои эмоции было слишком явным, так как герцог усмехнулся.

— Викки Вэлларс, — пробормотал герцог. — Наслышан, наслышан… Вы очень похожи на мать.

— Благодарю, — я выдавила полуулыбку и сбросила руку Ричи. К нему у меня потом будет отдельный разговор.

— Значит, все-таки дали согласие на брак с моим племянником?

Герцог не был таким красавчиком, как Ричи и не обладал притягательным достоинством, как Дамиан, но, при этом, всем своим видом внушал почтение. Этакий приятный господин. По крайней мере, мне он показался именно таким.

— Ричи умеет уговаривать, — улыбнулась чуть шире я. — Да и до совершеннолетия осталось всего полгода.

— Боитесь, что не успеете найти другого кандидата?

— Найти успею, а вот уговорить на мне жениться, вряд ли получится.

Услышав это, герцог обернулся на Дамиана. Ректор покачал головой, всем видом показывая, как сильно устал от подобных фраз.

— У нас с Вэлларс был разговор по поводу брака, — сказал он. — Вчера ее мнение отличалось от сегодняшнего, но раз девушка не против, то не вижу причин для промедления. Сегодня же напишу госпоже Слоун.

— Замечательно, — герцог вновь повернулся ко мне. — Раз все решили, тогда жду вас и госпожу Слоун в субботу. Справим день рождения Ричи, заодно отметим официальную помолвку. Рад, что вы приняли правильное решение.

Бросив еще пару незначительных фраз, нас выпроводили из кабинета.

И кто мне объяснит, кто такая госпожа Слоун?

***

— Кто такая госпожа Слоун? — спросила я Марусю.

Ричи сбежал, не дав возможности высказать все, что думаю об обещаниях и договорах. Испугался скандала и правильно сделал.

Вернувшись в спальню, я первым делом разбудила задремавшую кошку (я отдуваюсь за двоих, а она дрыхнет!) и приступила к расспросам.

— Кто такая госпожа Слоун? — повторила я.

— Бабушка, — Маруся зевнула. — А что?

— Твоя бабушка?

— Конечно, моя. Чья же еще? — она облизала лапку и внимательно рассмотрела коготки. — Она живет в городе, до следующего лета не встретимся. Не переживай, к тому времени, каждая из нас будет в своем теле.

— Не хочу тебя разочаровывать, но кажется, мне придется познакомиться с ней пораньше, — я со вздохом села на кровать. — Она тоже приглашена на день рождения Ричи.

— С чего вдруг?

Рассказ получился коротким и эмоциональным. По мере того, как я говорила, зрачки Маруси расширялись все больше, в конце концов заполонив всю радужку. Уши напряглись, шерсть вздыбилась. Кошка приготовилась к войне.

— Ах так! Невеста, значит?! Так и сказал?! И прям при Дамиане! Ну гад, какой же он гад! — она спрыгнула на пол. — Сиди тут. Пойду расцарапаю Ричи морду и сразу вернулась.

— Еще в тапки нагадь. Воительница.

Я откинулась на подушки и воззрилась на голубое небо, которое хорошо просматривалось в окно. Полупрозрачные облака вносили особую пикантность насыщенному цвету, мне даже показалось, что без них небо выглядело бы скучнее. Совсем, как жизнь у Маруси. Она тоже наполняла обыденность облаками: невесомыми, ажурными или, наоборот, грозовыми, тягучими. Вот и сейчас, рвалась в бой, не удосужившись все хорошенько продумать.

— …и нагажу! Что думаешь, не нагажу? Еще как нагажу! И не только в тапки! — распалялась кошка. — Открой дверь!

— Еще чего. Если надо, сама открывай.

Маруся до двери не доставала.

Она, вообще, очень страдала от нового обличия. Столько простых вещей стали недосягаемыми, но, если подумать, перед ней открывалось множество новых, неизведанных умений. Надо только пользоваться ими с умом.

— Не надо идти к Ричи. Сделанного не вернешь, а портить отношения с женихом, я не позволю, — предупредила я.

— С каким таким женихом?! — Маруся возмущенно подняла хвост.

— С внезапным. Говорить, что ты настоящая Викки, а я переселенка из другого мира нельзя, значит придется делать гадости от лица кошки, так? Но вся академия уже в курсе, что ты мой фамильяр. Как думаешь, кому придется расплачиваться за твои глупости? Хватит, надоело! Лучше садись рядышком, — я похлопала по покрывалу. — И расскажи о бабушке все, что знаешь. Поверь, это сейчас важнее.

***

Учебная неделя пролетела быстро. Дисциплин было немного, но они все же требовали определенной сноровки, поэтому я зубрила прошлогодние конспекты днем и ночью. Практиковалась с Марусей в искаженном пространстве, пока никто не видел и, хоть не блистала знаниями перед преподавателями, в отстающих тоже не числилась.

Маруся хлопот не доставляла. Она, конечно, выполнила угрозу и разодрала Ричи руки в кровь при первом же удобном случае, но парень сам виноват — нечего гладить фамильяров обиженных невест.

Он приходил извиняться, долго и нудно что-то говорил о родовом долге, клялся, что все само как-то получилось и пообещал еще одно желание, если вдруг моей душеньке захочется его поэксплуатировать. Я подумала-подумала и согласилась.

В столовой наши факультеты размещались за разными столами, но видя, как недоуменно однокурсники Ричи косятся в мою сторону, держу пари, он успел проболтаться всем о грядущей помолвке. Ректор, кстати, посматривал на меня с таким же недоумением. Наверное, все еще не до конца верил в согласие и постоянно ждал опровержения, но я уперто молчала, чем ставила его еще в больший тупик.

Зато наши отношения с профессором Каришей перешли на новый уровень. Не думаю, что она видела в Викки соперницу, но все же избавление от столь неугомонной девчонки явно пришлось по душе. Не совру, если скажу, что стала ее любимой ученицей.

Вот так, проживая день за днем, я неожиданно поняла, что наступило субботнее утро.

— У тебя же сегодня индивидуальное занятие с профессором Хайлитом? — спросила Норида, потягиваясь.

— А ведь ты права… Каждый четверг и субботу, — мне понадобилась пара секунд, чтобы сориентироваться. — Но в этот четверг занятий не было, профессор отлучался по делам. А сегодня… Думаю, господин Дамиан уладит этот момент.

Я осмотрела комнату, стараясь отыскать Марусю. Куда пропала на этот раз?

— Викки, раз тебя весь день не будет, могу я пригласить кого-нибудь из друзей и угостить чаем? — невинно поинтересовалась Норида и, встав с кровати, накинула халат.

У нее завязались романтические знакомства с каким-то сивым мальчишкой с соседнего факультета, но ни я, ни Маруся не знали его имени.

— Конечно. Думаю, вернусь только завтра.

Местные обычаи строго блюли девичью мораль, но Норида, как и большинство девушек, все же позволяли себе поцелуи до свадьбы и прогулки под луной. Но дальше этого — ни в коем разе!

Подруга довольно улыбнулась и направилась в ванную. Я тоже встала, набросила домашнее платье, как вдруг услышала странный шум. А потом выбежала Норида.

— Там твой фамильяр! — зашептала она. — Сделай что-нибудь!

Маруся, конечно, могла уснуть на прохладном кафельном полу, все же осень выдалась жаркой, но чего так паниковать?

Я прошла вслед за девушкой и застыла в удивлении. Черно-белая кошечка нежилась в теплой ванне с розовой пеной и аккуратно подпиливала коготки пилочкой.

— Фамильяры так себя не ведут! — Норида выглянула из-за моего плеча. — Ты уверена, что она нормальная?

— Не уверена, — призналась я. — Но другой все равно нет.

Маруся услышав, что в ванной комнате кто-то появился, боязливо скрылась под водой.

— Норида, будь добра, принеси новое полотенце. В моей тумбочке, на нижней полке, — я поскорее закрыла дверь. — Ну, Маруся…

Кошка вынырнула, осмотрелась и всхлипнула:

— Я думала, вы еще спите!

— И решила искупаться? Действительно, это же в порядке вещей! Что теперь Норде говорить? Как оправдываться?

Маруся дергала ушками, пытаясь избавиться от попавшей внутрь воды и бросала виноватые взгляды.

— Придумаем что-нибудь.

— Что?!

— Еще не знаю… Я не могу так быстро думать!

Ясно. Опять выкручиваться придется самой.

Норида принесла полотенце и с неприкрытым любопытством рассматривала, как я вытираю кошку, попутно пряча пилочку для ногтей в карман.

— Фамильяры всегда тесно связаны с хозяевами, — пространно объяснила я. — А у меня дар подходящий, любой ритуал в разы сильнее получается. Вот она очеловечиваться и начала.

— И до какой степени она «очеловечиваться» будет? — подозрительно спросила Норида.

— А я откуда знаю? Это побочный эффект. Как только мозги на место встанут, так сразу все прекратится, — я посмотрела на Марусю и с угрозой в голосе уточнила: — Ведь встанут же?

Кошка выдавила тихое «мяу».

Норида, конечно, не слишком поверила, но, будучи ведьмой, давно привыкла ко всяким чудачествам. Задала пару уточняющих вопросов, получила пространные ответы, и, хихикнув, ушла приводить себя в порядок.

А я, наконец-то, высказала все, что думаю о глупой, ломающей себе жизнь, кошке.

***

Маруся сходила в разведку и доложила, что Ричи уехал вчера вечером вместе с дядей. А меня в герцогский дом должен проводить господин Дамиан, который тоже был приглашен на торжество, как друг семьи.

— Ах, он тоже будет там! — мечтательно выдохнула Маруся.

— Сначала реальность, потом мечты, — жестоко сказала я.

— Хорошо-хорошо…

Наш разговор принес плоды, кошка начала рациональнее относиться к делу и обещала положить все силы на добычу информации по правильному ритуалу. Главное вернуть меня обратно! Или перенести мое тело сюда. А сердечные дела — подождут.

По крайней мере, я надеялась на это.

— Ты ничего не забыла сообщить о бабушке? — в который раз уточнила я. — Не будет опять неожиданностей?

— Не будет.

— Уверена?

Маруся задумалась.

— Уверена, — кивнула она. — Рассказала все, что знаю.

Вот уже пару часов мы повторяли родословную и самые опасные моменты, которые могли бы меня выдать. Но, вроде сюрпризов ждать не приходилось.

— Ты, главное, с бабушкой поменьше общайся, — учила Маруся. — Мы никогда близки не были. Она гордая и жестокая, настоящий тиран, так что не удивляйся, если особой любви не почувствуешь.

Такая характеристика не внушала приязни, но я надеялась, что смогу достойно вытерпеть госпожу Слоун и не ударить лицом в грязь.

— Я буду рядом, — продолжала Маруся. — Подскажу, если появится еще кто-то из знакомых. А главное, пока вы будете развлекаться, проберусь в библиотеку и поищу рукописи Бонама. Не переживай, скоро мы вернем тебя домой!

Мы подобрали самое красивое платье, упаковали туфельки и приготовились ждать господина Дамиана, дабы проехать в дом герцога Райвиса.

***

Ректор столкнулся со мной в коридоре сразу после обеда.

— Вэлларс! — позвал он. — А я вас как раз ищу. Готовы?

— Конечно, господин Дамиан.

— Вещи собрали? Учтите, мы вернемся только в понедельник утром, — и дождавшись кивка, продолжил: — Сказать по правде, вы меня удивили.

— Почему? — я внимательно посмотрела на мужчину.

— Вы так рьяно противились этому браку, что неожиданное согласие не сразу вызвало доверие. Надеюсь, это не очередная блажь.

Ректор, как и все, считал Викки пустышкой. Это удручало, но не являлось неожиданным. Если уж в образе кошки она косячила беспрестанно, то боюсь даже подумать, что было в человеческом обличии.

— Все меняется, господин Дамиан, — сказала я. — Детство кончилось, пришла пора взрослеть.

Ректор окинул меня пристальным взглядом и улыбнулся.

— Рад это слышать, — его голос прозвучал спокойно. — Берите вещи. Через десять минут встречаемся у выхода. Карета уже ждет.

— Хорошо, — я поспешила в комнаты, но была остановлена:

— Вэлларс!

— Да?

— Фамильяра оставьте в академии. Незачем таскать по гостям кошку, она у вас слишком беспокойная, — велел Дамиан. — За два дня, думаю, ничего не случится. Да и не до нее вам будет, все-таки столько событий.

— В самом деле, — пробормотала я. — Столько событий… и все без Маруси.

Но, кто знает, может это только к лучшему?