Глава 10

Праздник эта искусственная поганка все же устроила. Даже лин Рам выполз из лаборатории и принарядился во фрак. Хол и Нэш привычно щеголяли парадными мундирами, ну а мы с Люси облачились в вечерние наряды. Насколько я знала, в федерации, да и в Содружестве не принято дарить подарки именинникам. Только в некоторых семьях сохранились такие порядки. Надо ли говорить, что Микоши были в их числе? Руководящий персонал и люди, вхожие в нашу семью, знали о милой традиции и, уверена, готовились заранее. Теодор вручил защитную маску для работы с агрессивными веществами, увеличителем и анализатором химического состава. С прицелом на предстоящую работу, ага. Хол подарил женский вариант игольника. Компактный, легкий и многофункциональный. В комплекте шли парализующие иглы, стандартные и бронебойные. Мда, на все случаи жизни, как говорится. Люси презентовала сумочку ядовито-розового цвета, которая приглянулась мне еще на Кароне в одном из модных магазинчиков. Нэш тогда отказался оплачивать покупку, и пришлось уходить ни с чем. Бесполезная в диком космосе вещь, но она вызвала бурю восторгов, напоминая о тех беззаботных деньках, что провела в столице. Не отдарился только Нэш, отделавшись дежурным тостом. Полагаю, для его подарка еще не настало время.

На удивление, вечер пролетел на одном дыхании. Мужчины сыпали шутками и подливали нам вина. Люси кокетничала, вновь заигрывая с Холом, отчего тот будто обрел крылья, много улыбался, рассказывал забавные истории и смешил нас. Еще мы танцевали, слушали приятную музыку и мечтали, куда потратим деньжищи, которые каждый получит по возвращении.

Финальным аккордом стало приглашение от Нэша на смотровую площадку, обустроенную на кормовой надстройке. С полностью стеклянным потолком и стенами, удобными диванчиками и уютным дизайном помещения. Едва мы прибыли на место, как капитан отвлекся на вызов нейросети. А затем погасло освещение, оставляя нас наедине со звездами и бескрайним космосом. Вот в этой пустоте промелькнули два знакомых темных силуэта

— «Римары». Они выписывали странные фигуры, сбрасывая что-то из пусковых шахт, не понятно, для чего и зачем. Однако же вопросов задавать никто не решался, понимая, что готовится нечто особенное. И оно случилось! Пространство вдруг расцвело вспышками взрывов, окрасившими темноту в радужные цвета. Затем разноцветные огоньки сложились в неровную надпись: «С Днем рождения, Мина!». Площадку огласил слаженный восторженный рев. Неужели пятеро человек способны создать столько шума? Нет, это нас поддержали «Черные когти», орущие поздравления по общему каналу связи. Дроид-официант, будто поджидал этого момента, преподнес каждому бокал с игристым вином. А дальше «Королева ночи» дала холостой залп из всех орудий, ну а отчаянные пилоты «Римаров» провели показательный воздушный бой.

Папа часто устраивал шумные праздники с кучей гостей, подарков и приглашенных знаменитостей. Уверена, он и сейчас приложил руку, предусмотрительно загрузив на «Королеву» фейерверки. Крупные шары, рассыпающиеся на мириады звездочек, то и дело озаряли темноту за стеклом. И все же главная ценность этого вечера состояла в том, что я ощутила искреннее расположение экипажа, будто стала его неотъемлемой частью, и желание сделать этот день незабываемым.

— Спасибо огромное! — поблагодарила по громкой связи, чтобы услышали даже те, кто находился на дежурстве или за штурвалом, как Рия. — Я запомню этот день, — на глаза навернулись предательские слезы, — и этот праздник — тоже! Он лучший за последние двенадцать лет.

— Эй, а ну хватит сырость тут разводить! — подлетела Люси, утирая салфеткой слезинки, что скатились по щекам. — У нас есть приказ: веселиться. А за нарушение грозит двойное дежурство и выговор. Я правильно говорю, лин капитан?

— В кои-то веки согласен лина Люси Парк, первый пилот «Королевы ночи»! — улыбнувшись, ответил Нэш. Люси довольно хмыкнула, а потом до нее дошло, как к ней обратились, и она вытаращилась на мужчину недоуменным взглядом.

— Я верно расслышала, лин Каллинг? — уточнила с безумной надеждой в глазах. — Вы разрешаете вернуться к обязанностям первого пилота?

— Так точно, лина Парк, разрешаю! — подтвердил Нэшвил под продолжительное и визгливое «Уи-и-и-и!» блондинки. В радостном порыве она запрыгнула на ближайший столик и принялась исполнять какой-то совершенно дикий танец.

— Спасибо, — подошла к Нэшу и обняла его, — это самый замечательный подарок, что мне когда-либо дарили. И вечер прекрасный, даже не знаю, как и благодарить.

— Твоя радостная улыбка и сияющие глаза — высшая награда. Как бы дальше не сложилось, вспоминай иногда, что тебя окружают простые и надежные люди, которые всегда придут на помощь и на которых держится благополучие корпорации. Пожалуйста, не забывай об этом, когда будешь просматривать безликие сводки статистики и принимать решения, — серьезным тоном попросил капитан.

— Не забуду, клянусь! — внимательно посмотрела в глаза мужчине, и тот кивнул, давая понять, что верит мне.

Несмотря на хмель, кружащий голову, я собиралась сдержать слово, которое так легко слетело с языка. Алкоголь лишь облек мысли в слова и смягчил установки, запрещающие разбрасываться обещаниями. Безусловно, отец проживет еще много лет и сам будет управлять корпорацией, но собственную команду преданных людей следовало готовить уже сейчас. Экспедиция покажет истинное лицо каждого члена экипажа и заложит основу будущих отношений.

— Еще вина? — предложил капитан, обнаружив мой пустой бокал.

— Пожалуй, хватит, а то я больше не смогу скрывать... невероятное желание тебя поцеловать, — хитро прищурилась, а губы сами собой растянулись в улыбке.

— Мина! — Нэш нарочито нахмурил брови, — смотри, даже Люси держит себя в руках.

Ну, да! — бросила взгляд на подругу. Та сидела рядышком с Холом, о чем-то увлеченно рассказывала, создавая видимость светской беседы. — Ага, а в зеркальной поверхности позади диванчика отражалось, как Хол, небрежно закинувший руку на спинку, ласково поглаживал блондинку по шее.

— Так, что же? Столь запоминающийся праздник не получит приятного завершения? — лукаво подмигнула, — проводишь до каюты?

— Если ты рассчитываешь, что.

— ТТТтттттт, — на секунду приложила пальцы к губам Нэшвила, невольно отмечая, какие же они мягкие и податливые. — Теодор уже порядком набрался, ему пора бы на боковую. Люси с Холом тоже засобирались. Время позднее. Через пару часов кому-то заступать на смену. Все хорошее имеет свойство заканчиваться, так пусть же этот вечер завершится так же волшебно, как и прошел.

— Мина!

— Так, проводишь или нет?

— Конечно! Неужели, я похож на человека, который бросит очаровательную лину в одиночестве? Идем, — галантно подставил локоть, на котором я с удовольствием повисла и не отпускала до самой каюты. Уже у дверей Нэш замер, не желая проходить внутрь, хотя створки я с намеком раздвинула пошире.

— Мне действительно пора, Мина, — даже отступил на шаг, увеличивая между нами расстояние.

Ну, как тут не пойти на маленькую хитрость? — помахала ручкой на прощание и, пошатываясь, пошла вглубь комнаты. На каблуках я держалась превосходно, но ведь они такие неустойчивые! Нога подвернулась, и я с громким вскриком полетела на пол. Чуть не расшиблась на самом деле! Однако Нэшвил ожидаемо бросился на помощь, — зря, что ли оставила дверь открытой? — и подхватил на руки.

— Ушиблась? Как же неосторожно, Мина! Давно подозревал, что эти орудия пыток, — многозначительный взгляд на туфли, — до добра не доведут.

— Так, ведь краси-иво! — протянула, обвивая руками шею мужчины, — а красота требует жертв.

Капитан донес меня до кровати и осторожно опустил на упругую поверхность. Я присела, медленно заваливаясь на спину. Только вот объятия не дали Нэшу отстраниться, и тот лег вместе со мной.

— Мина, что ты... — прильнула к манящим губам поцелуем, чуть покусывая их и проникая язычком внутрь. — Ммм, немедленно прекрати ко мне приставать!

— Точно? — на миг отстранилась, вглядываясь в Нэшвила затуманенным взглядом. — Не хочу. Мне нравится целоваться и. и остальное тоже понравится, думаю, — тем временем, пальцы уже справились с пуговичками на мундире капитана и ладошки заскользили по шелковой ткани рубашки.

— Мина, пожалуйста! — Нэш усилием воли отстранился, перехватил мои руки за запястья, навис сверху, прижимая их к кровати чуть повыше головы. Сквозь препятствие из нашей одежды я чувствовала каменную выпуклость, упирающуюся в бедро. Это говорило, что Нэш меня хочет, и сильно. Насколько я информирована в этом вопросе, любой другой мужчина не способен устоять в такой момент. Но ведь я бы и не выбрала любого?

— Нэш, я хочу, чтобы мы были вместе. Всегда! — выдала последний аргумент.

— И я этого хочу! Всем сердцем и душой. И еще. я люблю тебя, Мина, и не допущу, чтобы завтра ты об этом пожалела, — поцеловал меня в лоб и одним движением поднялся с кровати. Сразу стало так холодно, одиноко, и еще до ужаса обидно.

Как же, любит! И поэтому заставляет страдать и изнывать от желания, вынуждая выпрашивать ласку и поцелуи?

— Нэш, постой! Я. — приподнялась следом.

— Не нужно ничего отвечать, — остановил мужчина, — у тебя две недели, чтобы подумать и принять решение. Когда прибудем на Даркуэл, я попрошу у Хиана Микоша твоей руки.

— А у меня ее просить уже не нужно? — пробурчала, обнимая себя за плечи. — Или это оно и было сейчас, предложение выйти за тебя замуж?

— Ну, я рассчитывал сделать его в торжественной обстановке, а не тайком, в спальне, пользуясь твоим уязвимым состоянием, — сказал уже на пороге под легкое жужжание пневмопривода закрывающейся двери. — Две недели, Мина!

— Бездна! — откинулась навзничь, раскинув руки, — ну, почему с Нэшем так сложно?

Будь на его месте ирсай, я бы еще там, в спортзале, стала женщиной, — пришла в голову неожиданная мысль. К щекам прилила кровь, потому что вместе с воспоминанием об ушастом прохиндее, всплыли и другие откровенные сцены.

— Нет, нет и нет! Даже не думать о нем! От слова совсем! Этого нечеловека не существует,

— приказала себе, стаскивая платье и направляясь в душ. Выставила температуру попрохладнее и громко взвизгнула, когда на меня обрушилась холодная масса воды.

— Рия, — связалась с андроидом, — я собираюсь залечь на обучение в медкапсулу. Заодно сниму последствия вечеринки. Кажется, выпила пару лишних бокалов.

— Да, Мина, подтверждаю, — отозвалась она, — медкапсула забронирована. Попробую удаленно внести настройки на очищение организма.

— Не нужно, сама справлюсь. У тебя все нормально?

— Да, полет проходит в штатном режиме. Кстати, поздравляю с Днем рождения. Там, на столе подарок. И... пожалуйста!

— Спасибо! — пробормотала, когда андроид уже отключилась.

Сменив вафельное полотенце на привычный комбинезон, отправилась за подарком. Другие я оставила в кают-компании, когда гурьбой отправились на смотровую площадку. В небольшой коробке, перевязанной красным бантом обнаружила пару информационных накопителей. Вставила один в специальный считыватель и присела на диванчик, ожидая, пока программа обработает данные и выведет на голопанель видеофайл. Я уже догадывалась, что записано на видео, и не ошиблась. С экрана на меня смотрел отец. Сначала прозвучала торжественная часть с традиционными пожеланиями, а потом в каюте активировался протокол защиты и настало время для серьезных откровений.

— Мина, ты уже выросла, хотя для меня навсегда останешься маленькой девочкой. Пора открыть тебе семейный тайны, которые я храню уже много лет.

Кажется, когда прозвучало последнее слово в послании, после чего запись самоуничтожилась, я протрезвела окончательно. Частично хмель и так уже выветрился, благодаря импланту, усиливающему регенерацию. Да и бодрящий душ помог, но эти новости смогли бы и мертвого поднять из гроба. Собственно, замысел отца примерно к этому и сводился. Как оказалось, в лаборатории Рама, в той части, что скрыта за силовым щитом, хранился контейнер с. останками Лючии Вальгенберг, моей матери. Двенадцать лет папа не переставал искать способ ее вернуть. Андроиды, не отличимые от человека, разрабатывались и постоянно улучшались с одной целью, чтобы однажды вселить слепок сознания живого существа в искусственное тело. Еще до встречи с отцом Лючия проходила ментоскопирование мозга в одной из клиник Рамии, и часть ее памяти хранилась в архивах. Можно создать куклу с заданными параметрами, наделить ее ложным прошлым и запрограммировать что угодно, но вернуть душу и оживить умершее тело не удавалось еще никому. Обрывки воспоминаний не делали человека полноценной личностью. Дракалит и

эта экспедиция имели куда большее значение, чем я думала раньше. И то, что задумал Хиан Микош, могло перевернуть законы мироустройства.

— Это безумие! — обхватила голову руками, осознавая масштабы замысла.

Эксперимент либо погубит нас, либо станет гениальнейшим открытием века! Покруче, чем гипердвигатели, позволяющие кораблям преодолевать гигантские космические расстояния за рекордно малые сроки.

— Неужели детское желание все-таки сбудется, и она вернется? — рациональная часть меня отказывалась в это верить.

Остальные новости на фоне главной уже не удивляли и не казались нелепыми сказками. Подумаешь, в прадедушки затесался настоящий ирсай! Ага, Грай Хиан-Кош, который приходился Эрдаю двоюродным дядей. Высший познакомился с прабабушкой на том самом линкоре «Патори», что погиб в системе Дракар. И это они захватили ирсайский дредноут «Санхой» по прозвищу «Крушитель» и посадили его на Даркуэл. Удивительно? Еще бы! Вот только эти события происходили лет за тридцать до моего рождения, а чета Микошей, Рита и Гайр, появились на Рамии еще во времена смуты, когда планету лихорадило от политических неурядиц и корпоративных войн. Так, для справки, эти события уже лет триста как канули в историю родного мира. Как такое, вообще, возможно? А дело в наследии древних эноев, которые исчезли несколько тысяч лет назад. Даркуэл служил то ли полигоном для испытаний, то ли эта планета один сплошной эксперимент. Помимо разработки и испытаний вируса, который впоследствии уничтожил все живое, там изучали свойства межпространственных порталов. По-моему, это совсем из области сказок или фантастических книг. Но как бы там ни было, а даркуэльцы, у которых образовался иммунитет против вируса, ушли через портал незадолго до того, как планета подверглась тотальной зачистке.

Кстати, как я и предполагала, фамилия Микош — это производная от Мин Хиан-Кош. И за отсутствие остроконечных ушек следует благодарить прабабку Риту Мин, которая позаботилась о том, чтобы у потомков не было проблем с высшей расой. Вот только о других особенностях, отличающих человека от ирсая, почему-то позабыла. Но разве ж можно заранее учесть все нюансы, которые способны испортить жизнь? Кстати, не факт, что исчезновение колоритной парочки предков не связано с их попыткой вновь добраться до портала. В те времена боевые станции на орбите Даркуэла полностью блокировали доступ на планету, могли ведь и погибнуть, и никто бы об этом не узнал и не помог. Что теперь об этом гадать?

Вторую часть подарка я решила просмотреть уже в лаборатории. Показалось символичным сделать это рядом с последним маминым пристанищем. Лин Рам, наверное, отсыпался после многочисленных возлияний, так что самое время воспользоваться моментом.

В коридорах корабля было пустынно, даже роботы уборщики не сновали под ногами, а, скорее всего, стояли на подзарядке. Мой уровень допуска открывал любые двери, лишь для отключения энергетических щитов, скрывающих часть помещения в лаборатории, потребовался скан сетчатки и проверочный код, запрошенный по нейросети.

Не знаю, на что я надеялась, когда отправлялась сюда? С таким же успехом посмотрела бы видео и в каюте. В закрытой части лаборатории стояла упрятанная в броню криокамера. Компактный реактор, скрытый в специальной полости за толстым слоем железа, дублирующие друг друга системы жизнеобеспечения говорили о надежности последнего пристанища моей матери. Я вставила информационный носитель в переносной считыватель и разместила его на крышке железного ящика. Сама устроилась на полу, привалившись спиной к стене, и отдала команду на воспроизведение.

Лючия была милым ребенком и непоседливым подростком. За кажущейся мягкостью и кротостью прослеживался характер бунтарки. Удивительная! И такая далекая. Она еще не знала, что встретит папу, а потом у них появлюсь я. Мечтала стать доктором, чтобы помогать людям, фанатела от «Линджоев» и обожала танцевать под их зубодробительную музыку. Кто бы мог подумать? А мне они никогда не нравились. Может, стоило дать им шанс?

Информацию с носителя я закачала к себе на нейросеть, чтобы в любой момент видео было бы под рукой. Утерла слезы, которых даже не замечала, когда они лились по щекам. В хозяйстве лина Рама имелась отдельная душевая, так что с удовольствием умылась. А то с размазанной косметикой под глазами выглядела, как настоящее чудовище. Обманщики! Производители в рекламных проспектах уверяли, что продукция не стирается и не течет.

Вернусь, влеплю иск за несоответствие! — взбодрив себя обещанием маленькой мести, восстановила энергетический барьер и покинула лабораторию. По пути, не удержалась, снова заглянула к ирсаю. Теперь слова, что я напомнила его знакомую, не казались пустым звуком. Ильрея была родной сестрой прадеда. Не удивительно, что Эрдай мгновенно уловил семейное сходство. И отец, и дед, перешагивая определенный возрастной рубеж, специально отращивали растительность на лице. Теперь-то я понимаю, это для того, чтобы выглядеть старше. А вот со мной такой фокус уже не проделаешь. Конечно, браки предков с человеческими женами разбавляли кровь и делали черты лица грубее, чем у ирсаев. Но наследие древнего ирсайского рода — это навсегда, даже в сотом поколении будут проявляться общие признаки. — Интересно, а папа на самом деле проходил сеанс омоложения или просто устраивал себе запланированные каникулы? А мне также придется хитрить, чтобы скрыть природное долголетие и молодость за дорогими процедурами? Ну, хоть какая-то польза!

Чуть подзависла, просчитывая степень родства между мной и Эрдаем. Выходило, что он мне дядя в пятом колене. По человеческим меркам, седьмая вода на киселе. В Ирсайской империи допускались браки между двоюродными родственниками, если того требовали интересы семьи или вопросы сохранения чистоты крови. Так что с этой стороны законы империи на стороне Эрдая. А ведь где-то там и другие родственники имеются, ушастики же отличаются отменным здоровьем и долголетием. Каких-то тридцать или пятьдесят лет не такой уж большой срок. Не удивлюсь, если и по сей день живут и здравствуют родители прадеда, ушастые пра-пра-не-знаю-кто. Вот уж, поистине, для них будет шоком, когда обнаружится, что мы с отцом их прямые потомки. Что-то подсказывало, папа уже выяснил это, и потому так строг в отношении обследований и генетического материала.

— Охо-хо! И что же с тобой делать, дядюшка? Нельзя тебя выпускать ни в коем случае! Это же надо случиться такому совпадению? Из миллиона ирсаев наткнуться на представителя семьи Хиан-Кошей? Похоже это, — похлопала по крышке криокамеры, — надолго станет твоим пристанищем.