Глава 12

Александр

Алексия, моя пара, здесь, в Дубае, рядом со мной, в одной постели. Я могу обнять её, поцеловать, зарыться в пушистые волосы, вдохнуть их неповторимый аромат, ощутить вкус нежной кожи, тепло влажной глубины идеального тела, услышать стоны наслаждения…

Жить.

Я снова могу жить.

— Ну, точно маньяк озабоченный! — проворчала она, уворачиваясь по итогу и перекатываясь на другую сторону постели, постепенно отползая от меня всё дальше. — У тебя дыра в сердце буквально вчера ещё была! — обвинила следом, глядя исподлобья.

И даже не одна, но какая разница?

Я ещё ночью обернулся, а к утру так вовсе полегчало.

Всё же близость пары делает нас сильнее.

— Вот именно, была, — пробормотал, подтягивая её обратно к себе за ногу. — Сейчас уже нет, — добавил, избавляясь от прикрытия. — И вообще, поимей совесть, женщина! Я восемнадцать лет на пустом пайке прозябал!

Свою конечность она попыталась вернуть обратно в личное пользование, а пока извивалась и выворачивалась от моей хватки, чуть с кровати не свалилась.

— Если кто тут кого и поимеет в конечном итоге, так это точно не я, и не совесть! — возмутилась раскрасневшаяся девушка, сверкая гневным блеском в глазах за завесой спутанных волос.

В общем, если бы я и собирался притормозить в своих поползновениях, то не смог при всём своём желании. Слишком аппетитно и призывно она сейчас выглядела.

— Так и быть, я парень не гордый, могу и дальше всё делать сам, — навалился на неё, чтоб уж точно не сбежала. — С ума сводишь! — произнёс уже в губы, тут же целуя.

Чтобы болтала поменьше и вообще не болтала больше.

Выпустил я её из своих объятий, только когда в дверь принялись настойчиво стучаться. Судя по запаху, близнецы.

— Алекс, там Верховный звонит. Злющий причём. Мы уже исчерпали все отмазки. Сам теперь с ним беседуй. Нас уже и так без голов оставили, статуса наследников лишили и вообще из клана выгнали. И ещё он пообещал приехать сам, если ты ему не перезвонишь в течение пяти минут.

Пришлось со вздохом отвлекаться от происходящего. Не хватало ещё, чтобы отец девушки реально в гости нагрянул. И без него скоро жарко станет, судя по тому, что Селену ещё не нашли.

— М-мм… Если ты вдруг не в курсе, то имей ввиду: я папу не предупредила, что в Дубай возвращаюсь, — словно невзначай, обронила Алексия, с самым благопристойным видом уставившись на свой маникюр, без малейшего зазрения совести.

Ещё и это…

— Не семейка, а взрыв мозга, — проворчал, всё же скатываясь с девушки. — Хотя нет, Ярослава бы так с Яном не поступила, — тяжко вздохнул, усаживаясь в постели. — Да встаю я, встаю! — крикнул на очередной стук и скривился, уставившись на своё состояние стояния. — Причём уже давно… — снова вздохнул.

И на пару свою жестокую посмотрел.

— Что? Он бы меня ни за что не отпустил, — сделала вид, будто не понимает, в чём моя настоящая проблема, хотя взгляд с моего лица всё равно плавно скользнул ниже.

Точно в спальне запру и ребёнком награжу!

Чтобы не выпендривалась много!

Конечно, ничего такого я вслух не сказал. Напугается ещё, истерику закатит. Да и вообще… с Верховным побеседовать надо. После него уж точно стояк мучить не будет. Хоть какой-то плюс.

С учётом, что моей одежды в женской комнате не наблюдалось, пришлось обмотаться простынёй, прежде чем выйти в коридор, где меня ждали близнецы с телефоном в руках. Последний они мне буквально впихнули, будто это граната какая-нибудь, и поспешно сбежали. Не мог их винить. Поморщился и приложил трубку к уху, вернувшись к Алексии на кровать.

— Аль-Азиз, — поздоровался своеобразно с чёрным волком.

Ответом мне стал мат. Продолжительный такой, проникновенный, со всеми анатомическими подробностями, где он видел меня и на чём вертел. Я послушно слушал и даже согласно угукал местами, не спеша прерывать этот дивный монолог. Алексии впрочем досталось не меньше, разве что без лишней грубости, хотя общий посыл тоже был понятен. Та всё это, конечно же, слышала и слушала молча, усевшись на постели, выпрямив спину, словно к ней стальной лист приколотили.

Я на это подмигнул и глаза закатил, выражая тем самым всё, что думаю об этой экспрессии. Заодно понадеялся, что девушка хоть немного расслабится. Это же Ян, и близких кусает только в крайнем случае. В основном, кричит да ломает мебель.

— Успокоился? — проговорил со смешком, когда Верховный наконец замолчал.

— Да! — рявкнул тот по инерции, а затем добавил ворчливо: — Сами виноваты. Совсем страх потеряли.

— Ну если ты провернёшь с нами всё тобой описанное, то мы не только страх вернём, но и все свои внутренности перед тобой вывернем, оно тебе надо?

Теперь уже и Алексия смотрела на меня с таким изумлённо-возмущённым выражением лица, словно я точно этот самый страх окончательно и бесповоротно потерял. Я на это только плечами пожал. Что тут скажешь, обстоятельства нашего с её отцом знакомства и последующие годы общения лишили всех крох раболепия, которые были.

— Поговори мне ещё, — беззлобно проворчал сильнейший из нас, как лишнее доказательство моей правоты. — Мало я тебя гонял, ой мало.

— Не переживай, с этим твоя пара всегда справлялась на ура. Как она, кстати, поживает? Не беременна ещё? А то, помнится, в последнюю нашу встречу она грозилась от тебя уйти и найти другого, если ты ей не заделаешь ещё одного бейбика в срочном порядке.

Степени возмущения на лице Алексии прибавилось. Я даже толчок в бок за свои слова получил.

А я что?

Не моя вина, что Ярослава не выбирает выражений, как и её супруг, когда пребывает в стадии бешенства и обиды.

— Если ты так с темы соскакиваешь, не вышло, Александр. Выкладывай, какие новости. А дочери моей передай, что домой она может больше не возвращаться. Раз уж вся такая взрослая и самостоятельная, то пусть сама по-взрослому и самостоятельно решает все свои проблемы.

Понятно, обиделся мужик на дочь за такую подставу.

Услышав последнее, Алексия, как открыла рот, так и замерла, даже дышать перестала. Но никак более не отреагировала. Ни звука не произнесла. Взгляд застыл на одной точке.

Ну вот, теперь не только Ян обижен…

Приобнял любимую за плечи и крепко прижал к себе, даруя молчаливую поддержку. И тему разговора поспешил сменить.

— Что ты знаешь о пропаже моих родителей?

Если Верховный и удивился моему вопросу, виду не подал.

— Что и ты. Сбежали и пропали без вести. А что? Ты что-то обнаружил? — заинтересовался чёрный волк.

— Вроде того, — кивнул, хотя тот этого и не видел. — Не поверишь, но я почти уверен, что три дня назад это моя мать выпустила в меня аж шесть пуль.

Почувствовал, как Алексия напряглась больше прежнего, и сжал свои объятия крепче, ещё и в макушку поцеловал.

— Не понял, — помрачнел Ян. — Какие ещё шесть пуль? Ты там во что влип, парень? И почему я не в курсе?

— Ну вот теперь ты в курсе, это что-то меняет? — усмехнулся с горечью. — Брось, не будешь же ты бежать ко мне на помощь из-за такой мелочи? Сам решу.

— Не буду. Но рядом с тобой теперь моя дочь, и она уж точно не мелочь.

Алексия невольно улыбнулась. И уже сама в меня вцепилась, прижавшись лбом мне в грудь.

— А разве она теперь не самостоятельная личность, заботящаяся сама о своих проблемах? — не удержался от подкола.

Ответом мне стал откровенный посыл в места недалёкие и очень тёмные, но непременно подходящие для моего перевоспитания. В задницу, короче, меня послали со всеми вытекающими. И даже хуже.

— Ярославу пришлю, доведёшь ты меня.

Угроза обстоятельная, учитывая как слабо мы ладим с белой волчицей. Точнее, я-то с ней нормально лажу, а вот та… чуть что сразу вазами швыряется. А я всего лишь невинно шучу. Странная она, да.

— Ладно, убедил. Но приезжать не нужно. Всё равно ещё ничего неизвестно. Возможно, что мне и показалось в бреду ранения. За дочь тоже можешь не беспокоиться, я с неё глаз не спущу. В моём доме она в безопасности. Даже с Ханией, вроде как, подружились. К тому же здесь близнецы, скучать точно некогда.

— Ну если даже с Ханией подружились… Но если что, звони. Я тут же прилечу. И Алекс… скажи парням, чтобы уже переставали играть в молчанку. Родители имеют право знать, что с их ребёнком что-то случилось. Ещё неизвестно, живой ли найдут, не приведи конечно Лунная, но Роман с вас всех тогда три шкуры спустит.

— Я тебя услышал. Близнецам передам. Если что, сам позвоню их родителям и сообщу, — тяжело вздохнул, отключив вызов, в глубине души надеясь, что не придётся этого делать.

Всё-таки серые волки не только лучшие ищейки из всех, но и самые жестокие и беспощадные, если тронуть одного из них, а тут — дочь альфы. Ещё одна причина, почему близнецы до сих пор не оповестили родителей. Знали, что им же первым попадёт за то, что не уследили за сестрой.

— Селену обязательно найдут, — прокомментировала Алексия, прижимаясь крепче, обвивая обеими руками за шею. — Живой, — добавила совсем тихо, помолчала, а продолжила почти беззвучно: — Я вот им точно живой нужна была, а значит и она — тоже.

Даже не знаю тогда, что хуже: жить или умереть, если она пережила то, от чего я спас свою пару.

— Надеюсь, не слишком поздно, — согласился с ней по-своему, крепче обнимая.

Алексия ничего не ответила на это. Лишь грустно вздохнула. Хотя и молчала недолго.

— В тебя стреляли из-за этого, да? — задумчиво протянула она, поднимая голову, глядя мне в глаза. — Из-за случившегося в пустыне? Выглядели они, знаешь ли, совсем не как те, кто боится местных законов и тех, кто покарает за их нарушение. Главная среди них, и вовсе… словно она там хозяйка всего и вся.

Сердце сдавило в болезненном спазме, стоило представить, что моя мать не только жива, бросила меня когда-то, а теперь пытается убить, но и причастна ко всему происходящему с девушками.

— И ещё… — замялась Алексия, сжав ладошки в кулаки, закусив нижнюю губу. — Я уже говорила тебе тогда, в том бункере, но… — снова замолчала, выдержала паузу. — Один из похитителей — он был очень похож на тебя. Настолько, что очнувшись в машине, я тебя с ним перепутала. Перед похищением они меня точно чем-то напичкали… что-то психотропное? Поэтому мне так показалось. Потом, в пустыне, когда всё закончилось, я подумала, что у меня просто не в порядке с головой, но теперь, когда ты сказал моему папе, будто видел свою маму… Странное совпадение, не находишь? Несуразица какая-то.

И не о том мне надо думать, но!

— Похититель? Не бывший?

На меня посмотрели, как на идиота.

— Бывший? Какой ещё бывший?

Теперь я уже и правда почувствовал себя идиотом.

— В той пещере вы общались как хорошие знакомые. И ты сказала, что вы встречались. В бункере ты вовсе заявила, что перепутала нас. И всё это время он следил за нами.

Смотреть на меня, как на идиота, она не перестала. Прищурилась, смерив подозрительным взором. Размышляла ещё с минуту, переваривая сказанное мной.

— Конечно, мы знакомы! С учётом, что он и его подельники вытащили меня и девочек из номера отеля, перебили нашу охрану, а потом привезли на аукцион, где нас продали. Как такое не запомнить? И я не говорила тебе, что мы встречались! — возмутилась по итогу Алексия. — И да, я тебе ещё тогда сказала, что перепутала вас, поэтому отвёртку в тебя и всадила, когда очнулась. А ещё я сказала, что именно по этой же причине всё равно бы сбежала от тебя, при первом удобном случае! Чтоб тебе не так обидно там запертым было сидеть. Я, конечно, ушибленная на голову, но до потери пульса хотеть и быть с оборотнем, который такой психопат и маньяк, мне не особо подходит по-жизни! Ты вообще помнишь, кто мой отец? Какие бывшие? Ни один в здравом уме ко мне на пушечный выстрел не приблизился бы по доброй воле, — закончила совсем возмущённо.

Что ж… может я и идиот, но идиот счастливый!

— Не припомню, чтобы твоим сёстрам это мешало на свидания бегать, — припомнил эти самые побеги, которым неоднократно становился свидетелем в своё время. — Особенно, если учесть, как твоя мать была бы счастлива, заинтересуйся ты кем-то у вас там и не выбери меня.

Возмущение на девичьем личике стёрлось. По комнате разлился звонкий смех.

— Серьёзно? — продолжила смеяться Алексия.

Причём до слёз. А когда, наконец, перестала:

— Мири вот тоже на свидания не ходит, — утёрла слезу. — А другие сёстры… ну… считай, в отличие от нас, они умеют врать правдоподобнее.

— Мириам у вас вообще непонятно в кого по характеру, — припомнил я старшую сестру сидящей рядом. — Не знай я, что она дочь твоих родителей, решил бы, что её отец ваш дядя Кайл, — припомнил альфу клана белых волков, по совместительству брата-близнеца Ярославы.

Алексия на мои слова нежно улыбнулась. И снова за шею меня обняла, придвигаясь ближе.

— И за что же, интересно, моя мама тебя так невзлюбила? — поинтересовалась вкрадчиво.

— Пф, — фыркнул насмешливо. — Не виноват я, что она шуток не понимает. Хуже своего братца.

Она со мной явно была не согласна, но спорить не стала. Потянулась, прогнувшись в спине, как кошечка, потеревшись об меня, а затем прошептала на ухо:

— Помнишь, как я назвала тебя своим Богом? Может быть, даже не один раз…

Температура тела вмиг взлетела до непреодолимых высот.

— Если ты сейчас скажешь, что берёшь свои слова обратно, — протянул предупреждающе, — учти, что мне придётся начать доказывать тебе обратное. Долго. Очень долго доказывать, — проговорил совсем тихо и многообещающе, скользя пальцами по бедру вверх.

Алексия шумно сглотнула.

— Именно это я и собиралась сказать, — отозвалась всё также тихо. — Но не буду, — слегка отодвинулась, хитро прищурившись. — Сперва мы должны обсудить то, о чём не договорили вчера. Всё-таки тебе действительно лучше, — закончила уже деловито.

Ухмыльнулся. Немного помедлил, а затем опрокинул девушку на спину, нависнув сверху.

— Ладно, говори, — не стал спорить, продолжая рисовать пальцами невидимую линию на гладкой нежной коже. — Я весь во внимании, — тоже состроил деловитое лицо, больше занятый изучением её грудей.

Заострённые вершинки так и манили прикоснуться к ним. Не стал себе отказывать в этом. Провёл языком по одной из них, после чего полностью втянул сосок в свой рот. Пальцы тем временем уместились между бёдер, принявшись нежно ласкать её.

— Когда я услышала, как ты мило разговариваешь с другой девушкой по телефону, признаюсь, я взбесилась, — выдохнула хрипло, перехватив мою ладонь. — И нам обоим уже понятно, что афродизиаки тут не причём, — запустила пальчики в мои волосы, крепко сжимая, царапая ноготками. — Но… — если и собиралась продолжить, то с губ сорвался лишь громкий стон.

И не один.

— Ты… Ты… Ты меня… отвлекаешь!

— Разве? И что я такого делаю? Даже рот не затыкаю…

В голове пронеслось с десяток идей, как я мог бы помочь ей его заткнуть, и остатки здравых мыслей окончательно разлетелись по сторонам. Хотя оно и не понадобилось.

— Я… Я… Я уже… не… помню, — выгнулась она в моих руках, закрывая глаза, запрокидывая голову.

Хорошая девочка…

И не хороший бета, который решил пообщаться ни раньше, ни позже, а именно сейчас. Впрочем, плевать. На всё плевать, кроме моей волчицы.

Или нет…

— Алекс! Мы напали на след Селены!

Никогда я ещё так быстро не приходил в себя. Почти соскочил с Алексии от неожиданности.

— Извини, — улыбнулся я ей натянуто за своё поведение.

Той понадобилось чуть больше времени.

— Иди… Я… Сейчас… Тоже… Да… — едва ли сумела связать мысль в предложение, тяжело дыша.

— Это не обязательно. Можешь пока ванну принять. Я потом обязательно тебе всё расскажу, — произнёс, беря направление в ванную, через которую мог попасть в собственную гардеробную.

Уже вскоре я входил в свой кабинет, где помимо моего беты находились и близнецы.

— Выкладывайте! — не стал ходить вокруг да около, усаживаясь за рабочий стол.

В ответ мне на него лёг клочок светлой ткани.

— Нашли в глубинке, — пояснил мой бета. — Но нам нужны ещё люди, чтобы увеличить радиус поиска. Неизвестно в какую именно сторону и как далеко увезли девушку.

Куда уж больше…

С учётом, что у нас и так задействованы все свободные и несвободные оборотни обоих кланов. Но спорить не стал. Переключился на иное.

— Не думали, что пора уже всё-таки сознаться? — обратился к серым волкам. — Неизвестно, у кого Селена и сколько народа её охраняет. Да и не дело это, умалчивать от ваших родителей такое.

— Можно попросить помощи у Верховного. Он не откажет, — раздалось тихим предложением со стороны двери от вошедшей Алексии. — К тому же, он уже в курсе.

Она перешагнула порог и остановилась у границы входа, комкая между пальцев нижний край сарафана, кроме которого на ней ничего и не было. Невольно проследил за каплями воды, упавших на обнажённые плечи с влажных кудряшек, убранных наверх.

— Нет! — в один голос ответили ей близнецы. — Он обязательно тогда родителям расскажет, и нам всем точно придёт хана. Причём, твоей паре — в первую очередь.

С этим трудно спорить.

— И всё же, им необходимо сообщить, — настоял я. — Селене может понадобиться помощь вашей матери, не приведи Лунная конечно, но исключать такой исход мы больше не можем. Слишком много времени прошло.

— Если бы мой отец собирался им сказать, то уже наверное сообщил бы, нет? — противопоставила словам близнецов Алексия.

— Он не сообщает исключительно из данного им обещания, — кивнул в сторону напрягшихся близнецов. — Но как ты помнишь, в нашем недавнем разговоре, он напрямую сказал, чтобы они заканчивали с игрой в молчанку, — одарил парней укоризненным взглядом. — Да и… считаю, что он прав. Я бы с ума сошёл, если бы узнал, что мою дочь похитили и никак не могут найти, а я ни сном ни духом об этом.

— Вот сам тогда и сообщай, — пробурчали те пристыженно и недовольно.

— Если вам от этого станет легче, — ухмыльнулся и жестом запросил у них телефон.

Конечно, не дали.

— Мы сами, — воспротивился Демьян. — Проверим эту зацепку, и если она ничего не даст, позвоним родителям.

— Тогда встречаемся через полчаса у выхода.

Надеюсь, хоть на этот раз всё не зря.

Если честно, я уже не верил, что мы спасём Селену целой и невредимой. Слишком много времени прошло, с учётом того, какую сцену я застал, когда нашёл Алексию. И это я ещё максимально быстро напал на её след.

— Я бы попросила взять меня с собой, но ты же всё равно скажешь: “Нет”, — произнесла моя пара, едва мы остались наедине.

Улыбнулся и поманил к себе пальцем, а когда она оказалась в моих руках с удовольствием втянул в себя аромат карамели и шоколада.

— Всего лишь о тебе забочусь. Неизвестно, что нас там ждёт. Не думаю, что ты хочешь вновь попасть в рабство и действительно плодить кому-то наследников. Тем более, что у меня тоже есть планы на наследников от тебя, и я не готов так легко от них отказаться.

Алексия чуть отодвинулась, заглядывая в мои глаза.

— Я бы на это тоже возразила, но сперва мне надо переварить, — протянула задумчиво, а затем ласково улыбнулась. — Возвращайся поскорее. Желательно вместе с Селеной. А если нет… всё равно поскорее возвращайся, — улыбнулась снова, на этот раз коварно. — Хотя, нет! Не торопись возвращаться! Я передумала! Погуляй там по своей пустыне, недельку — другую, как следует, вообще не торопись, я за это время придумаю, что делать со всеми этими твоими коварными планами на мой счёт! — изобразила праведный ужас, делая вид, будто отталкивает меня.

И как бы мне не хотелось продлить нашу близость, пришлось подниматься и разрывать объятия.

— Постарайтесь не разнести с Ханией дом, ладно? Хотя бы не весь, — попросил напоследок. — И вообще, постарайся не вестись на все её идеи. И вообще на них не вестись. И… уже скучаю по тебе, сердце моё, — стиснул её в крепких прощальных объятиях.

— Этого я тебе обещать не могу, — покачала головой Алексия, обнимая в ответ. — И вообще, всё, иди давай уже, мне тут ещё про твои восемнадцать лет целибата у неё выведать надо, пока тебя нет…

— Это были очень тёмные времена для всего клана, — состроил страдальческий вид, после чего ухмыльнулся и поцеловал любимую в нос, отпуская наконец от себя.

— Учти, если твоё алиби не подтвердится, тёмные времена для всего твоего клана будут продолжаться ещё очень-очень долго!

Рассмеялся. Громко и от души. Всё-таки у меня чудесная пара! И не менее чудесная дочь, с которой я, кажется, прощался ещё дольше, чем с Алексией. Сперва пришлось выслушивать обиду за то, что опять не беру её с собой, что вообще-то я только что выздоровел, а уже снова собираюсь рисковать жизнью, что я вообще неблагодарный. Как и близнецы. И вообще мы её никто не любим. По итогу отлепляла её от нас Алексия, пока мы шустро сбегали из здания. Не хватало ещё, чтобы она и правда уговорила нас взять её с собой.