10

Сапфир

- В общем, мне нужен ответ уже сегодня, - уверенно произношу, отпрваляя парней решать дела. Кажется, или вся моя жизнь летит в тартарары? Надеюсь, кажется. Я не готов к агонии и боли. Не готов к тому, что Карина может быть невиновной. Тогда я в этой истории буду антагонистом и меня возненавидят все, кто мне мало-мальски дорог. Карина уже ненавидит. И этого уже даже и достаточно, чтобы чувствовать себя никчёмным. - Я не терплю крыс в своём окружении, - выпиваю из стакана ледяной виски, и подхожу ближе к тренировочному рингу. Ещё час и мой новый боец будет зарабатывать мне деньги. Сегодня много ставок. Неприлично много. Даже я поставил на своего бойца. Если будет хорошим мальчиком, на моём счёте будет приличный плюс. Так что пусть отрабатывает мою доброту и свой второй шанс.

- Я удивлён, что они вообще есть, - честно отзывается мой помощник. - Ты платишь им в несколько раз больше, чем на обычной работе, - Егор тоже подходит ближе, держа в руках тонкую чашку с крепким кофе. - Может, обратиться к Роме Лисовскому? Он всегда всё знает, - усмехнулся друг. Весомая причина и это неплохая идея. Если бы не одно “но”.

- К нему уже обратилась моя бывшая, - хмыкнул я. - Понимаешь, почему я не хочу? - намекаю так прозрачно, что мужчина в ответ сразу начинает кивать.

- Понимаю, - кивнул Егор. - Хорошо, - он допивает кофе. - Я поехал пробивать звонки и связи твоих парней. Вот же гемор! - он сплёвывает и ставит чашку на небольшой столик в вип-ложе. Я усмехаюсь. Ему как раз-таки грех жаловаться, у него неплохая зарплата как для правой руки. К тому же, Карина его пока что не уволила. И, кажется, не собирается. Хотя… Кто её знает.

- Да мне самому не нравится тебя напрягать этим, - я вздыхаю. - Но Алисе вечно сливают меня. Едва Карина вышла, Алиса активировалась и теперь во что бы то ни стало… В общем, ты видел этот цирк в машине, - хмыкнул я, не желая вспоминать Алисину истерику и рыдания..

- Да. Поехал. Отзвоню, как что-то узнаю.

- С меня премия.

Пока идёт подготовка к боям, я вернулся к документам. Как бы там не было, а это важная волокита с документами порой выбивает из-под меня землю и хочется кому-нибудь свернуть шею, чтобы стало немного легче. Сейчас я стараюсь со всеми врагами и конкурентами дружить, потому особо не устраиваю никаких показательных выездных представлений. Раньше - сколько хочешь. Но сейчас мне легче со всеми абсолютно держать нейтралитет. То ли больше не кипит в венах кровь, то ли потому, что устал от этого. Так что даже хорошо, что эти документы существуют и я особенно никому не поручаю слишком серьёзные бумаги.

Вырубил телефон, чтобы Алиса не подумала мне набрать и узнать как мои дела. Ей вообще должно быть всё равно, как у меня дела. То, что она устроила мне после квартиры Карины - ни в какие рамки. И я ей сделал последнее предупреждение. Эта сучка должна понять, что я не буду плясать под её дудку. Знает ведь, что теперь нас связывает только дочь и потому она ещё не на улице. Была бы одна, был бы я осторожнее и не настолько убит предательством Карины - никогда бы не задержал Алису на подольше. Но сейчас… Я запутался. Не знаю как поступить.

Как бы там не было, я люблю малышку. Она маленькая, прекрасная и такая спокойная… Только часто болеет, от чего моё сердце всегда заходится, заставляя меня переживать и вваливать кучу бабла в лечение. Уверен, что это временно. Даже не уделяя ей много времени, едва беру её на руки и прижимаю к груди - весь мир замирает. Так и с Димой, кстати.

Только бы решить всё раз и навсегда с их мамочками.

Ох… Звучит так просто, но на деле…

За десять минут до начала боя, охрана передаёт, что пропустили Карину. Не пропустить не могли, потому что она не просто моя бывшая жена. Хозяйка и владелица. Да и попробуй не пустить её… Не убьёт на месте, так возьмёт за яйца и притащит в кабинет, требуя уволить и лишить детородной функции. Она, кажется, теперь совсем бесстрашная. Хоть и часто делает вид, что наоборот, слабая и беззащитная. Возможно. Но за яйца подвесить сможет.

Она заходит в кабинет быстро. Видимо, моя охрана либо в край обнаглела, либо сильно боится Стрижову. Собственно, прекрасно понимаю. Это я не трясусь от её этого взгляда. Они же эту женщину считают хозяйкой. Сам, сука, приручил. Она закрывает дверь и останавливается, чтобы перевести дыхание.

Шикарная. Она - моё личное наказание и наркотик. Моя боль. Как же мне невыносимо с ней находиться рядом. Каждую встречу я сперва готов быть настоящим мудаком с ней. Но в итоге только сдаю позиции, делаю, как ей нужно и полностью встаю на колени. Пока морально. Но я не удивлюсь, если она поставит меня и физически на колени, надев ошейник. Заставит гавкать. И я буду лаять лучше любой псины. Потому, что без неё моя жизнь не имеет никакого смысла. Я ещё не чувствую её запаха, но уже схожу с ума. Эти худые, если честно чересчур, ножки в капронке, короткое платье, которое полностью облепило стройное тело. Сверху пушистая искусственная шуба и гладкие блестящие золотые волосы, разбросанные по всему чёрному меху. Невозможно быть такой шикарной.

Тем временем она идёт ко мне. Внутри натурально всё замирает и требует её. Сжать, приручить, сделать своей, навсегда забрать себе, словно самый ценный трофей. Словно победитель, единственный, кто способен с ней вообще уживаться и говорить. Уверенно и так громко стуча каблуками, что перебивает стук пульса в голове. Кажется, вся моя кровь прилила совсем к другому месту и теперь мне сложно будет встать из-за стола. Как и обычно, впрочем.

Провокаторша чёртова.

- Вызови Артура, - Карина не садится на диван или кресло рядом со столом. Она запрыгивает прямо на моё рабочее место и закидывает ногу на ногу, словно это её рабочий стол. Я уже и запутался, насколько она властна и бесстрашна.

- Моего охранника? Зачем? - сразу реагирую и пытаюсь не смотреть вниз. Не могу не представить, как я эти самые ноги разведу и…

- Вызови. Уверяю, я за несколько минуток решу твои проблемы, - улыбнулась Карина, облизнув красные губы.

Я быстро набираю Олега и коротко прошу, чтобы он с Артуром зашёл в кабинет. Затем снова смотрю на бывшую. Она такая фальшивая сейчас, что мне не по себе от одного её взгляда. Любезность - наиграна, внешка на всю сотку, потому что внутри полностью разбита. Совершенная пропасть. Фатальная красота, чтобы никто не прочитал боль и бессилие в глазах. Усмехаюсь, чтобы спрятать дикое желание. Не говорю ничего, чтобы и дальше не играть с ней в игры. Кажется, что хватит. Нам обоим достаточно игр. Нужно вернуться в реальность и выдохнуть.

Но у меня слишком давно не было секса. И не удивительно, что я реагирую настолько быстро. Член и не собирается падать, обещая мне крышесносный оргазм, если я сейчас же стану действовать.

Пока ждём, просто смотрим друг на друга. Ничего не говоря. Я взглядом обещаю, что ещё одна провокация и я её просто изнасилую, она взглядом желает, чтобы я сорвался как можно скорее. Ничего нового. Обычные дни нашего брака, что всегда сопровождался диким и безудержным сексом. Сколько раз я орал на охрану, что они не вовремя, и как громко и пошло хохотала Карина, вытирая губы или прикрывая аппетитную грудь.

У меня почти что темнеет в глазах…

Оба уничтожили такой крутой союз.

Но в этом тоже есть логика. Мы оба огненные, взрывные и дикие порой, если дело касается нас. Мы всегда дышали одним воздухом на двоих и распивали один виски на двоих, жадно глотая его вместо воды. Мы вели, порой аморальный и неправильный образ жизни, ощущая фатальную необходимость быть рядом друг с другом. И сейчас… Мы оба на пике.

И без неё мне вот совсем никак.

Олег приходит один через пару минут.

- Простите. Я не могу его найти.

- Что это значит? - тупо переспросил я, прищурившись.

- Он уехал полчаса назад, сказав Паше, что ушёл в туалет. Камеры на заднем дворе показали, что он уехал на такси, - отчитывается парень, ломая пальцы и нервно кидая взгляды на вмиг побледневшую Карину.

- Что? Какого… - я едва подбираю маты, чтобы как можно ёмко отреагировать, но тут…

Звонко рассмеялась Карина. Перебив меня и качая головой. Она достаёт из сумочки телефон, что-то включает и отдаёт мне. Я, словно в тумане и всё ещё слыша эхо её звонкого смеха, беру смартфон и сперва удивляюсь, почему он у неё такой древний. После понимаю, что это не её телефон.

Внутри много видео. По крайней мере, достаточно, чтобы я понял - от какой даты сняты это видео. Невозможно, но… Сьёмка с камеры нашего дома. Та самая, которую никто не смог найти в ту ночь. Та самая, где секунду спустя видно Алису и Артура весьма чётко. С той самой ночи…

- Олежка, ты пока свободен, - слышу я нежный голос Карины. - Спасибо, что так быстро и преданно работаешь на моего нерадивого муженька.

Но я пропускаю мимо ушей её слова. Просто смотрю записи, пытаясь сопоставить факты и после того, как она уже была осуждена. Пытаюсь вспомнить, когда мы с Алисой первый раз переспали и почему. Не знаю, почему именно сейчас, но помню, насколько сильно был пьян и как хотел самовыпилиться. А Алиса решила в тот вечер зализать мои душевные раны и была для меня в ту ночь… Кариной. Я после считал, что ей было неприятно. Но сейчас я верю больше в то, что она просто воспользовалась моментом и села на мой член. Я нисколько не умаляю свою вину. Потому что мне стоило её выгнать и трезво начать аппеляцию. Нужно было поверить. Нужно.

Но я решил, что она унизила моё мужское достоинство. Мне было больно и невыносимо.

На камерах было всё. Ещё и так чётко… И то, как они идут в нашу спальню, и то, как выходят, и то, как отмывают руки и ванную… Даже блеск необходимого ножа, такого же ножа, какой был в руках Карины… Идеально спланированное преступление, чтобы уничтожить мою малышку. Чтобы абсолютно всё выглядело так, что Карина и правда решилась на всё это сама.

А я, мудак, поверил! Не проверил, не узнал правды и просто бухал все эти дни, недели, пока она стенала от боли и привыкала к заточению… Я даже ни разу не приехал. Ни разу не был на суде, чтобы не видеть её. Она бы не стала оправдываться, но я боялся сдаться и всё отменить, если увижу её. Боялся её глаз и осуждения.

- Знаешь, милый, - на этом слове её голос стал ниже и грубее. Как же ей противно… Мне и самому очень противно, от самого себя. - Я хоть когда-то и оступилась, изменила тебе… - улыбнулась Карина, когда я поднял на неё глаза. Боги, как же ей больно со мной говорить. Она имеет право меня ненавидеть всей душой. И я не стану возражать. Пусть хотя бы ненавидит. Но пусть будет ещё немного рядом… Иначе мне конец. Дай, малышка, немного надышаться и после отпустить. Прошу… Я на секунду прикрыл глаза, впервые не вспомнив всего того, что было между нами тогда. - Но это было… Слишком давно, чтобы ты до сих пор делал выводы о том, что я не любила тебя или планировала долгие пять лет нашего супружества тебя убрать. Того человека я забыла давным-давно, а всплывшие переписки накануне той ночи - не больше, чем провокация. А ты повёлся. Ты просчитался и вот результат, мы все горим в агонии. А ещё, Сапфир, - Карина ткнула на меня пальцем. Кликуха, словно смачная пощёчина рушится на мою щёку. - Ты пригрел рядом настоящую змею. И её шавку. Ты, дорогой мой, испортил мне два года жизни, не разобравшись в ситуации и поддавшись эмоциям. Ты, Сапфир, должен был мне верить. Мне. И никому больше! Почему? - она срывает голос и теперь разъярённо шипит мне в лицо. - Почему, Сапфир?!

- Карина… - я встаю из-за стола и ловлю её руку. Но получаю в ответ весьма звонкую и смачную пощёчину. Теперь уже настоящую.

- Ты говорил, что ту историю семь лет назад простил и выкинул из головы. Говорил, что только я есть в твоей жизни! - вижу в её глазах слёзы. - Думаешь, я бы не заказала тебя профессионалу, если бы хотела избавиться?! - шипит она, не щадя голоса и меня самого. А я просто терплю и смотрю на неё. Позволяю ей делать то, что она хочет и едва дышу, чтобы не испугать.

Дикая кошка падает на диван и зло дышит, словно после марафона. Девушка смотрит на меня исподлобья и качает головой, осуждая и злясь на меня. Падаю на кресло и снова смотрю записи с камер.

Потом снова. И после ещё разок, пока глаза не сводит от напряжения и усталости.

Вздохнув, опускаю телефон экраном вниз и плескаю себе виски.

- Ты хотя бы извиниться не хочешь? - шепчет девушка, нахмурившись. Немного выдохнув, её снова накроет волной злости и ненависти ко мне. Понимаю, что она сейчас совсем не контролирует свои эмоции и просто ненавидит саму мысль обо мне. Для неё логично, если я сейчас буду извиняться.

Но я другого мнения.

- Я не чувствую своей вины, Карина, - это правда. Возможно, я не прав в том, что не был внимателен и не посмотрел все камеры видеонаблюдения. Не восстановил удалённое и даже не попытался поверить, что моя любимая женщина была верна мне весь брак. Что не смогла бы меня ранить или сделать то, в чём её обвинили. Все ошибаются и она тогда признала свою ошибку. Призналась, что многое не помнит и вообще… Мы с ней тогда сильно поссорились, но не расставались. А она поехала в клуб, где встретилась со старым приятелем… Я простил ей эту ошибку. Простил и понял, что не могу без неё. Что люблю до зуда и никому больше не отдам. Поклялся, что стану для неё тем, без которого она жить не сможет и ни на кого больше не посмотрит…

И так и было. Карина растворилась во мне, каждый день смотрела преданно и верно, была самой сладкой и верной, любящей и ласковой девочкой, раз за разом показывая мне, чтоона ни на кого не променяет меня. Так… Какого чёрта я поверил этой суке?

А потом, спустя много-много лет, в нашей жизни случилась Алиса.

- Не удивительно, - улыбнулась Карина, когда точно поняла, что я больше ничего не скажу. - Я не подарок. Я никогда не претендовала на то, чтобы быть самой идеальной женой, но и рядом со мной должен был быть не предатель. Понимаешь? Я постаралась тоже сделать всё, чтобы ты никогда и не подумал, что мне нужен кто-то другой. А ты поверил фотошопленным смс-кам. Ты всадил мне нож в спину и заставил два года там провести. Заставил похудеть до критической цифры. Мне сейчас все подряд говорят про мою худобу. Считаешь, приятно? Вовсе нет. Я не хочу быть похожей на этот скелет и так сильно хотеть уничтожить тебя, - на этих словах я снова смотрю на неё. Её кроет и кроет, почти задыхается и говорит с надрывом. Я же немного вжимаю столешницу руками, чтобы сдержаться. А она не прекращает говорить: - Я месяцами ходила на встречи с психологом, работала над собой и решалась копать внутри так глубоко, что сейчас и не вспомню уже, до чего докопалась. Я выкинула из головы всё прошлое и пошла дальше. А ты… Просто… Просто не считаешь себя виноватым, Сапфир? Ты позволил себя одурачить и не пошёл проверять. Ты любил меня. Но сейчас я и в этом сомневаюсь. Почему… Почему я должна была гореть в агонии там, а ты… Жил и наслаждался жизнью с Алисой. Я ночами не спала и считала ненавистный торт - самым вкусным лакомством в мире. Я два года не ела любимые блюда, не видела море и… Я, - Карину снова затрясло. - Я, Сапфир, не видела собственного сына! И вернувшись, что я получила? Что, Сапфир?! - кричит она. - “Я тебе отдам Диму, если переспишь со мной”. Пожалуйста, бери. Возьми всё, что хочешь и насладись своей победой. Ты же это хотел. Чтобы… - она немного переводит дыхание. Секунду молчит, пока я ломаю в руке карандаш. - Сапфир… Думаешь… Думаешь, это всё - честно?

- Нет, - качаю головой. - Я сделаю повторные экспертизы и повторю тест ДНК на дочь. Но я не могу обещать тебе компенсацию. Это невозможно. Хотя бы потому, что ты уже вернула своё.

- Значит, мы с тобой оба жертвы, по-твоему? - синие глаза опасно сверкнули, она дико не согласна с моими выводами. Но я тоже защищаюсь. Хоть и Карина бъёт метко и в цель. - То есть, Алиса останется чистенькой? После того, как посадила меня и скакала на твоём члене? - выплёвывает яростно девушка.

- Этого я не говорил. Но с ней я разберусь сам, Карин, - уверенно произношу я. Алиса не просто ответит за всё это дерьмо. Моей бывшей даже не надо знать, что именно мне хочется сделать с ней, но… Если Карина планировала, что я упаду на колени и стану просить прощение - нет. Этого не будет. Карина хоть и слишком сладка для меня и я безусловно, хочу её. Но…

У меня ещё есть гордость и уверенность в себе. Я никогда не упаду настолько в её или чьих-то других глазах.

- Сын где? - спрашиваю, скинув сломанный карандаш в мусор..

- С Кирой, - произносит бывшая, безразлично фыркнув и немного остывая. С неё едва ли не пар херачит..

- Подожди меня тут. Я хочу проследить за боями. А после мы с тобой поговорим и решим… - сказал я. Мне и ей надо выдохнуть и переварить. Надо немного переждать и надеяться, что здравый рассудок хотя бы одну хорошую мысль подкинет. А то пока что всё максимально печально.

- Нечего решать, Сапфир, - Карина хмыкает. - Сына мне и делай, что хочешь дальше.

- Нет, - я встаю с кресла и подхожу к дивану. Улыбаюсь сверху вниз Карине и пожимаю плечами. - Сын наш. Я не нарушил закон, чтобы ты смогла его отсудить. Потому… - я наклоняюсь, ставлю руки на подлокотник, наклоняюсь ниже, прищуриваюсь, вдыхая её сладкий аромат и ощущая, как мгновенно я желаю… Её. Снова и снова, блять, снова и снова! - Нравится тебе, или нет, нам нужно договориться.

- С террористами не договариваются, Сапфир, - шипит она в защите, словно та самая дикая кошка, что пару минут назад захлёбывалась в собственном яде и отправляла с каждым словом меня в нокаут.

- Прекрати меня так называть. Вит. Только Вит, - тихо прошу я.

- Нет, - снова шипит. - Сапфир, - я же улыбаюсь и глажу её щёку, наслаждаюсь мягкой кожей и облизываюсь. Касаясь большим пальцем её губ, киваю, сглатываю жадно. - Сапфир, - повторяет, беся и зля всё сильнее и сильнее. - Чёртов Сапфир, который испортил мне жизнь! - дёргается, сбрасывая мои пальцы.

- Именно такой я и люблю тебя, малышка, - киваю. - Вернись и стань прежней ядовитой змейкой, - улыбнулся. Чувствую себя заклинателем змеи, уверенно подчиняя её.

- А если… Я больше не хочу быть ядовитой? - тут же ответила она, явно сдаваясь. Да так, что дрогнула губа.

- Ты мне нужна любой. Ты это знаешь.

***

В зале стоит плотный запах резины, пота и железа. Гости и учасники ставок уже прикованы взглядом к рингу, болея за бойца и желая выигрыша громкими воскликами. Атмосфера наполнена бешенным выбросом адреналина и ярости, бойцы уже рвут друг друга. Я смотрю вниз и ничего не вижу, потому что не могу собраться. Вся голова занята бывшей женой. Я прикрываю глаза, чтобы выдохнуть и прийти в себя после очной ставки с Кариной. Читаю смс от Егора. И яростно стискиваю челюсти, чтобы их просто напросто не покрошить.

Эта крыса почуяла неладное и сбежала, надеясь уйти от меня и от ответственности за содеянное. Побег Алисы только докажет её виновность. Но… Она сама мне звонит и миленько говорит в динамик:

- Милый… Я хочу помириться. Нам ведь было хорошо вместе в самом начале… Так что жду тебя дома и, надеюсь, что ты будешь в настроении со мной поговорить… - томно тянет Алиса, а меня снова и снова передёргивает.

- Алис… - сперва хочется сказать всё, что я о ней думаю. Но… Это не телефонный разговор. - Я пока занят.

- Конечно. Я просто хотела сказать, что жду тебя у нас дома. И что люблю тебя, Вит. Сильно, - ох как мы заговорили. Как покорно со мной говорит и ни слова о Карине. Словно любящая и славная жёнушка, которая день не видела супруга и теперь очень соскучилась.

- Я знаю, - кривлюсь. И верю. Любит и ждёт всегда. Но сейчас… Почему она так сильно хочет, чтобы я приехал? Может, Артур поехал к ней и они меня стукнут? Но тогда бы охрана передала… Ох, чёрт… И угораздило меня…

Нет уж, не сегодня.

Скидываю звонок и качаю головой. Как же она мне надоела… Терпеть теперь я её не буду.

На час я отвлекаюсь. Несмотря на то, что в кабинете у меня Карина и, судя по всему, уходить она не намерена, я не спешу туда. Пусть тоже выдохнет. Если сможет расслабиться, выпить и дождаться, мы сможем снова поговорить. Нормально. Без истерик. Без криков. И боли. Хотя…

Хотя нет, боль останется в любом случае, ведь мы оба погибаем в ней.

Я же приветствую VIP-ов, наслаждаюсь суммой ставок и коэффициентом, постепенно проходят раунд за раундом, порождая новые крики гостей. Меня прямо-таки расслабляет эта атмосфера и становится легче дышать. Даже сменяются противники. Всё как обычно, но я часто смотрю в сторону коридора, который ведёт к кабинету. Боюсь ли я, что она уйдёт? Наверное, да, потому что мне нужно ещё больше Карины. Я не знаю, как называется эта болезнь. Но она ощущается сладковато-горьким привкусом на языке.

Так что в кабинет я вхожу уже прилично заработав и насладившись своим детищем как следует. Сам бы кому-то морду набил, вот правда. Хоть самому становись и херач кулаками. Нужно куда-то деть силы и напряжение. Но статус не позволяет.

В кабинете разительно всё отличается. Громыхает музыка, которой не слышно в основном зале, на полу валяется дорогущая чёрная шуба вместе с документами, ноутом, и прочим, что стояло ещё час назад на рабочем столе. Сперва я даже охреневаю и злюсь за то, что она устроила тут ёбанный хаос. Но после даже усмехаюсь. Музыка орёт так, что оглушает уши. А моя бывшая танцует на дубовом, массивном столе и орёт в горлышко бутылки слова зарубежного хита. При чём совершенно не стесняясь, и ни капельки не ошибаясь в словах.

Платье немного поднялось вверх, от идеальной укладки уже только название, а красная помада частично на бокале, стоящим на журнальном столе. На капронке видно стрелку, Но, кажется, её это совсем не заботит. Ей так хорошо… Она рвёт горло, орёт, поёт, пьёт много и выглядит такой счастливой… Если бы я не видел настоящую Карину во всём этом, поверил бы.

Она ничего не замечает. Я закрываю дверь, складываю руки на груди и рассматриваю пьяную девушку. Впервые за всё время после её возвращения я вижу её такой счастливой и сам улыбаюсь. Наслаждаюсь. Ещё немного и, кажется, она сорвёт голос, но одновременно с этим я понимаю, что ей это нужно. Пусть орёт, пусть танцует и пьёт этот дорогущий коллекционный виски и хохочет, наслаждаясь танцем на столе. Или тем, что выглушила весь тот дорогой алкоголь. Пусть рушит… Пусть делает всё, что ей хочется. Мне нравится, что она всё ещё может себе позволить так веселиться. Настолько безбашенно себя вести.

Я приваливаюсь к стеллажу, наливаю себе в стакан другой виски и не свожу с неё взгляда. Облизываю губы, медленно и более внимательно осматривая блондинку. Ощущаю, что меня ведёт от неё, что внутри всё клокочет и дрожит. Я, словно тот самый пацан, который вымаливал у её отца быть её парнем, снова живу ею. Вдыхаю её запах, часто облизываю сухие губы и наслаждаюсь ею… Вкушаю её шикарное тело всего лишь взглядом, любуюсь словно самым ценным сокровищем.

Понимаю, что за неё и убить готов. Всегда был и буду готов.

Я ошибся и теперь не знаю как исправить все последствия. Они, словно огромным комом навалились и требуют моих решений. А я не могу. Я не знаю. Не хочу. Не могу, не могу, не могу! Кажется, что бы я не сделал, она никогда не будет больше моей. И сын - единственная причина, по которой она остаётся тут. В городе, в моей жизни.

Но больше она не будет терпеть. И я не стану её заставлять… Мне нужно отпустить её. Эта девочка так много стерпела и ещё больше пережила, чтобы сейчас я всё ещё мешал ей спокойно жить.

А ещё она не пошла в полицию или к следователям с материалами своей невиновности. Кричала тогда и сейчас, что не виновата, а я словно ослеплённый баран не верил. Думал, снова пошла налево. Думал, что теперь ей стало мало просто меня предать и теперь она захотела меня убить или лишить всего, чего я достиг. Я бы не смог её тогда слушать. Не смог бы поверить, ослеплённый её предательством.

А теперь она… Не верит мне. Предателю.

Встречаюсь с её синими глазами и мы оба выдыхаем. Одновременно, резко. Карина дёргает уголком губ и ловко спрыгивает, делает музыку тише.

- Подсматривать нехорошо, Сапфир. Или тебя вообще не учили манерам? - игриво комментирует она, наклонив голову и не сдерживая пьяную улыбку.

- Тогда нас обоих не учили, - отвечаю, спокойно и не идя на поводу у своего желания. Пытаюсь, во всяком случае. Хотя… Я безумно хочу её. Такую сладкую, дерзкую и пьяную. Вообще, есть время, когда я не хочу её?

- Я тут немного навела порядок, - хмыкает Карина. - Я заплачу тебе клининг и куплю новый ноут, если этому хана, - уверенно оценивает мои убытки и всё ещё шагает ко мне.

- Думаешь, мне нужны от тебя деньги? - она близко останавливается. Так, что я чувствую её сладкие духи вперемешку с крепким запахом алкоголя. Она сама касается моей груди и проводит ногтями сквозь рубашку. Заводит, играет, заставляет меня рвано дышать и из последних сил держаться.

- Нет, не думаю. Ты же хочешь меня. Жаль, что я тебя не хочу, да? - усмехается Карина. Она наклоняется, берёт шубку с пола, но не делает шаг за сумкой. Я перехватываю её и прижимаю спиной к себе. Наклоняюсь, прижимаюсь губами к её шее и дурею от того, что она откидывает голову в сторону. Выдыхает через рот, замирает, позволяя мне такую близость. Ощущаю как дрогнул её живот под моей ладонью и немного кусаю кожу. Но даже это её не приводит в себя. Нас только быстрее засасывает в омут с головой.

- Врёшь. Хочешь.

- Хочу, - голос дрогнул. Как и всё внутри меня. Как и её тело. Ходить вдвоём по краю обрыва и не боясь туда сигануть, ещё слаще, чем одному.

Отставил стакан с виски на стеллаж, вырываю у неё шубу и разворачиваю её к себе.

- У тебя есть пять секунд, - прижимаю к себе, наклоняюсь, заглядываю в синие, мутные глаза. - Четыре, - ощущаю её ладони на груди и понимаю, что мы оба тонем в наших чувствах. Воздуха давно нет. Только её запах. Только она. - Три.

- Беги, - шепчет Карина, ведя ладонями вверх по моей груди и дрожа так, словно действительно борется с самой собой. Пальцы дрожат, словно после хорошей пьянки, а губы бледнеют. - Беги, Карина… - просит саму себя, пока я и сам на долю секунды желаю, чтобы она сейчас сбежала. Но она не сбежит. Она опускает взгляд на мои губы, жадно сглатывает и качает головой.

- Две, - хмыкаю, приблизившись к её губам ещё ближе и сжимая со всей дури её талию. Сломаю, ей богу. Но никуда не отпущу. Не сможет она сбежать. Не в этот раз.

- Дура, - шипит она, запуская пальцы в мои волосы и со стоном впиваясь в мои губы. Сама притягивает и совершенно не боится брать на себя эту ответственность. Со стоном принимая мой ответ и позволяя тут же прижать её к стеллажу и что-то разбить. Сводит с ума чувствительностью и тем, насколько же всё же мы друг друга стоим. Насколько рушится сам мир, когда сдаёмся.

Я лишь пью её поцелуй и вгрызаюсь в губы, сжимая родное и любимое тело. Лишь плыву сознанием, не отвечая ни за что. Кусаюсь, ощущаю боль, когда она тянет меня за короткие волосы.

Но это так сладко… Боги, это так долгожданно…