5

Сапфир

Я готов её сейчас же придушить. Едва Алиса ушла, мне стало ещё сложнее сдерживаться. Словно пропал рычаг давления и я теперь могу быть собой, а не могу. Потому что этого не поймёт Карина. И если ещё десять минут назад я готов был придушить Алису за то, что она вообще примчала сюда и всем видом показала, что хочет “просто” со мной позавтракать. То теперь я не против придушить Карину за её очередного “Сапфира”.

Пол часа назад.

- Любимый, как вкусно! Твои повара, как всегда на высоте! - щебечет Алиса, как ни в чём не бывало и лопает завтрак так, словно несколько дней ничего не жрала. Я только кривлюсь.

- Угу, - отзываюсь, безразлично махнув взглядом по Алисе.

- А может, закажем с собой тортик для мелких? Кажется, сегодня сделали свежий Наполеончик… - она переводит взгляд на бар и что-то ищет глазами. Боже, дай мне сил.

Кривлюсь от её щебета и пью крепкий кофе. Это уже вторая чашка. Спать хочу дико, но дел ещё много. Три часа в пустом зале с рингом немного взбодрили. Как и выигранные деньги. Стало не так жарко в трусах и мысли собрались в кучу. Стало немного легче.

Так же взбодрил победивший чемпион, который расплывался от моих комплиментов, зажимая двух сладких куколок в своём кабинете. Мне бы и самому просто насладиться красотой и пощупать мягенькое тельце… Но не могу. Это меня не успокоит. Я недолго с ним поболтал и оставил с девчонками, выгнав всех, чтобы не мешали. Пусть пацан расслабится. Куколки залижут его рассечения и уже через пару дней Ник снова будет готов к бою.

Порой здоровье родных стоит дорого. В основном, мои бойцы идут на такое ради близких и я часто помогаю сразу, чтобы после человек был мне обязанным. Отрабатывая долг, тот или иной боец может получить очень интересное предложение о сотрудничестве. А кто-то выходит и живёт спокойной жизнью. Но за все годы таких было максимум десять.

Остальные парни желают заработать денег на будущее и готовы ради них рисковать своей жизнью. И желающих со мной работать всегда предостаточно. Даже без боёв. Я даю нормальные бабки за любой вид деятельности, но проверяю каждого до трусов.

- Я по-прежнему жду ответов на свои вопросы. Что ты тут высиживаешь, Алис? - я складываю руки на груди. - Нахера поехала к ней? Дружить с ней хочешь? - она злит меня. Хочет контролировать и меня, и Карину. Но, блять, как же это у неё отвратительно получается. Фу.

- Она моя лучшая подруга, Виталик, - мило хлопает глазами девушка, строя натуральную дурочку. И правда говорят, что блондинка - это состояние души, а не цвет волос. Алиса хоть и брюнетка, но настоящая блонда.

- После всего, что произошло… Не думаю, что Карина станет дружить с тобой, - хмыкаю.

- Ты её знаешь лучше, чем меня, Виталик, - она обиженно дует губы. - Чем я хуже? Я тоже родила тебе ребёнка, я стараюсь быть самой лучшей и верна тебе, в отличии от неё, - она даже пальчик выставила, стерва!

Сама же напрашивается. Сука, мы же оба знаем, что Карина мне не изменяла. Не смогла бы. То, насколько мы были одержимы друг другом - не подделать. Я её простил однажды и больше она бы никогда не предала… Я верю в то, что Карина не смогла бы меня убить… Но факты - упрямая вещь. И что только толкнуло её на тот поступок? Зачем меня убивать?

Я бы отдал и сам за неё жизнь, если бы она попросила…

Да уж… Как меня заебало копаться в этих риторических вопросах и при этом держать сутками лицо… Я хочу спокойной жизни.

- Старайся лучше, - я тянусь к ней и уже взяв за подбородок, усмехаюсь. Алиса сглотнула, замерев, но я так и не смог её поцеловать. Ещё пару дней назад было гораздо проще.

Сейчас.

Сидит, попивает любимый облепиховый чай. До сих пор не понимаю, как можно любить эту кислятину. Но годами пил с ней вместе, перебивая кислоту сахаром. Полезный чай, не спорю. Но кислый.

И стал любимым, потому что её любимый.

Сжимаю челюсти так, что они скоро заболели. Словно и правда выпил этого чая. Закуриваю, на что бывшая кривит губки и хмыкает:

- Ты начал курить, - не удержалась от комментария.

- Начал, - не спорю. Тут, блять, и ширяться едва не стал. Алиса порой нарывается, чтобы полетать по всему дому. Но я ни разу её не бил. Никого не бил. Только часто боксёрские груши в зале приходится менять. Выплёскивать силы и энергию, злость и усталось куда-то надо. Рядом больше нет мягкого любимого и тёплого тела, сладкой и маленькой женщины, которая одними объятиями заставляла меня выдохнуть и по-настоящему отдохнуть от тяжёлых дней.

- Что тебе известно? Ты же позвал меня не для того, чтобы я позавтракала у тебя? - Карина иронично выгнула бровь.

- А если - да? - хмыкаю. Мне так нравится её испытывать на прочность. Ещё немного и, чувствую, она будет что-то предпринимать. Она - ещё тот гений и стратег. Отец неплохо поднатаскал обоих дочерей, чтобы сейчас они всех мужиков смогли взять за яйца и подвесить. Красотки, каких ещё стоит поискать, да ещё и умные стервы. Я висеть на своём добре не хочу, потому и заставлю её отказаться от мести. Но только тогда, когда пойму её замысел. Её сестрёнка уже начала копать под меня. А значит, Карина действительно хочет отомстить. Утром уже был запрос на просмотр камер вокруг нашего дома и я его дал. Пусть смотрят, пусть действуют. Я сделаю вид, что тупой и ничего не понимаю Если Кира найдёт что-то, что не нашли мои парни - будет и правда интересно наблюдать за дальнейшими действиями Карины.

- Сапфир. Я не Алиса и по твоим условиям играть не стану, - спокойно отправляет кусочек чизкейка в рот и облизывается. Хочу тоже облизнуть её, но едва сдерживаю хмык.

Меня снова передёргивает от её холодного тона. Кажется, она специально не зовёт меня иначе. Надо бы привыкнуть. Но как?

- Станешь, - киваю. - Ты права, мои парни только определили тип взрывчатки и только поехали смотреть камеры «Бриллианта» и твоего паркинга. Но если ты хочешь видеться с сыном, я готов сейчас нормально обсудить условия, - я опускаю момент, что хочу просто насмотреться ею. Словно воздух, я дышу и снова живу, вдыхая всё больше и больше в организм. Она нужна мне. Нужна так сильно, что не остаётся ничего другого. Никаких других чувств. Я до сих пор люблю. До сих пор не смог вытравить из своего сердца.

- Я имею на него такие же права, как и ты, Сапфир, - да, блять, она это специально?! Какого хера надо так часто называть меня вот так? Где её нежное “Вит”? В прошлом? В нашем общем прошлом? - Неужели мало того, что я сейчас готова к сотрудничеству? Мало, что я иду к тебе на встречи и не прячусь, продумывая план мести?

Ну, спорное утверждение. Мы оба знаем, что она так просто всё это не оставит. Не простила. И не простит меня за то, что я стал жить с Алисой.

Так что она просто блейфует. Играет роль, отвлекает и издевается. Она не хочет со мной воевать, вижу, как ей трудно вообще находить слова. Но… Она сидит. Не сдаётся. Не убегает. Она готова к открытой войне, хоть и максимально не хочет этого.

- Мне мало, - киваю.

- И что ты ещё хочешь? - нахмурилась Карина, закинув свои волосы назад и выгнув бровь. - Что мне сделать, чтобы ты отдал мне сына? - девушка качает головой, осуждая меня за мои же решения. Ну и пусть. Я и так в её глазах выгляжу ничтожеством.

Губы тянутся в улыбке. Я скольжу по её шее взглядом, сглатываю и возвращаюсь к синим глазам.

- Я хочу тебя. Переспи со мной.

Да. Это вырывается почти неосознанно и быстро. Я и правда хочу её. Хочу её трахнуть, снова вспомнить то, что было до этого всего дерьма. Я настолько одержим этим желанием, что мне хватит одного взгляда Карины. И я буду её. Я снова буду верным псом, готовым зализывать свою вину денно и нощно. Но… Для начала, пусть немного подразнит и так разъярённого тигра внутри меня.

Даю Карине немного времени переварить услышанное и ожидаю получить ожог лица. Верю, что она может выплеснуть на меня чай и при этом даже бровью не поведёт. Но Карина и тут меня удивляет.

- Раньше, - тянет девушка, надпивая чай и прикрыв глаза на секунду. - Я бы перевернула тебе на голову чайничек с чаем, - хмыкнула она. Охотно верю. Я этого и ожидал, как бы. - Но если это единственное условие, после исполнения которого ты мне отдашь сына - я согласна. Хоть сейчас, - выгнув бровь, она смотрит на меня. Я кашляю.

Что-что? Сперва кажется, что мне послышалось. Но… Я смотрю в её глаза и вижу в них решимость и уверенность.

- Ты серьёзно? - переспросил я. Думал, что она врубит свою гордыню и станет меня хаить. Но нет. Она смотрит так, словно была к этому готова. И мне бы и правда… Всё бросить, взвалить её на себя и уехать куда-то подальше. А там уже… Целовать, ласкать, трогать и наслаждаться…

- Если тебе будет приятно переспать с женщиной, которая тебя ненавидит - да, - хмурит она брови. Хм, ясно.

- А в этом и состоит моё условие, Карин, - хмыкнул, найдя так быстро лазейку. Так что включаю мудака. - Ты должна сама меня хотеть. Прелюдии устраивать я не собираюсь.

Карина угукнула и кивнула. Смотрит несколько секунд в окно, пока я не могу оторваться от неё. Только сейчас замечаю в ней отличия от прежней Карины. Она сейчас совсем другая. Либо хорошо играет, делая вид, что ей нужен только Дима, либо она хочет меня обыграть. Либо и то, и другое. Карина - непростой игрок в шахматы.

- Почему ты такой? - она снова смотрит на меня. В глазах застыли слёзы. Вот это совсем неожиданно. - За что?

- Не за что? - прищуриваюсь. А сам пытаюсь держаться, чтобы не подойти и не обнять. До чёртиков хочется.

- Знаешь… - Карина моргает и с ресниц срываются две слезинки. Девушка быстро их смахивает. - Впрочем, ладно, - передумала она, встала и забрала свою сумочку, моментально собравшись. Подходит ближе. Я чувствую её запах и не могу сдержать улыбку. Сбоку дёргается охрана, но я коротким жёстом их останавливаю.

- Ты будешь жалеть о каждом своём слове, Сапфир, - произносит девушка. - А Диму я заберу. Хоть посади его в сейф. Я знаю все твои пароли и слабости, - хмыкает. Опять включает стерву, прячется, скрывает от меня истинные чувства. - Выбирай правильно противников.

Встаю тоже. Прижимаю её к себе за талию и очень даже уверен в том, что хочу исполнить свои слова и прямо сейчас уехать с ней в гостиницу. Но пока трогаю её спинку, немного сжимая пальцами ткань пиджака. Какая она… Моя.

- И что же ты знаешь обо мне сейчас? - на последнем слове я делаю акцент. Девушка нервно сглотнула и, положив ладонь на мою грудь, попыталась оттолкнуть. Но я не хочу отпускать. И не могу. Всё моё естество снова сходит по ней с ума.

- Пусти. Не устраивай показательные выступления.

- Я жду сутки. Чтобы перестать меня ненавидеть и захотеть - достаточно, - напоминаю я. Карина вздрогнула.

- А Дима? - девушка сглотнула, а пальчики на моей рубашке дрогнули ещё раз. - Я хочу его увидеть. Пожалуйста.

- Вот захочешь, - усмехаюсь, вкладывая в слово двойной смысл. - И увидишь.

- Вит… Пожалуйста, - ещё раз пытается. - Ты не представляешь, насколько это невыносимо.

- А ты не представляешь, насколько невыносимо, когда тебя предаёт твой любимый человек, - хмурюсь, вернув ей свою боль. Мы оба ранены друг другом. Так что я понимаю её последующий шок..

- Я? - Карина ахнула. - Я не представляю, Вит? - тихо шепчет она, называя меня по имени. Наконец-то. - Ты посадил меня. Ты поверил Алисе, а не мне. Ты решил, что я способна… На такое, - бормочет она в моих руках, уже не пытаясь вырваться. А я наслаждаюсь её запахом. Боль уходит на второй план. Я лишь хочу, чтобы этот миг не заканчивался.

- Ты была не в себе, Карина. И сомневаюсь, что сейчас ты можешь адекватно воспитывать нашего сына. Потому и защищаю его.

Всхлип. Удар. Ещё удар. Всхлип.

Она несколько раз стучит по моей груди и просто содрогается в плаче. Вот это - совсем не то, что я ожидал от неё. Девушка прижимается лбом немного ниже своих кулаков. Меня просто ведёт от её реакции. И я жму её ближе к себе. Настолько нам обоим невыносимо, что вокруг ничего не слышно. Стук пульса в висках почти глушит… За долгие годы брака я видел, чтобы она плакала всего два раза - на похоронах её матери и отца. Она всегда была сильной и никогда не давала слабину. А сейчас…

- Я нормальная, - шепчет она. - И я докажу, что нормальная, - воспользовавшись моим шоком, она выбирается из рук и отходит, вытирая слёзы. - Если меня хотят сейчас убрать, могут воспользоваться сыном. Защити его, - не смотря на меня, она развернулась и пошла к выходу. Даже побежала. От меня, от себя и от всего, что её ранит. Я её раню. Безусловно, это факт.

- Ты слышал, - смотря ей вслед, обращаюсь к телохранителю. - Удвой охрану Димке, - сглотнул. - И поднимите архивы. Я хочу снова пересмотреть материалы её дела.

Удар сладко чувствуется вибрацией по всей руке. Ещё один удар. Кулаки горят от частого столкновения с грушей даже через перчатки. Кровь бешено стучит в висках, а сонливости как и не было. Снова и снова, пока есть силы. Уже второй раз за сутки, чтобы не выбивать из Алисы её дурь. Чтобы дышать не только Кариной. Чтобы не прокусить пальцы или губу. Вдох-выдох. Снова глухой удар в грушу. От силы удара она бы давно затряслась, но Лёшка держит её, принимая какую-то долю ударов на себя. А я разошёлся и уже не могу остановиться. Мне так хуёво, что всё остальное просто не важно. Алиса ждёт дома. Сына давно не видел не спящим… Но блять, больно так сильно, что мне и это не важно. Почти что сжигаю внутри душу от стольких противоречивых чувств.

- Виталий Григорьевич, входящий от вашей жены, - почему-то сразу вспоминается Карина, а не Алиса. Только спустя пару секунд я дёргаю головой, чтобы избавиться от фантомного образа и запаха бывшей и ещё яростнее бью по груше.

- Блять! - вырывается у меня с ударом вместе. - Скажи, что я занят.

- Говорил, Виталий Григорьевич, - напомнил Пашка. - Она говорит, чтобы я шёл к чёрту, после того как отдам вам телефон, - прямолинейность помощника улыбает. Я бы даже засмеялся, но хочется только орать. Да так, чтобы боль ушла хотя бы на минуту…

- Вот сука, - шиплю. Принимаю у охранника наушник и гаркаю в микрофон: - Что тебе ещё надо? Не ясно сказано, я занят! - контроль мне так надоел…

- Я хотела лишь услышать твой голос, любимый… - отозвалась Алиса. Вот как.

- Ты хотела услышать лишь мой голос? Или Карины тоже? - я вытираю пот со лба. - У тебя паранойя, дорогая. Я не трахаюсь с Кариной, - хочется добавить “пока”. Но во избежании ебли мозгов в очередной раз, я только хмыкаю. То, что я пока что не отвлекаюсь от Карины ради этой суки - вопрос времени. Однако, когда я буду в ней, ни о ком думать не смогу. И тогда Алиса изойдётся вся, ища меня по всему городу.

Если я не убью её раньше.

- Не вини меня в том, что я тебя люблю, в отличии от неё.

Как же она меня бесит. Стискиваю челюсти и выдыхаю.

- Услышала? - я хмыкаю. - Лучше… А напомни мне, моя сладкая, откуда у тебя были те переписки? - неожиданно вспомнил я.

- Я тебе уже сколько раз говорила, милый… - Алиса замолчала на секунду, словно собираясь с мыслями. - Аноним прислал.

- Ладно. Хорошо, - глотнул воды из бутылки. - Не жди меня к ужину.

- Вит, но я запекла такую утку… - мурлычит она мне в динамик. Блять…

- Ты? - хмыкаю.

- Ну, Валя, - сразу сдаётся Алиса. - Приезжай. Детки так по тебе скучают… - запрещённный приём сейчас на меня не действует. Никакой приём кроме голой Карины не подействует. Точно.

- К завтраку буду, - хмыкаю.

И отдаю наушник Павлу. Тот завершает вызов, а я снова херанул по груше.

- И дёрнул меня чёрт с ней связаться. Карина никогда не звонила мне.

- Виталий Григорьевич, - окликнул меня Олег, завершая разговор по телефону. - Пять минут назад Карину Игоревну видели около школы Димы.

- Кто видел? Она подошла к сыну? - сразу оборачиваюсь к охраннику.

- Нет, - Олег подходит, показывая тёмную фотографию с едва узнаваемой Кариной. Она стоит на расстоянии и беспокойно смотрит немного в бок. Шикарная женщина… Я хмурюсь и кусаю губу, думая. Неужели, она и правда единственное, чего хочет, - это вернуть сына? А месть? От Стрижовой это могло бы быть красиво.

Но она всеми своими действиями показывает, что хочет только сына. Раз за разом, шаг за шагом. Она плачет, требует, идёт на компромиссы и просит. Она едва ли не на коленях стоит… Неужели и правда?..

- Виталий Григорьевич, так же час назад Карина Игоревна запросила отчёты всех отделов компании, - добивает Олег. А вот и ответ. Нет. Она хочет ещё и меня прижать. Вот так за секунду меняется всё отношение к ней. Несмотря на то, что она имеет на запросы права, именно то, что она всё это запросила - и ответ на все мои вопросы. Она будет воевать. - Егор Викторович передал.

- Что же ты задумала… - бормочу, сжимаю челюсти так, что ходят желваки. Смотрю на свои голые ступни и пытаюсь привести мысли в порядок. - Пусть, - киваю. - Пусть проверяет и будет в курсе.

- Окей, - парень быстро отправляет сообщение моему помощнику и отходит. Я смотрю на Лёшку.

- Что мне с ней делать?

- Если вас интересует моё мнение… Ничего. Карина Игоревна бы уже вас заказала, если бы хотела избавиться, - логично рассуждает парень. Он оценивает ситуацию со стороны и кажется, что не хочет обидеть ни меня, ни Карину. - Думаю, ваша бывшая жена просто хочет доказать, что она незаконно осуждённая, - всего лишь. Всего лишь!

- Если она это докажет, вы все будете принадлежать ей, а я как минимум пойду бомжевать, - хмурюсь. Лёша был моим телохранителем долгие годы и я всегда мог с ним поговорить о своих проблемах. Он, имея огромный опыт, помогал мне. Советами, поступками доказывая своё хладнокровное отношение к жизни.

- А как максимум? - отозвался Лёша.

- Будем похоронены в братской могилке где-то на окраине, - хмыкаю. Недооценивать Карину нельзя. Теперь точно. И надо отодвинуть все свои “хочу её трахнуть”. Если она запросила лично отчёты компании и ей не понравилось что-то в тех, что для неё брала Кира - тогда мне стоит быть осторожным.

Уже вечером, когда я ехал в центр на квартиру, чтобы там проспать до самого утра, она сама мне набрала. Я даже не удивился.

- Спасибо, что дал доступ к базе. Я даже не ожидала, - слышу ироничный хмык.

- Ты довольна?

- Нет. Ещё нет, - девушка тянет так сладко, что от одного её голоса в паху наливается приятная тяжесть. - Я подумала над твоим предложением.

- И? - сглотнул.

- Вынуждена тебе отказать, Сапфир, - снова царапает этим нареканием. Хмыкает в трубку. - Ты же меня простишь? Я, скорее всего, сейчас задела твоё мужское эго.

- Твоё право, Карин, - стараюсь ответить холодно. - Значит, сына ты тоже не получишь.

- Я отправила тебе фото, - мурчит она и дальше. Я открываю на ноуте мессенджер и едва ли не давлюсь собственной слюной. Кашляю, чтобы прочистить горло, но фантазия уже рисует другие картинки - жаркие, возбуждающие. Ведьма. Стерва, которой подчиняется всё моё тело.

На фото ничего особенного. Ванная с панорамными окнами. Голые ноги, покрытые пенкой. Судя по всему, она сейчас у себя дома в ванной. Вид там всегда был охрененный.

- Опусти глаза немного ниже, Сапфир. Там интереснее.

Слушаюсь голосу, словно блять пират, заворожённый сладкой сиреной. Ниже на фото папка с документом, который…

Не может быть.

- Твой ход, Сапфировский.

И короткие гудки. Я опускаю руку с телефоном на колени и бездумно смотрю на ночной город в окне. И дёргаюсь, когда он взрывается вновь стандартной мелодией.

- Сапфир, какого чёрта?! - орёт Егор. - Как ты допустил, чтобы она тебя отстранила от дел компании?!