Глава 36

И какого же было мое удивление, когда проснулась я в собственной постели? Более того , переодетая в ночнушку! А главное, на подушке рядом лежала еще одна роза.

И вроде бы приятно, но… Как он мог? Просто отнес меня и переодел? Очень мило с его стороны, но почему-то жуть как раздражало. И чувствовать меня одуревшей от гормонального взрыва девчонкой тоже.

– Лариса Алексеевна, доброго утра! – в спальню, как солнечный луч проникла Нисса. – Предупреждайте меня в следующий раз, что будете гулять допоздна, – от ее слов я опешила и уже хотела отчитать, как девушка продолжила. – Чтобы я в следующий раз смогла вам помочь с одеждой, пока вы не уснули. Так боялась вас разбудить, пока переодевала.

– Спасибо, Нисса, – с души как камень свалился. – Очень тебе признательна, – прошедшая ночь вдруг снова заиграла романтическими красками, и аромат розы, расплывающийся по спальне, заставил меня покраснеть и расплыться в улыбке.

– Не за что, Лариса Алексеевна, – кивнула мне горничная, и удивленно посмотрела. Кажется, ее смутило мое выражение лица. Но мне было неважно, увлеченная перебиранием воспоминаний о ночном полете я не заметила ни завтрак, ни Инес, что позвала меня на прогулку.

– Лариса, ты в себе?

– Да, прости, что ты сказала?

– Я звала тебя в парк, но может быть тебе лучше полежать?

– Нет-нет, все замечательно, пойдем! – воскликнула я, и чуть было не вышла из покоев в домашнем платье.

– И давно она в таком состоянии? – ехидно поинтересовалась опекунша у Ниссы, но та лишь кинула на меня извиняющийся взгляд.

– Хорошая девочка, верная, свободна, – махнула рукой Инес. – Ладно, будет желание – расскажешь, а пока переодевайся, надеюсь, свежий воздух тебе поможет.

Мы вышли на улицу и медленным шагом двинулись в сторону моего любимого места. Ни одна из нас не хотела нарушать тишину первой. Вернее, подруга ждала, когда заговорю я, а мне не хотелось говорить, мне казалось, что стоит сказать лишь слово и я не сдержусь, ведь поделиться собственным счастьем так и тянуло. Но так страшно его вспугнуть, сказав лишнее. Поэтому и звенела между нами тишина, нарушаемая шелестом листьев да птичьими трелями.

– Я так больше не могу, – вдруг выдохнула Инес. – Меня же любопытство съест! Скажи хоть что-нибудь!

– Я была с ним, – кое-как я выдавила из себя. – И нет, ничего не было! Как ты могла так подумать? – взвизгнула тут же.

– Я и так поняла, что это не первое свидание, все же розы-то две, – многозначительно посмотрела она на меня.

– А что не так с розами? – я не спорю, цветы красивые, но тут их растет порядочно.

– Все с ними так. Ты заметила, что у основания лепестка они белые, а кайма – черная?

– Да, но это не такая уж и редкость. В остальном обычные алые бутоны, – пожала я плечами.

– Как тебе сказать, они еще не распустились, но, когда раскроются, ты поймешь, о чем я говорю, – загадочный взгляд Инес заставлял задуматься.

– И что же мне ждать?

– Они трехцветные, внешние лепестки с внутренней стороны белые, потом слой алых, а сердцевина – черная, словно любовь, которая бывает платонической, взаимной или разрушающей. И называются они «грезы любви», а растут подобные только в королевском саду, в той части, что не доступна никому, кроме короля и его гостей. И насколько я знаю, его величество никому подобных знаков внимания еще не оказывал.

Я отвернулась от подруги, глубоко вдыхая, и в этот момент наткнулась взглядом на довольно улыбающегося Касдея. Наверное, он подумал, что я подлила то зелье Вальдору, и потому король дарит мне цветы. Но зачем, если дракон и так, если и не влюблен, то какие-то нежные чувства ко мне все же испытывает. И почему не так сложно поверить, что мы можем быть вместе и без всяких зелий?

– Я приму это к сведению. А кстати, почему вы с Эсрайтом мне не отвечали? Куда пропали? – стоило мне задать этот вопрос, Инес покраснела как маков цвет, чем удивила меня несказанно. Но расспросить ее не удалось, нас нашла Нисса.

– Лариса Алексеевна, лорд Диневон прислал письмо, – девушка протянула мне конверт.

– Что там? – подруга разве что через плечо не заглянула.

– Мы вновь должны встретиться с девочками. На обеде.