Глава 42

— Ты хоть кейсы-то посмотрела?

— Кейсы? — я тупо заморгала, чувствуя себя непроходимой идиоткой.

— Ну портфолио, — терпеливо пояснил Лешка, даже не закатив глаза под облака. — В каком стиле она работает. Может, тебе и не зайдет, а ты уже согласилась.

— Да я еще ни на что не согласилась. Она сделает черновые эскизы, если что-то понравится, тогда подпишем договор.

— Так, может, ей и эскизы делать не надо, — он взял ложку и ловко намотал с ее помощью спагетти на вилку. У меня никогда так не получалось. — Может, там такой кошмар, что нафиг-нафиг.

— А я думала, ты ее знаешь. Раз дал телефон.

— Да откуда я ее знаю? Тогда в клубе на Новый год первый раз увидел. Они недавно вместе. Только и знаю, что Аня и что дизайнер интерьеров. Темка дал телефон и сказал, что она невъебенно крута. Но не факт, что это правда.

Словно в ответ на это пискнул телефон.

«Лера, извините, я такая замотанная была, что даже не дала портфолио посмотреть. Может, вам и не понравится, как я работаю».

К сообщению был прикручен довольно объемный файл под названием «гостиные». Я открыла его, и мы голова к голове начали просматривать фотографии.

— Слушай, а правда круто, — удивленно сказал Лешка, — я даже не ожидал.

Гостиные действительно были фантастические. Все разные, в разных стилях и тонах, но в каждую хотелось зайти, посидеть в кресле, полежать на диване.

«Мне очень нравится, — написала я Ане. — Очень красиво».

«Ок, тогда работаем», — прилетело тут же.

— Вопрос снят, — Лешка собрал тарелки и поставил в посудомойку.

Я видела, что он в напряжении. Даже, скорее, не видела, а чувствовала. Может, работа, может, из-за вчерашнего звонка матери. Не хотелось добавлять еще и своих проблем, но… это было бы непродуктивно. Если мы вместе, то и проблемы у нас общие. Ну да, пока еще неясно, вместе или нет, и все же курс взят в том направлении.

— Леш, все в порядке?

— Мутно, — поморщился он. — Надзор Димке установили. На три года. У него особо тяжкое, плюс неоднократные нарушения режима в колонии. Темыч по своим каналам пробил особые отметки. Например, человек не может по своему паспорту купить билет на поезд и самолет, сразу сигнал уйдет куда надо. Работодатель обязан сообщать, если человек не вышел на работу, а живущий вместе — если не пришел домой ночевать. Но ты же понимаешь, это все не панацея. Пока он жив, всегда будет вероятность, что захочет отомстить. И я боюсь даже не столько за себя, сколько за тех, кто рядом со мной.

— Понимаю, — я обняла его. — И… это… Макс звонил моей подруге. Не Ритке, а той, с которой я раньше квартиру снимала. Как-то узнал ее телефон, спрашивал обо мне. Она ничего не сказала.

— Точнее, сказала, что ничего не сказала, — поправил Лешка, сдвинув брови. — Послушай, Лер. Только не вопи сразу, ладно? Может, тебе на время переехать? Даже если и правда ничего не сказала, все равно тут будет ремонт, это не на один день. Грохот, пыль, грязь, посторонние люди.

— И куда переехать? К тебе?

— Ко мне ты с Марусей вряд ли поедешь, да и на данный момент это не слишком разумно. Снять что-то — я бы тебе подкинул денег, но ты ведь упираться будешь. А к родителям? Ты говорила, они где-то недалеко? Не приютят тебя на месячишко?

— Родители-то недалеко, — задумалась я. — И приютят, не вопрос. А ты что, к ним будешь приезжать? Или в машине будем тискаться?

— Нет, ты ко мне будешь приезжать, — спокойно ответил он. — И не надо будет маму гонять туда-сюда.

— Ну… в принципе… — задумалась я. — Можно было бы. Мне завтра утром на экскурсию уже. Она приедет, как раз и поговорю.

— Хорошо. Я завтра свободен весь день. Мог бы сразу вас и перевезти.

— Мама на машине, если что, сами все перевезем.

До ремонта, конечно, было как до Пекина пешком, но Лешкины слова о том, что Милка могла мне и соврать, заставили задуматься. Она знала мой адрес. А еще заставили вспомнить другие его слова. О том, что он сам нашел бы меня на раз-два. Просто пока все было тихо, но звонок Милке означал, что Макс не успокоился и от своего намерения не отступился. Маме я, разумеется, об этом говорить не собиралась, а вот ремонт вполне тянул на мотивацию переезда к ним.

Пока я купала Марусю и укладывала, Лешка сидел на кухне и занимался своими судебными делами.

— Спит? — спросил, когда я вернулась к нему.

— Да. Подожди, я переоденусь, мокрая вся.

— Не надо. Пойдем.

Отложив свои бумаги, он встал и за руку повел меня в ванную.

— Помнишь, как я тебе звонил первого и ты чуть не захлебнулась?

— Ну? — живот мгновенно заполыхал.

— Ты сказала, что в эти игры надо играть вдвоем. Со мной не утонешь.

— Подожди, — я закусила губу, пряча улыбку. — Няньку возьму.

Маруся спала, как сурок. Она практически никогда не просыпалась до ночного кормления. Значит, у нас было часа два. В ванну уже бежала вода. Я положила радионяню на стиралку, и Лешка снял с меня сначала мокрую футболку, потом все остальное. Быстро разделся сам, забрался в ванну, а я следом за ним.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Как тогда? — спросил он.

— Да, — я села между его разведенными ногами и запрокинула голову на грудь. — Про божью коровку — это было очень… эро.

— Сознаюсь, это плагиат. Из китайских эротических новелл. Древних. Там еще много всего интересного было. Например, про лепестки розы, — его пальцы легко проскользнули между… лепестками, и я тихо заскулила, зажмурившись.

Когда со мной был только его голос и мои собственные руки — это было остро. Но вот так, вдвоем — не сравнить. Его шепот на ухо, прикосновения, запах… Сначала я пыталась притормозить себя, чтобы растянуть удовольствие, но поняла, что не смогу, и окунулась с головой — на этот раз именно в наслаждение, а не в воду. Хотя оргазм точно так же захлестнул с головой.

Отдышавшись, я подцепила пальцем ноги пробку, дождалась, когда вода уйдет, и повернулась к Лешке лицом.

— Не знаю, что там у китайцев насчет минета, но боюсь, комментировать не смогу.

— Угу, иногда лучше жевать, чем говорить, — на самых серьезных щах согласился он. — Главное — совсем не откуси, пожалуйста.