13.1

Как ни странно, Люпина восприняла мой рассказ спокойно. Казалось, девочка уже знает все то, что я озвучила.

— Значит, папа погиб? — как-то обреченно пролепетала она. И мне подумалось, что малышка гораздо старше, чем выглядит. Очень серьезная.

— Это так, милая. Мне очень жаль.

— Надо же, как резко может измениться жизнь, — в ее голосе считывалась горечь и налет совсем не детской философии. Под красивыми синими глазами залегли темные тени, щечки ее впали, Люпина выглядела совсем худенькой. Сегодня я приготовлю для нее хороший обед, но начать стоит с легких блюд, чтоб желудку было проще справляться.

— Да, сейчас мы тебя оденем и покажем доктору. Он должен взглянуть на твои раны и процесс их заживления.

Ландрэ заявился в палату с нечитаемым выражением лица. Не поздравил нас, только нахмурился и пригласил пациентку к осмотру. Спокойно проверил девочку, вертя ее и так и эдак, сузил глаза, используя свой Дар, чтоб взглянуть на здоровье костей. Поцокал языком.

— Кожа заживает неважно. Скорее всего, будут еще операции, по мере взросления девочки. Шрамы будут растягиваться и вызывать дискомфорт.

Люпина тяжело вздохнула, услышав эту новость. Я нахмурилась.

— Неужели вариантов больше нет?

— Если они существуют, мне о них неизвестно, — сказал доктор. — Впрочем, Дэя, ты ведь знаешь, как лечить пациентов лучше меня, не так ли? — не забыл уколоть дроу. — Вот, девочку поставила на ноги, хотя все уже потеряли надежду. Возможно, придумаешь, как ей отрастить новую кожу?..

Его слова звучали как искусная издевка. Эго хирурга оказалось НАСТОЛЬКО задето? Он должен был сказать мне спасибо, а вместо этого уязвился еще сильнее. Когда Ландрэ ушел, в комнату зашла Солея, его рыжая помощница.

— Дэя, я так тобой восхищаюсь! Ты — умница. Не слушай этого старого дроу, он слишком долго жил на свете и растерял всякие чувства! Я очень рада, что девочка пришла в себя, с моей души свалился огромный груз.

— Спасибо, — я кивнула, принимая ее похвалу, а потом продолжила тихо, чтоб девочка не услышала. — Но нам с Люпиной предстоит большой путь. В пожаре пострадало не только ее тело. Маленькие девочки не должны так реагировать на смерть близких. Где слезы? Крики?.. Она слишком спокойная.

— Понимаю, — смекалисто кивнула Солея. — Ты прости меня, что я тогда не восприняла твое лечение всерьез. Привыкла, что в лечебнице решает только сам Ландрэ. По поводу… кхм, ты поняла, я слышала, в Орнене есть доктор, помогающий справиться с такого рода проблемами.

— Можешь дать его адрес? Хотя я все же надеюсь, мы справимся и так.

— Да, напишу. Но, Дэя… что теперь будет с Люпиной? Мы ее поставим на ноги за неделю, а потом? Приют? — Солея явно переживала за малышку. Впрочем, я — тоже. Согласится ли она поехать со мной, когда я уволюсь из лечебницы?

— Давай пока не будем об этом? Сейчас не лучшее время. У нас есть кресло на колесиках?

— Для тяжелых больных? Имеется где-то в подсобке. Поищу и привезу.

— Можно побыстрее? Я хочу покормить малышку нормальной едой. Да и ты заходи, Солея.

— А вот это очень даже хорошо! Спасибо за приглашение, нравится мне, как ты готовишь, Дэя, у тебя получается получше повара из знаменитого «Кабана» на главной площади Орнена!

— Да брось ты! — я вся покраснела. Дроу в Подземье не любили мою стряпню, только Аркелан ее ел, остальные брезгливо избегали притрагиваться даже к продуктам, которые я использовала, что уж говорить о готовой еде.

— Правда-правда. Ну все, я побежала искать кресло.

— Спасибо.

Когда Солея закрыла за собой дверь, я подошла к девочке, которая сидела на кровати, свесив с нее худые ножки, с растерянным видом.

— Как ты себя чувствуешь?

— Странно. Все происходит, словно не со мной, — отозвалась Люпина тихим голосом. — Кожа чешется, особенно здесь, — она показала на глубокую рану, которая недавно гноилась. — Выглядит так себе.

— Сколько тебе лет?

— Десять.

— Когда ты жила с отцом, питалась нормально? Твой рост и вес оставляют желать лучшего.

— Когда как, — она пожала плечами.

Складывалось ощущение, что и до попадания в лечебницу жизнь Люпины была отнюдь не сахар. Возможно, отец поднимал на нее руку? Сейчас сложно сказать, ведь все ее тело покрыто свежими шрамами от ожогов.

— Пока ты лежала без сознания, я тебя кормила и ухаживала за тобой. Ты это помнишь?

В меня уперся внимательный взгляд синих радужек.

— Да. Помню. Вы говорили, что у вас нет дома.

Это заставило меня немного покраснеть. Значит, она и вправду все слышала? Неловко вышло.

— Кроме этого, я хотела предложить тебе пожить со мной. Пока здесь, в лечебнице, тебе еще неделю нужно для первичного восстановления, чтоб ты начала уверенно ходить и самостоятельно передвигаться, чтоб окрепли мышцы и сама ты привыкла к новому состоянию. Но потом у меня бу… есть свой дом. Да.

— Я… не знаю, — она растерянно взглянула мне в глаза. Такой беззащитный и трогательный взгляд, от которого в сердце дрогнуло.

— Хорошо, поговорим позже.

Как раз в этот момент Солея привезла кресло, помогла мне пересадить девочку, и мы втроем поехали на кухню.