Глава 37

Арина - А теперь говори, что случилось? Этот вопрос от Кая был будто удар под дых. Последнее, что мне хотелось, - отвечать на его требовательный тон спокойно и без раздражения. - Ты случился, Ромашов, - процедила я, все еще не веря в произошедшее. «Похоже, операции придется перенести, Арина Евгеньевна. На довольно длительный период», - словно издалека снова прозвучал голос хирурга. Я сдала анализы по его рекомендации и пришла услышать дату, когда мы начнем готовиться к восстановительным операциям. О плохом самочувствии и сонливости, которые свалились на меня в последние две недели, я говорить не хотела. А услышала что? - Что значит перенести? Я же делала все, как вы велели. Состояние кожи улучшилось. Я искренне не понимала такого исхода. Начала злиться, будто со мной играли в какие-то извращенные игры. Но все оказалось гораздо проще, чем я могла себе представить. - Я сказал вам, что отсрочка случится в случае... - Беременности, - выпалила полушепотом, и мир закружился в мрачном калейдоскопе. - Верно, - подтвердил он и протянул листы, на которых расплывались цифры и буквы. Откинув их от себя, я невольно опустила голову и посмотрела на живот, словно могла что-то увидеть. Воздуха стало катастрофически мало. - Как же так, - сорвалось с губ. Благо хирург не стал больше ничего говорить. Мне стоило прийти в себя и что-то предпринять. Но как это сделать, я не имела понятия. В квартире, где я осталась, чтобы не кататься за город, ведь в планах было долгое пребывание в клинике, меня осенило. Я не съездила к гинекологу и не сделала своевременный укол. Она меня предупреждала, что последствия могут возникнуть у шести процентов женщин из ста. Я себя к этим шести несчастным не относила. А зря. На тот момент даже обвинить было некого. Вот и пал выбор на Кая. Мне почему-то было спокойнее, если знаешь, на кого переложить ответственность. Разве не он виноват? Вся эта его сексуальность, импульсивность и огромное количество секса на меня одну. Неправильная позиция, но лучшая, чтобы не терзаться понапрасну. Видеть Ромашова так скоро после новости о беременности я не хотела. Была слишком растеряна, зла. Но пришлось. Соня сдавала контрольные для поступления в школу. Я знала, что она пройдет, но не могла не приехать и поддержать ее. Тем более... девочка была на меня в обиде. Объяснять ребенку, почему ты ушла, когда сделала так много, чтобы вызволить ее из рук родителей-алкоголиков, сложно. Я и не стала, боясь все окончательно испортить. Уверена, Кай сделал это вместо меня. Так мы и оказались в одном месте. Встреча с ним была неизбежна. Не сейчас, но позже мне бы пришлось рассказать ему о ребенке, которого я решила оставить. У меня даже не было сомнений в этом вопросе. Я почти успокоилась. Почти смирилась, хотя хаос все еще бушевал внутри. Но все установки сошли на нет, когда я увидела эту Милану. Не будь она такой красивой, я, возможно, не была бы так зла. Но она красивая, ярко-рыжая. Еще и беременная. Злиться на девушку в положении было сложно. Поэтому я снова выбрала Кая для выхода агрессии. Еще и вопрос его дурацкий добил. - Что это значит? - озадаченно переспросил он и отошел к окну. Я последовала за ним, чтобы не стоять посреди коридора. Сложила на груди руки и уставилась в окно. Смотреть на него мне не хотелось. Потому что скучала. Потому что он не звонил, не писал. Потому что улыбался этой Милане, а Соня и вовсе побежала к ней как к родной. От всех этих мыслей мне казалось, что сердце сейчас разорвется. Одиночество стало таким жутким, страшным. Загнало меня в свои четыре стены и пугало. Я желала забиться под кровать и накрыться пледом, заранее зная, что выхода оттуда нет. Подбородок затрясся, а глаза увлажнились. - Арина? Что случилось? Нежный голос ворвался в эту беспросветную мглу лучом света. Дрожащего подбородка коснулись теплые, грубоватые пальцы и надавили, заставляя повернуть голову. Кай смотрел внимательно, ласково и с... любовью. Той самой, что я так грубо отвергла. «Проклятые гормоны!» Слезы пролились неожиданно для него и даже для меня самой. Хотела стереть соленые дорожки. Уничтожить их. Но вместо этого оказалась прижатой к широкой мужской груди. А через секунду мои пальцы уже сжимали ткань его футболки. Сердце разрывалось от чувств. Противоречивых и, наверное, неправильных. Но их было слишком много, чтобы сейчас вести с ними бой. - Все хорошо, - стал шептать он. - Я рядом. И где тут сыскать спокойствие? «Я рядом». Да это как новая волна. Осталось только завыть для окончательной капитуляции. Кай сжал меня еще крепче, когда почувствовал, как я всхлипнула раз, потом еще. - Поплачь. Все хорошо. - Я не спрашивала разрешения-я, - возмутилась и разревелась еще сильнее. - Знаю. Ты никогда ни на что и ни у кого не спрашиваешь разрешения. Почувствовав насмешку в его голосе, я стала злиться и ущипнула его за бок. Он лишь громче рассмеялся. - Ты все разрушил, - мой голос скакнул на высокую ноту и опустился. - Мне и без тебя хорошо жилось. А ты... ты не имел права так со мной поступать. - Прости. - И любить не имел права. - Это точно, - снова согласился он, и я снова ущипнула его. - Не поддакивай. Я тебя ругаю. Дурак. - Еще какой. Кай оторвал от себя мою голову и заглянул в глаза. Мужское лицо расплывалось от слез, но я видела, как он улыбался. Видела, как смотрел на меня. - Я правда не планировал тебя любить. Не планировал, что заполучу такую женщину в свои руки. Ты права. Во мне ты изменила не меньше, чем я в тебе. И это не плохо, знаешь. - Нет, - возмутилась я, чувствуя себя размазней. - Это больше чем плохо. Ты... Мы должны были развестись. А ты все испортил. - Арина, - внезапно сказал он серьезным голосом. - Что? - Если развод - это все, чего ты хочешь, если ты хочешь не меня, то мы разведемся. Клянусь, я не стану обижаться, и Соня тоже не станет. Ураган в моей груди лишь усилился. Ощущение пустоты стало невыносимым от одних его слов. - Только посмей развестись, тебе ясно? - пригрозила я, толкнув его в грудь. Кай, сдерживая улыбку, кивнул. - Как прикажешь. - И не смейся. Я не буду одна воспитывать ребенка. - Соня уже большая. С ней проблем не возникнет. - Прекрасно. Но я говорила о нашем ребенке, которого ты нарочно оставил во мне. Разрушил все планы. Я стану огромной коровой. И не буду выглядеть как эта твоя Милана. И... - А ну стой, - приказал он. Всхлипнув, я замолчала. - Ты беременна? - Да-а-а... - почти взвыла я. - Посмотри, что ты со мной сделал. Стою тут и... - Стой, ты уверена? - Конечно, я уверена. Мой врач тоже уверен в этом. - Господи, я уже думал, что случилось что-то серьезное, - выдыхает он. - А это, по-твоему, не… И это все, что я смогла ему сказать. Кай ворвался в мой рот языком и целовал, кажется, до того момента, как из класса вышла Соня. А потом повез нас домой. Перед этим отправил сестру к Майе с моим водителем, которая, разумеется, была свободна. Попросил ее сводить Соню за мороженым и отметить сдачу контрольных. И когда мы поднялись, потащил меня в спальню и... Ну, в общем, он был очень голодный, соскучившийся и... благодарный за хорошую новость.