Глава 38

Сонливость как ветром сдуло. Я широко распахнула глаза и встретилась взглядом с мужиком напротив моего лица — бородатый, с кулаками как вся моя голова. Вонючий!

— Очнулась, — пробурчал он. — Странно…

Первый, который нес меня на своем плече, спокойно преодолел магическую завесу, шагнул из пещеры наружу — нас тут же захлестнуло ливнем, и я за секунду промокла до нитки.

— Вы кто такие? — Возмутилась я. Нет, я не испугалась — спросонья не очень как-то понятно, кто и куда тебя волочет.

— Кто мы такие, цыпа? — Бугай-носильщик цыкнул и сплюнул. Мерзко так стало. — Тебе знать не положено. Достаточно того, что мы знаем, кто ты такая. Твой папаша нам кучу…

— Заткни свой рот, Доар! — Прикрикнул на него спереди меня шедший мужик. У него даже вена на лбу вздулась, так сильно он разозлился на болтливость этого Доара.

Я попробовала осмотреться, но вокруг дождь, дождь, дождь… Видно было только камни под нашими ногами, и смутные очертания гор. Ни магии Аргэна в воздухе, ни иномирцев, ни… Я чуть не закричала, когда случайно увидела мелькнувшую фигуру в черных тучах — Рейман!

— Рей! Рейман! — Я все-таки заорала. Он должен меня увидеть, а как по-другому, правда ведь? Он же вот, совсем рядом…

Сражается с чудовищем.

Я так ясно увидела летящую к земле огромную птицу с каким-то змеиным хвостом, что мне на секунду захотелось, чтобы мои похитители шли быстрее отсюда, вместе со мной. Но когда за иномирцем кинулся вслед дракон, я снова завопила.

— Рей!

— Да заткнись ты уже! Никто тебя отсюда не услышит.

— И не найдет, — добавил Доар.

— И ты заткнись! — Бородатый стукнул по камням какой-то железной штукой, похожей на булаву без шипов, и «носильщик» замолчал.

Я прикинула, смогу ли я так сильно дернуться, чтобы свалиться на землю и выхватить булаву… Слегка поерзала, и поняла, что при всем моем желании, избавиться от цепких лап Доара мне не удастся — он так сжал мои ноги, что на них наверняка останутся синяки.

Мой отец… он что-то сказал про моего отца. Надо выведать.

Я снова взглянула на премерзкое волосатое лицо главного (а он явно был главным в этой парочке), и оценила степень владения умом по сдвинутым к переносице бровям. Брови сдвинуты — значит, о чем-то думает, раз думает — значит не глупый.

— Простите… — начала я. И сглотнула вставший в горле ком, потому что мужик так на меня глянул, словно уже готов оторвать мне голову. — Как я могу к вам обращаться?

В ответ тишина. Только где-то вдалеке за горой послышался вой, жалобный, просящий, и сразу после — хриплый визг.

— Идем быстрее, Доар. — Грубо сказал мужик, прищурившись, посмотрел в небо и, обогнав нас, пошел впереди.

Какое-то время шли молча, и чем дальше отдалялись от пещеры, тем страшнее мне становилось. Если бы Рей заметил, как меня кто-то куда-то тащит, он бы наверняка был уже здесь. Но все так же — ни его, ни мага. Одна я с этими…

— Апчхи!

Я вздрогнула, и чуть не выпала из рук Доара.

— Вот всегда так: «Доар пойдем, Доар надо сделать это, Доар укради девчонку…» А я потом болею неделями, — носильщик бурчал все это себе под нос, но я отчетливо слышала каждое слово. — Вот, пожалуйста, стоило оно того, что ли? Достал уже…

Я хмыкнула. Обернулась — мужик с булавой шел далеко впереди, а значит, слышать он нас не мог. И я решила попытаться разговорить носильщика.

— А что ты, говоришь, болеешь часто? — Я сделала томный голосок, несмотря на то, что меня трясло на каждом шаге, и я чуть ли не подпрыгивала на плече бугая. Намокшие волосы растрепались, прилипли к лицу, и частично закрывали обзор. Еще и дождь ручьем стекал по голове, щекам подбородку, и противно заливался за шиворот.

Он молчал и сопел. Громко сопел. Словно разрывался от желания поделиться своими чувствами, но с другой стороны, главный ведь запретил. Через несколько минут, когда я уже и не надеялась дождаться ответа, он заговорил.

— Часто. Мне промокать нельзя, а ходим на дело мы всегда в дождь, чтобы следы смыло.

— И что, часто вы ходите… на дело? — Я скривилась. «Делом» я себя мало представялала. Зачем я вообще нужна этим вонючим?!

Доар снова замолчал. Ясно — такое говорить точно нельзя. Оставалось спросить прямо в лоб:

— Зачем вы меня похитили? Я же ничего никому плохого не сделала… — Ну тут, как знать, как знать. Моя предшественница была очень странной девицей. Но что могло ее связывать с деревенщинами?

— Борак сказал, что твой папаша нам за тебя много денег отвалит. Граф, единственный человек, имеющий такое звание в Астаране. Раньше были еще графы, но после войны остался только семейка Вирс. Которая совершенно не занимается развитием своих земель! У нашего села даже названия нет, те, кто хочет посетить наши дома — просто едут к озеру Едомор, и вот сразу за ним стоят несколько домиков. Это и есть село. А кто в этом виноват? Дорогой граф Вирс. Нам скоро жрать будет нечего, работы нет, на единственном поле, принадлежащему нам никто не работает, а знаешь почему? Твой отец повысил налоги на землю настолько, что платить просто нечем! Что нам остается делать? — Он был в отчаянии, я слышала это в его голосе. И если Борак шел на преступление осознанно, то Доар казался человеком слабым, поддающимся влиянию Мне даже немного стало жаль его, несмотря на то, что прямо сейчас именно он тащит меня неизвестно куда.

Лорда, своего отца, я ведь практически не знала, но чувствовала, что он не такой плохой, как о нем думают. Не стал бы он повышать налоги, морить людей голодом, толкать на воровство… А с другой стороны — я ведь его и правда не знаю.

— А ты что тут делаешь с этими двумя? Куда отправились, путники?

— Да в гости, к… — я начала перебирать в уме кого бы назвать, и поняла, что я же не знаю ничьих имен! Скажу неправду — раскусит и убьет еще по дороге. Перед внутренним взором мелькнула рыжая бородка, и я выпалила: — к барону Эндану Галатару.

— Хо-хо, и как вы собирались пересечь границу? До Тайных Путей отсюда далеко.

Я поджала губы. Не говорить же, что я понятия не имею, где находятся эти Тайные Пути.

Скала уже скрылась за стеной дождя, Доар шел быстро и уверенно, в его сапогах хлюпала вода, а сам он шмыгал носом. Мужик, несмотря на то, что так долго несет мою тушку на себе, кажется ни капли не устал. Дыхание ровное, пот со лба не бежит. Наверное. Какую кашу он ест по утрам? Вскоре мы нагнали Борака. Тот хмуро посмотрел на товарища, и махнул рукой куда то вправо.

— Свернем сюда. Так быстрее.

Доар замялся, остановился и потоптавшись на месте, произнес:

— Так там же холм… тот самый.

Но Борак его даже не слушал, повернулся и снова ушел вперед.

А вот я от испуга в его голосе похолодела, и снова стала искать помощи глазами в небесах, на которых уже стали рассеиваться тучи, и дождь заканчивался.

А Реймана все не было. Словно он и не хватился моей пропажи.

Думать о том, что тот жалобный хрипящий вой принадлежал вовсе не иномирцу — мне не хотелось, приятнее было представлять, как сейчас вниз рванет драконище, схватит меня и унесет в облака.