Глава 49

Желания выдернуть руку не появилось, наоборот — я потянулась пальцами к его щеке и коснувшись, провела ноготками по коже, потом по губам. Осторожно, словно боясь спугнуть, Рейман поднял голову и заглянул мне в глаза.

— Что бы ни случилось сегодня, помни, что ты моя жена.

— Фиктивная, — голос дрогнул, я улыбнулась и сразу сжала губы.

— Неважно. Ты моя, а значит я должен тебя защищать, — Рей говорил тихо, почти шепотом, и это звучало правдоподобнее, чем если бы он стоя передо мной на коленях кричал это, сложив ладошки лодочкой у рта.

На миг все замерло. И даже листья деревьев, шуршащие на ветру затихли, или же я просто перестала слышать что либо, кроме этого тихого признания. Внезапно я увидела в глазах принца что-то, что не замечала раньше — нежность, теплоту, с которой могло поспорить разве что само солнце. И эта ямочка на подбородке, и волосы, темные, растрепанные, но как будто так было всегда и ему шла легкая небрежность. В парне все было идеально, и осознав это, я вдруг занервничала, как если бы очутилась на первом свидании.

Губы обжег поцелуй, резкий, страстный, но очень быстрый. Секунда, и я уже в объятиях принца, прижалась лицом к его шее и прошептала в ответ:

— Что бы сегодня ни случилось, помни, что ты не самая плохая кандидатура мне в мужья.

Он засмеялся и сжал меня крепче.

Мы шли недолго, но как только впереди показались горы и закончился лес, Аргэн предпочел держаться к нам поближе. Сузил купол вокруг нас и тот засиял ярче — увеличилась защита.

— Не кажется вам, что как-то слишком тихо?

Рейман вскинул голову. До этого он шел молча, и не на миг не отпускал мою руку.

— Может, в этих местах Купол еще не разрушен? — Предположила я и поежилась от нехорошего предчувствия. Действительно, за час пути мы не встретили и не услышали ни одного иномирца. И внимания на это никто не обратил, пока Аргэн не произнес вслух.

— Нет, Купол пал полностью. Не хочу думать, но, боюсь, все они уже в городе. Здесь то ловить нечего, — ответил Рей. И добавил еле слышно: — И некого.

Тут же донесся грохот, как будто кто-то, очень большой кувалдой принялся крошить скалы, и куски камня посыпались вниз. Как по команде мы подняли взгляд на горизонт, где слева от линии гор уже виднелся край крепостной стены, и развивающийся флаг Красных драконов на башенной пике. Край неба окрасился в розовый, вверх повалил густой дым, и до наших ушей донесся визг. Тот самый, что похож на скрип пенопласта по стеклу.

Силы еще оставались, поэтому мы бросились бежать, и через несколько минут уже пробирались сквозь толпу людей к главным городским воротам.

Женщины прижимали к себе плачущих измазанных в саже детей, мужчины стояли цепочкой перед ними, сжимали кулаки и неотрывно смотрели на верх стены, откуда пытались выбраться монстры.

— Это тролли! — Громко шепнул мне Рейман, и тут я увидела, кто именно защищает весь этот перепуганный народ.

Тролли.

На людей они были похожи разве что количеством конечностей. Руки, ноги, голова. Ростом в несколько метров, и кулаками размером с небольшую гору, они казались неповоротливыми, но все же успевали преграждать монстрам путь на волю. А кого не смогли удержать — просто втаптывали в землю огромными ступнями.

Зрелище не для слабонервных. То, что я слабонервная, я поняла, когда в глазах потемнело и если бы не поддержка Реймана, рухнула бы в полуобморочном состоянии перед всем честным народом.

В нос бил запах гари, хлопья золы оседали на волосах, одежде, и даже стоя здесь, за стеной, жар от огня был такой сильный, что я мигом вспотела в своем шерстяном платье. А люди, кажется, были выдернуты из кроватей, поскольку одеты были кто во что. Женщины в халатах, мужчины в одних только брюках, дети еле как замотанные в лоскуты ткани. И у всех на лицах читалось одно единственное чувство — обреченность. Видимо, момент падения Купола ждали все, и даже были к нему готовы.

Пока я приходила в себя, более-менее смогла видеть хоть что-то дальше одного метра, Аргэн уже встал впереди всех и плел заклинания защитного полога. Тот рвался, магические нити путались, но маг не сдавался и через мгновение над городом появилась магическая завеса, сквозь которую иномирцы не могли выбраться, но не понимая этого, все еще бились об нее, и гроздьями сыпались обратно в огонь.