Глава 31

Жизнь-то — она, считай, полосатая… так что ищи в самой тёмной полоске светлые пятна. Не бывает такого, чтобы не попалось хоть пара крапинок.

Валентина Осколкова

Вы, когда ни будь впадали в ступор от неожиданности? Похоже я так растерялась, что утратила способность шевелиться и нормально соображать. Все что я могла сейчас делать - это смотреть на бывшего зомби Патрика, расширившимися от ужаса глазами. Еще пару секунд я надеялась на то, что он просто неудачно пошутил, решив меня разыграть. Но чем дольше я смотрела на него, тем больше убеждалась что он совершенно серьезен.

Получив ответы на все интересующие его вопросы, он моментально изменился. Из жестов мужчины пропала неуверенность, а с лица слетела маска наивности и добродушия. На меня сейчас смотрел абсолютно незнакомый мне человек, точнее сент, с цепким и холодным взглядом. От него за версту сквозило презрением. Даже не представляю скольких сил ему стоило разыгрывать передо мной скромного милаху, обиженного жизнью и природой.

— А ведь я чуть не совершил огромную ошибку, — брезгливо протянул он, окинув меня надменным взглядом. — Хотел уже этой ночью, избавиться от тебя, но кое-что меня остановило.

— Зачем? Что я тебе сделала? — Прошептала я, боясь пошевелиться и спровоцировать этого маньяка на агрессию.

— А какая мне от тебя польза была? — Задал он резонный вопрос и застыл в ожидании, уставившись на меня холодными, злыми глазами. — Молчишь? Правильно, лучше молчи и не раздражай меня пустым трепом. Это теперь я знаю, что с помощью тебя я смогу вернуть в сознание тех, кто мне понадобится в новом мире, а вчера то мне об этом было неизвестно!

Он опустился на скамью напротив меня и вперился недобрым взглядом в мое лицо.

— А знаешь почему, я решил сохранить тебе жизнь? — Улыбнувшись, поинтересовался он у меня. — Это все из-за моего веса. Я стал столь неповоротливым, что побоялся, вдруг не справлюсь без чьей-либо помощи. Не ожидал, что меня, когда ни будь подведет собственное тело! — Он опустил взгляд на свое необъятное пузо и поморщился от отвращения.

Вот и верь после всего этого Минздраву. Кому как, а вот мне лишний вес, можно сказать жизнь спас! Да и хрен с ним, что лишние килограммы не на моих костях сгнездились. Факт остается фактом! Да здравствует жир! Особенно чужой.

Я сделала глубокий вздох и все так же стараясь не делать лишних движений, стала соображать, как мне выпутаться из этой истории. Однозначно бежать! Но куда? Я только что сама озвучила этому маньяку, где меня в первую очередь станет искать Апрель. Это раз, а два – это непогода все еще бушующая за окном. Хотя это может сыграть мне на руку! Подумаешь какой-то дождик! Главное, чтобы молнией к полю не пришкварило, а остальное поправимо. Не сахарная, не растаю, максимум простужусь. Но это лучше, чем сидеть и ждать расправы от этого психа.

— Чего притихла? Думаешь, как сбежать? — проявил проницательность бывший зомби. — Можешь попробовать, но я знаю этот город как свои пять пальцев. Бежать тебе некуда. Хотя я думаю все же нам стоит перестраховаться и что ни будь тебе сломать. Правильно? — Предвкушающее улыбнулся псих.

— Не стоит! — Остановила его я. — Я не буду пытаться сбежать!

— Ну да, — хмыкнул он, — так я тебе и поверил.

Он стал оглядывать помещение, быстро пробегая взглядом по предметам, разбросанным на полу. Скорее всего решил действительно лишить меня подвижности с помощью подручных средств. Его взгляд остановился на металлической арматуре, находящейся в паре метров от скамьи, на которой он восседал. Я нервно сглотнула, глядя как вспыхнули его глаза при взгляде на эту железяку. Думаю, что второго шанса с таким решительно настроенным злодеем у меня точно не будет.

Ну что ж, Патрик, поиграем. Ты знаешь этот город, а я знаю этот храм!

Когда здоровяк поднялся со своего места и направился в сторону арматуры, я подобралась, готовая в любую секунду сорваться с места. Паскаль словно читая мои мысли, не сводил с меня глаз, двигаясь к цели боком словно краб. Только меня одним взглядом не проймешь! Выждав, когда он, протянув руку, начал склоняться к заветной железяке, я одним прыжком перескочила скамейку, на которой он еще недавно сидел и рванула в сторону подвала.

Подвал я выбрала не просто так. На двери ведущей в подземелье, с внутренней стороны присутствовал засов. Не какой-то мини крючок, а добротная металлическая щеколда, способная удержать даже такого великана как Паскаль. Это была единственная дверь, запирающаяся как изнутри, так и снаружи.

И выбрала я эту дверь не зря! К сожалению, у меня не оказалось времени для разгона, а на короткой дистанции толстяк показал себя с наилучшей стороны, молниеносно рванув за мной следом. Я бы при всем желании не успела захлопнуть дверь перед его носом.

Ловко скатившись по перилам лестницы ведущей в подвал, я заработала себе небольшую фору, шмыгнув в сквозное помещение где хранился инвентарь храмовников. Схватив первый попавшийся посох, я проскочила в зал где планировала оборудовать тренажерку и обогнув его по дуге вернулась к лестнице, по которой минуту назад спустилась.

Перепрыгивая через узкие ступени, я взлетела наверх, захлопнув за собой тяжелую дверь и задвинув щеколду. Последнее что я видела, это разъяренное лицо Паскаля, начавшего подниматься по ступеням. Вырвав факел из держателя в стене, я воткнула на его место посох, продев его сквозь ручку двери. Только после этого я смогла остановиться и перевести дух.

Сделав несколько глубоких вздохов, я прислонилась спиной к стене. Но мой преследователь не собирался сдаваться. Спустя долю секунды весь храм содрогнулся от грохота доносящегося из-за дверей подвала. Похоже моя защита надолго его не удержит.

Я рванула к дверям, ведущим из храма. Распахнув их настежь, замерла, уставившись на плотную стену воды. В метре от меня уже нельзя было разглядеть абсолютно ничего. Не помогали даже вспышки внезапных молний, озаряющих свинцово-серое небо.

Оставив двери распахнутыми, я вернулась к скамейке у окна, на которой сидела. У ее подножия так и остался лежать мой рюкзак. Подхватив его, я рванула к противоположной стене, шагнув в одну из ниш завешенную гобеленом. Этих углублений было в избытке по всему периметру зала, в некоторых из них были установлены небольшие статуи, в то время как другие были прикрыты ветхими полотнами. Хорошо, что я не избавилась от этих пылесборников в первый же день.

Прятаться в какой-либо из комнат было небезопасно. Из них не было запасного выхода, и я бы просто оказалась в ловушке. Стараясь не создавать лишнего шума, я нацепила свой рюкзак на спину, припав к просвету в полотне гобелена.

Не прошло и минуты, как раздался оглушительный треск. Паскаль смог взломать укрепленную мною дверь. Вырвавшись из западни он первым делом кинулся к распахнутым дверям храма. Выскочив на улицу, здоровяк спустя пару минут вбежал обратно, громко изрыгая проклятья в мой адрес.

Бывший милаха Патрик решительно прошел к скамье, оставляя за собой дорожку из воды и грязи. Наклонившись к своему рюкзаку, он вынул бутылку с водой и сорвав одним движением пробку, принялся с жадностью пить. Отбросив в сторону опустевшую тару, он стер с лица капли дождя и резко сел. Пару минут он не шевелясь глядел в окно.

Я стараясь не дышать наблюдала из своего укрытия за этим психом. Конечно я очень надеялась, что он решит, будто я ушла и отправится в погоню. Но он не спешил возвращаться на улицу. Внезапно здоровяк вскочил и стал озираться по сторонам.

— Рита! — Заорал он, подняв голову к потолку. — Ты ведь не ушла. Ты хотела, чтобы я так решил и отправился на твои поиски! Ты ведь совсем не дура, Рита. — Захохотал он как настоящий киношный злодей. — Бедная маленькая, Рита. Совсем одна в чужом, враждебном мире. Я скоро найду тебя, и мы сыграем в мою любимую игру…

У меня внутри все похолодело. Да, он совсем не тупица как я надеялась. Я имею дело с настоящим злым гением. Одного не могу понять, почему он не продолжил играть для меня роль милашки. Он ведь мог отловить по очереди всех своих друзей и привести ко мне на лечение в первую очередь. Я бы точно не отказала другу в такой малости, как исцеление его близких. Но нет, он не смог сдержаться и проявил свою натуру во всей красе!

А я тоже хороша! Он мне лапши на уши навешал про любимого папу, но почему-то первым делом захотел отправиться посмотреть на волшебную стену, а не ринулся на поиски своего пропавшего родителя. Почему я не обратила на это внимание? Я ведь первые дни после попадания сюда ни о чем думать не могла, все мысли занимала тревога о бабуле! Какая же я дура! Боялась зомби, а они оказывается не самое страшное что ожидало меня в этом мире.

— И никто тебя не спасет, — вкрадчиво проговорил Паскаль, направляясь в ближайшую от него комнату. — Ведь твой бог тебя оставил!

Ударом ноги он выбил и без того не запертую дверь вбежав в помещение. Я услышала доносящийся оттуда грохот расшвыриваемой мебели. Спустя пару минут еще более разозленный здоровяк двинул в сторону следующей комнаты. Ужас сковывал меня до онемения, но я понимала – стоит запаниковать и мне уже не спастись. Я взглянула на распахнутые двери храма. Это мой единственный шанс на спасение! Мне только нужно понять, сколько времени Паскаль потратит на возню во второй комнате.

Я вновь вздрагиваю от звука ломающейся мебели и затаив дыхание наблюдаю за здоровяком, покидающим уже второе разгромленное помещение. У меня максимум пара минут. Но за эти две минуты я смогу отбежать достаточно далеко. И черт с ним, с этим дождем! Я знаю в какой стороне город, а это самое главное!

Собрав в кулак всю свою волю, я резко отдернула гобелен и рванула к раскрытым нараспашку дверям. Ощутимый рывок и меня что-то дергает назад. Опустив руки, я позволяю соскользнуть с плеч рюкзаку, в который вцепился невесть от куда взявшийся Паскаль. До спасительной двери остается всего лишь пара метров. Я бегу что есть мочи не обращая внимание ни на что вокруг.

Но похоже удача вновь повернулась ко мне своей обратной стороной. Я с разбегу вступила в скользкую лужу грязи, оставленную Паскалем. Доля секунды и я, поскользнувшись на мокром полу заваливаюсь назад, больно приложившись затылком. Ну почему я сразу не решилась бежать, что за необходимость была оставаться на месте испытывая судьбу? Вспышка боли и свет перед глазами меркнет, успев явить полное злорадства лицо Паскаля.